Любовь на все жизни

Голова раскалывалась. Ужасно болели мышцы. Глаза были закрыты, открывать не хотелось. Все что он помнил. Ужасная боль от ожогов. Огонь. Крик Эндрю. "Эндрю...? Кто это?" Горящий корпус. "Что? Горящий? Я... Умер..?" Глаза открыть получилось не с первого раза. Для этого пришлось приложить много усилий. Но когда все же получилось он увидил над собой лишь белый потолок. Попытка пошивилиться далась сложно. Подняв руку Нил был ошарашен. "Детская рука? " Вопросов стало больше, ответов он не получал. Осмотревшись он понял, что стал ребёнком. Переродился? Хрен его знает. Единственное чего он не понимал. Как получилось так. Что он помнит что-то с прошлой жизни? Исчезнут ли эти воспоминания? Или наоборот, прояснится больше чем сейчас? Пока он думал над ним появилась женщина. Зелёные глаза и рыжие волосы. "Рыжие волосы" Нила передернуло "В прошлой жизни у меня были рыжие волосы". Вот и появился ответ на вопрос о воспоминаниях. Скорее всего проявляться со временем. Женщина подхватила Нила на руки и стала с ним разговаривать. Из монолога женщины он узнал что она его мать. Что его зовут Гарри, и что она явно ему рада. " Ну что ж Гарри. Давай посмотрим на сколько будет хорошо эта жизнь по сравнению с прошлой... Что?" *** Прошел год с момента появления Нила в этом мире. Он вспомнил не все но многое. Например он уже помнил кое что о команде. Помнил что-то о детстве. Помнил даже громкие сплетни о лисах по корпусу университета. Единственное что он помнил с точностью, это все о Эндрю. Он помнил его касания, помнил все что тот рассказывал и обещал. Помнил поцелуи. Он помнил Эндрю полностью, с ног до головы. И это его пугало. Он бы жил себе спокойно. Казалось бы вот он, шанс на счастливую жизнь, но он не понимал, в последнее время во круг него было куча сумотохи. Родители. Как он уже привык называть их у себя в уме. Все время что-то тревожно обсуждали с Сириусом. Как оказалось его крестным, а после с Питером. Парнем из компании отца. Все прояснилось тогда. Тридцать первого, когда Нил понял что происходит было поздно. Он успел только подумать о том, как же эта и прошлая, да вообще в принцепи все жизни не справедливы, как отключился. *** Стук в дверь. Настоичтвый стук в дверь. Рык на тётю и ответ "Щас иду". О? Что здесь происходит? Сейчас раскажу. Гарри уже 10, после смерти родителей, его отдали дяде и тёте. О смерти родителей он прекрасно помнит. Хотя уверено кивал в младшем возрасте на рассказы тёти о том что родители погибли в автокотострофе. Чуда ждать Нил и не собирался. Ну не думал человек что может в двух жизнях подряд так повести. Хотя не сказать что ему прямо повезло. Включив маленький светильник в своём чулане Нил одел очки и поправил волосы. Матрас, давно сгнивший нахрен, лампа и полки на которых лежали старые справочники и инцеклопедии Дадли о экси. Вот такая вот скромная комната у бывшего лучшего игрока в экси. Встав, вновь ударившись о "потолок" в чулане и выругавшись он побрел на кухню. Тётя стояла у плиты. Завидив мальчишку она прикрикнула что-то о его медленности, отдала ему лапатку и приказала дожарить бекон. Самому Нилу дай бог чая нальют. В этом смысле Дурсли совсем прифигели. - Гарри! ГАРРИ! Тётя снова что-то кричала. Он уже ожидал что-то на подобии "иди убери комнату Дадли" или "иди во двор убери листву", поэтому нехотя поплелся к тётке. - Чего тебе там? Ох Гарри не было видно но Петунья готова была поспорить что он закатил глаза. Новое тело не отбрало у Нила острый язык. Ох сколько раз Нил получал за колкие фразочки. Как-то раз он ответил Дадли на оскорбления что он жирная не воспитанная свинья. За что остался на неделю без еды. Не то чтобы его до этого кормили каждый день. Но неделя все таки много. Но даже риск сдохнуть от голода не включает инстинкт самосохранения у Джостена. Но тётя лишь отдала ему клюшку. Клюшку и мяч для экси. Тоже Дадли. Оказывается свинья когда-то увлекался экси. Как и все его увлечения долго он не продержался. Всего 2 недели. Зато профессиональную экипировку ему уже успели купить. Клюшка была оранжевая. Она безумно  напоминала Нилу о лисах. Ему аж плакать захотелось. Конечно она не была такой же крутой как у лисов. Но это клюшка. Это экси. Это жизнь. Это как глоток прохладного свежего воздуха среди этой сраной пыли. В свободное время. Ха шучу, у Нила его нет. Но когда все сваливают Нил садится в зале и включает старые записи игр лисов. Смотрит на свои прекрасные пасы, на кевина с клюшкой в вещущей руке и на Эндрю. На прекрасного Эндрю. Ох как же Нилу его не хватало. До боли в теле хотелось услышать родное "ненавижу", вновь посидеть на крыше. И пережить заново все моменты с ним. Нил скучает. И скучает ужасно. Тётя и Нил вернулись в кухню. Там же за столом сидели свинья и дядя. Смотрели интевью. Интервью Кевина Дея. Нил делал вид что не смотрит. Чтоб его не выгнали. Уж очень ему хотелось послушать родной голос Кевина и удостовериться что он все также истиричка. "-Кевин Дей вчера было ровно десять лет со времени гибели вашего нападющего Нила Джостена, расскажите пожалуйста что вы.." Дальше Нил не слушал. Как бы ему не хотелось послушать голос кевина. Он не хотел слушать что он ощущал. Нил готов был поспорить что он и так знает что скажет Кевин. Но слушать оплакивания его когда он вот, здесь, живой, не хотелось. Конечно, уйти просто так было нельзя. Пришлось дослушивать. Кевин сказал что не хочет поднимать эту тему. Но следующий вопрос озадачил Нила больше молчания Кевина. "-Расскажите пожалуйста что чувствовала команда когда вслед за Джостеном в огонь побежал Эндрю Миньярд..." "Что...?" у Нила в ушах зазвенело. "Что с Эндрю.." *** Никого не было дома. Нил точно это знал. Дадли с тётей уехали на день рождения. Дядя на работе. Но сегодня вместо того чтобы смотреть экси, он вышел во двор смотреть как его навыки притупились в новом теле. Пас за пасом. Нил не мог оторваться от этой сладкой пытки. Почему пытки? Да потому что нихрена у него не получалось. Даже самый лёгкий пас не выходил, что уже говорить о сложных пасах воронов. Он снова задышал. Он дышал и до этого но тогда.... Тогда это были рваные, сложные, жёсткие вздохи, а сейчас это лёгкое и свободное дыхание. В последний раз он чувствовал такую лёгкость перед пажаром. Когда отрабатывал пасы для матча с Кевином. Клюшка била мяч снова и снова. Лёгкие пасы начали получаться. Это доставляло удовольствие. Разум туманило лишь воспоминание о сегодняшнем обеде. Что же все таки случилось с Эндрю. Он вообще живой...?