Мой сосед — гей

Дилан — парень странный, как считал Брэндон. Он низкий (точно ниже Брэндона), стройный, с длинными ногами и руками с тонкими пальцами, утопающий в чёрных толстовках оверсайз и с натянутыми в обтяжку джинсами. Со странной чёлкой, падающей на глаза, которая прячет его выразительный взгляд «пусть весь мир идёт нахуй». С раскрашенными кедами под стилистику панков, хотя сам больше походил на представителей эмо. Не то чтобы Брэндон в этом шарил. Но как бы странно ни смотрелся Дилан на фоне их светлого и уютного общажного блока, страннее всего стали детали, которые он начал подмечать в начале третьего года.

one

— Дилан, ты уши проколол? — удивлённо спросил Брэндон. Дилан только вышел из душа. Влажные густые волосы он зачесал назад, скидывая мокрое полотенце на плечи. По его серой футболке с изображением фака уже расползались темные пятна от воды. А в открывшихся ушах блестели серёжки. Чёрный гвоздик в левом и простая маленькая звёздочка в правом. Дилан оторвался от заваривания дешёвого кофе «три в одном», невольно коснулся мочки уха. Лололошка со своего места за столом подался вперёд. — О, да? Круто! Давай парные сделаем? — воскликнул он, откидывая пряди волос, где тоже были проколотые уши с маленькими широкими кольцами. — Давай я солнце, ты луну? — Ещё чего! — фыркнул Дилан, отталкивая от себя прилипчивого соседа. Ло тут же издал недовольный, грустный звук, чем-то напоминающий скуление или мяуканье. Брэндон подошёл ближе, наклонился. Дилан тут же замер, не двигаясь. Словно этого не замечая, парень задумчиво смотрел на звёздочку. С острыми краями, она мягко покачивалась в такт дыханию. Аккуратно протянув руку, он коротко её коснулся и тут же отстранился, когда Дилан крупно вздрогнул. — Когда ты проколол? — Да на днях, — хрипло ответил Дилан, тут же закашлявшись. На его бледных щеках вспыхнул румянец. После душа, наверное, подумал Брэндон и пожал плечами. — А почему звезда? — О, это… — не успел ответить Лололошка, как его тут же пнули по голени. Звонко так, от души. Ло пискнул. — Захотелось, — ответил Дилан, засыпая кофе в кипяток, закидывая чайную ложку в чашку и тут же удаляясь в комнату. — Всё, у меня работа. Не тревожить. С громким хлопком двери он скрылся с глаз долой. Брэндон ещё мгновение смотрел ему вслед, прежде чем почесать затылок. — Чего это он? Ло смерил его странным взглядом, потёр голень ещё пару раз и сюпнул чай. Ответа Брэндон так и не дождался.

two and three

После последней, четвёртой пары, Брендон изначально планировал проводить однокурсницу до дома. На улице уже смеркалось, было довольно прохладно — утренний дождь оставил в воздухе гуляющую влажность и слякоть под ногами, — поэтому Брэндон, как ответственный молодой человек и хороший друг, вызвался добровольцем. Но по выходу из университета девушке позвонили — что-то срочное, про брата и драку в школе, — и она убежала ловить себе такси. Брэндон пожал плечами, в конце концов, не впервые, печально поковылял к остановке. Неожиданно для себя он застал знакомую фигуру. — Дилан? Дилан вздрогнул, оторвался от телефона и спустил наушники. Выглядел он не то растерянным, не то удивлённым. — А, Брэндон, — неловко отозвался он, потоптался на месте. — Что, уже пары закончились? — Ага. А у тебя что, раньше? — Отпустили полчаса назад. А автобуса всё нет, — пожал он плечами. Брэндон протянул «Ааа» и замолк. Дилан тоже не спешил поддерживать беседу, снова уткнулся в телефон и натянул наушники. В тишине они просидели, наверное, около пяти минут. Брэндону было совершенно нечего делать, было довольно зябко, и он прятал руки в карманы, нахохлив плечи. Взгляд начал невольно блуждать по улице, натыкаясь на зажёгшиеся фонари, лужи с пожелтевшими листьями, проезжавшие мимо машины и, в конце концов, остановился на Дилане. Тот в своей чёрной дутой куртке и тех же джинсах в обтяг выглядел забавно-мило, словно нахохлившийся воробей. Его профиль смотрелся привлекательно на фоне близившейся ночи: прямой нос, острый подбородок, глубоко посаженные полуприкрытые глаза, в которых мелькала лента тиктака, точённые скулы, чуть пухлые губы с едва заметным шрамом в уголке и родинка у глаза. Заметив, что пялится, Брэндон тут же отвёл взгляд на его руки. И как не холодно? Вон, костяшки уже синие. Длинные пальцы с отчётливыми суставами, просвечивающие синие вены сквозь бледную кожу. И… — Чего ты так странно руку держишь? — А? — Дилан убрал одну амбушуру с уха, удивлённо поворачиваясь. Брэндон кивнул на его телефон. — Руку. Ты странно держишь руку. Почему? Дилан тут же опустил взгляд. Телефон он держал одной рукой. И мизинец правой, не прижимаясь к основной руке, был оттопырен в сторону. Телефон опасно балансировал на трёх пальцах. В бледном свете фонаря было плохо заметно, но Брэндону показалось, что Дилан заалел щеками и сначала сжал телефон двумя руками, а потом и вовсе отключил и убрал в карман, опуская наушники на шею. Впрочем, не услышав разумного ответа, Брэндон продолжал сверлить его взглядом. Дилан неловко помялся, прокашлялся, вздохнул. — Да просто привычка. Он у меня ломанный. Вот и всё. Словно это всё объясняло, Брэндон кивнул. Помолчал. И когда Дилан уже хотел спокойно выдохнуть, то снова спросил: — А ты поэтому на нём кольцо носишь? Дилан вскинул плечи, словно защищаясь. — Ну типа. Брэндон снова кивнул. Неловкая тишина, повисшая между ними, прервалась шумом колёс, и из-за угла выехал долгожданный автобус. Дилан тут же выпрямился и вздохнул спокойнее. Первым заскочил в автобус и сел на свободное место. Брэндон сел рядом, расслабленно откидываясь головой о спинку, тут же прикрывая глаза в полудрёме. До общаги полчаса езды. Можно и поспать немного. И если даже во сне его долго не отпускал образ тонких длинных пальцев с кольцом на мизинце, то Брэндон всё списал на усталость.

four

Дилан вообще редко покидал свои четыре стены, но после появления в их блоке Лололошки вытащить его на прогулку стало значительно проще. Вот и в этот выходной два соседа с утра куда-то умотались и вернулись к обеду, когда за окном ливанул дождь. Вернулись они мокрые и грязные. Дилан пихал Ло в плечо, откидывая волосы с лица, а тот смеялся, как собака отряхивая голову и оставляя повсюду воду. — Ребят, ну-ка снимайте всё! Иначе простынете! — включил режим мамочки Карл, начиная свой обычный спланированный маршрут на подобный случай: зайти в комнату за полотенцами, взять из верхнего шкафчика на кухне какао, поставить греться чайник, обязательно загнать парней в ванную под горячий душ. Они освободились только через полчаса, выполнив все указания, наконец усаживаясь на диван с довольными вздохами. Брэндон присел между ними, закинув руки им на плечи. — Ну что, купили что-то, чтобы цеплять девчонок? — посмеялся он, растрепав ещё влажные волосы Ло. Тот, словно довольный щенок, тут же привалился ближе, закидывая свою руку в ответ. — Да-а-а! — профырчал он. — Тебе мы дезик купили. Тот, который ты тогда не успел, он сегодня по акции был! — Потому что задрал вонять на всю хату, — дополнил Дилан из вредности. За это его небольно ущепнули за бок. В ответ он закатил глаза. — О, спасибо, — радостно улыбнулся Брэндон. — А себе чего? — Я прикупил ножи… Да, простые, швейцарские, боже, Карл, не смотри на меня так! Они очень удобные! И вообще я коллекционер. Ещё взял вот это, — Ло потянулся к пакету, который оставлял под собой мокрое пятно. Оттуда вытащил ещё один пакет, который легко разорвал, без угрызения совести, разворачивая аккуратно сложенную серую кофту. С огромным принтом волка на спине и милого пёсика на лицевой. — Крутяк! — Наконец-то не что-то белое в твоём гардеробе, — хмыкнул Дилан. Его опять ущипнули за бок. — Ну, а ты чего купил, нёрд наш? — Да я… — Дилан передёрнул плечами и закатал рукав толстовки. На правой руке, на тонком запястье висела простая серебряная цепочка. Не слишком широкая, не слишком тонкая, с толстыми звеньями. Смотрелось горманично вкупе с черным кольцом на мизинце и бледной кожей. Брэндон не удержался и взял его за запястье. — Что-то наш нёрд в последнее время себе украшения накупает. Погоди, ты что, влюбился? — последнее слово он протянул, поиграв бровями, — Кто эта девчонка? Дилан вспыхнул, как мак. Особенно отчётливо это было заметно на его бледной коже. Он тут же отдёрнул руку, заваливаясь назад так, чтобы вернуть себе личное пространство. Пока Брэндон хотел спросить, что он сказал такого, ему в плечо уже прилетел сильный удар. Лололошка недовольно насупил брови. — Брэндон, это не тактично, — сказал он, ударив ещё раз, видимо, для закрепления. Удар у него был поставлен хорошо, даже слишком, поэтому Брэндон ухватился за больное место. — Да ладно, тебе! Чего драться? — Лололошка прав, это не красиво Брэндон, — встрял уже Карл. Он надул щёки, в каком-то подобии обиды, но очень быстро переключился, тут же улыбнувшись, — Дилан, а цепочка красивая. Тебе идёт. Дилан только кивнул. Нормальный цвет лица уже вернулся, и выглядел он уже спокойнее, вновь натянув маску равнодушия. Поднявшись, он схватил уже пустующий пакет, выбросил его в мусорку и ушёл в комнату, даже не хлопая дверью. Но в Брэндона всё равно вперились недовольные взгляды. — Да что? Ответом его снова не удосужили.

five

В ноябре, когда выпал первый снег и ударили морозы, из-за проблем с трубами пары по физре совместили в одном маленьком, но отапливаемом спортзале. Как-то так случайно вышло, что математики занимались вместе с информатиками. Обе группы были не большими, все те, кто всё же удосужился прийти. К удивлению Брэндона, среди незнакомых лиц он увидел Дилана. — Братан, а ты чего здесь? Я думал, ты прогуляешь! — Ты же знаешь Карла, — хмыкнул Дилан, бросая сумку на скамейку, — Он в этом году решил вообще не давать мне спокойно жить — проверяет мою успеваемость. — А, ну это да, — хмыкнул Брэндон, захлопывая шкафчик со своей сменной одеждой, — Заботливая курочка-наседка. Дилан стянул с себя толстовку, как обычно чёрную, под которой была тонкая белая футболка, просвечивающая практически всё. Брэндон зацепился за тёмное пятно на чужой груди и сначала подумал, что ему показалось, пока Дилан не огалился. Действительно, под ключицами была набита свежая татушка звезды, ещё покрытая защитной плёнкой. — О, нёрд себе татуировку набил? — хмыкнул один из парней, однокурсников Брэндона. Парень сам по себе был пухляшом, но смотрелся внушительно из-за высокого роста. Дилан кинул на него резкий взгляд — такой, какой обычно он использует, когда кто-то лезет не в своё дело. — Радуйся, что не твоё ебало. — Э, — тут же вскипел тот. Поднялся с места, возвышаясь над Диланом, — Базар фильтруй, педрила. Раздевалка тут же зашумела. Однокурсники Дилана встали на защиту своего, за спину математика встали свои. И только Брэндон выступил на нейтрале. — Ребят, успокойтесь. Говард, ты не прав, — сразу приструнил он парня. Говард не был ему хорошим другом, просто от того, что не сошлись характерами, но становится врагами он тоже не хотел, — Тебе вообще не должно быть дела, кто что бьёт. — И чё ты его защищаешь? — огрызнулся Говард, уже без прежнего пыла. — Он мой друг. И мой сосед, между прочим. Обстановка разрядилась. Скоро должен был быть звонок, поэтому часть парней уже выбежала, встречаясь в спортзале с девчонками. Кто-то из однокурсников Дилана сказал что-то короткое и успокаивающее и тоже вышел. Так и получилось что Брэндон и Дилан остались одни. — Ну, спасибо, чел, — коротко улыбнулся Дилан, спеша переодеться. Брэндон отмахнулся. — Забей. Говард всегда такой. Ты не обращай внимания на его слова, он всех так зовёт, когда злится. Дилан бросил на него долгий, задумчивый взгляд, наконец завязывая шнурки кросс. Пока было время, Брэндон решил кое-что уточнить: — А почему звезда? Нравятся они тебе? — Скажем, это мой стиль, — криво усмехнулся Дилан. Он больше ничего не сказал и вышел из раздевалки. Брэндону оставалось только почесать затылок, да оставить мысли на потом.

six

Началась зимняя сессия. Все студенты стояли на ушах, спеша закрыть долги и получить свой (не)заслуженный автомат. Брэндон не переживал, ведь у преподавателей он был любимчиком и никогда не пропускал пар, поэтому выходил сухим из воды, даже не зная математики и не беря в руки учебник больше двух раз в месяц. А вот Дилан суетился, хотя проблем с учёбой у него никогда не было. Причина его беспокойства была озвучена рано утром, ещё до звона будильника. — …Брэндон. Брэндон, блять, просыпайся! — тормошил парень его за плечо, едва с ногами не забираясь в постель. Брэндон едва разлепил сонные глаза и промямлил что-то, напоминающее по интонации вопрос, — У тебя же права есть? Отвези меня по-бырому. — Куда? — Потом скажу. Собирайся. И выпорхнул за дверь. Брэндон уронил голову обратно на подушку, но сон больше не приходил. Пришлось подниматься. Как оказалось, Дилану срочно нужно было съездить домой. Это было в соседнем городе, автобусы из-за непогоды не ходили, а такси вышло бы слишком дорого. С каршерингом было проще, но прав у парня не было. Единственный вариант — отзывчивый сосед. По дороге, Дилан всё же соизволил признаться: — Я там оставил флешку, когда ездил на выходные. А там все работы, препод без них меня тупо завалит. А экзамен уже сегодня вечером. — Чего раньше не сказал? — спросил Брэндон, коротко зевая, да вглядываясь в темноту. За окном мягко падал снег, трасса терялась в тенях деревьев, окружающих дорогу. — Да я думал она в столе. А с этими зачётами времени не было. Спохватился ночью. — Ночью… Погоди, — он бросил быстрый взгляд на часы. Пять утра, — Ты вообще спал? — Ну… Нет, — зябко поёжился Дилан. Брэндон прибавил отопитель. На улице температура опустилась уже до тридцати. Видимо, эта зима будет особенно холодной, — Мне не до того было. — Так, ложись спать, — приказал Брэндон. На молчаливый протест, он продолжил уже менее строго, с заботой, — А то меня Карл потом съест за то, что ты прямо на экзамене отключился. — Да я на энергетиках держусь, — хмыкнул Дилан, впрочем, уже откидывая голову на ремень и сползая по сидению чуть ниже, — Спасибо, что помог. — Да чё уж там. Вскоре послышалось тихое сопение, и Брэндон убавил радио, сосредоточившись исключительно на дороге и навигаторе. Приехали они к полседьмому утра. Дом был пригородный, двухэтажный, скромный, с маленьким участком. Дилан открыл ворота собственным ключом, пробрался по очищенным дорожкам, чуть припорошённым снегом, поднялся на заледеневшее крыльцо, постучался. В окнах уже горел свет, поэтому очень скоро послышались шаги, и дверь распахнулась, явив перед парнями невысокую женщину. — Дилан, дорогой, что случилось? — беспокойно засуетились она, но Дилан только покачал головой. — Привет, ма, я за флешкой. Я хотел написать, но уснул по дороге. — За флешкой?.. Ну ладно, не стой на пороге, заходи. А это?.. — А, это Брэндон, — Дилан заступил в дом, обернулся на друга. — Здрасьте… Дом приветствовал их тёплым древесным запахом, светлыми обоями и полумраком. На кухне и гостиной горел свет, а вот некоторые комнаты были заперты. — Папа и сестра ещё спят. А разве у тебя нет сегодня экзамена?.. — Я поэтому и приехал. Так, щас поищу… Ма, а есть что поесть? — Да, я как раз завтрак приготовила. Ты не ел? — Да я и не спал, — криво усмехнулся Дилан. Заранее прервав не начавшуюся лекцию о нарушении режима, он вскинул руку и кивнул себе за спину, — Накорми пока Брэндона, а я к себе в комнату. — Да я не голоден… Но мама Дилана уже поставила себе цель и повела гостя на кухню. Там на плите шкварчал бекон с яишницей, в кастрюле уже были спагетти с пастой, и пахло свежей выпечкой. Как оказалось, мама Дилана любила печь домашний хлеб и другое мучное. Брэндона усадили за стол практически силком, и он наблюдал круглыми глазами, как ему накладывают огромную порцию спагетти. — Дина всё равно столько не съест, а готовить только ради неё в маленькой кастрюльке, которую я не люблю, я не собираюсь, — хмыкнула женщина, — А в большой они перевариваются, если мало. Ты давай, ешь. Так рано выехали, да ещё и по такой дороге, ты устал, наверное. — Спасибо большое, миссис Уилсон. — Ой, зови меня просто Кэтти. Я не люблю все эти формальности. Брэндон бы всё равно так не обратился к взрослой замужней женщине, поэтому просто решил промолчать, решая взяться за еду. Миссис Уилсон села рядом, намазывая сыр на свежий хлеб, да выкладывая кружком на тарелке. Затем взялась за помидоры, огурцы, колбасу. Завтраком она занялась основательно. Брэндон даже успел немного расслабиться, неспешно поедая свою огромную порцию, когда неожиданный вопрос заставил его поперхнуться: — Вы с Диланом встречаетесь? — Что? — выдавил из себя Брэндон, прокашлявшись. Миссис Уилсон наклонила голову в бок, в недоумении. — Разве нет? — Нет, мы… С чего вы взяли? — Ну, как же, ты парень красивый, у Дилана, по моему, как раз вкус на такой тип… — заметив ошарашенный взгляд, миссис Уилсон ахнула, приложив ладонь ко рту, — Ах, так ты не знаешь!.. — Дилан гей?.. — слабо пробормотал Брэндон. Миссис Уилсон кивнула. Затем её взгляд стал твёрже и она наклонилась к нему ближе, опасно направив в его сторону нож. — Если ты этого не одобряешь, то скажи это прямо сейчас и можешь убираться из этого дома. И не смей приближаться к Дилану даже на пушечный выстрел! — Нет, я… Простите, я не знал, но я не против, просто… Просто в шоке. Миссис Уилсон заметно расслабила плечи и даже улыбнулась. Ножом она продолжила резать колбасу. — О, это нормально. Мне тоже было сложно это осознать, но Дилан всё ещё мой сын и мне не так уж и важно, с кем он будет строить отношения, если он будет счастлив. Прости за такую резкую реакцию, я привыкла защищать своих детей. А Дилану уже разбивали сердце подобным непринятием. — Ох, — вздохнул Брэндон. Он вспомнил тонкую полоску шрама в уголке губ и ломанный мизинец. Миссис Уилсон продолжила говорить, словно погрузилась в мысли. — Это было во время старшей школы. Дилан тогда только-только принял себя, начал попытки самовыражения. Он познакомился с одним мальчиком, тот был с другого района, поступил сюда в колледж. Он как раз и помогал Дилану искать людей с той же ориентацией. В тот день они пошли погулять в торговый центр. В автобусе на них наткнулись одноклассники Дилана. Не знаю, услышали они их разговор или заметили знаки, которые они подавали — больше из шутки, чем действительно серьёзно, — но они подкараулили их и избили. Дилану переломали пальцы, тому мальчику обрезали волосы, вывихнули плечо. До сих пор помню те судебные разбирательства. Я думала, не сдержусь, сама кого-нибудь ударю. Дилан едва смог закончить школу — те мерзавцы его как могли унижали. Пришлось ему готовиться дома самостоятельно к экзаменам. Он ещё долго сторонился людей, ходил к психологу долгое время. Но в этом году ему стало значительно лучше, я так рада, что у него появились хорошие друзья. Брэндон удивлённо глядел в тарелку, обрабатывая рассказ. Он и подумать не мог, что на самом деле скрывалось в прошлом у этого нёрда. Последние слова миссис Уилсон едва его на слёзы не пробили. Дилан редко признавал их своими друзьями, но если даже его мама отзывалась о них с такой теплотой, то можно было с уверенностью сказать, что Дилан ими очень дорожил. — Дилан хороший человек. У нас все в блоке его очень ценят! Да мы за него горой встанем! — Это хорошо, — улыбнулась миссис Уилсон. Тут со второго этажа послышались спешные шаги и на кухню зашёл Дилан. — О чём шушукаетесь? — спросил он без интереса, тут же подхватывая с тарелки бутерброд, — О, очень вкусно, ма, спасибо. — Не кусотничай! Давай я тебе спагетти наложу… — Не-не-не, давай, Брэндон, поехали. Мне ещё повторять надо билеты. Ма, давай, папе привет, систер привет. — Да как же… Дилан! — Пока! И, вытащив Брэндона из-за стола, он накинул куртку и выбежал на улицу. Брэндон неловко помахал рукой на прощание, поблагодарил за еду и тоже вышел. В этот раз в дороге стояла довольно напряжённая атмосфера. Дилан этого особо не замечал, что-то спешно печатая в телефоне, а Брэндон не знал, как сейчас относится к человеку, которого, казалось, узнал совершенно с другой стороны. Спустя полчаса молчания, он наконец решился спросить прямо: — Дилан, ты гей, да? Он заметил краем глаза, как Дилан на своём месте замер. Он очень неуютно повёл плечом, вздохнул, отложил телефон в карман. — Тебе мама рассказала, да? — Мгм. — Ну… Ладно, рано или поздно ты бы всё равно узнал… — А почему ты мне сам не говорил? — Брэндон то сжимал, то разжимал в руках руль, не зная, как успокоиться. Нервная дрожь то и дело пробегала по плечам. Дилан сложил руки на груди. — Да потому что я не хотел с тобой разрывать отношения. Ты же натурал до мозга костей. Я боялся, что ты отреагируешь… Плохо. Я этого не хотел. — Кто ещё знает? — Все, — заметив удивлённый, кратко брошенный взгляд, Дилан неопределённо махнул рукой, — Карл, Чед, Ло. Тайлер не знал. Однокурсники мои. Я дальше не распространялся. — Прости, — расстроенно выдохнул Брэндон, — Я не хотел, чтобы ты считал, будто бы я не смогу принять тебя настоящего. — Да не извиняйся. Нормально. Снова повисла тишина. Уже не такая тяжёлая, но всё ещё не распологающая к лёгкому разговору. В голове вспыло начало разговора с миссис Уилсон, затем ранее замеченные знаки, и Брэндон, алея щеками, невнятно пробормотал: — Я тебе нравлюсь? — Да с чего ты… Тебе мама что-то наплела?! — взвился Дилан, едва не вжимаясь в кресло. Брэндон поспешил его успокоить: — Нет, она ничего не сказала, я сам догадался. Дилан поёрзал на сидении, нервно подёргивая ремень. Он был весь красный, поправлял пряди волос, падающие на лицо. — Ты не подумай… Я знаю, что ты по девкам. Поэтому я и не рассказывал тебе, что я голубой. И я от тебя ничего не хочу я просто… — Дилан, всё нормально, — прервал его бормотание Брэндон. Затем, спустя минуту молчания, сказал, сам себе не веря, — Давай попробуем. — Что? — в шоке спросил Дилан. Брэндон криво улыбнулся. — Ну, встречаться… — Зачем? — он нахмурил брови и глядел дико, — Чего я тебе, прикольная, дивная игрушка? — Нет, просто… Я сейчас когда задумался, то подумал, что ты мне всегда был симпатичен. Как человек. Как… Парень. Может, у меня поэтому с девушками не получалось никогда? — Брэндон взглотнул, перебирая польцами по рулю. Всё, что он сейчас говорил, не укладывалось в голове в стройные строчки. Ему больше командовало сердце, беспокойно сжимаясь в груди. Дилан молчал. Он сидел, то бледнея, то краснея, сжимая пальцы в кулаки. Спустя долгое время молчания, когда Брэндон уже хотел просто извиниться и молить забыть этот разговор, он, наконец, произнёс: — Хорошо… Попробуем. Оставшийся путь они провели в очень смущающем, но забавном разговоре о себе, о своих родных, о девушках и парнях. Брэндон даже сам не понял, как, но в какой-то момент он больше даже не мог представить свою жизнь без этого угрюмого нёрда с очаровательной улыбкой. Мозг сам вписывал его во все мечты и представления. Или, скорее, просто проявлял тот кусочек, который раньше оставался незаполненным. Когда они приехали к общаге, уже поднималось солнце. Остановив ласточку, Брэндон вытащил ключ зажигания, машина замолкла. В образовавшейся тишине, на удивление уютной и мягкой, он повернулся к Дилану. У того смыкались глаза, но он упорно старался не спать, растёгивая ремень и поправляя сумку на плече. Когда он уже потянулся к двери, то Брэндон остановил его лёгким касанием к плечу. Осторожно приблизился, встречаясь с удивлённым взглядом. — Можно?.. Дилан нервно облизнул губы, бросил взгляд за лобовое стекло, поправил волосы, отчего серёжка звёздочка беспорядочно закрутилась. И слабо кивнул. Поцелуй был скорее касанием. Первым и очень неловким. Брэндон пытался больше сосредоточиться на собственных ощущениях, и, к удивлению для себя, не чувствовал отторжения. Целовать Дилана было приятно. У него были мягкие губы, с остаточным привкусом сливочного сыра. Немного обвыкнув, Брэндон, уже смелее, наклонился ещё ближе, упираясь одной рукой в сидение, а другой обхватив чужую тёплую щёку. Дилан тоже подался вперёд, наклоняя голову к прикосновению и приоткрывая губы, чтобы скользнуть языком навстречу. Поцелуй очень быстро перетёк из боязливого в страстный и оторваться друг от друга было довольно сложно. Прервал их громкий стук в стекло. В ту же секунду отпрянув по разные стороны, парни обернулись к водительскому окну. Там, улыбаясь, с розовыми щеками от мороза, стоял Лололошка. — Блять… Опусти-ка стекло. Брэндон так и сделал. Ло практически просунул голову в салон: — Поздравляю, голубки! — Какого хуя? — тут же вскипел Дилан, переваливаясь через колени Брэндона, чтобы схватить радостного соседа за грудки. Ло, в попытках отпрянуть, ударился головой с громким «ой», — Ты чё тут делаешь? — Заказы относил... Отпусти, Дилан! — В восемь утра?! — Ну а когда ещё?.. И вообще, это я спросить вас должен, чего вы тут милуетесь, а не спите в кроватях. — Да ты... — Мы щас поднимемся, — прервал не начавшиеся разборки Брэндон. Дилан с неохотой отпустил Лололошку, а тот поспешил выскользнуть из зоны досигаемости. — Я жду подробный рассказ! — закричал он прежде, чем быстрым шагом направиться к общаге. Дилан обречённо вздохнул, закрывая лицо руками. — Дебил... Брэндон не смог сдержать смешка. Когда на него подняли недовольный взгляд, то он поднял руки в знак капитуляции. — Да ладно тебе. Всё нормально будет. И, быстро чмокнув Дилана в лоб, поспешил выйти из машины. Тот, положив ладонь на место поцелуя, удивлённо распахнул рот и похлопал глазами. Отчаянно стараясь не краснеть, он тоже вышел из машины.