Гранатовый закат

Как часто кому-либо снится его же жизнь? Редкое явление, которым одарили Су Бона. Регулярно голубоглазому приходится просыпаться в холодном поту, сначала наступает облегчение, ведь это всего-то сновидение, а потом до Таноса доходит: этот кошмар и есть его жизнь.  Вот и сейчас, прямо в этот момент, находясь под влиянием алкоголя и запрещенных веществ, Су Бон видит уже хорошо выученное видение.  Маленький Су Бон и не подозревал, что станет столь известным и обретёт то, о чём всегда мечтал: внимание со стороны людей. Да только взрослея, рэпер понимал, вся эта популярность так и не коснулась Су Бона, даже самую малость. Никому не было интересно узнать его настоящего, обычного, простого, домашнего, напротив, все дрались за внимание Таноса, за его взгляд, за автограф или возможность побеседовать. Так и получилось, что в одном теле разместилось две совершенно разные личности, которые никак не могли поладить друг с другом. Иногда, когда голубоглазый совсем уставал притворяться, он просто не выражал никаких эмоций, молчал, казалось даже не дышал. Так и случилось в вечер перед выступлением в клубе «Пентагон». Сегодня прошло ровно три года со смерти родителей рэпера, что погибли в автокатастрофе, и какой вообще нахер концерт в такой день? Но нет, ублюдок менеджер срать на всё это хотел. На любовь Таноса к отцу и матери, на его скорбь по близким людям, на его боль. Первый год после их гибели Су Бону было особенно тяжело, и именно тогда он ушёл в профессиональную музыку, как бы пытаясь заглушить терзания упорством в сфере творчества, познакомился со своим менеджером и по совместительству продюсером, с которым быстро сдружился. Часто они вместе ночевали на студии, просыпались и сразу принимались за работу над новым треком, забивали на здоровое питание, на свежий воздух, трудились, записывали одну и ту же строчку несколько десятков раз, выбирая лучший вариант. Таносу и вправду стало легче, музыка приносила ему радость, он почти отпустил воспоминания, отпустил тех людей, лишь иногда вспоминая их лица и имена, в такие дни, как например, день их смерти или день рождения. Но как же дружба с менеджером превратилась в… ненависть друг к другу? Танос точно не знал как охарактеризовать это чувство, но вероятнее всего, да, это была ненависть. И почему он будто бы зависит от него? Около года назад Су Бон понял, как ему стало неинтересно писать те пошлые, грязные тексты, что он выпускает, видимо он их перерос? На этой почве возникало множество конфликтов с его менеджером, тот твердил: «Ты никому не нужен с сопливыми треками про что-то чистое и невинное». Первая крупная трещина в их отношениях. Затем вторая, полгода назад рэпер выпустил альбом с семью треками, что попали в чарты, обсуждались молодёжью, стремительно набирали прослушивания и даже завирусились в ТикТоке. Су Бон получил очень хорошие деньги, но как обычно, часть он должен был отдать команде, в частности и продюсеру. В тот злосчастный вечер Танос уже раздал всю сумму команде, оставались лишь сам рэпер и менеджер, с которым голубоглазый договорился о встрече утром, сразу на студии, где они продолжат работу и заодно фиолетовый отдаст долю. Но утром Су Бон не появился на студии, не отвечал на звонки, не заходил в сеть в мессенджерах. Это знатно начало беспокоить его друга. Рэпер дал знать о себе лишь вечером, зайдя в квартиру менеджера.  — Hey, bro, I’m here, — крикнул Танос из прихожей.  — Где ты, чёрт возьми, был? — с напряжением в голосе спросил у него хмурый парень.  — Man, только не злись сразу, — попытался успокоить менеджера голубоглазый, но всё бесполезно.  — Ты вновь начал пить! Или уже принимать?! Чёрт, я не удивлюсь, если найду в твоих карманах наркоту! — а в тот момент Танос действительно уже принимал, просто прикрывал наркотическое опьянение обыкновенным, от алкоголя.  — Я вчера реально выпил и… вложил деньги в очень выгодн… — Какие деньги? — Bro, пойми меня правильно, я хочу как лучше, та крипта, это точно сработает, у нас будет в десять раз больше денег!  — Гад, ты вложил и мою долю? — схватил он рэпера за воротник ярко-фиолетовый футболки.  — Да, но поверь, это сработает уже через пару месяцев, — немного задыхаясь говорит голубоглазый.  — Ты мне вернешь всё до копейки, и молись, чтобы твоя крипта тебя не подвела.  А она подвела. Танос точно помнил, как через два месяца тряслись его руки, то ли от злости на блогера Ли Мён Ги, то ли от страха за собственную жопу.  — Я всё верну тебе, man relax please, — успокаивал продюсера старший. — Конечно, вернёшь, куда ты денешься, идиот? — Wow, bro, я просто напишу ещё один крутой альбом, он стрельнет, обещаю, — делал медленные шаги назад фиолетовый.  — Нет больше никаких «бро», ты пока не отработаешь все бабки, никуда не уйдешь, и будешь работать только со мной. Тогда рэперу и назначили точную сумму, что он должен был отдавать ежемесячно своему бывшему другу. Первые пару месяцев менеджер эксплуатировал Таноса как мог, лишь бы он получал больше денег и отдавал долг, но в прошлом месяце почему-то рэпер попросил о небольшой поблажке, мол не хватает на продукты, квартплату и бензин. Это показалось очень странным продюсеру и тот, наплевав на все личные границы Су Бона, залез к нему в телефон, обнаружив переписки с барыгами. Подозрения о том, что Танос принимает подтвердились и продюсер в тот же момент устроил взбучку рэперу.  «Не хватает на продукты?! А может на таблетки?! Танос, ты должен мне бабки, а сам торчишь, если у тебя столь много лишних денег, я повышаю твой ежемесячный платеж!», — эти слова надолго засели в голове голубоглазого.  Всех, кто продавал запрещённые вещества Таносу, менеджер сдал в полицию, а за рэпером установил особый контроль, включая проверку переписок, телефонных звонков, расходов голубоглазого и даже его местонахождения.  И не то чтобы бывший товарищ переживал за здоровье старшего… нет, просто любой наркоман рано или поздно перестанет иметь возможность отдавать деньги, погашая долг.  Иногда Танос задавался вопросом: «Почему этот ублюдок просто не заставит продать меня квартиру и тачку?», — но ответов не приходило, возможно, что тому было жалко бывшего друга, а возможно, он лишь хотел за счёт рэпера дальше обзаводиться связями, посещать мероприятия и иметь при этом стабильный доход, а кому будет интересен рэпер, у которого нет крутой тачки и квартиры? Разве же будут липнуть девчонки к обычному бедняку с хорошим голосом? Будут ли покупать билеты к нему на концерт, зная, всё, что им светит, так это прогулка пешком по парку? Что тот не то что не оплатит им дорогую хотелку, он даже коктейль за свой счёт не купит.  Так думал голубоглазый. Думал, пока две недели назад к нему не подошёл менеджер буквально выселяя из квартиры.  — Я подумал, как ты можешь быстрее отдать долг, во-первых, продай квартиру или отдай её мне, во-вторых, сделай то же самое с машиной. — Fuck, а где ты предлагаешь мне жить? И как мне по твоему добираться до концертов и домой после них? — Ты кажется не понял, Танос, это не доброе предложение, это сокращение установленного времени, в течение которого ты должен отдать мне деньги.  — Подожди, давай я просто продам свою квартиру, но не тачку, я умоляю, она мне реально нужна.  — Хорошо, договоримся пока на квартире.  Сегодня с утра рэпер передал ключи новому владельцу, отдавая деньги за проданную квартиру менеджеру. С ним же Танос договорился о том, что пока не найдёт квартиру для съёма может перевезти необходимые ему вещи на студию, там же и переночевать. Су Бон наконец-то погасил половину долга, даже чуть больше. Но где ему взять ещё половину? Машину продавать очень не хотелось, с концертов и мероприятий столько за быстрый период не заработаешь, оставалось только надеяться на альбом, написание которого Танос всё откладывал в дальний ящик.  Не так то просто написать треки про наркоту, алкоголь, свободу и вседозволенность, когда всего из этого списка у тебя больше нет. Вдобавок появилась ломка, которая дала о себе знать, рэпер даже закончил концерт раньше на полчаса из-за плохого самочувствия. После того, как менеджер начал полностью контролировать Су Бона, тот не имел возможности купить нового товара, а потому экономно расходовал оставшуюся часть веществ, но всё имеет свойство заканчиваться. Уже третий день Танос без наркотиков, так ещё и чертов день смерти родителей сегодня. Настроения совсем не было, хотелось одного: сдохнуть. И вообще, если честно, то рэпер реально хотел наложить на себя руки, но сначала тот хотел хорошенько выпить и оторваться. Отложить суицид помог Нам Гю, а вернее его предложение купить наркоты.  Выйдя из вип зала в поисках красивых девчонок, голубоглазый аккуратно достал небольшую таблетку из пакетика, что ему продали пару минут назад, и положил её на язык. Что-то вроде интуиции или чуйки подсказало ему обернуться, и Су Бон заметил Нам Гю, убегающего из клуба.  «Fuck, я не спросил его номер!», — осознал Танос, тут же в голову пришла ещё одна мысль: «Сукин… Сказал же ему не рыпаться! Таблеток всего тридцать, они тоже закончатся, а что потом? Это мой шанс, мне нужен номер этого… Нам… кажется Гю» Выбегая из клуба за брюнетом, Су Бон понял, что наркота и алкоголь, перемешавшиеся внутри, уже давали о себе знать, а потому догнать своим ходом парня не вышло бы. Он направился к машине. И да! Он действительно успел! Его счастью не было предела. Хотя что-то внутри щёлкало, когда рэпер осознавал, что единственное чему осталось радоваться — наркоте.  Резкий и противный звук разбудил двух парней. Радар на будильнике. Нам Гю чертов псих, если он реально под такое просыпается каждое утро.