Правда, что можно залечить любые раны?

***

07:09.

Лололошка::

      Приоткрывая глаза и стараясь подняться, от чего тело жутко заболело, Лололошка невольно бросил взгляд на своё тело. Было мерзко от самого себя, от своих "друзей", от собственных мыслей. В воздухе витал еле ощутимый запах сигарет, из-за чего и так не восстановившееся сознание помутнело. Шум моторов с улицы заставлял кривиться от неприятных звуков. Казалось, что весь мир настроился против.       В коридоре послышались тихие шаги, звук которых мироходец не смог уловить из-за внешнего шума, поэтому появление Рэна в дверном проёме было неожиданностью. Подняв испуганный взгляд на вошедшего, Лололошка притянул одеяло ближе к себе.       Рыжеволосый не торопясь подошёл ближе к своему другу, тупя взгляд в пол. Неловко улыбнувшись, он присел на край кровати, потирая вспотевшие руки.       Выдохнув, Лололошка накрыл себя одеялом, уткнувшись в подушку. Смотря на это лицо, он испытывал лишь ненависть, как бы сильно не хотел оправдать ещё вчера своего дорогого друга. Почему он так поступил, сожалеет ли? — ответа мироходец не знал. И не хотел знать. Возможно наилучшим решением будет и вовсе прекратить с ним общаться. Только какой от этого толк, когда в душе он успел оставить пятно на всю жизнь? Есть ли вообще смысл думать о жизни? Продолжать учиться тому, что тебе не нравится и на какую профессию ты точно не поступишь? Строить со всеми хорошие отношения, чтобы после первой же ошибки от тебя все отвернулись? И возвращаться из раз в раз в эту ночь, вспоминая всё, что с тобой делали твои лучшие "друзья"? Какого чёрта такое случилось именно с ним? Он же хотел только справедливости, никому ничего плохого не делал. Гнался за тайнами, чтобы их разгадать, но неужели это справедливое наказание для обычного студента университета?       Смахнув слёзы, Лололошка, уставившись в пол, словно застрял во времени. Мысли проносились с дикой скоростью, новые выводы появлялись каждое мгновение, и так же быстро исчезали.

Рэн::

      Косясь на выход из комнаты, Рэн пытался подобрать слова. Да, он придумал, что сказать Лололошке, но как только увидел его — всё тут же вылетело из головы. Не получалось просто взять и выдать всё, что он чувствовал, сказать, что ему тоже противно от вчерашнего, что он теперь не может смотреть на себя без ненависти. Это было через чур сложно перед Лололошкой, которому приходилось ещё хуже.       Зажмурившись, Рэн выдавил еле слышное "прости", стараясь сдерживать слёзы. Голос дрожал, под глазами синяки и сильная сухость, от долгого не курения горло начинало першить и передёргивать. Никогда ещё он не был в таком состоянии, и никогда так сильно себя не ненавидел. Отвратное чувство.       Не смея больше мешать только проснувшемуся Лололошке, парень, слегка пошатываясь, направился к выходу. Закрыв дверь, он скатился вниз по стене, беспокойно перебирая воротник футболки в руках. Прожигая взглядом пол, глаза жутко запекло и выступили слёзы, размывая зрение. Пытаясь подняться, Рэн проклинал себя. Вина целиком и полностью лежала на нём. Он мог оставить Ричарда, помешать ему, предупредить Лололошку, хотя бы подать ему знак, но не сделал ничего из этого, и это душило больше, чем незакрытые долги по учёбе или невыполненные обещания, данные родителям и друзьям.

07:14.

Лололошка::

      С трудом поднявшись с кровати, эколог приоткрыл окно, вдыхая свежий осенний воздух. Звуки улицы стали ещё громче, от чего мироходец скривился, ощущая головную боль. Возможно дело было вовсе не в шуме, а в собственном теле, в котором совсем не было энергии и желания жить. Слабость разлилась по всем конечностям, подкашивая ноги от внезапно отяжелевшего тела. Вцепившись в подоконник, Лололошка бросил взгляд на проезжающие снизу машины. Казалось этим грудам металла легче передвигаться, чем ему. Открыв окно настежь, парень смотрел на радостно щебечущих птиц, на идущих переходов и бродячих псов, разгуливающих около мусорных баков.       Глаза бегали, цепляясь за каждое движение. Тянясь ближе к свету и всё сильнее высовываясь из окна, на лице больше и больше расцветала улыбка, явно не предвещающая ничего хорошего.       Распахнув веки настолько сильно, насколько это было возможно, мироходец залился смехом, скорее похожим на одержимый, ежели искренний. Блуждая трясущимися руками по подоконнику, пальцы вцепились в оконную раму, опираясь коленом о батарею.       Неумело забравшись на твёрдую поверхность подоконника, парень ослабил хватку. Улыбка погасла и из глаз покатились слёзы.       Оттолкнувшись от окна, тело невесомо полетело вниз, разрезая воздух. Холод проникал под одежду, заставляя тело покрываться мурашками. Пролетающие воробьи умело уворачивались от несущегося на них парня.       Касаясь асфальта, по телу пробежала болезненная дрожь, заставляя прогнуться в спине. Ноги, так нелепо дёргающиеся, сломило пополам, дробя кости. Только осознав происходящее, голова ударилась о цемент, вызывая головокружение и звёздочки перед глазами. Постепенно утихающее сознание вновь вспыхнуло, услышав возгласы проходящих мимо людей, и тут же погасло — на этот раз окончательно.       Нет, это было не освобождение от тянущей к низу ноши жертвы, пережившей насилие — наоборот, только ещё сильнее усугубило ситуацию. Теперь он не потерял надежду на жизнь. Он потерял саму жизнь. Жизнь, которую успел возненавидеть, и так внезапно полюбить вновь. А ведь всё могло закончится по другому, ему бы помогли справиться с этим, он стал счастливее, чем был до этого. Вечно необдуманные поступки ведут к неисправимым последствиям...

08:42.

Дилан::

      Сидя за компьютером и размышляя о сайте для своей программы, Дилан поглаживал Абилку, смирно лежащую у него на коленях. Погружённый в мысли, парень не сразу заметил, что ему звонят. Увидев незнакомый номер, он тут же хотел сбросить, сославшись на спам, но вовремя вспомнил про то, что это номер Рэна. Беря трубку и прикладывая телефон к уху, программист особо не обращал внимание на слова соседа по блоку, который что-то тревожно рассказывал. Лишь когда услышал всхлип, уже начал больше вникать в разговор.       —...Доктор сказал, что... он не выживет, н-но... это ведь Л-Лололошка, он и не такое переживал, д-да?       Дрожащим голосом через силу выговаривая слова, Рэн невольно посмеялся, понимая, что — нет, хотя это и действительно живучий и с быстрой регенерацией Лололошка, он не выживет.       Изумлённо уставившись в экран компьютера, не в силах что-то сказать, Дилан продолжал слушать, надеясь на объяснения. Что произошло и почему Рэн чуть ли не хоронит Лололошку? Неужели что-то случилось? Что-то серьёзное и неотложное, ведь даже родители не звонят Дилану без веской причины, боясь, что тот будет говорить о них в плохом ключе из-за проигранной игры или прерванной работы.       — Что, чёрт возьми, случилось?

13:41.

Ричард::

      С трудом открывая глаза, Ричард потёр голову и скривился. Всё плыло, становилось то больше, то меньше, сфокусироваться на чём-то всё никак не получалось. На ощупь найдя телефон парень постарался ввести пароль, что удалось не с первой попытки, и набрал первый номер из недавних.       Слепо смотря вперёд с прищуром, гудки прекратились и трубку взяли. Нацепив свою повседневную расслабленную улыбку, Ричард упал на кровать, здороваясь с абонентом.       Не услышав в ответ ровным счётом ничего, он вздохнул.       — И что опять случилось? На что в этот раз обиделся?       Выдал эколог уже не так дружелюбно, но и не слишком злобно, потому что понимал, что мог натворить что-то серьёзное этой ночью, но раз он у себя дома, значит грань не перешёл и в этот раз не нарушил закона.       Не собираясь отвечать но вопросы, трубку сбросили. Выдохнув, парень повернулся на бок, привыкая к яркому свету уже вставшего солнца.        «И какого хрена случилось? Что-то произошло — и сразу обижаться. Вроде мужик, но ведёт себя как баба.»        Вновь набрав уже привычный номер, Ричард потянулся, ожидая ответа на звонок, который не заставил себя долго ждать.        Из динамика послышалось раздражённое "Что?", вызывающее только злость. Никакого уважения к тому, с кем встречаешься уже несколько месяцев.       — Блять, Рэн, говори нормально, а не как шлюха. Чё злой такой? Недотрах? Могу исправить.       Ухмыльнувшись, парень повернулся на живот, включая звук на громкую, чтобы разговаривать во время того, как он пытается собраться.       — Ты, кстати, где? Кофе взять? Или чего покрепче хочешь?       Усмехнувшись, Ричард уже натягивал на себя штаны. На его удивление в ответ не было такой же глупой шутки или отмашки. Послышалось шуршание, сопровождающее собой конец разговора.       — Ты конченный идиот.       После сброса звонка парень лишь пожал плечами, стараясь ухватиться за шкаф, от вновь пришедшего головокружения.

13:48.

Дилан::

      Сидя перед больничной койкой, Дилан невесомо проводил пальцами по кровоточащим ранам, которые врачам так и не удалось успокоить. Мягкие бинты с засохшей на них кровью обволакивали искалеченное юное тельце, впитывая в себя новую, иногда выходящую кровь. Искалеченные ноги, чуть ли не вывернутые наизнанку, были закрыты белым полотном с многочисленным количеством алых больших пятен. Страшно представлять, во сколько времени обходится постирать всё.       Дилан вовсе не хотел терять своего лучшего друга и соседа, но он был не в силах что-то изменить. Выслушав Рэна, он даже не мог проклинать Лололошку за то, что он сделал. Даже сам Дилан, только слушая про эту жуткую ситуацию испытывал отвращение и к Рэну, и к Ричарду, и к самому себе — он мог остановить Лололошку, но был слишком занят этим чёртовым проектом... Как будто нельзя было выделить пару минут на простой разговор, и вот: Лололошка уже остался в общаге, они вместе смотрят какой-то ужастик, смеясь над абсурдностью действий персонажей, а после, когда уже все уснули, идут и пытаются втихаря съесть помидоры для салата, который хотел сделать Карл после пар, затем, вернувшись в комнаты, перекидываются подушками с кроватей, а когда те падают на пол, начинают рассказывать друг другу о прошедшем дне, параллельно убираясь в комнате из-за внезапно пришедшей ночной мотивации...       Смотря на разбитое лицо, половина которого закрыта, дабы не пугать людей, программист ощущал дискомфорт. И что, что люди будут бояться? Почему он не может взглянуть на своего друга полным видом?       Слёзы, которые уже так давно не появлялись на лице, начинают сыпаться градом под сдержанные вздохи. Кажется, что мироходец уже вот-вот откроет глаза, скажет, что всё хорошо, что он выжил, что никогда не умрёт, что не покинет Дилана, но это не мелодрама, где героев ждёт счастливый конец, а суровая реальность.       Отдёрнув руки от холодного тела, глаза с тревогой смотрели на них. Кровь. Кончики пальцев были полностью покрыты ей, уже ушедшего из жизни Лололошки. Содрогнувшись под тягостью собственных мыслей, Дилан пошатнулся, теряя равновесие.

14:26.

Рэн::

      Сбросив звонок телефона, Рэн стеклянным взглядом уставился в пол. Может зря он это сделал? Стоило держать всё в тайне, а не звонить в полицию и всё выкладывать как есть. Конечно Ричард тоже виноват, но если сам Рэн уже принял решение, о котором не будет жалеть, то его парень может взбунтоваться... Хотя не из-за него ли всё это происходит?       Взяв волю в кулак, эколог направился быстрым шагом, переходящим в бег, к дому Ричарда. По дороге доставая ключи, которые ещё утром забрал у своего соседа по квартире, парень открыл дверь, встречая Ричарда, собравшегося выходить на улицу, но не подозревающего о закрытой двери. Уснувший а коридоре Ричард, ожидающий, когда Рэн вернётся и откроет дверь, слегка скривился от шагов рядом, но продолжил спать.       Проходя мимо, Рэн подошёл к ещё распахнутому окну, смотря вниз.       — Здесь всё началось — здесь и закончится. Прости, Ло.       Казалось, он уже не в силах испытывать какие-либо эмоции. Покосившись вниз, страх высоты отступил и появилось умиротворение, так сильно тянущее к себе ещё ближе. Сделав шаг вперёд, парень грустно улыбнулся, извиняясь перед дворниками, которые только недавно убрали утреннюю кровь.

14:38.

Ричард::

      Услышав знакомый рингтон, Ричард тут же встрепенулся, хватая телефон. Не обращая внимания на номер, он взял трубку, уверенный в том, что это никто иной, как его маленький боязливый парень, но подняв взгляд, перед ним предстала распахнутая настежь дверь, ведущая в подъезд, а из трубки послышался вовсе не неловкий хриплый голос.       — Уёбок, тебе не жить...       Сбрасывая трубку, Ричард сжал руки в кулаки, выбегая из дома. Бросившись к переулкам, перебегая через дорогу, ему в глаза бросился миловидный высокий парень, лежащий на земле с... Блять. Блятьблятьблятьблять.       Суженные зрачки начали метаться в поисках укрытия. Вот и остался он один одинёшенька. Родители в чём и помогут — так это сесть за решётку. Лололошка, как говорилось в новостях, уже того. Рэн, выходит, тоже. Просить своих знакомых алкоголиков прикрыть его бессмысленно. Всё — это конец... Конец, мать вашу!       Не разбирая дороги, парень перепрыгнул через ограду, прожившую явно не один десяток лет. Забираясь по ступенькам, проходя по скрипевшему полу, слыша за спиной звуки сигналов спецслужб — всё это сопровождалось тяжёлым дыханием и льющимся потом.       Забравшись на второй этаж, пол начал скрипеть ещё сильнее, и, не выдержав, рухнул. Осознание пришло слишком поздно. Вырваться из рук подбежавших офицеров уже не казалось возможным. Твою мать, во что он только ввязался...