Скакалка, телефон и братская обида.

      Середина недели оказалась на редкость продуктивной, но и изнуряюще жаркой. Физические нагрузки и без того испытывают выносливость, силу и уверенность, а тут еще и эта неделя объявлена тренировочной. Вся команда сосредоточенно повторяет программу, готовясь к предстоящей сдаче нормативов. Не остаётся ничего другого, кроме как активно вспоминать и оттачивать навыки.       Ровно десять утра. В зале ощущался контраст: одни спортсмены уже клонились от усталости, в то время как другие, как Агата и Берта, были полны сил и продолжали тренировки. Девушки сосредоточенно отрабатывали приёмы с мечом, стремясь преодолеть свои недочёты в обращении с ним. Остальные же, каждый по-своему, боролись с собственными ограничениями в различных дисциплинах - будь то бег, прыжки или другие виды активности. Зал разделился на зоны, где каждый был поглощён своей индивидуальной задачей.       Лена решила подойти к тренировкам разносторонне, уделяя внимание ногам, спине и скорости одновременно. Она взяла скакалку, настроила таймер на телефоне, который поставила на стул напротив, и начала заниматься. Её подход был неспешным, без цели измотать себя. Лена осознавала, что её навыки бега и скорость не так совершенны, как у брата, и не видела смысла в том, чтобы это демонстрировать. Её задача - просто хорошо и с пользой провести время, а затем перейти к другим, разнообразным занятиям. Таймер зазвучал, и Лена начала прыгать, мысленно отсчитывая повторения. В наушниках заиграла спокойная мелодия, создавая идеальную атмосферу для тренировки.       Гена с азартом погрузился в тренировки на беговой дорожке, стремясь превзойти собственные возможности. Он и без того знал о своем превосходстве, но лишнее подтверждение не было лишним. Пробежав несколько кругов, он остановился, чтобы дать себе передышку. Медленным шагом он восстанавливал сердечный ритм, опасаясь резких скачков давления. В этот момент его взгляд упал на место, где недавно резвилась сестра со скакалкой, а чуть поодаль лежал её телефон. «Опять снимает», - с досадой подумал Гена. Честно говоря, его все больше утомляло это сестрино увлечение - выставлять напоказ каждый момент своей жизни в сети, в погоне за виртуальными похвалами. Безусловно, эпоха стремительного развития технологий накладывает свой отпечаток, но всему же есть мера. Сестра настолько поглощалась процессом съёмок, что порой теряла связь с реальностью, игнорируя окружающих, включая его самого. Все своё свободное время, а порой и не только, она посвящала работе перед камерой. В этом она была схожа с матерью:       Подойдя к ней на стоянии метра он тяжело вздохнул и крикнул.                     — Ленааа              Реакции не последовало. Это было красноречивым знаком: она вставила наушники. Обычно она ими почти не пользовалась, но сейчас, видимо, решила иначе. Гена, собравшись с духом, сделал глубокий вдох и выдох, а затем крикнул еще громче.              — Ленааааа                     И в этот раз сработало, но не так, как ожидалось. Лена резко остановилась, от испуга выпустив скакалку. Она прокрутилась в воздухе и одной из ручек со всей силы ударила Гену по ноге. Он упал, и через секунду его крик разнёсся по всему залу. Все отвлеклись от своих дел и подбежали к Гене, который выл от боли.              — Что случилось       Подбежавшие ребята стали рассматривать. что случилось.                     — Ну вот, опять она в телефоне! Я её зову, а она мне – скакалкой по ноге, да со всей дури! Ай-яй-яй, больно-то как!                     Все взгляды обратились к Лене. Она вытащила наушники из ушей и небрежно отбросила их в сторону. Затем подошла к Гене и упала на колени перед братом. Лена испугалась, не сразу осознав, насколько увлеклась, и не заметила, что он оказался позади неё. Именно поэтому она выпустила скакалку из рук – сработал чистый рефлекс. Увидев искажённое от боли лицо брата, в котором читалась злоба, она поняла, что произошло. Когда Гена наконец посмотрел на нее, уже не сдерживаясь, он громко сказал:                     — Ты вообще с катушек слетела из-за этого телефона! Как ты могла так со мной поступить?!                     — Гена, прости, пожалуйста! Я тебя правда не видела, я же еще и в наушниках была!       Лене стало стыдно за свой поступок она увлеклась нужно было отойти в сторону в безопасное место или вообще не включать наушники.                     — Вот именно! Ты ничего не видишь и не слышишь, когда вся в телефоне!                     — Ну ты мог бы обойти с другой стороны! Или рукой помахать, я бы точно заметила!                     — Ага, конечно, заметила бы. Ты сама-то слышишь, что говоришь?                     — Ну я же извинилась! Что тебе еще надо?                     — От тебя мне ничего не надо.       Прокричал Гена сжимая руками место на ноге по которому попала скакалка.                     — Да хватит уже страдать! Компресс приложи, и все пройдёт, великий страдалец!       Злобно проговорила Лена сложив руки на груди.                     — Ты просто бессердечная! И это еще сестра называется!        И с упрёком посмотрел на неё.                     — Все, я устала. Мои извинения не работают, значит, я тут лишняя.                     Уш такого услышать она не ожидалось слова брата пошли по сердцу ударом она не выдержала и сорвалась с места в сторону выхода.                     — Ну и пожалуйста!                     — Гена, ну она же искренне извинилась!       Сказала Берта.                     — Правда, Гена, зря ты так с ней.       Поправляя очки сказал Гоша.                     — А это уже не ваше дело! Я сам разберусь.              Гена вскочил с места, охваченный яростью. Он направился к трибунам, чтобы сесть, испепеляя взглядом окружающих. Время шло. Сидя на трибуне, Гена вдруг осознал, что сестры нет. Ее телефон и наушники лежали там же, где она их оставила. Это было странно. Лена не могла жить без телефона, а тут бросила все и ушла. Взяв ее вещи, он понял: он переборщил. Она искренне извинялась, а он, в своей грубости, просто отмахнулся от её слов. Ведь она его сестра, самая близкая и любимая. Даже если она часто погружена в телефон, она всегда рядом. Родители много работают и редко бывают дома. Мама приходит раньше, занимается ужином, а затем либо уходит в интернет, либо общается с подругами, либо просто засыпает от усталости. Отец возвращается поздно. Он старается уделить им время, но сил хватает лишь на короткое приветствие, ласковую улыбку, поглаживание по голове и пожелание спокойной ночи. Они с Леной всегда были друг у друга. Не говоря никому ни слова, Гена отправился на поиски сестры.                     

Некоторое время спустя...

                    Гена метался по коридору, лихорадочно осматривая каждый уголок в поисках сестры. Тревога нарастала: он понял, что зря так грубо с ней обошёлся, обидел её словами, и теперь боялся, что потеряет её из виду. Как он объяснит это родителям? Решив, что на улице, возможно, на одной из площадок, шансы найти Лену выше, Гена сорвался с места и помчался туда.       Добравшись до места, он увидел её. Лена сидела на скамейке, её лицо было мокрым от слез, а колени поджаты к груди. «Слава богу, она не ушла далеко», - пронеслось в голове Гены, и он с облегчением выдохнул. Он подошел ближе, остановившись в шаге от нее. Лена подняла голову, её взгляд был полон обиды. Она не отвернулась, не скрестила руки на груди, лишь едва заметно дёрнула ушами. Гена, чувствуя укол стыда, сам словно прижал уши. Ведь все было так очевидно: он сказал ей обидные вещи, и её реакция была абсолютно заслуженной. Собравшись с духом, он присел рядом. Наступила тягостная тишина. Обидеть оказалось так просто, а вот попросить прощения - куда труднее. Наконец, Гена заговорил:              — Прости, Лен, за мои слова в зале. Я перегнул палку, сорвался.              — Дурак ты, Гена, несдержанный, грубый! Я ведь правда не хотела, чтобы так вышло, а ты наговорил гадостей.       Она сжала руки в замок и отвернулась полностью.              — Я просто был на эмоциях, прости. Мог бы и промолчать, это моя ошибка. Прости, пожалуйста.              Гена виновато смотрел на сестру, а она лишь изредка бросала на него взгляд.              — Значит, я по-твоему, бесчувственная?              Лена смотрела на брата с печалью в глазах. Она знала, что он может быть мягким, когда нужно, и не быть таким грубым по отношению к другим, и к ней тоже. Он смелее всех и надёжнее, и только ему она может доверять так же сильно, как себе самой.              — Нет, я не это имел в виду. Я погорячился. На самом деле, ты у меня крутая.              — Правда?       Лена улыбнулась и посмотрела ему в глаза, и поняла, что он искренен и не врёт ей. Именно это она и хотела увидеть и почувствовать.              — Конечно, правда.              Гена улыбнулся ей в ответ и наконец понял, что прощён. А это главное. Всё - таки она у него лучшая, и он любит её такой, какая она есть.              — И ты прости, что увлеклась скакалкой и задела тебя. Как твоя нога, кстати?              — Все хорошо. Немного поболело и прошло. Забудь. Минимум - покраснение, максимум - синяк. Ничего страшного.              Лена сразу погрустнела. Она понимала, что сегодня они оба перегнули палку, и такого в их жизни еще не случалось. Конечно, у них бывали ссоры, но они всегда быстро мирились, причём каждый раз по-своему. Несмотря на то, что Лена – девушка, она не всегда легко признавала свои ошибки и извинялась. Поэтому их часто мирили либо другие, либо он сам, часто первым подходя и извиняясь. У Лены не так много подписчиков в интернете, которые могли бы стать ей настоящими друзьями, но это увлечение - важная часть её жизни. А брат всегда рядом, везде. Она знала много мальчишек, которые ей по-разному нравились, но Гена был всегда роднее и ближе. И сейчас ей стало так жаль его, что она ранила его ручкой от скакалки. Это ведь больно! Она сама много раз получала травмы, и это серьёзно. А он - главная часть её жизни. Неожиданно Лена решилась на один отчаяный шаг.        — Гена. лена ласково позвала его и Гена повернулся к ней.        Через секунду Лена прильнула губами к губам Гены. От неожиданности он сначала широко распахнул глаза, уши его прижались к голове, а сердце забилось быстрее, отдавая сильными ударами в груди. «Это же Лена, моя родной сестра, так нельзя!» – пронеслось у него в голове. Он видел подобные сцены в сериалах и фильмах, которые Лена иногда заставляла его смотреть во время совместных вечеров, но никогда не ожидал, что такое может произойти с ним. Почему он не мог её оттолкнуть? Сам не заметил, как расслабился, и сопротивляться совсем не хотелось. Почему-то обоим стало хорошо. Они не знали, что это произойдёт именно так, и что их первый поцелуй будет именно друг с другом. Это было приятное, ни с чем не сравнимое ощущение: мягкие, приятные губы, которые невозможно описать словами, только чувствовать.       Но вот их губы разомкнулись, и наступила тишина. В этой тишине они оба открыли глаза и, посмотрев друг на друга, увидели в глазах блеск. Лена тяжело вздохнула и улыбнулась так широко, как никогда в жизни. Смущённо она опустила голову, не понимая, как решилась на такой шаг и что из этого выйдет. Она встала, отошла на пару шагов, сложив руки в кулачки и прижав их к груди, и стала прерывисто дышать.       В это же время Гена, широко раскрыв глаза, смотрел на неё, не в силах произнести ни слова. Его зрачки сузились, а хвост, который он непроизвольно начал вилять, Гена схватил руками, пытаясь остановить. И тут он осознал: такая реакция означала, что ему понравилось. Ему понравился поцелуй от неё. Он тяжело сглотнул.              — Ни слова, никому об этом, – прозвучало как приговор, и тут же она исчезла, словно её и не было. Беговые тренировки пригодились, адреналин захлестнул её. Гена же остался стоять, парализованный, наблюдая, как удаляется силуэт сестры. Его руки ослабли, и хвост, который он еще недавно сдерживал, теперь свободно вилял, но уже не с прежней скоростью, а медленнее, будто смирившись. Он не стал его останавливать. Рот открылся сам собой, он застыл, осознавая, что ему это понравилось. В голове снова пронеслась мысль: «Как такое возможно?» Он ожидал чего-то лёгкого, мимолётного, например в щеку а не... вот так, по-настоящему.              — И как мне это понимать? – вырвалось у него тихо.              Несколько минут Гена провёл на скамейке, пытаясь осмыслить случившееся. Одно он понял точно: обижаться на сестру он не будет. На его лице появилась улыбка.       Впереди еще тренировки, и теперь они точно будут легче. Гена поднялся и неспешно пошёл в зал, где продолжали заниматься остальные. К тому же, скоро должен был появиться Лев Борисович.