Симбиоз Статусов

На следующий день, несмотря на всё ещё падающий снег, школа работала в обычном режиме. Уроки начались, но в воздухе витало ощущение приближающихся праздников и, увы, экзаменов. На первом же уроке, когда класс расселся по местам, в кабинет вошел Мистер Арон Блэквуд. Он не стал сразу приступать к материалу. Его взгляд обвел класс, на лице была легкая улыбка, но в глазах читалась стальная решимость. «Доброе утро, класс», — произнес он, и его голос был немного мягче, чем обычно. — «Поздравляю вас с первым снегом. Надеюсь, вы насладились этим небольшим подарком природы». По классу пронесся одобрительный шепот. Ученики, еще полные впечатлений от утренней снежной сказки, кивали и улыбались. «Однако, — продолжил Мистер Блэквуд, и его улыбка медленно, но верно начала исчезать, а голос стал строже. — Не стоит забывать, что зима приносит не только праздники. Зима — это время и для серьезной работы». Напряжение в классе снова возросло. Все знали, к чему он клонит. «Совсем скоро, — объявил Мистер Блэквуд, и его взгляд стал тяжелым, — начнутся зимние каникулы. А перед ними, как вы все прекрасно знаете, вас ждут экзамены». По классу пробежал обреченный стон. Шанхайские приключения, медали, первый снег — всё это отошло на второй план перед лицом неизбежного. «И эти экзамены, — продолжил учитель, его голос стал холодным, как утренний мороз, — будут не просто формальностью. Это будет проверка ваших знаний за весь семестр. Это будет последняя и решающая возможность показать, чему вы научились». Он сделал паузу, и его взгляд остановился на каждом ученике по очереди, задерживаясь на тех, кто в прошлый раз едва набрал проходной балл, и особенно на тех, кто провалился. «Я предупреждаю вас всех, и говорю это предельно ясно», — произнес Мистер Блэквуд, и каждое его слово звучало, как удар молота. — «Если кто-то из вас не сдаст экзамены, если его оценки будут ниже проходного балла… я самолично буду варить его в котле. И поверьте мне, этот котел будет полным кипящей воды, а не веселых шуток». Глаза учеников расширились. Некоторые нервно сглотнули. Это была не просто угроза — это была угроза от Мистера Блэквуда. А он всегда держал свое слово. «И да, — добавил он, его взгляд скользнул по Лололошке, который сидел, слегка побледнев, — в этот раз Лололошка вас не спасёт. Никаких ходатайств. Никаких вторых шансов. Никаких "учителей" и "учеников". Это будут ваши личные экзамены, и ваша личная ответственность». Лололошка, который был готов вмешаться и заступиться, если что, почувствовал, как его рот пересох. Взгляд Мистера Блэквуда был слишком серьезным. Он понял: на этот раз всё по-настоящему. «Поэтому, — заключил Мистер Блэквуд, — отложите свои снежные баталии и мечты о каникулах. Пришло время засесть за учебники. Время ещё есть, но его не так много, как вам кажется. Урок начался». Он открыл журнал, но в воздухе класса по-прежнему висело напряжение. Предвкушение зимних праздников сменилось холодным осознанием неизбежности экзаменов. И угроза «котла» от Мистера Блэквуда была более чем достаточным стимулом для усердной подготовки.