Неоновый свет.

Стриптиз-клуб "Забытый Рай" пульсировал жизнью, как рана, кровоточащая огнями и музыкой. Скар, облаченный в рубашку, кричащую о скорой свадьбе, орал тосты, запивая их сомнительного качества виски. Экко, его лучший друг и шафер, чувствовал себя как инородное тело в этом хаотичном водовороте. Скар праздновал мальчишник, последний вздох свободы перед тем, как связать себя узами брака с Грейс, его беременной подругой. Экко был рад за них, но этот клуб… это было слишком. — Расслабься, Экко! Не будь таким занудой! – Скар хлопнул его по плечу, чуть не расплескав виски. — Это же твой друг женится!Повеселись! Экко лишь закатил глаза. — Я веселюсь, Скар. Просто мое понятие веселья немного… отличается от твоего. Он отпил из своего стакана, пытаясь заглушить грохот музыки и шум толпы. Внезапно, в углу его зрения мелькнуло что-то, что заставило его замереть. Девушка. Она не вписывалась в этот мир разврата и блеска. Короткий черный топ, обтягивающие джинсы с цепочками, татуировка, извивающаяся облаками по правому боку… И эти глаза. В неоновом свете они казались розовыми, пронзительными и завораживающими. Она смотрела прямо на него. Экко потерял дар речи. Время словно замедлилось. Она была как мираж, как сон, сотканный из неоновых огней и запретных желаний. Затем, она отвернулась и направилась в сторону VIP-зоны. — Эй, Скар, – пробормотал Экко, отрывая взгляд от исчезающей фигуры. — Я скоро вернусь. Скар лишь хмыкнул, не отрываясь от созерцания танцующей на шесте девушки. — Развлекайся, Экко! И не забудь рассказать потом! Экко проигнорировал его, словно под гипнозом, двинувшись вслед за девушкой. Он поднялся по лестнице, ведущей на второй этаж, к VIP-комнатам. У дверей стоял охранник, грозного вида мужчина с каменным лицом. — Сюда нельзя, – прорычал охранник, преграждая ему путь. — Только для членов клуба. Экко замялся, чувствуя себя полным идиотом. Он уже собирался развернуться, когда… — Он со мной, – раздался голос, прозвучавший словно музыка. Девушка. Она стояла прямо перед ним, и теперь он видел, что ее глаза не розовые. Они были ярко-голубыми, как электрический разряд. Она схватила его за руку и потащила за собой в одну из комнат. Охранник лишь хмыкнул и посторонился. Внутри комнаты было полумрак, лишь слабый свет проникал сквозь щели в жалюзи. Она отпустила его руку и повернулась к нему лицом. — Ты… ты работаешь здесь? – спросил Экко, чувствуя, как к щекам приливает кровь. Она рассмеялась, и этот звук был похож на звон разбитого стекла. — Здесь? Нет. Здесь слишком скучно. — Тогда… зачем ты меня сюда привела? Она прищурилась, рассматривая его. — Ты показался мне интересным. Не похож на остальных. — А кто ты? Она пожала плечами. — Просто… Джинкс. Экко нахмурился. — Джинкс? Это твое настоящее имя? — А имеет значение? – она усмехнулась, подходя ближе. — Какое тебе больше нравится? Экко сглотнул. Она была слишком близко. Он чувствовал ее запах – смесь сладких духов и чего-то неуловимо опасного. — Я… я не знаю, – пробормотал он. — Я вообще не должен был сюда приходить. Я просто… — Просто что?"– она наклонила голову, ожидая ответа. — Просто… увидел тебя и не смог устоять,– выпалил Экко, и тут же пожалел об этом. Джинкс улыбнулась, и эта улыбка не была доброй. — Вот как? Значит, ты любишь рисковать, верно? Она сделала еще один шаг, и теперь между ними не было почти никакого расстояния. Экко чувствовал, как его сердце колотится в груди. — Я… я не знаю, о чем ты говоришь. — Конечно, знаешь, – прошептала Джинкс, ее голос был полон насмешки. — Ты зашел в логово льва. И теперь тебе придется заплатить цену. — Какую цену? Джинкс отступила на шаг, словно решая, что делать дальше. — Это зависит от тебя. Насколько ты готов зайти? Экко смотрел на нее, пытаясь понять, что происходит. Она была загадкой, головоломкой, которую он отчаянно хотел разгадать. — Я… я не знаю, – повторил он. — Что ты хочешь? Джинкс прикусила губу, задумчиво глядя на него. — Я хочу… чтобы ты развлек меня. — Развлечь? Как? — Да. Расскажи мне что-нибудь интересное. Что-нибудь, что заставит меня забыть, где я нахожусь. Экко задумался. Что он мог рассказать ей? О своей работе над проектом "Z-драйвер"? О своих друзьях? О Скаре и его свадьбе? — Я… я работаю над одним проектом, – начал он, не зная, куда это его приведет. — Это… это что-то о манипулировании временем. О возможности изменить прошлое. Джинкс нахмурилась. — Время? Ты хочешь играть с временем? Это опасно. — Я знаю, – ответил Экко. — Но это также может быть невероятно полезно. Мы можем исправить ошибки, предотвратить трагедии… — Или создать еще больше хаоса,– перебила Джинкс. — Время – это хрупкая вещь. Не стоит с ним играть. — Я знаю риски, – настаивал Экко. — Но я считаю, что это стоит того. Я хочу сделать мир лучше. Джинкс рассмеялась. — Ты хочешь сделать мир лучше? Это наивно. Мир – это хаос. А хаос – это двигатель прогресса. Всё взаимосвязано умник. — Хаос – это разрушение, – возразил Экко. — Мы должны стремиться к порядку, к гармонии. — Порядок – это скучно, и неэффективно, – парировала Джинкс. — Где в порядке место для неожиданностей, для сюрпризов? Где место для… Джинкс? Экко посмотрел на нее, видя в ее глазах отблеск безумия и тоски. Он понимал, что она не просто говорит. Она верит в то, что говорит. — Может быть, порядок и хаос не так уж и противоположны, – сказал он задумавшись. — Может быть, они нужны друг другу. Может быть, хаос – это просто порядок, который мы еще не понимаем. Джинкс молчала, глядя на него с любопытством. Казалось, она впервые задумалась над этим. — Ты странный, – сказала она наконец. — Ты совсем не такой, как я думала. — А каким ты меня представляла? Джинкс пожала плечами. — Не знаю. Просто… другим. Более скучным, более предсказуемым. Обычным. — А теперь? Она улыбнулась. — А теперь… мне интересно, что будет дальше. И тут резко Экко почувствовал, как спиной касается мягкой кожи кушетки. Джинкс двигалась быстро, решительно, и в следующее мгновение он уже был прижат к подушкам, а она сидела на его бедрах, словно там и была ее законное место. Его пульс зашкалил. В голове промелькнула мысль, как он сюда попал, о том, что он вообще тут делает, но она тут же была подавлена пронзительным взглядом Джинкс. — Ты заинтриговал меня, спаситель, – прошептала она ему на ухо, и от ее дыхания по коже пробежали мурашки. — И я решила, что ты заслуживаешь награду. Экко не мог говорить. Он просто смотрел на нее, как кролик на удава. В неоновом свете ее глаза казались еще ярче, а татуировка на боку будто оживала, извиваясь и переливаясь всеми оттенками синего. — Я станцую для тебя, – прошептала она, и ее голос звучал как обещание и угроза одновременно. — Приватный танец. Только для тебя. Она отстранилась, и Экко смог вдохнуть полной грудью. Но это было лишь затишье перед бурей. Джинкс включила музыку – какой-то электронный бит, пульсирующий и гипнотический. Она начала двигаться, и Экко потерял дар речи. Это не было похоже на те танцы, которые он видел внизу. Это было что-то другое. Что-то более личное, более интимное, более… дикое. Она двигалась плавно и грациозно, словно кошка, но в то же время в ее движениях чувствовалась какая-то внутренняя ярость, какая-то неукротимая энергия. Она двигалась под музыку, словно была ее частью. Ее тело изгибалось и извивалось, притягивая и отталкивая, маня и дразня. Ее глаза не отрывались от Экко, словно хотела показывая ему что-то, что он не должен был видеть. Джинкс начала раздеваться. Сначала она сняла топ, и Экко увидел ее грудь, прикрытую лишь кружевным бюстгальтером. Затем она медленно стянула с себя джинсы, позволяя им скользить по ее бедрам, пока они не упали на пол. Под ними оказались маленькие чёрные кружевные трусики, плотно облегающие ее ягодицы. Каждое ее движение было продумано, выверено, словно она знала, что делает с ним. Она знала, как заставить его сердце биться чаще, как заставить его дышать глубже, как заставить его хотеть большего. Экко не мог отвести от нее глаз. Он был полностью заворожен, загипнотизирован. Он забыл о Скаре, о том что вообще здесь делает, о своих принципах. Он забыл обо всем, кроме Джинкс. Она приблизилась к нему, ее дыхание обжигало его кожу. Она провела рукой по его щеке, и от этого прикосновения по телу пробежала дрожь. — Что ты теперь скажешь, герой? – прошептала она. — Все еще хочешь сделать мир лучше? Экко не ответил. Он просто притянул ее к себе и поцеловал. Это был жаркий, страстный поцелуй, полный желания и безумия. Он знал, что это неправильно, что он не должен этого делать. Но он не мог остановиться. Он был во власти Джинкс, во власти ее танца, во власти ее чар. Всё вокруг словно померкло, осталась только она. Экко чувствовал, как разум плывет, словно он выпил залпом все бутылки в баре. Возбуждение и опьянение – опасная смесь. И что-то в этом было неправильно для него. Он с трудом выдавил из себя вопрос: – Ты… ты же говорила, что не работаешь здесь. Что ты тут делаешь? Джинкс склонилась к нему, обжигая ухо горячим шепотом: – Это клуб моего отца, умник. Я просто заехала проведать его. Но… случайно увидела тебя. И ты меня заинтересовал. – Это… это неправильно, – пробормотал Экко, пытаясь ухватиться за ускользающую реальность. – Все должно быть… по любви. Джинкс отстранилась и звонко рассмеялась, глядя прямо в его глаза: – Ты серьезно? Сейчас? С полуголой девушкой на коленях, в стриптиз-клубе, ты говоришь о любви? И, кстати, это ты первый меня поцеловал, вундеркинд. Экко упрямо покачал головой, коснувшись ее щеки ладонью: – Меня сюда чуть ли не насильно затащили. Я вообще не хожу в такие места. Обычно я провожу вечера в академии, за книгами. Ее смех стал мягче, теплее: – Ты невероятный, космический парень. Мне нравится с тобой говорить. Она снова поцеловала его, глубже, более страстно. Экко почувствовал, как сопротивление тает, как пальцы сжимают ее тонкую талию. Но в самый последней момент, когда он был готов сдаться, Джинкс отстранилась. – Дай свой телефон, – попросила она, и в ее глазах плясали озорные искорки. Он недоуменно протянул ей свой гаджет. Она быстро напечатала что-то и вернула телефон. Экко понял, что это ее номер. – Мы еще встретимся, – прошептала она ему в губы, на последок оставив сладкий поцелуй. Она соскользнула с его колен, быстро накинула одежду и исчезла за дверью. Экко остался сидеть в еще большем опьянении, чем от алкоголя. Позже он кое-как добрался до Скара и остальных, которые уже были в стельку пьяны. – Ого, Экко! Кажется, у тебя была жаркая ночка! – хохотал Скар. Экко лишь застонал, схватившись за голову. – Грейс убьет нас обоих, – пробормотал он. Прошло несколько дней. Экко был в лаборатории академии, когда на его телефон пришло сообщение от загадочной неизвестной. "Пау-Пау": "Обернись, вундеркинд." Он послушно обернулся и увидел Джинкс. Она стояла в форме академии, с кокетливой улыбкой на губах. – Скучал, вундеркинд? – спросила она, подходя ближе. – Да, – выдохнул Экко, прежде чем успел подумать. – И меня зовут Экко. Она рассмеялась и потянула его за угол, затягивая в головокружительный поцелуй. Кто бы мог подумать, что поход в стриптиз-клуб на мальчишник Скара закончится не головной болью и похмельем, а девушкой? На свадьбе у Экко теперь плюс один.​