Крошечное происшествие

      Это был тихий и спокойный день, каких в их жизни теперь было очень много.       Недзуко с Танджиро переговаривались между собой, обсуждая последние новости, полученные из письма господина Гию. По его словам, демонов в последнее время становилось всё меньше, ведь после смерти Мудзана и высших лун новым неоткуда было браться, а охотники благополучно истребляли оставшихся. Тем лучше, наконец людям перестанет угрожать опасность в их лице.       Здоровой рукой Танджиро придерживал корзину, в которую Недзуко складывала снятое с верёвок сухое бельё. Позади них на энгаве сидел Иноске и методично поедал ягоды, купленные сегодня утром в деревне.       Недзуко думала о том, что им не помешает выращивать собственные овощи и фрукты, да и лечебные травы тоже пригодились бы, а то путь до деревни, находящейся у подножия горы, на которой располагался их дом, занимал достаточно времени даже у бывалых охотников, вроде её брата и их друзей.       Внезапно из недр дома раздался оглушительный крик, отчего Недзуко подпрыгнула на месте, а Иноске поперхнулся ягодой.       — Зеницу! Зеницу, что случилось? — втроём они подорвались внутрь, первым его нашёл взбешённый Иноске. Зеницу вжался в угол спальни, тыча пальцем в стену, и перевёл на них широко распахнутые глаза.       — Там п-паук!       — Ты из-за какого-то жучка глотку рвёшь? — расхохотался Иноске, мгновенно успокоившись. Они с Танджиро синхронно выдохнули от облегчения, что ничего серьёзного не случилось.       — Жучка? Ты глянь на него, это же монстр! — скривившись, Зеницу вернул взгляд туда, куда указывал его палец, но никакого паука там уже не было. — Он-н исчез…       — Ладно тебе, Зеницу, это всего лишь маленькое насекомое, — попыталась успокоить его Недзуко, подойдя к нему, и успокаивающе погладила по плечу.       — Уверен, он испугался тебя куда больше, чем ты его, — вставил свою лепту Танджиро, прыснув со смеху, чем на пару с по-прежнему хохочущим Иноске получил её укоряющий взгляд.       — Да мне всё равно! Как теперь прикажете спать, если эта мерзость будет ползать здесь? — едва ли не хныкал Зеницу, он всегда был очень эмоциональным, особенно, когда до ужаса боялся чего-то. Недзуко знала о том, через что ему пришлось пройти на горе Натагумо, поэтому и не думала смеяться. Они все тогда едва не погибли из-за семьи демонов-пауков.       — Какая разница? Он неизбежно заползёт к тебе в мозги… и ты ничего не сможешь с этим сделать! — хрюкнул Иноске в новом приступе смеха, и Недзуко, не удержавшись, встряхнула его за ухо. — Ай, ты чего творишь!       — Раз уж больше нечем заняться, кроме как насмешничать, то вот тебе работа: до вечера найти паука и отдать мне. А не найдёшь, останешься без ужина.       — Ах… Ты!..       Иноске принялся хватать ртом воздух.       — Для великого Иноске это ведь проще простого? Или я не права? — очевидная кому угодно, кроме самого Иноске, провокация, которая сработала безотказно. — Танджиро, а ты занеси корзину в дом и разложи-ка бельё, — скомандовала Недзуко, и брат без лишних нареканий отправился на улицу.       Она была терпеливой, но у любой чаши терпения есть края, которые не стоит переходить, а Танджиро ещё в детстве понял, что лучше её не расстраивать.       — Ну всё, хватит, Зеницу, — она потрепала его за щёку и сказала, не терпя возражений: — Идём, поможешь мне приготовить ужин.       — Да, Недзуко-чан. Прости, Недзуко-чан, — смущённый и довольный, что она за него вступилась, тот пошлёпал за ней на кухню, не переставая шмыгать носом.       Ей-богу, порой Недзуко чувствовала себя мамой троих детей.