Автомойка и жара

– Ну как? – Арсений даже подскочил с диванчика, на котором вот уже минут сорок ждал. – Пять! – Антон довольно расплылся в улыбке. – И, прикинь, даже валил не сильно. Это потому что я полночи халяву в форточку звал. – Или потому что ты ради разнообразия у него на парах работал и готовился, – заметил Арсений как бы между прочим. – Или так, – согласился Антон. – Все, братан, сессия закрыта! Отметить бы. Он заметно сник. – Идем? – предложил Арсений неуверенно. – На работу надо. Я до двенадцати отпросился, а уже полпервого. Полчаса в проебе, надо бежать. А тебе, кстати не надо? – Я, – запнулся Арсений, –  я тебя ждал. Как знал, что подбросить нужно будет. – Здесь недалеко, минут пять на машине, – Антон неловко улыбнулся, как будто сам навязался, а потом на недоуменно поднятые брови Арсения пояснил, – Я ушел из рестика. Начальство с зарплатой наебывать стало, штрафы новые придумали. Я раз получил три копейки, второй, потом думаю, ну его на хуй. И ушел. – Ты не говорил, – рассеянно заметил Арсений. – Да это всего лишь неделю назад было, че там говорить-то. Тебя напрягать еще своими проблемами, – отмахнулся Антон. – Мы друзья. – Вот по-дружески и подбрось, да? – Антон снова засветился от радости. Прибыв на место, Арсений еще раз удивился. – Ты на мойке теперь? Антон все так же беззаботно пожал плечами и кивнул. – Ага. График лучше, деньга наличкой и сразу же. Помыл машину, процент мой. И начальник сразу говорит, если помыл хуево. Переделываю, тогда чуть меньше мне идет. Но все равно проще и понятнее. И честнее, – добавил он уже серьезно. – Я думал, только бесконтактные остались и самообслуживания. – Это для мажоров или кто ждать в очереди не хочет, – махнул рукой Антон. – У нас все по старинке, тем более, мы не в каком-то пафосном районе, а у черта на рогах. Это просто гаражи, кто тут будет че-то заебательское открывать? Кстати, не хочешь помыть? Со скидкой, а? Арсений отказался и уехал, хотя ему очень хотелось побыть с Антоном дольше. Летом у них не так много времени. Вот в учебном году они хотя бы на парах видятся. Раньше Арсений ни под какими пытками не признал бы: он без Антона скучает. Тот отличный друг, веселый, отзывчивый, последнюю рубаху Арсению отдаст, если надо, все время идеями фонтанирует, Арсения куда-то зовет, сам с ним кучу времени проводит. Нет, Арсений тоже не скуф и не унылое нечто. Но с Антоном ему как-то лучше. До универа у него таких друзей не было. И Арс в последнее время стал подозревать, что к Антону его тянет совсем не по-дружески. Как-то тоскливо без Шаста. Хочется написать лишний раз, кружочек прислать, позвонить, мем отправить, пусть самый тупой, только бы что-то получить в ответ. Маленькую дозу дофаминчика. Шастофаминчика. И Арсений скрепя сердце признался сам себе: он немножко, самую малость, на кончике мизинца влюбился в Антона. Платонически. Исключительно платонически. Арсений же не извращенец, он не станет портить хорошую крепкую дружбу похотью и сексом. Тем более, Антон не проявлял никаких чувств, кроме дружеских. Окончание сессии они так и не отметили. Арсению неловко было напоминать об этом, а Антон, видимо, слишком занят на новой работе. От жары плавились мозги, днем хотелось лежать под кондиционером или вентилятором, в идеале – залезть в бассейн по самую шею и сидеть там весь день со стаканом апельсинового фреша, холоднющего, как все льды мира. Мысли об Антоне тоже уходили на второй план, прибитые жарой выше тридцати пяти. Даже работать не хотелось. Ну, точнее, работать не хотелось никогда, но сейчас особенно. А по вечерам ждал еще один адок, нет, самый настоящий адище. Парковка у них в конторе была открытая. Строго говоря, это даже не парковка, а кусок тротуара, огороженный железными стойками. Кусок тротуара, открытый палящему солнцу. Ничто не могло спасти машину в этом пекле, и по вечерам Арсений вынужден был садиться в этого раскаленного монстра и тащиться по пробкам домой. Какие уж тут любови и скучания? Тут бы не сдохнуть. И когда он получил от Шаста сообщение, то сначала прочел его два или три раза, чтобы понять: его не глючит от жары, Антон действительно прислал ему это всратое предложение. Всратое, потому что Арс обычно пользовался мойками самообслуживания, а на таких допотопных мойках, как у Антона, не был примерно никогда. У него и машина-то всего год, но не доводилось. Тем более, это обещание «Фестиваля мокрых маек» и красивых девчонок вводит в ступор. Смотреть на девчонок в мокрых обтягивающих топиках и коротких юбках, моющих машину при участии всех своих выдающихся частей тела это не то, чего бы Арсу хотелось в выходные. Но помыть машину бесплатно тоже мыль хорошая. Месяца еще много, а денег уже не хватает. Машина, конечно, не скрывается под слоем грязи, но уже прилично запылилась. И, конечно, можно ездить так еще долго-долго, до самых затяжных дождей, а если повезет – до октября, но Антон присылает потом кружочек, в котором очень умильно просит Арса приехать и поддержать его, говорит, что начальник возложил на него очень важную задачу, и Арсений сдался. В конце концов, поддержать друга необходимо. Тем более, он соскучился по Антону. На большой бетонной площадке перед автомойкой было очень людно. По пути сюда Арсений видел сплошь заклеенные рекламой предстоящего шоу столбы и некоторые гаражи. На листовках были изображены грудастые полуголые девицы, обитающие преимущественно на просторах интернета. Девицы держали в руках шланги (Арсений заподозрил, что изначально там было что-то другое, что потом в фотошопе заменили садовыми шлангами) и плотоядно улыбались, сверкая всеми зубами и другими прелестями. Ничего, кроме жалости, картинка не вызывала, и Арсений укрепился в своем желании поддержать Антона в таком мероприятии. Но всратая реклама свое дело сделала и народ привлекла. Или все эти люди хотели только халявы? Как бы то ни было, Арсений собирался только постоять в толпе и похлопать Антону, если будет нужно. И он не прогадал. Антону действительно было нужно. Сначала вышел перед собравшимися владелец, он же директор, он же, как Арсений понял из пламенной речи, идейный вдохновитель всего этого безобразия. Он предложил выбрать в лотерею две машины, причем на одной из них обязательно должна была приехать дама. Для автоледи, подчеркнул он особо, предусмотрен сюрприз. Желающие нашлись быстро, а спустя несколько минут Арсений понял, в чем заключался сюрприз. К одной из машин вышли две девушки, скорее раздетые, чем в одежде, хотя жара в тридцать два градуса располагала к такому наряду. Короткие юбочки, кроп-топы, шлепки (Арсений порадовался, что они хотя бы не на каблуках девчонок отправили), волосы собраны в игривые косички, на лице полный вечерний макияж. Градус кринжа возрастал. Арсений думал, что такие штуки ушли в далекое прошлое, но владелец мойки, похоже, считал это вершиной пиара и рекламы. Девушки, конечно, не были точной копией тех, что на плакатах, они были, на взгляд Арсения, красивее. Не вызывающе красивыми, а скорее, милыми. Он искренне посочувствовал девчонкам и понадеялся, что они добровольно за это взялись. Девчонки стали мыть машину, больше принимая картинные позы, чем смывая реальную грязь, но собравшимся и этого было достаточно. Музыка из девяностых, пиво, какое-то сумасбродное веселье. Арсений чувствовал себя явно лишним на этом празднике жизни и недоумевал, куда делся Антон, который так просил о поддержке. Все выяснилось очень скоро, когда нашлась автоледи, желающая помыть свою машину. К этой самой машине вышел Антон. Точнее, Арсений только по росту и браслетам угадал, что это Антон. И вообще он сначала обратил внимание на голый торс и низко сидящие джинсовые шорты. Шорты были чуть выше колен и, Арсению показалось (только показалось!), что пуговица была расстегнута. На запястьях куча браслетов, на шее пара цепочек. В сосках пирсинг. Что? Арсений даже ущипнул себя. Ну не совсем же ему мозги поплавило. Он даже нахально подвинул пару человек и вылез в первый ряд, чтобы лучше рассмотреть. Пирсинг в сосках. Он не ошибся. И это будоражило воображение почище алкоголя! Антон увидел его и махнул приветственно рукой, еще и крикнул: «Здорово, Арс!». Люди по соседству заинтересованно стали оборачиваться. Арсению захотелось провалиться сквозь землю. А потом Антон начал мыть машину. Конечно, всеми частями тела он ее не обтирал не принимал красивые позы. Просто мыл, растирая пену по кузову, обдавал водой из шлага, иногда направлял струю вверх и тогда брызги немного попадали и на толпу. Чаще направлял на себя, и тогда Арсений ему начинал завидовать, потому что сам уже с ума сходил в толкучке и духоте. А еще он очень некстати возбудился, когда дольше нескольких секунд подумал о пирсинге сосков, о том, как красиво капли падают Антону на грудь, как провокационно расстегнуты его шорты и как они держаться на честном слове у него. Едва только Арсений немного успокоился, как Антон принялся усердно растирать пену по капоту и чуть ли не улегся на него грудью и животом, оттопырив задницу. Дамы в толпе зааплодировали, и Арсений очень захотел к ним присоединиться. Антон отреагировал, как кинозвезда: обернулся, тряхнул мокрыми кудрями и ослепительно улыбнулся. А потом еще и выжал пену из губки себе на грудь. Арсений точно знал, что он должен сперва был посочувствовать Антону, ведь пена была от жуткой химии, а значит, могла вызвать раздражение, но Арсений этого не сделал. Вместо этого он чуть слюнями не захлебнулся, особенно, когда Антон смыл всю пену и вода затекла под кромку шорт. Как будто в рекламе или порнухе. Арсений начал нервничать, кусать губы и возбуждаться еще сильнее, как будто позабыв про дикую жару. Жара сейчас происходила совсем в другом месте. А спустя еще несколько таких экзерсисов он с удивлением понял, что это шоу Антон устраивает для одного-единственного зрителя. Для него, Арсения. Каждый ебаный раз, когда Антон делал что-то провокационное, он ловил взгляд Арса и еле заметно поднимал брови в немом вопросе. Арсений не очень понимал, что Антон хочет спросить, поэтому каждый раз улыбался и подмигивал в знак поддержки. Но выносить такое полуэротичсекое шоу было тяжело. К счастью, машины вскоре отмыли, возвратили счастливым владельцам, а ведущий, он же директор объявил музыкальную паузу и фуршет для желающих. Желающих оказалось так много, что скоромное помещение мойки еле вместило всех. Арсений рисковать не стал и пошел к своей машине, ему было, о чем подумать и помечтать. – Арс, стой! – почти у самой машины нагнал его Антон. – Это, – он наклонился, уперев ладони почти в коленки, чтобы отдышаться, – Подбросишь? Стас отпустил меня, мишшен комплишен. – Прямо так поедешь? – не то чтобы Арсений хотел оказаться, но про вещи нужно было уточнить. – Телефон и ключи здесь, – Антон похлопал по заднему карману шорт, – остальное не надо, завтра заберу. Арсений открыл ему пассажирскую дверь, махнул рукой приглашая. – Не боишься, что салон тебе усру? – Сам же и помоешь потом, бесплатно, – хохотнул Арсений, садясь за руль, – Расскажешь, с хера ли ты в таком шоу решился участвовать? И откуда пирсинг? – А, это, – Антон сжал пальцами один сосок потом поддел колечко, поигрался с ним. Лучше бы он этого, конечно, не делал, – Это я Димке давно еще проспорил, до универа. Нравится? – Очень, – сдавленно ответил Арсений и завел машину. – Тебя домой? – Не, погоди, заедем кое-куда, я дорогу покажу, – Антон стал серьезнее. Потом он командовал, куда нужно ехать, и в итоге Арсений обнаружил, что они так и не выехали из гаражного кооператива, а наоборот, заехали в какой-то жуткий тупик, заросший крапивой и лопухами. Он вопросительно повернулся к Антону, ожидая разъяснений. – Короче, Арс, не ори только, – предупредил Антон, но Арсений и не собирался орать. – Я думал-думал, не знаю, как такие вещи говорятся, но ты мне нравишься. В романтическом смысле. Ты вроде нормальный, адекватный, в глаз не пизданешь, поэтому я тебе это говорю. Просто не могу больше. И так, и сяк уже думал, а сегодня все, пиздец котенку, решил сказать. – Так это реально для меня все было? Ну, вот этот стриптиз? – Арсений не мог даже в полный голос спросить, почти прошептал. Антон кивнул. – Стас идею подкину такую, ну, с девчонками, а я говорю, давай, типа, я тоже выступлю, для девушек за рулем, может, им тоже по приколу посмотреть будет, а когда он согласился, я тебя позвал. Типа, намекнуть так хотел. Но я вообще не претендую как бы, ни на взаимность, ни на че такое. Мне просто надо было рассказать, а то я бы ебнулся. – У тебя под шортами что? – Арсений себя мысленно обругал за максимально тупой вопрос, но язык был быстрее мозгов. – Ни хуя, – пожал плечами Антон. – Ну, хуй-то все равно есть? Антон сначала посмотрел на Арсения, как на дебила, а потом не выдержал и заржал, как ненормальный. Спустя пару секунд ржали они уже вдвоем. – Хуй есть, – сквозь смех ответил Антон. – К тебе можно? – Нужно. Я тебя поцелую? Этот было впервые в жизни Арсения, когда он целовался на задворках гаражного кооператива, в окружении мусора и лопухов, впервые, когда он целовал соски с пирсингом, впервые, когда он попробовал сделать минет в машине, и впервые, когда сделали ему. И все это ему ужасно нравилось. – Предлагаю считать, что мы так закрытие сессии отмечаем, – подытожил Антон, когда все же натянул шорты (но не стал застегивать), и Арсений начал выруливать на дорогу. – И продолжаем, да? Арсений разулыбался и подумал, что если у него мозги не расплавились от жары, то он такого горячего Антона точно расплавятся.