Не больше, чем аффект

Я тебя обязательно встречу,

обниму и мне станет уютно,

если не на улице вечером,

то во сне, где-то под утро.

—Но я основал this team. —Полчаса безуспешных попыток доказать друзьям, что его спор имеет значениe, все еще не венчались успехом, от того и вздохи между фразами были длиннее, и жестикуляция все размашистее. —I’m a leader of this fucking group. —Что уж говорить об английском. —Танос, я умоляю. —Потерев переносицу, девушка поднялась за очередным стаканом воды. —Хочешь устроить ссору, потому что мы один раз напились и встретились без тебя? —Надоело ей все настолько, что уже сейчас она готова была отправить обоих за дверь, сразу после заблокировав во всех, имеющихся у нее соц-сетях. —Это хуйня. Если хочешь винить меня, делай это за пределами моей квартиры. —Да неужели, стерва? —Периодически, высовывался и третий спорящий. —Может нужно уточнить, что ты позвала нас обоих без предупреждения? —Обычно в тот момент, когда остальные слишком устали, чтобы что-то добавить. —Или тебе весело играть с людьми в свои игры? —Извини, забыла, что для тебя бедного нужно ставить предупреждения. —Саркастично, но устало вскинув руки, Сэ Ми продолжила. —Предупреждаю, в квартире будет находиться Танос. Твой друг, если ты вдруг забыл. —Просмеявшись с еще более раздраженного лица напротив, девушка залпом выпила полстакана. Все еще сушило. Наконец, минуты с две раздумывая над только что услышанным, в диалог снова вернулся Танос. Правда с лицом, все еще полным непонимания, и кучей нечленораздельных мычаний, вместо фраз. —What the fuck происходит, my friends? —Но ответа не последовало. —Okay? Вы так близки, что у вас есть secrets about me? Я думал мы команда. —Драматизма этому человеку было не занимать. А потом пара ужасно грустных и оскорбленных глаз, которые сейчас напоминали щенка, оставленного на улице, повернулись к Нам Гю. —Я думал we are friend, Нам Су. —Приложил руки к груди, в надежде донести до друзей, что факт их совместного времяпровождения без него, ранил того в самое сердце. —Я Нам Гю. —Нам Гю раздраженно вздохнул, будто надеялся хоть когда-то услышать свое имя в правильном произношении. —Мы все еще друзья, Танос. Но может и ты виноват, что бросил часть команды, не удосужившись даже просто написать? —Хотелось стереть только что произнесённые слова, вычеркнуть из памяти остальных, но все что получилось, только облизнуть высохшие губы в надежде, что это может помочь. К счастью, вместо ответа последовал тихий стук в дверь. Тогда вся компания огляделась и убедившись, что конфликт можно считать исчерпывающим себя хоть на какое-то время, успокоилась. —Ебитесь дальше без меня. —Кинув на обоих предупреждающий сердитый взгляд Сэ Ми направилась к двери. Стук повторился чуть громче. За дверью стоит слегка помятая Сэ Бек в куртке цвета хаки, обе руки засунув в карманы. На лице видны следы бессонной ночи, что неудивительно, с учетом ее странных активностей. И Сэ Ми уже начинает жалеть, что потревожила подругу. Хотя та ничем не показывает свое недовольство, только осматривает прихожую, подсчитывая какой по счету приехала. Когда обувь и куртка оставлены в совсем тесной прихожей, и подруги оказываются на кухне, оказывается, что их там теперь никто не ждет. Чему Сэ Ми, наверное, даже рада. Сколько бы не фантазировала она о встрече Сэ Бек с двумя ее новоиспеченными друзьями, все представления прерываются в лучшем случае, дракой. А о худших вариантах даже думать не хотелось.

***

—Я думал ты только по таблеткам. —Нам Гю опирается на бетонный парапет, но глаза, отрицая привлекательные виды по ту сторону балкона, направлены на лицо друга, с которыми они не виделись словно целую жизнь. —Вот что ты обо мне думаешь, Нам Су? —И даже если был бы вариант удержаться, все равно он бы его не выбрал. —You think я, как и другие рэперы, считающие экстази дном зависимости? —Хитрая улыбка, взъерошенные волосы, взгляд, который никогда не получается словить, как бы ни старался. Еще сидя у Сэ Ми на кухне, пока та вежливо обхаживала одну из своих гостей, Танос ненароком проболтался, что в кармане есть самокрутки с травой. И что вставляет от них ничуть не хуже, чем от таблеток. Для Нам Гю это было слабым аргументом, но хвалиться тем, что его взгляды на наркотические вещества намного превосходят Таноса, было как-то нелепо. А вот возможность снова испытать то самое чувство вместе с другом, интересовала его гораздо больше. Поэтому, неясно качнув головой и неприятно улыбнувшись, он последовал за Таносом в сторону балкона Сэ Ми. —У тебя только одна что-ли? —И теперь, удобно вдвоем опираясь на крепкую преграду, отделявшую их от шумных улиц Сан Мун Дона, наполняли тесный балкончик их новой подруги едким дымом, болтая при этом ни о чем. Нам Гю уже не ожидал услышать ответ. Может, Танос даже не услышал его вопрос, потому что настолько был поглощен раскуриванием косяка, который только пару секунд назад смог зажечь. На улице бушевал ноябрьский ветер, все пытаясь предотвратить накуривание друзей. —Yes, is it problem? —Вместе с очередным облаком смога, неожиданно ответил рэпер. —Вспомним прошлое. Не дождавшись реплики друга, он просмеялся. Теперь смех звучал иначе, трава делала свое дело, добавляя привычным нотам хрипотцы, развязности. Не сказать, что это было плохо. Скорее даже наоборот, Нам Гю начинало нравиться. Но чтобы перестать стесняться этого чувства и полностью раствориться, необходимо было все-таки достичь того же состояния, которого теперь достигал Су Бонг, делая каждое свое даже небольшое движение плавным, текучим. И он, словно прочитав мысли Нам Гю, тут же выполнил его желание. Костлявые пальцы потянулись к губам друга, зажимая между ними самокрутку. Нам Гю, принимая новую игру, принял и «угощение» из рук друга. Позволяя Таносу держать для него косяк, затягивался он как можно медленнее, пытаясь ухватиться за момент, взять в себя как больше дыма. И даже выдыхая, не отступает он от своей жадности, потихоньку выпуская кольца дыма в открытое окно. Таносу правда так стоять наскучило, и он все-таки забрал руку к своим губам. —Что значит вспомнить прошлое? —От обычной травки Нам Гю торкнуть не должно было, но видимо память отшибло напрочь. —Сам подумай. —Но не дав даже секундочки на выполнение своей просьбы, продолжил. —Like in your house, на твоей кухне. Еще до всех этих игр. —В воздухе он закружил самокрутку, изображая слово «этих». —Неужели не помнишь, Нам Су? —Заранее улыбнувшись, он дождался привычных складок меж бровей. —Ты че реально все помнишь, друг? —На что Танос смог только покачать головой, увлеченный сигарой. Сам то он помнил все до мелочей, но вот то, что воспоминание оказывается не его личным, а общим, пугает, и при этом доставляет удовольствие. Нужно было остановить себя на изначальной мысли. Но не вышло. С чего бы вдруг рэперу, у которого собственных текстов в голове от силы 2 партии, вспоминать дряхлую кухню его дилера-бармена? Не клеится. Не было бы травки. —Я Нам Гю. —Но тяжело было расслабиться, когда тот снова неправильно называет его. По какой бы то ни было причине. —Of course, Нам Гю. —Пьяная, плывущая перед глазами улыбка, не давала и долго злиться. —Плохая память, you know. Молчали, после последней фразы минуты две, может больше. Время странно плывет, когда ты под чем-то. Ноги начали затекать от одного положения. Переставил правую чуть вперед. Потом Нам Гю наконец что-то понял. Сложились в голове все фразы. Перемотал. Послушал еще раз. Нам Су, пьяная улыбка, вспомним прошлое, облако смога. Рассмеялся. Танос поразглядывал его. И сам рассмеялся. Примерно одновременно, также резко, как и начали, смешки оборвали. —Так че ты в итоге после выигрыша делал? —Словно они уже начинали эту беседу, спросил Нам Гю. —Я думал, ты ближе к столице переберешься. Концерты давать и все такое. У Таноса странная реакция. Нам Гю старался не задумываться, но, когда глаза смотрят прямо на сморщенное лицо, не задумываться не получается. Что-то не понравилось.

***

—Мне не нравится каждый раз слушать твои обещания. Продюсерам нужен альбом, а не твои бредни о человечках в красном. —Голос в трубке резал слух. Нужно было поубавить громкость, перед тем как зажимать телефон между ухом и плечом. Но теперь поздно об этом жалеть. В руках удобно расположился белый джойстик от приставки, и Танос, увлеченный игрой, на болтовню со своим «приятелем» из рэперских времен, отвлекаться не планировал. —Але? —На обратной стороне провода были слышны разные звуки. —Танос, ты где? —Потому что он на студии. Как любой нормальный рэпер он пишет альбом, чтобы к началу февраля, одному из самых лучших сезонов для релиза, успеть дописать его. Таносу бы следовало сделать тоже самое. Да только что-то все время держало его. —В пизде. —Было поздно реагировать. В игре он проиграл. —Dude, I’m so fucking sick of you. —Раздался грохот. Это джойстик, будучи крайним во всей этой ситуации, полетел в стенку. Из-под подушки Танос достал электронную сигарету. В новом большом доме, который он снимал на окраине города, все было расположено так, чтобы вставать с дивана в просторной гостиной приходилось минимальное количество раз. Только в туалет или открыть дверь курьеру. Обычно он доставлял только алкоголь и фастфуд, но иногда были в скудных днях рэпера проблески разнообразия. —В жопу свои америкоские словечки засунь. —Танос готовился отключиться, но собеседник еще не договорил. —Короче, я сказал то, что сказал. Не успеешь к февралю — вряд ли появиться такая возможность еще хоть раз в твоей жизни. О тебе и так уже вспоминают только в дни выхода твоих самых известных альбомов. Не проебись, дружочек. —Злорадный смех украсил и без этого не очень приятную беседу. —Прекрати со мной возиться и займись собой. —Это было последнее, что он сказал, прежде чем отключился от назойливого артиста, мечтающего получить часть гонораров за альбом Таноса. Обломается. Денег не получит никто, потому что Таносу откровенно все равно на музыкальную индустрию. Все что его волнует последние две недели умещалось в одной небольшой комнате. Бутылка соджу, оставленная возле дивана, содержимое которой он допьет, когда наступит похмелье, приставка, в которой и пропадали все дни Таноса, таблетки для особенных случаев, телефон, на который постоянно поступали надоедливые звонки, Танос предпочитал его использовать только для переписки с подругой. А музыкой еще будет время заняться. Потом. Когда придет вдохновение, наступит лучшее время, появится желание. Все что угодно, только не сейчас. С дивана все-таки пришлось встать. Хотя бы чтобы поднять контроллер. Заодно появилось желание завернуть по коридору и зайти в комнату, из-за которой Танос в первую очередь потратил около 900 миллионов вон на этот дом. Это была специально оборудованная студия звукозаписи. Выглядела она почти также как та, в которой Танос записывал свои первые альбомы. На столе стоял включенный компьютер. В приложении виднеется уже открытая демоверсия одного из синглов. Записанная на следующий день после того, как команда Таноса выиграла игры, и он купил этот дом. Кнопка проигрывания на зло выделена красным цветом. И даже глухой бы здесь точно услышал ее вопль, призывающий нажать наконец мышкой на нее. Чтобы совершить подобную ошибку, Таносу много мозгов не надо. Yo, я зашел в хату, пол плывет, как в море… Мой чек теперь heavy, забудь о горе! Мы забрали этот банк, мы теперь короли, Видел мои цифры? Они просто holy! Сэ Ми смотрит на меня, взгляд — чистый savage, Но даже она знает: я поймал этот advantage. Я winner, я легенда, я просто beast, Слышишь этот звон? Это золотой свист! Нам Гю, мой homie, ты где там застрял? Я без тебя сегодня бы точно пропал! Нам Гю, эй! Помнишь тот самый крест? Там внутри — магия, наш личный test. Мы глотали те таблы, как будто это конфеты, Плевать на запреты, мы искали ответы! Мой крест — наш cheat code, наш тайный план, Мы с тобой — банда, один океан. Ха! Помнишь, как мы ржали над тем слабаком? Я угорал, а ты поддакивал — мы шли напролом. Твои шутки — это trash, но я всё равно смеялся, Потому что в этой игре я за тебя держался. Мы делили страх, мы делили этот vibe, Нам Гю, ты — мой брат, это настоящий tribe. Я сейчас пьяный, я wasted, признаю, Но за тебя, братан, я в любой очереди постою! Посмотри на меня, я shiny и крутой, У меня куча cash, я иду за мечтой! Нам Гю, не забудь вернуть мой крест… или твой? Короче, я спать… Я сегодня герой. Это был real deal, это был успех… Танос — номер один… я лучше… их… всех… Запись оборвалась мычанием. Тогда то, Танос, кажется, и сбился с мысли. На телефон в руке пришло сообщение. semiscissors «сторис мои смотришь?)» Пришлось некоторое время потупить в экран телефона, прежде чем разобраться, о чем вообще шла речь. Если быть уж совсем откровенным, этого оказалось мало. Пришлось зайти в профиль, пересмотреть, перечитать. Тогда вот все и сложилось. Вспомнился день, а точнее ночь. Танос с прежней бутылкой в руке. Быстро жмет пальцем в правую часть экрана, дабы пропустить обновления всех своих псевдодрузей. Останавливается, увидев знакомое лицо. Приглядевшись, замечает Сэ Ми с улыбкой на лице, которую он не замечал на играх. А может просто не искал? Рядом парень в темной толстовке, с капюшоном. Вот его то он и заметил. Танос поклясться всем своим выигрышем может, что откуда-то знает этого парня. Может выдали широкие плечи, может кончики черных волос, достающих до шеи, кисти рук, на стакане, который находится в кадре на первом плане. Но это точно не он. Он и Сэ Ми ненавидят друг друга, а люди на фото близкие друзья. Но что-то заставляет все же проверить. Просто из интереса убедиться.

Thano$$

«С кем тусила tonight?»

Это точно был не он. Потому что если это не он, то все становится легко и понятно. Но если это он, то все становится сложным, тяжело объяснимым. Объяснения Таносу и так давались с трудом.

***

—Эй, друг. —Нам Гю начинал беспокоиться. Время текло странным образом, но тут как ни глянь прошло уже достаточно, чтобы успеть придумать ответ на такой легкий вопрос. —Ты в порядке? —Да. —Руки инстинктивно стали протирать глаза. —Yes. All its okay. —Словно слова, сказанные на чужом языке, звучали правдоподобнее, чем на родном. —Жесть тебя с травы уносит то. Обеспокоенные глаза рыскали по первым признакам на друге. Нам Гю это знает лучше, чем кто-либо из их компании. Иногда многолетний опыт, даже тот, о котором не принято говорить, да и тебе самому хочется скрыть, помогает. Но дыхание вроде было как всегда чуть ускоренное, бледности нет совсем, зрачки чуть больше, чем у обычного человека, но это тоже Таносу было присуще и раньше, заторможенность такая же, как и у всех рэперов. Получается дело не в траве. —Don’t worry, Нам Су. —И чтобы он там не сказал, Нам Гю поверил. —В столице таким как я не место. Here is a quiet, спокойнее. Скоро я доберусь туда, но не чтобы быть с ними, чтобы показать им, как нормальные парни пишут свой рэп. —Пламенная речь должна была закончиться минимум битбоксом, максимум одной из партий, которые рэпер уже насочинял, дабы покорить Корею, но к ужасу Нам Гю, ни того, ни другого не случилось. —Про что напишешь? —Про нас, конечно. —Танос ответил так, словно другого ответа и быть не могло. —About games, our team, про нашу победу. Продюсеры не считают это клевой идеей, но кто заботится о их мнении. —Теперь уже его глаза стали что-то выслеживать на лице Нам Гю. Тому пришлось какое-то время подумать над ответом. Потому что последнее, что он ожидал от рэпера, чьи текста никогда не отличались оригинальностью от тысячи других треков про сиськи, деньги и славу, напишет альбом про их историю. От важности слова «нас» на пальцах завертелись серебристые брендовые кольца. —Забей хуй на пидорасов, друг, никого не слушай. —Каждого слова было ничтожно мало. Но сказать больше было бы чересчур. —Я думаю это клевая идея. —Могло ли слово клевая передать хоть частичку всего? Нет. А может Таносу все и не надо. Никто другой бы не заметил, но Нам Гю не другой, и он знает Таноса достаточное количество лет. Шея вытянулась, голова поднялась на пару градусов выше. Глаза блестели. Может слово клевая все-таки имеет вес. —Thank you, Нам Су, как допишу больше половины, —Слова путались, и как бы он не пытался врать, все-таки его уносит с травы. —I mean, ты можешь прийти ко мне и послушать. Время текло не ясно. Как быстро они вернулись к этому? Как быстро можно человека потерять и как легко, с какой огромной скоростью можно всецело получить его обратно? Нам Гю знал, всецело слишком сильное слово. Но разве трава запрещает нам мечтать? Согласившись на предложение друга, он не заметил, как оказался безумно близко. Руки, пропахшиеся табаком, поглаживали рэпера по плечам, спине, шее. Мало.

***

—Ему постоянно мало, Сэ Ми. —Нервный вздох. Подруга разместилась в самом углу кухни, не желая садиться, оправдавшись тем, что в метро уже достаточно насиделась, теперь она стояла, прижавшись спиной к холодной плитке и попивая горячий чай, обжигающий расцарапанное горло. —Других вариантов совсем нет? —Сэ Ми хотела помочь, пыталась. Она и так уже сделала больше, чем должна была. Огромная часть выигрыша была отдана подруге. Только что делать, если это не меняет сути дела, и от вас по итогу ничего не зависит. Плакаться об этом друг другу на кухне. Говорить односложными словами, не проявлять лишних эмоций, не плакать, продолжать выглядеть сильными друг для друга. Врать друг другу, но хотя бы делать это вместе. —Ты знаешь ответ. —Сэ Бек не нравилось это обсуждать. Все упиралось в деньги Сэ Ми. Если бы она не получила визитку, если бы не убила людей, если бы не отдала подруге суммы, которые та в жизни не видела. —Так что за твои новые друзья? —Тогда она бы не испытывала это ужасное чувства стыда. Стыд пожирает даже когда ты просто переводишь тему, когда в очередной раз закрываешься от единственной подруги, которая когда-либо была у тебя, когда выпускаешь шипы. Стыд входит до абсурда, и ты уже не можешь сидеть за ее столом. Не можешь в толпе задерживать взгляд на ком-то, на ком никогда не должна была даже отдаленно мечтать задержать свой взгляд. —Они своеобразные. Мягко говоря. —Девушка задумалась, подбирая характеристику для новых знакомых. —Я не надеюсь, что вы подружитесь, но надеюсь, что вы не убьете друг друга. —Сэ Ми иногда совсем не понимала Сэ Бек. —Потому что вы все мне дороги. —Потому что стыд чувство, которое она испытывала намного реже. —Вечно себя окружаешь странными людьми. Зачем, а главное почему? —Сэ Бек разглядела в глазах подруги замешательство. Хотела было перевести тему. —Может, потому что я тоже такая? —И потому что Сэ Ми всегда шутит, а Сэ Бек никогда не смеется. —Ты и сама знаешь это чувство. По жизни неудачница, сирота, безработная и так дальше по списку. —Сэ Ми могла бы продолжить. Список жизненных неудач никогда у нее не заканчивался. —Думаешь, есть кто-то кто поймет меня лучше, чем мои специфические друзья? —Сэ Ми улыбалась. —Откуда мне знать? —Сэ Бек оставалась непоколебима. —Всё ты знаешь. Ты одна из моих чокнутых друзей, никогда не думай, что это не так. —И потом, решила добавить уже более серьезно. —Нам еще обязательно повезет, а пока будем неудачницами вместе. Сэ Бек улыбнулась, ненадолго, потом сразу отхлебнула побольше кипятка из кружки. Сэ Ми знала, из всех неудачников, ее компания самая менее везучая. И всё же у них есть деньги, надежды, желания. И у нее снова есть кухня, на которой в последствии будет слышен смех. Как много поражений, также много и побед.

***

Много пауз, много воспоминаний. Придержанные слова, несказанные фразы, забытые варианты предложений. Пока Танос наконец не задал вопрос, на который Нам Гю не знал правильного ответа. —And you? —Самокрутка была уже докурена. Танос старался найти ей место на балконе, где нет пепельницы, и при этом не отрываться от темы. —Что ты делал все это время? —Выбрось в окно. Нам Гю оперся на сомкнутые в кулаки руки. Что он мог ответить? Что попытался снять новую квартиру, но в первый же день готов был в окно прыгать от пустоты дома? Что вернулся в однушку, которая досталась от мертвой мамы, потому что там хотя бы когда-то были другие люди? Что все это время он то и делал, что безостановочно злился на него и сталкерил в соц сетях? Что за две недели, после того как он стал миллиардером, единственные вещи, которые наполнили его тело дофамином, была попойка с Сэ Ми и парочку драк в клубах с тощими пацанятами? Что все деньги, которые он выиграл он даже не пытался куда-либо вложить, а просто тратил на дозы? Танос не смог бы долго ждать. Все-таки решившись выкинуть остатки косяка за окно, хоть и с извиняющимся лицом, теперь он был полностью вовлечен в беседу. —Ну, работать снова я пока не захотел, поэтому решил пуститься в плаванье свободы, веселья и безработицы. —Снова кусает губы. Во всем виноват холод. —Телочек настолько много, что точную цифру назвать не смогу. Клуб посетил, помнишь может, который… Соврать намного легче, чем мы думаем. Главное оправдать себя побыстрее, пока не успел загрызть себя изнутри, и все легко. А это даже еще проще, чем соврать. Может просто не доверяет. Может хотел быть хоть в чем-то на одном уровне. А с другой стороны: зачем вообще Таносу знать правду? Так ли ему всё это нужно? —А с Сэ Ми вы как встретились? —Танос, как всегда, перебил. Ничего не изменилось. —We are friend or…? —Подбирал слова. Слова, которые раньше Нам Гю не знал, но теперь понимал почти так же, как свой родной язык. Соврать легко, оправдать себя еще проще. —Понятия не имею, друг. —Нам Гю замешкался. —Наверное теперь типа друзья, хотя я не то, чтобы в восторге от этого. —Накрыло чувство скуки по косяку, выкинутому за окно. —Okay. —Танос не поверил. Но ему правда и не нужна. Легко соврать, тяжело обмануть. Наступила очередная пауза. Такие часто наступали у Нам Гю на кухне, потому что там, где трава, там и время течет иначе, оттуда и потребность в паузе. Но там, где молчание, там и потребность трепать без остановки о какой-то ненужной фигне. Чтобы вдруг тишина не превратилась в правду. Она никому не нравится. —Я так скучал по нашей команде. —Танос справлялся с болтовней, умудряясь не прекращать хаотичные перемещения по балкону. —Our team это единственное, что у меня есть. —Нам Гю испугался, от непонимания, что случилось с Таносом. Танос прекрасно понимал, что с ним случалось. Объятия и поцелуи во время первого приема кокаина, желание посвятить весь свой альбом какому-то дилеру на его кухне, потребность приласкать ребенка, которого видишь впервые. Многие говорят, что наркотик делает людей агрессивнее. Но они врут. Танос хотел бы почувствовать злость, ненависть, желание ударить. Но вещества дарили ему только любовь. Никому не нравится правда. —Если бы не ты и Сэ Ми, на самом деле я остался бы один. —Закрутился парень еще более активно. —Хочешь расскажу тебе правду? —И резко упал на пол, уселся так, прижавшись всем своим весом к стене балкона, будто она хочет принять его. —Зачем было врать, что тебя с травы не торкает, придурок? —Нам Гю опустился рядом, прямо напротив, на корточки. Заглянул в глаза, все еще синие из-за контактных линз. Еще есть время все предотвратить. —Нам Су, you are so boring, как всегда. —Улыбался Танос, не предав себя, все также во всю ширину и длину, что мог себе позволить. —Ты хочешь знать правду или нет? —Валяй. —Нам Гю не хотел и горло заболело от того, что он спиздел даже тут. Гю тоже приятнее сладкая ложь. Тем более, раз Таносу не нужна правда, зачем она Нам Гю. Когда у тебя и так есть много причин себя ненавидеть, разве ты захочешь добавить сюда еще и ложь лучшему другу? А если она будет приправлена тем, что в тот-же момент он признается тебе в чем-то сокровенном? Чувство вины сожрало бы, если бы не следующее действие активного репера. —Будем? —Танос достал из кармана вырвиглазно зеленого цвета ветровки еще один косяк. И заулыбался еще сильнее, хотя куда уж тут сильнее. —Ты нахуя ее все время прятал, друг? —Вместе с выдохом о том, что сегодня у Нам Гю не появилась дополнительная причина самобичевания, пришло и недоумение, которое отчетливо отразилось как на лице, так и в самом вопросе. —Курить отдельно каждому не интересно. —Обиженно поджав губы, репер добавил. —Так ты будешь или я сам? —И сразу же хитрая ухмылка вылезла на лице. Нам Гю встал первый, но резче встал все-таки Танос. Курили снова оперевшись на парапет, снова угощали друг друга самокруткой, снова жадничали. Ложь никому не вредит, в то время как правда бьет под самый дых. В какой-то момент, кто уж теперь вспомнит, когда именно с ними случился этот кошмар, пальцы двух молодых людей на балконе их подруги соприкоснулись. Только поглаживающие движения мизинцев, по руке человека, который находится сбоку от тебя. Один палец длинный и тоненький, ярко оранжевым цветом выкрашен ноготь на нем, второй покороче и толще, как и по всей руке, на нем виднеются многочисленные царапинки и шрамы. Что несет в себе такое действие? Просто попытка забрать себе страхи и тревоги другого. Судя по подрагивающим ладоням, забирать было что. Разве это преступление? —Are you miss? —Танос произнес вопрос очень тихо, Нам Гю подумал, что ему послышалось. —По мне типо. —Смельчает рэпер. —Конечно, мы же друзья. —Нелепо. Всё Нам Гю казалось таким глупым. —А ты? —Мы же друзья. —Он улыбался, но теперь не как раньше. Не во все свои блестящие зубы. Танос знал себе оправдание. Любовь — не больше, чем аффект после приема наркотиков. А как оправдаться Нам Гю? Что делать, если твоя натуральная природа агрессия и злость. Его аффект после приема наркотиков — гнев, драки, новые уколы. Когда все пошло не так? Был ли виноват в этом сам Нам Гю, человек, который находится сбоку от него, а может владелица квартиры. Кто уж теперь вспомнит.

***

—Действительно, кто теперь вспомнит, как ты разбила бутылку дорогущего виски о его голову? —Насмешливо заметила Сэ Бек, успевшая допить чашку с чаем, и начиная еще одну. Подруги вспоминали разные истории, приключившиеся с ними еще до того, как все перевернулось на 180 градусов. Это были совсем другие времена, когда Сэ Бек первый раз попробовала стажироваться на нормальной человеческой работе вместе с Сэ Ми. По итогу правда она застала один из самых трагических крахов карьеры, в лице Сэ Ми, которую из бара уволили за многочисленные драки. Спровоцированы все до единой они были контингентом их района, это уже оправдывала себя подруга. Сама Бек оставаться больше не хотела, может у нее самоконтроля побольше, но нормальная работа, тем более без вечно развлекающей подруги под боком, была не для нее. —Он заслуживал не только ее, но еще и дополнительную. Я считай пожалела этого мудака. —Сэ Ми хохочет так, будто все снова развернулось на 180 градусов обратно. —Блять, алкоголь. —Резко одергивая руку от колечка на губе, она так-же резко вскакивает с места. Сэ Бек сидит с лицом неподдельного недоумения. Но вопросов, как всегда, не задает. Тупая привычка, ждать пока люди сами всё тебе объяснят. —Я Таносу настучу по голове, если он с этим идиотом ещё не скинулись с балкона. Погоди. —На этом рассказ Сэ Ми закончился, и она направилась к выходу из кухни. —Таносу? —Раздался смешок Бек, но подруга на этого ничего не ответила. —Специфические друзья, ага, точно. Раздался звук захлопывающейся двери. Не прошло и десяти секунд, как звук изменился на открывающуюся дверь. Девушка готовилась лицезреть новых странных друзей Сэ Ми, после необычных рассказов подруги, появился небольшой интерес к этому событию. Наши ожидания правда не всегда сбываются. Вместо голосов парней, раздался голос девушки, она отчетливо запомнила его еще при первой встрече. —Блять, подруга, ты бы хоть двери закрывала. —Крик послышался не со стороны балкона. Со стороны коридора. —Ау, тут хоть кто-то планирует меня встречать? —Крики разбивались эхом о длинный коридор, но ответа в квартире так и не нашли. Сэ Бек сейчас надеялась на чудо, которого с ней бы никогда не случилось. Пусть подумает, что здесь никого нет, пусть захлопнет дверь и уйдет. Улыбчивая и громкая Чи Ен высунула свою голову на кухню. Глаза ничуточку не округлились, улыбка не под упала. Она всё ещё была той громкой и улыбчивой девчонкой. Позже Сэ Бек отметит, что именно из-за этих её ужасных черт они бы никогда не ужились вместе. Да только это будет позже. А пока она прижатая к стенке, морщит брови довольному лицу напротив, которое уже пересекло порог и прошло на кухню в поисках чего-то, но остановилось на Бек. —Ты прям настолько меня не рада видеть, карманница? —Подметила морщинки между бровей. Внимательная. Сэ Бек ничего не ответила. Чи Ен ей изначально не нравилась, но ради Сэ Ми стоило хотя бы попытаться наладить контакт. И она попыталась и этого более чем хватило, чтобы понять, первое впечатление её никогда не подводило. —Ты её убила? —Будничным тоном спрашивает девушка, при этом уже начиная рыться в шкафчиках, в поисках чего-то. —Чего? —Бек хлопает глазами. —Кого я убила? Чи Ен смеется, и девушка не знает, что бесит ее сейчас больше: сам смех или факт того, что смеющаяся повернута к ней спиной и она не может увидеть выражения ее лица. —Сэ Ми. —Сэ Бек, всё ещё мало понимая связь предложений, продолжила морщить лицо. —Просто первая мысль, когда увидела тебя на её кухне, чего ты так злишься, воришка. —Звонкий хохот раздается еще раз. —Сейчас еще время подходящее, подружка то озолотилась. Она же говорила? —Надеясь, что сейчас не выдала какой-то секрет подруги, спрашивает Чи Ен. —Говорила. —Лицо, по мере тупых шуток собеседницы, становится расслабленнее. —Никого я не убивала, она на балкон пошла, к остальным. —Прищуривается, разглядывая то, что Чи Ен только что достала из шкафчика наверху. Бутылка соджу. Пустая. —То есть и другие уже здесь? Просто супер. —Комментирует Чи Ен, скорее для самой себя. Собеседница то не из разговорчивых. —Странно только, что выпить ничего нет. —И тут же отвечает на внутренний вопрос Бек, что та пыталась найти.

***

—Мне кажется, вы good смотритесь вместе. —Говорит Танос, разглядывая лицо Нам Гю. —Друг, как бы сказать. —Нам Гю бесит даже не факт того, что Танос пытается ему кого-то подобрать, а что ставит его и Сэ Ми в одно предложение. Но сейчас уже нет сил злится, поэтому он просто отвечает. —Наша подружка немного в другую сторону смотрит. Усталость настолько сильная, что Гю укладывает свою голову на согнутые руки, расположенные на перилах балкона. Отсюда, снизу, и наблюдать за недоумевающим лицом рэпера было интереснее. А тупил он минуты две точно, на долгое время закрыв глаза, видимо рассчитывая, что это поможет ему сообразить. —В другую сторону типа как? —Указательным пальцем он указывает на себя же. Нам Гю улыбается, и отрицательно качает головой. —What do you mean? —А Нам Гю всё веселее. Ответить он не успевает. На балкон врывается, в прямом понимании этого слова, Сэ Ми. И выглядит она уж больно недовольной. —Какой черт меня потянул пускать вас к себе домой? —Закатывает она глаза, отбирая в это время самокрутку из рук Таноса. —Один ладно завидует и мстит мне за это, а ты? — Пара недовольных глаз осматривает фиолетовую гриву, и спускается взглядом ниже, до самых носков с красными перцами. Сэ Ми проходит между двух друзей, стараясь как можно сильнее толкнуть обоих в плечи. Рука тянется к обратной стороне парапета, об которую она тушит ужасно пахнущий косяк, и выкидывает его на улицу. —И че вы молчите? —Снова повернувшись, спрашивает. Парни хлопают глазами, разглядывая девушку напротив минуты две. Когда молчание наконец обрывает Танос. Он наклоняется к уху Нам Гю. Но вместо шепота, его друг слышит вполне громкие слова, которые Сэ Ми может расслышать без особых усилий. —Mamas mad. —Протягивает он. Нам Гю смеется. Может перевода не знает, но упоминание чьей-то мамы его обязательно рассмешит. Танос подхихикивает ему, всё ещё не отрываясь от уха. —Придурки. —Нервно вздыхает девушка, когда пальцы протирают уставшие глаза. —Просто идиоты. Купите выпить что-то, магазин рядом есть. —Будто впервые замечает Сэ Ми, успев остыть. Пара друзей в это время уже радостная выбегает с балкона. Один правда, не удержавшись, оборачивается, чтобы показать язык и скрутить дулю. На что в ответ получает средний палец и тихое шипение с оскорблениями и обещаниями больше никогда не пустить в свой дом в адрес его и его друга.

***

—Не похоже конечно, что она миллиарды выиграла. —Недовольно говорит Чи Ен, захлопывая холодильник. На этом по всей видимости её обыск в квартире Сэ Ми, который она провела тщательно, добавляя свои комментарии, был закончен. Пришло время переключиться на кого-то или на что-то. —Так и будешь молчать? —Наклонив голову куда-то в бок, поудобнее усаживаясь за стол, при этом задрав одну ногу на стул, спрашивает девушка. —Мне с тобой говорить не о чем. —Сэ Бек смотрит куда-то подальше от лица Чи Ен, в сторону стены. —Какие мы важные. —Поднимает голову девушка, надменно разглядывая, стоящую у стены. Сэ Бек хотела было что-то ответить, да и Чи Ен было что добавить, но разговор перебили. Как всегда, происходит в команде Таноса, и как скоро случится и с ними. Разговор перебили такой-же ссорой только за стенкой, ссора эта уже приближалась к коридору. Поэтому, если сохранять кромешную тишину, всё можно было расслышать. —Я понимаю, что для вас это сложно, но хотя бы постарайтесь не позориться в моём доме. —Слышен нервный смешок Сэ Ми. Обе её подруги, хоть и не могут её видеть, готовы поклясться, что сейчас она снова теребит пирсинг на нижней губе. Кажется, он был у неё всю жизнь. —Don’t worry, girl. —Слышится уже другой, мужской, хотя, вернее сказать, мальчишеский голос. —Everybody, все хотят дружить с Таносом. —Девушки всё ещё ничего не видят, но уверены, что парень сейчас отсалютовал. —Друг, заебешь трепаться, шнурки завязывай и пошли. —Ворчит третий голос. Танос наклоняется над кроссовками, параллельно болтая с Сэ Ми уже несколько минут. В глазах плывёт, руки не слушаются, как и шнурки, то и дело выскальзывающие из ловких пальцев. Ну и что остаётся делать? Только тянуть время, пока не он вдруг не осознает, что шнурки можно просто засунуть в кроссовки. Тогда-то парни, уже готовые вместе выйти в свет. Оба постараются приободрить подругу, хоть и с помощью разных способов. —I swear мы не сделаем ничего такого. —Пропевает рэпер, потирая плечи подруги. —Успокойся, невротичка. —Бурчит Нам Гю, но подходит чуть ближе и добавляет уже совсем тихо. —Я за ним послежу. —И кивает головой в сторону Таноса, стоящего за спиной, улыбаясь кончиками губ. —Эй, man, что это значит? —Догоняет разговор крикливый Танос. Все трое улыбаются так тепло и искренне, что, войдя сейчас в квартиру Сэ Ми кто-нибудь им незнакомый, он бы предположил, что все трое являются давними близкими друзьями. Что ж, он будет прав.

***

—А вот и хозяйка. —Чи Ен встаёт с места, чтобы обнять только что вошедшую Сэ Ми. —Тебе Бек открыла? —Как имея такие деньги можно оставлять дверь открытой? —Взяв подругу за плечи и разглядывая её лицо, спросила девушка. —Только наша идиотка так могла, да, карманница? —Задала риторический вопрос Чи Ен и наконец обернулась на застывшую Сэ Бек. —А? —Только и получается издать задумавшейся девушке. К счастью для неё же, надолго она внимание не забирает. Сэ Ми берет это на себя, скинув руки Чи Ен с плеч. —Когда-то я задушу тебя, клянусь. —С улыбкой на лице Сэ Ми проходит дальше на кухню. Как настоящая хозяйка она могла бы сказать что-то в духе «Располагайтесь, чувствуйте себя как дома.» Но судя по позам подруг, это было ни к чему. —Я уже жалею, что позвала тебя знакомиться с моими друзьями. —Не понравлюсь им? —Всегда одинаково искренняя и безразличная, спрашивает девушка, отворачиваясь к окну. —Наоборот. Отберут ещё. —Чи Ен не отвечает, но от окна отворачивается, и ухмыляясь, возвращает свое внимание девушкам.

***

—Fuck, Сэ Ми меня с мысли сбила. —Запустив пальцы в фиолетовые патлы, будто это поможет как-то разворошить его память, вздыхает Танос. —В смысле? —Нам Гю идет рядом, занимая на тротуаре гораздо меньше места, во-первых, потому что руки засунуты в карманы, во-вторых, потому что Танос не умеет ходить ровно и то и дело передвигает свое тело то в одну сторону, то в другую. —О чем мы говорили? —Танос вглядывается в лицо друга. —Не помню. —Или не хочу помнить, успевает подумать Нам, прежде чем переведёт тему. —Как твои отреагировали на пропажу? —Что угодно, лишь бы не говорить о ней. —What? —Рэпер хлопает глазами, прежде чем задать еще один вопрос. —Мои кто? —Свежий воздух видимо ему совсем не помогал. —Ну друзья типа, семья там. —Уже сто раз пожалев о заданном вопросе, неохотно ответил Гю. Потому что он знал, что последует встречный. —А, да. —Вернувшись из собственного мира, рэпер продолжил. —Да всем всё равно было, только продюсер козёл злился. А у тебя че? —Явно с меньшим интересом, задал он вопрос. —Да похуй всем. —Поулыбавшись абсолютному безразличию друга, в качестве реакции на их ненужность, Нам Гю оборвал попытки разговориться. —У тебя деньги есть же? —Че? —Нам Гю потупил взгляд, кажется, забыв с кем разговаривает. —Конечно есть, ты за меня не переживай. —И нервно поулыбавшись, он пошел дальше. Если бы у них все было бы так легко. Не дождется. Танос остановился посреди дороги, чем-то напуганный или расстроенный. —Да что такое, друг? —Пощелкав пальцами у лица, парень уже начал напрягаться. —Fuck, ну я короче карту забыл. —Пошарив по карманам толстовки, подтверждая свои слова, он жалобно повернулся к Гю. —Ты сможешь заплатить? —Мне тебе алкашку покупать не привыкать. Пошли быстрее. —И уже в более расслабленном настроении, парни двинулись вперед. Танос правда продолжал болтать, но это его природа, Нам Гю подумал, что лучше не проверять, что с ним станет, если попросить его заткнуться. Не хватало еще сидеть за доведение до суицида.

***

—И мы тогда проснулись все от шума в комнате. Я так и не поняла, че они хотели этим донести. —Сэ Ми болталась об играх, хотя эту часть она рассказывала, как минимум 2 раза одной, и 3 раза другой. —Просто чудо как ты это пережила, наша кормилица. —С нескрываемым сарказмом в голосе отвечала Чи Ен, сопровождая слова скудными аплодисментами. —Я тебя ненавижу. —Прошипела Сэ Ми. —Ты не одна такая, да, Сэ Бек? —Как можно сильнее протягивая ее имя, ехидно улыбается девушка. —Да когда же ты… —Сэ Ми рассчитывала потушить пожар, но её перебили. Проклятая компания, которую не учили вежливости. —Да пусть, мне мнение пубертатной язвы не уперлось. —Хотя они и были одногодками, но по росту Бек выигрывала. Не воспользоваться данной привилегией было бы последней глупостью. —Зубы прорезались? —В тоне Чи Ен не было ни злости, ни попытки обидеть. Ебучее спокойствие, которое у неё никогда не проходит с лица. Максимум на саркастичную улыбку меняется, но и это как второе пришествие стоит рассматривать. —Сходи покури, пыл охлади. Сэ Ми не знала, что сказать. Поэтому только грозным взглядом пилила висок подруги. Когда Чи Ен наконец повернулась, на большее, чем просто пожимание плечами, она не решилась. Сэ Бек во время этих немых переговоров ушла с места, и чтобы не отвечать на вопрос, достала из кармана помятую пачку сигарет. Пошла она правда не в сторону балкона, а к выходу. Ну конечно, курить на лестничной клетке, это на нее похоже. —Что блять с тобой не так? —Скорее риторически спросила Сэ Ми. Руки опять дергались что-нибудь сделать. Снова колечко на губе, которое хоть как-то принимало эту энергию. —Да я знаю что-ли? —Довольно улыбалась подруга.

***

—Чем ты ему так не понравился? —Парни выходили из магазина, где их не совсем радушно встретил кассир. Точнее не прямо их, а только одного. —Да я знаю что-ли? —Посмеиваясь и щуря глаза, Танос потянулся к содержимому пакета. Нам Гю проследил за каждым телодвижением, за малейшими эмоциями на лице. Танос, кажется, что-то вспомнил и отстранился от пакета. —Хорошо, что мы в том клубе подружились. —Снова не понятно откуда берущая свои корни нежность. —Прикинь, что было бы, если бы я к тебе не пришел тогда. —Танос выдохнул дым с виноградным привкусом. —Подружились? Смешная шутка, друг. —Танос снова остановился посреди дороги, заставляя людей вокруг раздраженно цокать. —Да я тебе тогда ненавидел же. Танос засмеялся. Очень громко, из-за чего цоканья сменились теперь и перешептываниями, стоит признать, их догадки в основном были верны. —Of course, так я тебе и поверил. —Рэпер снова высоко задрал голову, из-за чего Гю поморщился. —Да я тебе понравился сразу, признай. —Плечом Танос толкнул друга. —Меньше пить надо было, придурок. —Нам Гю хотел было двинуться дальше, но перед этим решил добавить. —Может всё вообще наоборот было? Танос разглядывал воздух перед собой, будто реально рассматривая этот вариант, как один из возможных. Размышления правда пришлось оставить, чтобы догнать быстро удаляющегося Нам Гю. Как до дома Сэ Ми добрались, никто уже не вспомнит. Было недовольное лицо Нам Гю, потому что именно он нес пакеты, был вонючий запах ягодной электронки Таноса, была его тупая болтовня. Что-то про машину времени, про виноград, а потом еще что-то про новый альбом. Нам Гю то слушал внимательно, но все, как назло, смешивалось в одну кучу. —Открывай, коллекторы приехали. —Пробубнил он, когда с другой стороны девушка спросила кто там. —Идиот. —Шикнула Сэ Ми, отбирая пакеты. И парни зашли в просторную кухню. Никто из них еще не знал, сколько всего произойдет здесь, какие приключения ожидают их и трех чем-то похожих, но таких разных девочек, но никто из них не жалел. Близилось начало чего-то большего, лучшего, и даже легкое волнение, отзывающееся где-то в животе, не могло их переубедить.