Отчаяние влечёт за собой странные поступки

Лачуга, представшая пред лицами мужчин, была до смешного мала, в ней поместился бы разве что старый стол, да пара табуреток и то впритык. Но беднякам не привыкать, поживут и в такой. Солнце село, оставляя луну во главе и та, сияя изо всех сил, освещала ночной сумрак. Когда-то у Се Ляня был дворец и любоваться звёздами он мог из дворцового сада, сейчас же - лишь поломанное окно, обрамляющие его наличники, что вот-вот упадут и пыльное помещение с благовонием тухлости. Плохое жильё, но оно есть. Хотя, пожалуй, оно худшее из всех, что пришлось повидать Наследному принцу. Заброшенный домик, где видно пару десятков лет точно никто не жил, Фэн Синь нашёл вчера. Он, пытаясь выдавить улыбку, заявился на порог обители, с которой их выпнули и, пожалев, видать, дали денёк на выселение. Наследный принц обречённо ступил в новую обитель. «Скоро рухнет» - подумал он, осматривая помещение изнутри. В голове его ещё стоял зловещий образ родителей, что повисли на балке. А остальное значения уже не имело. Принц лишь мечтал, чтобы Безликий Бай, ненавистный ему до тошноты, пришёл и убил его, раз у самого Се Ляня сделать этого не получилось. Се Лянь был совершенно один. Почти. Взгляд его метнулся в сторону помощника, что молча раскладывал жалкую кучку вещей. Фэн Синь подавлен был не меньше, на лице его залегла глубокая тень, но даже так, он не отлынивал от работы, а делал всё, лишь бы Се Лянь чувствовал себя хотя бы немного комфортнее. Раздался тихий стук, и Се Лянь дёрнулся от страха. Страх сменился мимолётной надеждой, с которой он обернулся на входную дверь. Лишь погодя он осознал - стучали не матушка с отцом, а звук этот и вовсе доносился со стороны окон. На улице поднялся ветер, заставив старые дощечки биться друг об друга. Опять не повезло. Принц подошёл к окну. — Ваше Высочество.. - донёсся до его ушей хриплый голос, только для Се Ляня больше он походил на несвязные звуки. — Хозяйка того дома закинула нам фрукты с собой. Поешьте, пожалуйста. Се Лянь молчал. Зачарованным взглядом он уставился на ночное небо, совершенно ничего не слыша. И взгляд этот был пугающим, слишком неживым. Фэн Синь опустил глаза в пол. Это он был виноват, не уследил, не помог в должной мере. Он должен был обеспечить Государыне, Государю и Принцу хорошую жизнь, а в итоге? На мужчину вдруг напало бессилие, то же, что и то, которое поглотило его, когда пред взором расположились два синих трупа. Только вот он не имел права опускать руки, не сейчас. Фэн Синь схватил два фрукта и горестно усмехнулся про себя. И когда это они стали жить на такие подачки. Персиков было всего два, и оба непременно достанутся Принцу, сам мужчина же найдёт себе еду завтра. Он поднялся на ноги и по скрипучим половицам зашагал к Се Ляню. — Ваше Высочество, посмотрите на меня. — Почему Безликий Бай больше не приходит. Я жду его. - Се Лянь говорил тихо, почти что шёпотом, не переставая вглядываться в глубины леса. Безликий Бай ждал, наверняка ждал, когда тот сломается, и Се Лянь потрескался. Невидимые ошмётки былого его образа остались валяться в старом жилище. Фэн Синь после его слов нахмурился. Свободной рукой он дотронулся до плеча Принца и слегка потряс его. — Ваше Высочество, ждите дальше, но поешьте. — Фэн Синь, мне холодно. Фэн Синь хотел было развернуться, да пойти схватить тонкий плед и накинуть тому на плечи, но не успел. Персики выпали из рук, а на губах вдруг возник новый вкус. Холодный, влажный и немного солёный. Фэн Синь хотел отодвинуться, но чужие дрожащие руки слишком сильно держали его спину, слишком сильно прижимали к себе, и мужчина невольно сдался, позволив Се Ляню себя целовать. Принц искал спасения и нашёл его тут, в чужих губах. Он не умел целоваться, и путь его запрещает творить подобное, ну и пусть. Се Лянь углубил поцелуй. Ему стало теплее, а разум затуманился, избавив голову от всех тех мрачных мыслей, что пожирали его пару мгновений назад. Сейчас он чувствовал себя лучше. Вся теплота, однако, вдруг испарилась, Фэн Синь нашёл в себе силы отодвинуться. Казалось, в такт раздался и треск очередной сломанной дощечки. Щёки его покраснели, а дыхание усилилось. В тишине слышно его было особенно хорошо. Фэн Синь замешкался, не верящим взглядом смотря на Принца и совсем того не узнавая. Его Высочество никогда бы так не поступил или... Мужчина вспомнил. Только позавчера он вытаскивал Принца из петли, наблюдал за всем тем отчаянием, с которым тот молил об возможности умереть. И сейчас, смотря в одинокие глаза, цепляющиеся хоть за какую-нибудь призрачную тонкую нить, Фэн Синь всё понял. Он не стал ничего говорить, лишь подошёл к принцу и упёк того в свои объятия. Тогда же Фэн Синь почувствовал и дрожь. Только не свою, дрожал Се Лянь, вместе с тем пропитывая слезами чужую одежду. — Фэн Синь, прости, я не знаю, что на меня нашло. - прошептал Се Лянь, ещё сильнее зажав чужие одежды в кулак. — Не извиняйтесь. — Прости, - Се Лянь знал, что сейчас скажет Фэн Синь, потому и закрыл ему рот рукой, а сам продолжил. - Я не был готов к такой жизни, я не был готов к тому, что меня будет преследовать Безликий Бай, к тому что мне не поверят и к тому что, обычные люди будут протыкать меня мечом. Мне было так страшно. - Фэн Синь не понимал, о каких мечах тот говорил, но решил оставить расспросы на потом, далёкое потом. — Я ни к чему не был готов! И я до сих пор вижу матушку с отцом куда бы ни взглянул, Фэн Синь, они всё ещё висят на той балке и я рядом с ними. Почему они ушли, а я не смог?! Я просто больше не могу, прости, я совершенно ни на что не способен - Последнюю фразу принц произнёс шёпотом, опустошённо. — Почему я родился принцем Сянлэ. Фэн Синь молча слушал и с каждым словом становился всё мрачнее. Наследный Принц никогда не был идеалом, коим его сделали люди. Никогда не был всеобщим спасителем, но все об этом забыли. Стоило ему не справиться, как они нашли грешника, виновника их кары. Они успокоились, вот только демон в белом.. Он и не собирался отступать, уничтожал по крошкам весь тот крохотный светлый мирок, оставшийся в сердце Се Ляня, и в конечном итоге раскромсал. Фэн Синь определённо ненавидел Безликого Бая больше, чем кого бы то ни было. — Ваше Высочество, я, - Фэн Синь застыл, дрожь пропала. Он прислушался к дыханию принца и тогда понял, что тот уснул. — Вы действительно слишком давно не спали. Мужчина взял обессиленное тело на руки и понёс к циновке, тонкой до боли и жёсткой. Он положил Се Ляня на неё, а сам отправился поднимать с пола упавшие персики. Те напомнили ему о поцелуе, и Фэн Синь задумался. Был ли он зол в тот момент, было ли ему страшно? Ни тот, ни другой ответ неверен, Фэн Синь тогда чувствовал лишь безысходность, но не свою, а человека, что был ему ближе всех. Се Лянь отчаялся, вот и сотворил нелепость, полную глупость. Фэн Синь бы не смог его осудить ни за что. Персики мирно покоились в тяжёлых руках, когда Фэн Синь присел на циновку и услышал уставший родной голос. — Когда я пропадал на те два месяца, Безликий Бай протоптал мне тропу, заманил в ловушку. Я пришёл в святилище. Там было много людей, наверное около сотни, Безликий Бай и я. Фэн Синь, дай персик, - мужчина растерялся, но тут же всучил Принцу еду. Живот его урчал нещадно. — У них у всех была хворь, поветрие ликов. Бай связал меня и подал всем идею, как вылечить болезнь. Фэн Синь прекрасно помнил: убей другого - исцелишься в миг. Зверское правило. Мужчина уже знал, к чему ведёт принц, и тем не менее руки его напряглись до вен, выступающих на руках, а лицо потемнело. — Тварь! - он ударил кулаком по полу. — Не только Бай! Каждый, кто посмел направить на вас меч! — Ты без пола нас оставишь. — Простите, Ваше Высочество. — Я помню лишь как кричал, что мне больно и как последующие два месяца валялся на алтаре, ждал, пока смогу встать. — Я накричал на вас в тот день, когда вы вернулись... - мрачно произнёс Фэн Синь. Он оплошал. — Что было, то было, - сказал Се Лянь безучастно, недавняя истерика лишила его всяких сил, оставляя за собой лишь пустоту. — Простите.  Воцарилась тишина. Каждый думал о своём. Се Лянь размышлял насчёт Бая. Всё думал, смеётся ли тот, наблюдая эту картину. Фэн Синя же мысли посещали другие, пожалуй, самой главной из них была одна - «Что же им делать дальше». Им стоило уйти куда-нибудь совсем далеко и начать новую жизнь. Он найдёт работу в разы лучше, сможет их прокормить. — Давай спать, - Се Лянь метнул косточку в окно, и та даже попала, а после скрылась в тёмной ночи. Фэн Синь кивнул и задул свечу. Отчаяние сильная вещь, безусловно двигающая людей на странные, а то и страшные поступки. Одному в отчаянии почти невозможно, так и хочется, чтобы хоть одна живая душа разделила его с собой, поглотила и была рядом. Обнимала и ни за что не уходила. Фэн Синь разделял его отчаяние, безвозмездно, не требуя совсем ничего в замен, и впервые за то долгое время, что хаос настигал и разрушал жизнь Се Ляня, низвергнутый Наследный принц уснул спокойно. Пусть и спокойствие это - совсем короткое мгновение. На следующий день Наследный принц выгнал Фэн Синя, взглянул на истощенное от вечных недосыпов и подработок лицо и понял, что тот заслуживает лучшей жизни. Хаос преследовал лишь его одного, незачем страдать другим. Фэн Синь вознесётся и заживёт как прежде, даже лучше во много раз, а Се Лянь.. Пожалуй, нести бремя и пожинать плоды будет он один.