Симбиоз Статусов

Веселье в гостиной продолжалось, но для Дилана оно было омрачено неожиданным появлением его дяди. Он наблюдал за Саймоном, который, казалось, прекрасно вписался в компанию учеников, смеялся и ел торт, словно был одним из них. Это смущало Дилана. Он привык к Саймону как к далёкому, но доброму родственнику, иногда навещающему их семью, но видеть его здесь, в общежитии, так часто, и особенно в компании Мистера Блэквуда — это было странно и вызывало у него беспокойство. Когда веселье начало утихать, и ученики стали потихоньку расходиться, Дилан заметил, что Саймон и Мистер Блэквуд ушли в кабинет последнего. Это был его шанс. Дилан, не колеблясь, пошел за ними. Он тихонько постучал в дверь кабинета Мистера Блэквуда. «Войдите», — раздался голос Мистера Блэквуда. Дилан вошел. Саймон и Мистер Блэквуд сидели за столом, обсуждая что-то. Оба подняли головы, удивленные его появлением. «Дилан? Что-то случилось?» — спросил Мистер Блэквуд, его голос был, как всегда, ровным. Дилан посмотрел прямо на Саймона. В его глазах читалась смесь любопытства, смущения и легкого раздражения. «Дядя Саймон», — начал Дилан, его голос был необычно напряженным. — «Я хотел бы поговорить с вами. Наедине, если можно». Мистер Блэквуд посмотрел на Саймона, затем на Дилана. Он встал. «Конечно. Я оставлю вас». Он вышел из кабинета, закрыв за собой дверь. Саймон посмотрел на Дилана, его улыбка исчезла, уступив место серьезности. Он чувствовал, что разговор будет непростым. «Дилан, что такое? Садись». Дилан подошел и встал напротив стола, его руки были скрещены на груди. «Дядя», — повторил Дилан. — «Что вы здесь вообще делаете? Вы в последнее время появляетесь здесь… слишком часто». Саймон вздохнул. «Я здесь работаю, Дилан. Ты же знаешь». «Я знаю, что вы учитель психологии», — отрезал Дилан. — «Но я не помню, чтобы вы так часто бывали в общежитии. Особенно на… вечеринках с тортом». Его голос стал более обвинительным. — «И зачем вы вообще пришли? Могли бы пойти и купить себе тортик, а не… не красть наш, приготовленный для нас Лололошкой». Саймон удивленно моргнул. «Красть? Дилан, это не так. Мистер Блэквуд пригласил меня. И Лололошка сам рад был поделиться». «Да, Лололошка всегда рад поделиться», — возразил Дилан, и в его голосе прозвучало лёгкое раздражение. — «Но это не значит, что вы должны этим пользоваться. Меня это… смущает, дядя. Очень сильно смущает». Саймон отложил кружку. Он понял, что Дилан не просто так пришел. Это было что-то глубоко личное для него. «Дилан, что именно тебя смущает?» — мягко спросил он. — «Мое присутствие? Или то, что я общаюсь с твоими одноклассниками?» Дилан отвел взгляд, затем снова посмотрел на Саймона. «Все. Меня смущает, что вы здесь. Что вы… слишком близко. Вы мой дядя, Саймон. А не мой… не наш… не их друг. И вы… вы часто появляетесь рядом с Лололошкой. Почему?» Саймон почувствовал укол. Он понял, что Дилан заметил его особую заинтересованность в Лололошке, пусть и неверно интерпретировал её. «Дилан», — начал Саймон, подбирая слова. — «Я работаю в этой школе. Моя задача — следить за благополучием учеников. И Лололошка… он, как ты сам знаешь, особенный ученик. Он пережил многое. Он уникален. И он нуждается в поддержке». «И поэтому вы должны быть везде? Его состояние меняется? Вы следите за ним?» — тон Дилана стал ещё более подозрительным. — «Мне казалось, что вы просто… пользуетесь его добротой». Саймон покачал головой. «Нет, Дилан. Это не так. Я никогда не пользуюсь чужой добротой, и тем более добротой такого человека, как Лололошка. Я просто… я вижу в нем потенциал. И я стараюсь… помочь ему, если это возможно». Он посмотрел на Дилана. — «А что тебя так беспокоит, Дилан? То, что твой дядя общается с твоими друзьями? Или то, что он заботится об одном из них?» Дилан замолчал. Его плечи опустились. Он не мог сформулировать, что именно его так сильно смущало. Было что-то неуловимое, что-то в особом внимании Саймона к Лололошке, что заставляло его чувствовать себя некомфортно. Возможно, это была его собственная ревность к этому вниманию, которую он не мог признать даже себе. Или просто нежелание смешивать свой личный мир с учебным. «Я… я не хочу, чтобы вы постоянно были здесь», — пробормотал Дилан. — «Мне это неудобно. И я не хочу, чтобы вы вмешивались в наши дела. Мы сами справимся». Саймон вздохнул. Он понимал, что Дилан ещё молод и пытается найти свое место. И он, как дядя, должен был уважать его границы, даже если мотивы Дилана были сложнее, чем он мог выразить. «Хорошо, Дилан», — сказал Саймон, его голос был теперь мягким. — «Я слышу тебя. Я постараюсь не появляться здесь так часто, если это доставляет тебе дискомфорт. И я не буду вмешиваться в ваши дела, если только это не касается безопасности или серьезных проблем». Он встал и подошел к Дилану, положив руку ему на плечо. — «Но знай, я всегда здесь, если тебе или кому-либо из вас понадобится помощь. Я твой дядя, Дилан. И я забочусь о тебе. И о твоих друзьях». Дилан ничего не ответил. Он лишь кивнул, его лицо по-прежнему было напряженным, но в его глазах появилось что-то, похожее на понимание. Он не был уверен, что Саймон полностью его понял, но, по крайней мере, тот пообещал не вмешиваться. Это было хоть что-то. Он повернулся и вышел из кабинета, оставив Саймона в задумчивости. Саймон понимал, что отношения с Диланом будут непростыми, но он был готов к этому.