Сталкер: История Грина.

- Смотри внимательно Грин. - С этими словами, Фауст указал на аномалию плешку. Грин сидя вместе с самим Фаустом на холме, внимательно смотрел на саму аномалию, при этом, чётка видя то, докуда доходят её невидимые щупальца. Если же кто-то попадался в эти смертоносные границы, то тогда, этот человек или животное, умирало самой неприятной смертью. Впрочем, любая аномалия Зоны, могла принести смерть, при которой человек будет считать то, что пуля в голову куда приятнее. Прямо сейчас, к этой самой плешке, подходил один из сталкеров, который даже не догадывался о том, что за ним наблюдают с холма. Глупый неверный, такой невнимательный. Впрочем, увидев нас, он наверняка бы начал стрелять. - С этими мыслями, Грин продолжил наблюдения. Фауст который сидел рядом с ним, выглядел бесстрастным, впрочем его мутные как молоко глаза, не когда не источали чего-то особенного. так по крайней мере могло показаться тем, кто не знал Фауста. Сам Грин, уже очень хорошо знал своего учителя, и он знал о том, на что по настоящему был способен Фауст. Тот, кем был голос Монолита. Для общения, Фаусту не требовалось общаться в слух. Он был телепат. И как предполагал Грин, его учитель способен на то, что умеют делать и контролёры, а возможно даже и лучше. Конечно был не большой ньюанс в том, что Грин недолюбливал контролёров. Эти существа, были для него крайне неприятны, особенно после того, как он увидел что они делали со своими жертвами и зомби, которых контролировали. Среди этих зомби, не редко встречались собратья Грина, монолитовцы, которые считались потерянными. Но, это была не единственная причина того, почему Грин не терпел этих существ. Когда он иногда пытался вспомнить своё прошлое, он словно вспоминал то, как эти существа навредили кому-то, кто был ему тогда другом. Что же до случая с Фаустом, то его способности, не смотря на то какими они были, они не приносили Грину омерзения. Когда такими способностями пользовался сам Фауст, Грин чувствовал некое торжество. Фауст, защищал своих братьев, брал под контроль тех, кто заходил слишком близко к тем местам, где были молодые монолитовцы. Так же, именно благодаря его умениям и способностям, Грин смог разобраться в своей силе, которая была дарована им Зоной, их домом. Домом, который они защищают от неверных, а так же от тех, кто хочет его уничтожить. - Грин, сейчас этот неверный, попадёт в аномалию. - Сказав об этом, Фауст сел по удобнее на траве. - Будь они не такими слепцами, то тогда, они смогли бы видеть то, что видим мы. Впрочем, как я уже тебе говорил, Зона даёт зрение только тем, кого принимает как своих детей. - Вот только, Зона почему-то даёт им более сильное чутьё. - Подметив это с лёгкой грустью, Грин тихо вздохнул и наблюдал за тем, как плешка начала затягивать сталкера. - Вот и началось дело. В подтверждение его слов, тот самый сталкер, который попал в зону поражения аномалии, начал ощущать это. Бросив ружьё, сталкер попытался отойти назад, но увы, аномалия уже взялась за него со всей силой. Его подняло в верх, после чего, его верхнюю часть потянуло в верх, а нижнюю разумеется вниз. Будь это уже почти разряженная плешка, то всё закончилось более менее хорошо для сталкера. Конечно могли произойти слабые разрывы плоти, которые были бы не значительными, если конечно не позаботиться о них по быстрее. И это было бы самым плохим, что произошло бы будь плешка почти разряженной. Но увы, она была свежей и имела свою полную силу. Попавший в неё молодой сталкер, крича от боли и страха, начал буквально кашлять кровью. Похоже, его внутренние органы начало разрывать даже быстрее чем само тело. - Подумав об этом, Грин мысленно проводил незнакомого для него сталкера на тот свет. Уже через несколько секунд, нижнюю половину тела этого человека оторвало и откинуло в сторону, а верхняя часть, рухнула прямиком в лужу крови, которая образовалась пока его разрывало. - Всё законченно. - Спокойно сказал Фауст, вставая на ноги в полный рост. - Аномалия сделала это довольно жестоко, но, такова воля Зоны. Она забирает тех, кто не сможет в ней жить по её правилам и законам. Огласив свою короткую речь, Фауст взялся за ремень своего автомата АК 47 и водрузил его на плечо. В след за ним, встал и сам Грин, который был вооружён точно таким же автоматам. Свой рюкзак, он водрузил на второе плечо и начал шагать за своим учителем. Теперь, идя по территории Военных складов, пробираясь по цветущим холмам, Грин периодически смотрел по сторонам. Заброшенные склады, мелькали в лёгком отдалении. Некоторые из них, были заняты группировкой Свобода. Другие же, имели таких обитателей, что даже не хотелось думать. Увы, эти одичавшие монстры, не поддавались даже монолитовцам. Одна из групп, которая однажды попыталась закрепиться на этой территории в одном из складов, узнали на себе, что могут здешние твари. Вторая группа, в которую входил и сам Грин, во главе с Бродягой, нашли только остатки той самой группы. Впрочем, и они сами чуть не полегли на территории того склада. Из двенадцати монолитовцев, в Лиманск а потом и Припять, вернулось только четверо. Что же до того, кто был в помещении того склада, то это были кровососы, но не обычные, а более крупные, более хитрые и как показалось Грину, эти кровососы явно умели мыслить как люди. Но один урок он в тот день учёл. И этот урок заключался в том, что мутанты, не товарищи даже им, монолитовцам. И прямо сейчас, его взгляд, зацепился за тот самый склад. Он находился не так уж и далеко, надо было бы пройти на соседний холм и пройти к асфальтированной дороге. Открытые ворота склада, как будто манили каждого, кто посмотрел бы в их стороны. Не смотря на это, Грин внутренне зарёкся не когда туда не возвращаться. Интересно, сколько неверных попались на удочку этого склада? - Задавшись этим вопросом, Грин чуть не зацепился ногой за какой-то корень, который рос из под земли. Ещё немного, и Грин уже бы вспахал своим носом траву, но быстрая рука Фауста, спасла его от такого несчастья. - Будь аккуратен Грин, дорога не такая прямая как кажется. - Словно подколов Грина, он продолжил. - Кстати, куда это мы смотрим? Вновь ворон считал? - Нет, я их не считал. - Ответил Грин, чувствуя лёгкую неловкость из-за того, что действительно когда то попытался посчитать всех ворон, которые прилетела в одну из их баз в Лиманске. - Я просто задумался о том складе. - Складе? - Переспросил Фауст, при этом, в уголках его слепых глаз, появились морщинки. - Ты про тот самый склад? Грин сразу же кивнул, после чего, они оба посмотрели на тот склад. Тихо вздохнув, Фауст похлопал его по плечу и вновь начал говорить. - Когда-нибудь, мы соберём достаточный отряд, и тогда, мы сможем победить тех монстров. - Говоря это с полной серьёзностью, Фауст аккуратно развернул Грина так, чтобы он не смотрел на этот самый склад. Мысленно поблагодарив Фауста, Грин облегчённо вздохнул и они продолжили свой путь до того места, где они заранее собирались отдохнуть. И кроме этого, на том самом месте, их ожидал тот, кого Грин считал своим вторым учителем. Бродяга, он тот, кто учил Грина тому, как вычислить местонахождение неверного и ликвидировать его прежде ем это сделает сам неверный. Уже на холме, у старого бака в котором горел огонь, стоял он сам, Бродяга. Широкоплечий, чуть выше среднего роста. Лицо доброе, но всегда серьёзное, а его взгляд, напоминает взгляд ястреба, который может проникать прямиком прямо в душу. А так же, именно эти глаза, смотрят в лица тех, кто умрут от того, что он нажал на курок своего СВД. Прямо сейчас, отойдя от старого ржавого бака, он стёр капли пота, которые стекали по его лбу с его коротко выбритых волос. Заметив Грина и Фауста, он сделал приветливую улыбку и начал говорить только тогда, когда они подошли. - Рад что вы уже вернулись. Надеюсь, вы увидели то, чего хотели увидеть. - С этими словами, он посмотрел на Фауста, который и устроил эту вылазку для них троих. - Да, мы увидели много аномалий, и то, что они делают, особенно плешку. Это как раз напомнило Грину о том, что Зона, даёт зрение не каждому. - Пройдя вперёд, он подошёл к тому самому баку и поднял над огнём ладони. - Скажи мне Бродяга, кому Зона даст зрение, а кого она решит уничтожить. - Увы, я не могу точно сказать то, что считает Зона. Но, как нам говорит Монолит и ты передавая его слова, Зона, даёт зрение тем, кто не пытается забрать все её дары. Она даёт зрение для тех, кто бережен к ней и живёт с ней в гармонии. Для тех, кто не идёт против её правил. - Огласив всё что думал, Бродяга поправил ремень СВД на своём плече и подошёл к старому ржавому вагончику. Грин тем временем, встав рядом с тем старым баком, смотрел на лицо своего наставника. Его тёмные-седые волосы, которые бли частично растрёпаны, в уголках его слепых глаз, вновь появились лёгкие морщинки. Его губы, сложились в лёгкую, но при этом словно грустную улыбку. Щетина на его лице, только ещё больше усиливала некую трагичность этого человека, который явно успел увидеть столько, сколько бы не увидел и Грин за свою жизнь. Иногда Грину казалось то, что Фауст, это реинкарнация какого-нибудь древне-греческого мыслителя. Того, кто мог бы без всяких приукрашений дать ответ, или же умную и ценную мысли. И прямо сейчас, он сказал те слова, которые не редко влияли на Грина. - Зона, это место свободы и мудрости. Она сделает сильными тех, кто желает силы для того, чтобы защищать. Даст мудрость для тех, кто хочет ей делиться. Обогатит того, кто приносит эти богатства для семьи. Поможет выбраться тем, кто хочет изменить свою жизнь. Но, есть условия. - Прежде чем их огласить, он прикрыл глаза, а когда вновь раскрыл их, Грину показалось то, что они не молочное белые, но только на несколько секунд. - Тому, кто не соблюдает её правила, она может принести смерть, либо сделать своим вечным рабом. Для тех же кто соблюдает эти правила, она принесёт счастье быть её частью. Вот только, оба таких человека, будут вынуждены возвращаться в неё до конца своих дней. Не Грин, не Бродяга не чего не сказали против этих слов. Каждый из них, был согласен с этим. Они не помнили того, что было в их прошлом, но они осознавали то, что не когда не уйдут из Зоны, даже если заходят. Правда иногда, Грин, в своих снах видел себя кем-то другим, не братом среди таких же верующих в монолита как он, а тем самым неверным, тем сталкером. Иногда он видел лица, которые на яву, были для него чужими, а вот во сне, они казались ему очень родными и тёплыми. И каждый раз, попытки подумать о них уже на яву, или уйти ещё дальше во сне, блокировались тем самым зелёным, словно голографическим лицом. Грин не когда не пытался пойти против этого лица, думая о том, что сам монолит, а возможно и сама Зона, не хотят чтобы он вспомнил то, кем уже не является. Но всё же, в один день, Грин, увидев девичье лицо, которое было так похоже на его, всё же мыслительно пробился через этот заслон который не давал узнать о себе больше. В тот день, он вспомнил два имени. - Инко и Изуми. И как он вспомнил чуть позже, это была его мама и сестра. От данного осознания, в тот день, Грину стало плохо, словно находясь здесь, он отдаляется от них всё больше и больше. Появлялись ощущения того что он их предаёт. Он даже хотел поделиться этими ощущениями с Фаустом, но не осмелился. Он сдержал себя,откинул эти мысли, заблокировал свою боль. Заблокировал воспоминания о том, кто для него эти две женщины. Не смотяр на это, не редко по ночам, они снились ему, их образы, приходили в его голову тогда, когда он о чём-то задумался. И прямо сейчас, он вновь вспомнил о них. Возможно, он погрузился бы в эти мысли, если бы не Бродяга, который обратился к ним. - Через старый блок-пост в Рыжий лес выйти не удастся. - Произнеся эти слегка тяжёлым голосом, он отошёл от вагончика. - Пока вы ходили на осмотр аномалий, тот блокпост заняли наёмники. - Вот как. - Без какого либо напряжения сказал Фауст. - Что ж, мы с этим разберёмся. Голос, глаза и проводник монолита, объединившись друг с другом, способны на многое. Как бы нас недооценивали, и считали глупыми фанатиками, мы умеем давать отпор и выбираться из тупиков. Монолит с нами. Зона с нами. Не чего больше не говоря, Фауст снял автомат со своего плеча и снял его с предохранителя. Затем, но начал идти в сторону того самого блок-поста, и шёл он аккуратно, но в то же время и уверено. Не смотря на свою внешнюю слепоту, он видел куда лучше, чем большинство тех, кто имели зрение в физическом плане. Идущий за ним Грин, как обычно поразился этому, хоть подобное он наблюдал каждый раз, когда был рядом с Фаустом. Впрочем, такое происходило практически каждый день. Идущий позади них Бродяга, сняв свою СВД с плеча, так же проверял её, хотя это, было частично излишним. Эта снайперская винтовка, которая была с Бродягой возможно ещё до того, как он стал монолитовцем, не разу его не подвела. Он ухаживал за этим оружием, очищал его дуло, протирал оптический прицел. А на самой базе которая была на ЧАЭС, Бродяга бывало стрелял по различным мишеням чтобы убедиться в том, что пули летят так как надо. Грин, запоминая это всё, ухаживал за СВД, которое было у него, точно так же. Правда сейчас, это самое СВД, находилось как раз таки на ЧАЭС. Оставил он его там по причине того, что эта вылазка, должна была пройти с минимальным контактом с неверными. Увы, данная ситуация, намекнула Грину о том, что в следующий раз, на сколько бы вылазка не была короткой, СВД лучше всё же брать. И думая об этом, Грин вспомнил свою прошлую вылазку и смерть своего отряда. Может, будь у меня тогда СВД с собой, они бы не полягли. Может, отряд Молота, не смог бы нас почти всех уничтожить. - С этими мыслями, Грин тихо вздохнул и неожиданно для себя, он вновь вспомнил слова Молота о том, что они пересекались ещё до той встречи, которая стала смертельной для этого долговца. По его словам, он, то есть сам Грин, когда-то попытался спасти отряд свободовцев, а Молот, хотел их убить. Но, я не помню этого. Не чего из этого. - Сказал себе мысленно Грин, продолжая идти за Фаустом, при этом, пока время позволяло, он решил продолжить свои раздумья. Даже Фауст считает то, что я не должен пытаться вспомнить то, что возможно вообще враньё. Ведь это может помешать моей истинной цели. Но, когда я вспомнил лица мамы и сестры мне... Мне стало легче. - Думая об этом, Грин чувствовал себя в каком-то неприятном замешательстве, либо в тупике. А возможно, это был и не тупик, а болезненный проход в его прошлое, от которого он пытался отречься, вновь давил на него. И как на зло, поравнявшийся с ним Бродяга, заметил задумчивость Грина. - Грин, тебя что-то тревожит? - Задав этот вопрос, Бродяга внимательно посмотрел в его глаза. От этого взгляда, который словно проник прямиком в его душу, Грин ощутил то, как каждая его косточка начала дрожать. Не смотря на это, он быстро собрался с силами и быстро придумал какой ему дать ответ, чтобы не Брода и не Фауст, не узнали о переживаниях Грина. - Да так, я просто подумал о том, что наверное мне следовало тоже взять СВД. - Быстро, но при этом и спокойно дав ответ Грин внутренне вздохнул. - Сейчас, два снайпера пригодились бы куда больше. Кстати, а почему ты сразу не предупредил нас о том, что неверные заняли тот переход? Быстро задав уже свой вопрос, Грин слегка улыбнулся и теперь сам смотрел на Бродягу так, словно ему очень интересно. Тот же, отведя свой взгляд, а потом и улыбнувшись своей настоящей тёплой, и при этом согревающей улыбкой, он начал отвечать н вопрос младшего собрата. - Я хотел чтобы вы хоть не много отдохнули. Думаю, даже ваша обычная прогулка, могла не много напрячь вас. - Дав этот ответ, Бродяга немного помолчал, после чего продолжил с лёгкой наигранной мудростью в голосе. - Не переживай мой дорогой собрат, воля монолита, прикроет вас. И его воля, направит мой взор на врагов наших. - Как и твой палец, который спускается на спусковой крючок. ну или на кнопку проигрывателя музыки. - Сказав это, Фауст слегка обернулся в их в сторону, и продолжил с лёгкой ухмылкой. - Помнишь как быстро ты выключал музыку, когда мы были так же молоды как Грин. От этого напоминания, Бродяга тяжело вздохнул и что-то пробубнил. Грин же, узнав об этом не большом факте о прошлом своих наставников, почувствовал некую заинтересованность. Правда об этой самой заинтересованности, он так не чего и не сказал. Вместо этого, он продолжил идти в след за ними до тех пор, пока они не остановились среди деревьев и начали наблюдение. Даже с этого расстояния, Грин мог пересчитать каждого наёмника, который находился в этом заброшенном КПП, которое не использовалось даже тогда, когда Военные склады, были заняты военными. Этот переход, мог бы стать удобным как в качестве позиции для укрепления некой силы для Свободы, так и контроль на путь к Рыжему лесу. Но, по каким-то причинам, не те же военные, не свободовцы, так и не заняли это место. И по этой причине, через этот ход, иногда пробирались монолитовцы, правда для этого, приходилось аккуратно пробираться уже у старой башни сторожки Лесника, а там не так уж и мало сталкеров. И учитывая то, какие там были сталкеры и как они бывали озлоблены в сторону монолитовцев, риск становился ещё более великим. На такие вылазки, на сколько знал сам Грин, отваживался только он, Бродяга, изредка Фауст, и отряды, которые специализировались на том, чтобы быть как можно более незаметными. Другим риском было то, что если бы свободовцы поняли про то, что этим путём всё же пользуются как они говорили фанатики, то тогда, здесь, как и на пути на Радар, приходилось бы пробиваться боем. Очередные перестрелки, потери братьев и ресурсов, очень не нравились тем, кто стоял во главе Монолита. Разумеется, такие проводники вроде самого Грина, пытались искать иные пути, но увы, пока таких не нашлось. Что же до нынешних событий, то Грин, насчитал примерно двенадцать наёмников, которые были одеты в их фирменные тёмно-синие комбинезоны и противогазы заграничного типа на лицах. Как понял Грин, у каждого в руках, был автомат LR либо русский Абакан. Кроме данного вооружения, на этом заброшенном КПП, уже был установлен пулемёт Печенег. Чёрт, как они эту бандуру вообще сюда припёрли? - Задавшись этим вопросом, Грин увидел как из старого ржавого автобуса, вышел наёмник с забугорной снайперской винтовкой AR-50. Эту бандуру, наёмник уверено держал в своих руках. А когда подошёл к мешкам у которого был установлен печенег, он лёг прямо на асфальт и установил свою винтовку. - Тоже мне снайпер. - Тихо произнёс Бродяга. - У всех на виду, так ещё и на главном проходе. Если кто-то сумеет подобраться по ближе, то хватит одной автоматной очереди. - Может надеется на то, что печенег станет отличным прикрытием? - Высказав своё предположение, Грин попытался разглядеть ещё кого-нибудь, но если кто-то и был, то тогда он точно находился в автобусе. - Что ж, мы будем атаковать всё равно не в лоб, ещё немного обойдём и приступим. - Произнеся это со спокойствием, Фауст оглянулся в сторону. - Хм, у нас не большая проблема. Кивнув в сторону дороги которая вела к этому старому КПП, Грин и Бродяга увидели отряд из пяти наёмников, которые были одеты в тяжёлые экзоскелеты. Вот же пидоры. Ну ладно, думаю, мы сможем справиться с этими неверными, но, нам надо будет быть аккуратнее. - Задумавшись, Грин начал думать о том, как им действовать против тех, кто был обучен различному ведению боя. При этом, Грин так же помнил то, что наёмники, эти члены таинственного синдиката, не когда не оставляют свидетелей. Даже обычных прохожих. Конечно можно было бы попробовать обойти блокпост, но идти через столь аномальную местность, даже для тех кто мог видеть их, было бы слишком опасно. Попытка пройти через Радар, была бы не менее опасной. Свобода контролирует ту блокаду круглосуточно, а та узкая дорога среди двух крупных холмов, была единственным ходом которая могла выпустить кого-то с Радара. Не чего, когда-нибудь, мы сможем пробиться. ну а сейчас, у нас есть другая проблема. - Думая об этом, Грин всё же решил обратиться к Фаусту. - Как думаешь, что нам надо сделать для победы над этими неверными? - С этим вопросом, Грин вновь перевёл взгляд на КПП и наблюдал за тем, как пришедшие наёмники приветствуют тех кто закрепился на этом переходе. Фауст, прежде чем ответить, точно так же понаблюдал за пришедшими. Затем, отойдя к соседнему дереву, которое было ближе к дороге, он закрыл глаза и приподнял ладонь. Даже так, пока Фауст стоял к ним спиной, было заметно что он напряжён. Наблюдая за этим процессом, Грин видел то, как вены на шее Фауста напряглись, тоже самое было с венами на тыльной стороне руки. На его армейской футболке пятнистого цвета, на спине, начало появляться крупное влажное пятно от пота. Само тело Фауста, подрагивало, ноги явно слабели и начинали подкашиваться. Видевший это Бродяга, незамедлительно подошёл к Фаусту и придержал его. Уже к концу этого безмолвного процесса, Фауст, при поддержки Бродяги, на своих обмякших ногах, сел у одного из деревьев и облокотился об него. Затем, тяжело дыша, он раскрыл свои слепые глаза и посмотрел на Грина. В эту же секунду, на лице Голоса монолита, появилась улыбка. Затем примерно через минуту, Фауст заговорил. - Скоро придёт помощь. Один из тех, кому я когда-то помог, услышал мой зов. - Говоря это, Фауст тяжело дышал. - С теми, кто тоже верит в монолит, мне связываться тяжелее чем с нашими братьями и созданиями Зоны. Но, думаю со временем, это станет ещё легче. - Что ж, в таком случае, будем ожидать эту помощь. - Достав из своего рюкзака флягу с водой, Бродяга помог Фаусту выпить из неё воду. - Ты стал уда сильнее чем был. - Ещё не достаточно. - Всё так же с усталостью произнёс Фауст. - Но, думаю, если я по чаще буду ходить к Генераторам, думаю, там мои силы станут ещё стабильнее. Отсидевшись ещё несколько минут, Фауст аккуратно встал на ноги и подошёл к Грину. Помолчав несколько секунд, он вновь заговорил, но теперь обращаясь к Грину. - Когда начнётся бой против этих неверных, держись по ближе. У меня есть странное предчувствие. - Положив ладонь на плечо Грина, и его взгляд словно проник прямиком в душу парня. - Если со мной что-то произойдёт, не пытайся помочь, я справлюсь сам. Понял? - Да учитель. - Моментально дав ответ, Грин попытался отвернуться. - Я... Я не буду геройствовать. - Надеюсь на это. - Произнеся это, Фауст сделал частично строгий взгляд и в уголках его глаз, появились морщинки, но в этот раз, скорее как у строгого наставника, который поучает нерадивого ученика. - После потери того отряда, ты не редко пытаешься спасти всех братьев. И уже несколько раз, чуть не погиб. На это, Грин не нашёл что ответить. Фауст был прав, после того случая с усиленным квадом долга, он пытался уберечь каждого собрата. И несколько боёв, которые всё же происходили между ним и различными представителями неверных, чуть не привели Грина к тому, что он был на грани смерти. Думая об этом, Грин неоднократно корил себя за то, как он был не аккуратен. Не смотря на это, он всё равно старался спасти любого обрата, когда оказывался на поле боя против неверных. И даже сейчас, после указа Фауста, он всё равно собирался прикрывать своего наставника даже если придётся пожертвовать собой. Я отдам жизнь за монолит и его голос, а нового проводника они смогут найти быстро. - С этими мыслями, Грин хотел перевести свой взор обратно на КПП наёмников, но в эту же секунду, он ощутил то, как ладонь Фауста, сжала его плечо ещё сильнее. - Грин, пообещай мне. - Развернув Грина на себя, Фауст нахмурился и вновь на долю секунд, его глаза словно перестали быть слепыми. - Пообещай. - Обещаю. - С внутренней тяжестью ответил Грин, при этом, крепко сжав АК в своих руках. - Я не буду геройствовать, даже если ты попадёшь в очень опасную ситуацию. Не смотря на эти слова, Грин знал что врёт. И похоже, сам Фаусти, услышав ответ своего ученика, не поверил ему. Впрочем, он этого не показал, лишь обратился к Бродяге. - Друг мой, Присмотри за Грином, если он поколеблется со своим обещанием. - Отойдя в сторону и вновь закрыв глаза, Фауст напрягся на несколько секунд. Когда же это напряжение прекратилось, он вновь заговорил. - Помощь скоро будет здесь, но, мне лучше не попадаться им на глаза. Всё же, наш союзник из свободы, не может пока себя рассекретить. - А если нас всё же засекут? - Задав этот вопрос, Бродяга убрал свою винтовку к ближайшему дереву и скрестил руки на груди. Ответом на это, Фауст сделал хитрую улыбку, после чего сказал. - То же самое, что мы сделали с тобой на Дикой территории, когда были как Грин. - Не убирая ухмылки с лица, Фауст обошёл Бродягу со спины и вытащил из его рюкзака несколько гранат. - Думаю этого мне хватит для того трюка. - Боже, только не тот трюк. - Произнеся это с некой ностальгией, при этом, он протёр свою переносицу. - Поверь, если произойдёт тоже самое что и тогда, я буду припоминать тебе это всю оставшуюся жизнь. - Поверь, такого не повторится, в этот раз, трюк пройдёт как надо. - Словно дав клятву, Фауст убрал гранаты по карманам и прикрыл их своей кофты которая была повязана в области его талии. - Что за случай на Дикой территории? - Хотел поинтересоваться Грин, но в ответ услышал лишь два тихих смешка. - Да ладно, что такого там произошло? - Возможно сегодня узнаешь. - Беззаботно ответил Фауст. - Это было опасно, но при этом и забавно. Я конечно хотел повторить такое раньше, но... Один меткий снайпер, каждый раз отговаривал меня от этого. Эх, молодость. Какие весёлые времена. Услышавший это Бродяга лишь закатил глаза, и при этом словно сказал что готов и сейчас остановить Фауста. Грин в свою очередь, выслушав это неоднозначное обещание, хотел от недовольства надуть щёки. Но, сдержав себя, он ожидал тех, кто станет для них помощью. И эти сами люди, а точнее группа свободовцев, начала своё наступление на КПП через десять минут. Как предположил Грин, не смотря на то, что свободовцев было аж двадцать голов и их вооружение, преимущество всё же было на стороне наёмников. Тот который был за печенегом, одной не большой очередью, скосил сразу троих свободовцев. Точнее троих. Тот самый выживший, с пробитым плечом, упал на пол и теперь пытался отползти назад. Но, не успел он доползти до ближайшего товарища, как макушка его головы, стала кровавым, мясным проходом. Кровь свободовца, словно резко выпущенная вода из крана, окрасила асфальт перед ним. Данное действие, произошло из-за наёмника который залёг рядом с пулемётчиком. И прямо сейчас, он выцелил ещё одного из свободовцев. Пуля пробила зелёно-пятнистый комбинезон в области груди парня, и уже через секунду тело стремительно обмякло на асфальт. - Как-то не заметно чтобы ситуация изменилось в лучшую сторону. - Прокомментировав это, Грин обернулся в сторону Фауста. - Есть ещё план? - Разумеется. - Спокойно ответил Фауст. - Тем более, мой план заключался не в том, что всё за нас решат свободовцы. Правда теперь, не выйдет улизнуть по тихому. Наёмники, всё же заняли позиции и в самом автобусе. Так что, будем прорываться. Бродяга, будь добр. - С огромной радостью. - Взяв свою СВД, Бродяга прицелился в того самого снайпера. - Прощай неверный. После этих двух слов, он нажал на курок. Даже со своей позиции, Грин увидел то, как голова наёмника дёрнулась в право, а уже после этого, она резко ударилась о асфальт как и руки уже мёртвого наёмника. Периодически постреливающий из печенега товарищ погибшего, словно и не заметил это, но к сожалению не один из двух, которые тоже остались в не автобуса. Тот который подбежал к нему быстро проверил тело и хотел сообщить о потерях пулемётчику, но и его жизнь оборвалась как только он отвёл взгляд от мёртвого снайпера. Меткий выстрел Бродяги, свершил своё дело, пуля пробила голову наёмника и уже после этого пулемётчик отвлёкся. Это отвлечение, стало для него фатальным. Один из более храбрых свободовцев, заметив отвлечение противника, стал во весь рост и скосил пулемётчика. Что же до самого пулемёта, то и печенег не долго прожил своей оружейной жизнью. Грин, который вместе с Фаустом начал наступление со своей стороны, кинул к тем мешкам гранату прямиком под подножья пулемёта. То что от него осталось, разнеслось в несколько сторон. В эту же секунду, раздались радостные восклики со стороны свободовцев, а вот со стороны наёмников последовали маты, как на английском, так и на русском. Один из ещё живых наёмников, которые были вместе с пулемётчиком и снайпером, уже целился в Грина, но его тут же прошибло очередью из автомата Фауста. Сам голос монолита, так же на этом не остановился. Достав первую гранату, он быстро закинул её в окошко автобуса, и прежде чем наёмники успели среагировать, он закинул вторую. Раздался взрыв, некоторых представителей синдиката, даже выбросило через окно. Выстрелив в них по несколько раз, чтобы убедиться в том что они мертвы, Грин начал отходить к переходу. К сожалению это не получилось. Один из наёмников, который был одет в экзоскелет, не смотря на ранения от взрыва, выбил то что осталось от задней двери автобуса и накинулся на Грина довольно быстро. Эта схватка, против противника который превосходил его по силе, давалась Грину не легко. Смотря в глаза наёмника через линзы его противогаза, Грин видел то, как сильно этот неизвестный ему человек, хочет его смерти. - Сучонок, сейчас тебя у.... - Не успел он договорить, как закашлялся, захрипел и начал оседать. Когда это начало происходить, Грин увидел то, что из шейной области наёмника торчит рукоять ножа. Владелец этого ножа, смотрел на Грина своими слепыми глазами. - Будь аккуратнее, те кто одет в экзоскелеты могли выжить. - Словно в подтверждение его слов, ещё один наёмник в экзоскелете, шатаюсь из стороны в сторону попытался выйти через этот выход. Не теряя не секунды, Фауст дал ему по области головы прикладом, после чего, прижав дуло автомата к голове наёмника, выпустил в неё очередь превращая её в фарш. Затем, уже Грин, достав свои оставшиеся гранаты, закинул их прямо в автобус чтобы наверняка покончить с теми, кто ещё мог остаться в живых. Как только раздался взрыв, Грин и Фауст, оба ощутили то, как старый ржавый метал начал загораться. - Теперь похоже точно всё. - Грин быстро отдышался и начал постреливать теперь в сторону свободовцев, которые уже дошли до разбитого пулемёта. То же самое делал и Фауст, они вместе прикрывали Бродягу, который стремительно начал приближаться к ним. Свободовцы, поняв что вновь появилось сопротивление, мгновенно затихли, но тоже периодически постреливали. Бродяга не смотря на это, продолжал свой бег. Сейчас, всё ощущалось так, словно сама Зона была на их стороне. Увы, один из свободовцев, выпустив короткую очередь, подстрелил ногу Бродяги. - Нет. - Тут же прокричал Грин, после чего, попытался побежать к Бродяге. - Я сейчас, подожди. - Даже не думай. - Тут же остановил его Фауст и с силой взявшись за воротник комбинезона Грина, отбросил его назад. - Уходи, я сам всё сделаю. Не оглядывайся и не возвращайся. А если сделаешь это, я сам тебя не когда не прощу. То что произошло потом, было для Грином одним из страхов, которые он запомнил на всю жизнь. да, Фауст и Бродяга выжили, и не кто не винил Грина, но он сам, винил себ. Как и за многое другое.

***

Глаза Изуку раскрылись, он чувствовал огромную слабость и боль. Кое как приподнявшись на локтях, он увидел Тогу, которая спала на стуле, прильнув руками и телом к его ногам. На диванчике который стоял рядом с больничной койкой, спала Изуми, которая казалась измученной и истощённо. И прямо сейчас, словно почувствовав что-то чудесное, онид обе проснулись. - Изуку! - Радостно воскликнула Тога, после чего, со слезами на глазах крепко обняла любимого. - Братик! - Воскликнула теперь Изуми, при этом соскочив с дивана и подбежав обняла Изуку. Тот, начав окончательно приходить в себя, был рад что вернулся, но что-то внутри него, с болью напоминало о том, что он видел пока находился во сне.