Любимых в клетках не держат!

Линч опасливо вошёл в затхлое помещение, в котором на глаза тут же попалась поржавевшая клетка. А внутри сидел Джон. Пока он сам себя не переуговорил, Егор быстрым шагом подошёл ближе. Джон заметил его сразу же, поднимаясь на ноги. — Линч! – хрипотца в родном голосе резала слух. Весь вид писателя вызывал сильное желание зажмуриться и представить, что Линчу просто кажется. Его кожа приобрела синий оттенок, из-под верхней губы отчётливо виднелись острые клыки. И глаза. Некогда прекрасные серо-голубые глаза, ранее скрытые за стеклами очков, теперь стали прямо таки гореть враждебным красным. В них отражался только голод. — Линч... Ты в клетке меня закрыл? – спросил он. — Джон, я... Это для твоей же безопасности... – едва нашёлся Егор, сглатывая ком в горле. — То есть, ты правда будешь держать в клетке... меня? – неверяще, но злобно уточнил писатель. Сердце сжалось. Линч понимал, как это выглядит. Он правда не хотел прибегать к таким методам. Но Винс предложил, и это казалось верным решением... Джон ведь теперь... Вампир. Он почти укусил Линча! — Джон, Джон... Прости... Нет, – Егор попятился назад, борясь с желанием открыть эту дверь и стиснуть его в объятиях. Отвернулся, стараясь не слышать шипения серебряных прутьев под руками возлюбленного. — Я думал, своих партнёров в клетки не сажают, – тихо, разочарованно проговорил Джон. Линч замер, чувствуя, будто весь воздух выбили из лёгких одним четким ударом. Он резко обернулся, поджав губы. «Мне правда жаль, мне очень жаль...» Егор не мог смотреть на это. Ему было больно, слишком больно. Почему из всех людей на Земле он не смог спасти именно самого дорогого? — Открой дверь, Линч. Выпусти меня. – почти приказал писатель. — Я уже не хочу есть, честное слово! Выпусти меня, Линч! – Линч вздрогнул. Это уже не Джон. — Дай мне попить твоей крови... И всё будет хорошо... – он с надеждой посмотрел журналисту в глаза. — Нет. Нет, Джон. Контролируй себя, приятель... Я... Я вылечу тебя, – Линч чуть приблизился, сам того не осознавая. — Открой дверь!! – звериным рёвом повторил Джон, начиная бешено метаться по всей клетке, пытаясь выбраться. Он рычал, шипел и брыкался, и с каждым его действием у Егора внутри что-то обрывалось. — С любимыми людьми так не поступают, Линч. Пожалуйста, открой!.. «С любимыми людьми...» Вот только Джон ведь уже почти не человек. Линч перевел взгляд в пол. Джон прыгнул на стену клетки с его стороны. Но Егор не поддавался. Он продолжил приближаться к нему, словно его присутствие рядом чем-то поможет Джону. Вампир оскалился, прожигая его злобным взглядом. Но всего за секунду этот оскал превратился в печальное стискивание зубов. На красные глаза навернулись слёзы. — Линч, Линч, прости... – вдруг проговорил он сломленным голосом. — Я... Я не хотел. Я не хочу! – он схватился за голову. В груди журналиста снова загорелась надежда. — Джон! Джон, это ты? – спросил он, увидев в его глазах настоящего Джона. — Да, Линч, да. Уходи отсюда! Уходи... – несмотря на собственные слова, писатель отчаянно вытянул руку через прутья. Плевать, что они обжигают её с двух сторон. Егор, не задумываясь, накрыл её своей. Ледяная. И бледная. На рукаве свитера застыла алая кровь. Джон не понимал, что делает. Ему нужно прогнать Линча отсюда, в не звать к себе! Он не был уверен в состоянии Егора. Он ведь не сможет сдаться и выпустить его? Он ведь, понимает, к чему это приведёт? — Приятель, я сделаю всё возможное, чтобы спасти тебя, слышишь? – журналист не мог смотреть в его налитые печалью глаза. По его собственным щекам потекли слёзы. Одна из них попала на запястье Джона. Он резко зарычал, потянув Линча на себя. — Давай же, открой клетку! Я наконец поем и всё! – Егор испуганно одёрнул руку, отходя на приличное расстояние. — Открой её, мать твою! – прутья снова зашипели, заставляя Джона морщиться от боли. Линч молча, видя перед собой лишь размытую картинку из-за слёз, начал идти к выходу. — Нет, стой, куда ты?! – кричал писатель ему вслед. — Ну что же ты! Нет, не уходи! Не оставляй меня здесь, Линч! Я же люблю тебя! – последняя фраза заставила сердце пропустить пару ударов. Схватившись за футболку в районе груди, Егор заставил себя покинуть помещение.