Танец для Луны

ТАНЕЦ ДЛЯ ЛУНЫ ГЛАВА ПЕРВАЯ "Молодая госпожа , что подобна совершенству" Лань Шао маленький мальчик, что рано лишился матери. Её забил отец. Увы, в Юэ женщины не имели голоса, права, власти. Они были просто игрушкой, украшением в руках мужчины.Долго плакал  семилетний на тот момент мальчишка над могилой своей матери, прижимая к себе девочку лет шести. Это была его младшая сестрёнка. Она была точной копией матери.Такой же вольной, будто кошка и не уловимой, словно ветер.Лань Шиньяо, подобно своей матери боролась за права женщин. Теперь уже тринадцатилетняя девушка презирала патриархат и призывала женщин к равноправию. Она  мечтала жить в стране, где женщины не пыль под ногами мужчины. Даже просто мечтала, она желала жить в такой стране и восхищалась Цюнлином-родной стране её покойной матери.Там женщина была всем для мужчины:её носили на  руках, её боготворили, возносили к самым небесам.Будто она, женщина, самое драгоценное сокровище. А-Яо всеми силами пыталась сделать, чтобы в Юэ было так же. Но увы, деве  не удалось воплотить свою мечту в жизнь. Она пропала в день своего четырнадцатилетия. И лишь один человек знал, что на самом деле случилось с этой волелюбивой девушкой. Он задушил её своими руками, не обращая внимания на мольбы и слёзы столь юной девушки и выпустил из рук только бездыханое тело, что с глухим стуком упало на пол. На нежной лебединой шейке ныне покойной Шиньяо были ярко-красные следы чужих пальцев, марая белоснежную кожу. Эти следы напоминае о том, что чудесные изумрудные глаза молодой дочери советника закрылись лишь из-за него. Из-за Ши Сюаня. Теперь маленькая воительница наконец обрела покой. Или не обрела. Говорят, тело её так и не нашли. Из за чего сейчас, в ночной темноте, погружённый в глубокую тоску по милой сестрёнке, Лань Шао брёл по лесной тропинке, будто неприкаянная душа. Мальчишка ничего не видел и не слышал. Казалось, от своего горя он ослеп и оглох. Взгляд его был стеклян и пуст, а в ушах звенели тысячи колокольчиков. Их звон затмевал приближающийся вой волков, топот копыт и чужие голоса. Вскоре, перед ним, в паре шагов, был волк. Он скалил зубы и был готов бросится на и без того бедного мальчишку, пока тот от страха очнулся от своего "сна". Перед глазами Лань Шао пролетела вся жизнь. Неужели, вслед за сестрой умрёт и он?Нет!Он должен жить, хотя бы ради сестры.. Он ведь пообещал ей тогда, в детстве, на могиле у матери, что будет жить, даже если она, Лань Шиньяо, умрёт. —Что ж... Видимо, я не исполню своего обещания... Прости, сестрёнка—Произнёс мальчик и горько улыбнулся. Он всё равно не сможет убежать.Волу догонит его и разорвёт, оставив лишь кровавое мессиво вместо когда то живого челова.Юный сын советника расставил руки и прикрыл глаза, готовясь к скорейшей смерти. Но вместо неё был голос. Мягкий, мелодичный и обвалакивающий, словно соловьиные трели, он произнёс, приказывая: —Жасмин, живо отойди! Фу, нельзя. Следом за этими словами послышался перезвон украшений. Волк виновато опустил уши и поджал хвост, побредя к хозяйке. При свете луны показался красивый, молодая девушка в тёмно-синем тёплом плаще, расшитом серебром. Под ним виднелось белоснежное ханьфу с элементами бирюзового цвета и целой кучей различных украшений. Волосы угольного цвета были собраны в косу и закреплены серебрянной шпилькой, на кончике которой был месяц, усеянный сапфирами и украшенный подвесками из них, на кончиках которых были маленькие кисточки. В её руках была плётка, которой она ударила животное, отчего то взвизгнуло, свернувшись калачиком.Сама же хозяйка подошла к Лань Шао, недовольно осматривая того своими лазурными глазами. —В такое позднее время один, без оружия... —Начала было та, но заметила дрожь чужого тела. Она сняла с себя плащ, укутывая того, как малое дитя. —А-Си, ну чего ты с ним возишься? Оставила бы так... Видишь, пацан не особо желает жить —Ши Сюань, завались. Это мой поданный, за которого я несу ответственость.И, впервую очередь, это ребёнок. —Произносит так называемая А-Си, подводя Лань Шао к коню —Ему на вид лет тринадцать-четырнадцать. Сам может о себе позаботится —В то время А-Си уже усадила младшего на коня, и, надев на себя запасной плащ, сама залезла на него —Ши Сюань, я всё сказала. Мы едем обратно. Жасмин, вперёд!—Волчица поднялась и послушно пошла вперёд —А-Си, да брось ты его! У нас ведь.. —Он не успел договорил, как оказался прерван —ШИ СЮАНЬ! Я СКАЗАЛ, МЫ ЕДЕМ ДОМОЙ И ЭТО НЕ ОБСУЖДАЕТСЯ!—Одной рукой А-Си прижала младшего к себе, а второй взял поводья—Надеюсь, ты понял меня. Ши Сюань поджал губы и молча кивнул. Они направились обратно. Их путь был молчалив. Ни один не проронил ни слова. Лишь только Ши Сюань пожирал ревнивым взглядом Лань Шао, за что получил злобный взгляд от Юэ Си. Ши виновато улыбнулся ей и выругался про себя. Он прекрасно знал, как эта девушка стреляет из лука. Синмао ощутил это на своей шкуре, когда пытался добиться сердца этой никому непокорной бестии, что была подобно неуловимому дуновению ветерка.Казалось бы-ты поймал её к себе, но стоило отвлечься и в руках оказывалась лишь пустота. Девушке нравилось быть свободной и непринадлежащей. Принцесса знала, что брак-это отсутствие себя. Выходя замуж в её стране девушка становилась рабыней мужчины.В прямом смысле этого слова. А Юэ Лэй не хотела никому подчиняться и ни перед кем пресмыкаться. Она лучше умрёт в бою, чем станет женой какого нибудь чиновника. Да, пускай ей часто твердили, что это её прямое назначение-удачно выскочить замуж и родить наследников, но она лишь отмахивалась и убегала с братом и подругой—Той самой Шиньяо—на тренировку. —Действительно, подобна ветру... —Тихо прошептал сын гуна, погружённый в свои мысли, и не заметивший, как они добрались до дворца. Юная наследница окинула того бесстрасным взглядом и цыкнула, закатив глаза —Эй, мечтатель, очнись, мы приехали—безэмоцианально произнесла брюнетка. Что сказать-мужчин А-Си не любила от слова совсем. В этом они с Шиньяо были похожи. Неудивительно, что сдружились. Обе напоминают кошек.Кошек, которые не покоряться никому и ни за что. А-Мао скривился. И от своих мыслей и от слов голубоглазой —Эй, между прочим, могла и поласкавее! —Воскликнул Ши, недовольно хмурясь —Обойдёшься—Бросила юэсска, и, даже не смотря на старшего, через секунду добавила—Скажи спасибо, что вообще согласились с тобой поехать, а не прогнала взашей, когда ты столь нагло прижал меня.И да. Ещё раз такое повториться и ты останешься со стрелой в пятой точке на всю жизнь. Девушка слезла с коня, подхватывая на руки уснувшего мальчишку, сморённого дорогой и направилась во дворец, оставляя Сюаня смотреть им в след. Сколько бы он не пытался этот суровый, взращенный лунным светом цветок из снега и льдов не дастся ему в руки. —Нет, отец, с ней не сравниться какой-то Цюнлинке—Конечно, речь шла о Шиньяо, что была похожа на столь желанную принцессу, но была абсолютно другой. Цветок огня и света, выросший не там и так отчаянно тянувшийся к солнечным лучам, которые ему перекрыли—Она никогда не будет ей.Она не достойна жизни.Чем думал её отец, выдавая это существо за меня? Что ж. Теперь осталось устранить только этого мальчишку. —Он слез с коня, отправляясь к себе. Увы, он не терпел, когда к его сокровищу прикасались. Драконье нутро просто не терпело этого. В то время Лэй уже успела уйти достаточно далеко, скрывшись в своей комнат А-Шао проснулся  уже в пышных, просторных покоях. Его голова была упокоена на чьих-то коленях. Подняв глаза, он увидел перед собой госпожу из сна, как посчитал сын советника. Он лишь удивлённо хлопал глазами, бесстыдно рассматривая спящей.Её лицо, которое он не успел рассмотреть вчера будто было вылепленно из фарфор—настолько оно было красивым! Что уж говорить, она вся была словно из фарфора. Она была словно совершеннство. Сердце Ланя пропустило удар. А наблюдающий за этой картиной Ши Сюань стиснул зубы, еле сдержав порыв крикнуть "Она моя!" —Ну ничего... Ты будешь только моя и даже не вспомнишь про этого мелкого! —Он злобно ухмыльнулся. Этот день был точкой начала проблем Юэ Си.