fate

Чонвон навсегда запомнит этот урок жизни. А преподал его человек, которому он доверился в своем самом уязвимом состоянии. Сонхун точно знал, что его младшенький в ужасном состоянии. В сознании четко всплыл их диалог: — Я слишком пьян, чтобы сказать «нет». — Чтобы сказать «да» тоже. Значит ли после такого, что им стоит перестать общаться и разойтись по разным жизненным путям, чтобы больше никогда не помнить об этом дне позора? Чонвон по-другому и не воспринимал свои действия. Это один сплошной позор. С ним такого никогда не происходило. Даже в самом ужасном состоянии удавалось контролировать себя. А такие надежды и ожидания были возложены на Сонхуна… А он… Оказался даже лучше, чем казалось. Чонвон утром при пробуждении обнаружил на тумбочке стакан чистой питьевой воды и активированный уголь рядом. Вообще-то видеть такое крайне непривычно. Он привык просыпаться утром в объятиях похмелья, а тут настоящий сервис по высшему разряду. Не хватало еще рядом букета из бегоний, которые можно нарвать на клумбе госпожи Бэ. Она очень любила свои цветочки. Не хватало только Сонхуна в постели рядом. Он мог бы обнимать парня рядом с собой и прошептать ему пару слов ласки и назвать это утро самым добрым. Не из-за секса (которого, к слову, у них не было. Сонхун просто насильно накрыл Чонвона одеялом, чтобы открыть комнату на проветривание), а из-за того, что это их первая ночь вместе. При том, что Чонвон не помнил большую часть вчерашнего вечера, она запомнилась теплом и чем-то таким нежным и почти что любовным. Разговоры около дома можно смело забыть, а вместе с тем и все диалоги дольше двух слов у самого бара. Стоит ли набрать номер Сонхуна? Он спит? Он на работе? Хорошо добрался до дома ночью, раз не захотел остаться ночевать с Чонвоном? Что или кто его остановил? Блять. Майка. Сонхун ушел отсюда без своей дорогущей майки. Белой такой. Там без шансов на реанимацию было. Чонвон слишком постарался, когда плотно поужинал перед выходом из дома. Сонхун выбрал пожертвовать своей брендовой вещицей, чтобы не испортить салон авто. Чтобы вытереть грязное лицо. Сделал всё это без намека на брезгливость, напротив, он проявил максимальное снисхождение. По щекам чуть не потекли две влажные дорожки. Да почему он так расчувствовался из-за обычной заботы? Потому что она не простая. Так никогда не будут относиться к простому знакомому. Только к человеку, к которому есть чувства. Дружеские или… Романтические. Чонвон сам не думал о том, что он влюблен. Ну, он знал, что симпатия между ними присутствует. И очевидно взаимная. Но это не то же самое, что в какой-то момент понять: «Блять, да он же мне нравится как парень. Я бы и не против с таким закрутить роман». Нужно срочно с ним встретиться. Нужно поделиться своими мыслями и ощущениями. Чтобы прощупать почву Чонвон отправил Сонхуну сообщение без уведомления, чтобы на всякий случай не потревожить сон. Как ни странно, этот парень хронически онлайн. Через пару минут сообщение было помечено как «прочитанное». Хуни-хён <3333: доброе утро. что-то случилось?

Я: Нет. Хотел поблагодарить за вчерашнее. За твою заботу и внимательность Я: Я уже соскучился по тебе. Давай встретимся?

Хуни-хён <3333: похмелье проиграло в равном бою?

Я: Да, твоя забота оказалась сильнее. Она безразмерная

Хуни-хён <3333: хорошо. где хочешь встретиться?

Я: : (((((((

Хуни-хён <3333: ? Хуни-хён <3333: хм Хуни-хён <3333: неужели? Вместо текстового сообщения пришло голосовое. Чонвон поспешил нажать на треугольник и включить аудио. — Вон-а, я по тебе соскучился, — и без того низкий голос охрип. — На самом деле я нарисовал твой портрет в набросках, чтобы любоваться тобой хотя бы так. Твоя фотография в нижнем белье у меня на рабочем столе на обоях. Мне кажется, что у меня начинается ломка от отсутствия тебя рядом. Хуни-хён <3333: вроде всё сказал Хуни-хён <3333: где встретимся?

Я: Давай в кофейне около тату-салона. Мне там понравился «кот в мешке»

Хуни-хён <3333: хорошо. я буду там через пару часиков. приведу себя в порядок Хуни-хён <3333: подготовлюсь, чтобы перед тобой выглядеть на все сто

Я: Ты всегда выглядишь на все сто. Даже если ты приедешь полностью лысый с щетиной на лице — твоя красота затмит все малейшие человеческие «недостатки»

Я: хотя странно называть особенные детали у тебя «недостатками»

Хуни-хён <3333: запиши мне голосовое. чтобы я мог собираться под твой голос Вздох. Вообще-то самому тоже нужно приводить себя в человеческий вид, потому что по ощущениям Чонвон всю ночь провел на коленках у дьявола с неизвестными мотивами. Вспотел как последняя сволочь, рот воняет кошачьими ссаками, а лицо опухло. И как-то нужно привести себя в человеческий вид, чтобы порадовать Сонхуна своей опрятностью и аккуратностью. — Доброе утро, хён. Я жду нашей новой встречи с того момента, как я разлепил глаза и увидел, что тебя нет рядом, — Чонвон прикусил губу, потому что последняя фраза ему не понравилась. — Вот блин. Надо удалить. Решающий взмах указательным пальцем. — Блять! — вместо «отмены» Чонвон нажал на «отправить». — Нет-нет. Ещё и Сонхун сразу прочитал и включил голосовое. Мог бы и не подтверждать, что каждое сообщение в этом чате караулит.

Я: Я там глупость сказал

Хуни-хён <3333: я тоже жду нашей встречи. уже соскучился Поэтому на крыльях счастья Чонвон вылетел пулей из дома. До метро он не дошел за пятнадцать минут, а добежал за пять. В наушниках громко играла музыка из Спотифая. Приложение по рекомендациям закинуло ему новые треки в плейлист. Очередная попсовая песенка про любовь с первого взгляда. Супер, Чонвон понял только эту фразу, а все остальное было неразборчивым месивом из слов. Настоящая каша. Ну, ладно. Главное, что мелодия приятная. Чонвон промчал несколько станций на метро и такой же пулей вылетел из вагона. Ему даже некуда спешить. Сонхун не писал, прибыл ли он на место. Просто сидел онлайн и, наверное, с кем-то общался. Интересно, а много у него друзей среди парней? Какое место в этой иерархии занимает Чонвон? Что он вообще значит? Им стоит попробовать быть вместе? Им стоит чаще видеться? Может, попробовать жить вместе? Пригласить его к себе в гости? Или они и дальше будут видеться только на нейтральной территории? В каких апартаментах он проживает, раз позволяет себе ни в чем не отказывать? Наверное, у него и вправду много денег, раз он ни в чем не может отказать ни себе, ни Чонвону. Около кофейни уже стоял Сонхун. Тоже раньше, чем они договаривались и нервно затягивался. Но это была не обычная бумажная сигарета, а электронка. Чонвон нахмурился, потому что наслышан о вреде этой гадости. Без баек про вред обычных сигарет, у этой непонятной плохо продуманной штуки больше вреда. Поэтому он с недоверием поглядывал на Сонхуна. Почему он перешел на эту отраву? — Хён, привет, — Чонвон недолго шел прямо к парню. Он свел брови на переносице, испытывая внутреннее возмущение. — Привет, Вон-а, — Сонхун сразу же засунул электронку обратно в карман. — Что случилось? У меня на лице что-то? Почему ты так нахмурился? — Зачем ты используешь эту гадость? — Чонвон указал на выпирающий карман. — Пожалуйста, не используй эту дрянь. — Я не могу бросить курить. Я встречаюсь с сигаретами дольше, чем с кем-либо ещё, — Сонхун прижал ладонь к карману. — Но я знаю, что я воняю табаком после бумажных. А я не хочу, чтобы ты целовался с пепельницей. — Что? Дай сюда свою гадость, — Чонвон протянул вперед ладонь. Это не просьба. Это приказ. — Хорошо, — Сонхун знал, что на это требование нельзя отказывать, поэтому покорно протянул новенькую электронку. — Не смей больше курить эту хуйню, если тебе жизнь ещё дорога. Или же не хочется в двадцать с лишним лет ходить со вставной челюстью. Чонвон со всей силы бросил электронку об асфальт. Да так, что осколки разлетелись в разные стороны. Сонхун удивленно посмотрел на кусок пластика, но возражения выразить не смел. — Есть обычные? — с вызовом спросил Чонвон. — Есть… — Доставай и кури при мне. Сейчас же, — еще один приказ, еще одно безвольное исполнение. — Так, слушай. Я всегда считал себя инициатором в отношениях и толчком для прогресса, — подал голос Сонхун. — Но… — Индюк тоже много думал, да в суп попал. Доставай давай. Я сам решу, буду я целоваться с пепельницей или нет. Если сильно захочу, то встречаться с ней начну и в любви признаюсь. Понял? — Чонвон был на грани того, чтобы замахнуться и со всей силы отпечатать свою ладонь на подставленной щеке. — Кури. — Уверен? — Сонхун поднял виноватый взгляд вверх, часто хлопая глазами. — Лучше не беси меня, хён, — Чонвон замахнулся резко рукой вверх, показывая полную готовность для драки. — Мне больше нравятся послушные мальчики. — Хорошо. Сонхун достал открытую пачку из бездонного переднего кармана мужских джинс. Под пристальным контролем Чонвона он поднёс горящую зажигалку к сигарете и затянулся. К небу устремился сизый дым, разносимый дальше лёгким порывом ветра. Чонвон стоял на контроле с таким видом, будто ему деньги платят за то, чтобы Сонхун в рот не тащил разного рода отраву. Потому что лично для него это даже хуже, чем вредные чипсики и газировка. В лёгкие попадал неприятный запах, но это намного лучше, чем приторно-сладкие электронные. Чонвон даже прикрыл глаза от удовольствия. Сонхун просто наблюдал за ним. Он получал внутреннее наслаждение от того, что он снова затянулся неприятно пахнущей гадостью. Хоть Чонвон и не жаловался ни разу, заставлять его поглощать табак пассивно не хотелось. — Ты до сих пор не вылечил больное горло? — нетерпеливо спросил младший, наблюдая за заканчивающейся сигаретой. В зубах Сонхуна она выглядела крайне сексуально. — Еще немного першит, но уже получше. Коньяк разогрел меня вчера, — Сонхун потушил бычок о ближайшую урну, но всё равно побоялся гнева Чонвона. — Всё, заебал. Ещё раз увижу в руках электронку — будешь сосать что-нибудь более мясистое и крепкое. Это не намек. Сонхун понуро опустил голову вниз и закивал головой. Чонвон даже не побоялся прижаться губами, которые до этого сминали фильтр. Для своего удобства он потянул парня вниз, ближе к себе, чтобы смять их своими. На вкус были с горьким вкусом табака, но с каким-то вишневым послевкусием. Сонхун сначала просто растерялся, а потом всё-таки прижал к себе требовательно податливое тело. Ничего Чонвон не целуется с пепельницей. И сигареты не пихает себе глубоко в глотку. К чему такие стереотипы? Нужно их опровергнуть. Просто для некоторых людей нелюбимые губы будут на вкус всегда хуже, чем они являются на самом деле. — Не чувствую никакой пепельницы, — Чонвон отстранился на несколько сантиметров. — Мне очень нравится. — А… Молодец, что открыл рот. Можно примкнуть к ним с новой силой, чтобы вылизать своим языком небо, пересчитать все зубы в переднем ряду. Да кто, блять, их остановит сейчас? Чонвона придется только силками оттаскивать назад и сажать на цепь. Но это всё равно не поможет понизить пыл. — Ты хочешь съесть меня? — Сонхун задал вопрос больше для приличия. — Давай хотя бы в кофейню зайдем, перекусим. — Ты прав. Я съем тебя в следующий раз. «Когда мы, возможно, дойдем до следующего этапа». — Ты мне еще нужен, — Чонвон поправил на себе рубашку так, будто кто-то реально пытался ее стянуть. — Я хотел поговорить. — Я накосячил? Я могу отработать порцией свежих булочек? Днём их достаточно, — Сонхун принял попытку действовать наверняка. — Пак Сонхун, — ну, всё. Точно будет ругаться на него не только матом, но и с кулаками. — Пошли. — Слушаюсь и повинуюсь, мой господин. Отрабатывать свои косяки (в виде курения электронной сигареты) реально пришлось. Стоя перед витриной со свежей выпечкой Чонвон тыкал в то, что он хотел. Для Сонхуна стоимость — не вопрос и не проблема. Главное, чтобы каждую из них съел. Или тоже придется как-то заглаживать свой косяк. Он хотел продолжать радовать Чонвона, во что бы то ни встало. Чувство стыда было только из-за того, что его дикий котенок был им максимально недоволен. Сонхун сразу же достал кошелек и без проблем оплатил объемный заказ. И куда в него влезет столько булочек и пончиков? С полный подносом еды Чонвон пошел вперед к свободному столику у стены. Будут сидеть тет-а-тет и говорить о наболевшем. А именно — чувства Чонвона. Нужно что-то с этим делать. Чтобы стало легче — нужно явно признаться в своей симпатии. А если это невзаимно — расстроиться и впасть в истерику. Разорвать все связи и пойти удалять татуировку к другому мастеру. Так еще и компенсацию с Сонхуна требовать. — Так о чем ты хотел поговорить? — Сонхуну не давало покоя это заявление. В этот раз кофе снова был с «сюрпризом». Слишком уж заманчивый «кот в мешке». — Что-то касается нас? — Да, это касается тебя и меня, — Чонвон поднес к губам стаканчик к кофе, хотя прекрасно чувствовал сквозь материал, что он горячий. — Нас. — Так? — Я обдумал твое вчерашнее поведение, — глоток кофе в горло не лез. — Проанализировал наши отношения за последние несколько недель. Ну, в общем… — Да? — Сонхун поднял самый любящий и искренний взгляд, который только могут дать человеческие глаза. Чонвон тонул в их глубине, потому что знал, что эти два бездонных объекта могут излучать только нежность. И четко осознавал, что перед ними он слабеет. — Ты мне нравишься, хён. Я очень рад, что я тебя встретил, — Чонвон отставил стакан в сторону, чтобы положить ладони поверх ладоней Сонхуна. И остородно их сжал. «Хоть бы он ответил взаимностью…» Если так подумать, то чисто технически Сонхун признался первым. Косвенно, но он озвучил, что ему нравится милый парень. Такой же милый, как Чонвон. В трезвом виде эти слова едва ли могут сорваться с его уст, хотя очень хотелось бы сказать нечто подобное в ответ. Ему очень нравится Чонвон. До настоящей любви это чувство далековато, но как же ему важно, что его симпатия взаимна. Он точно ждал хоть какие-то слова в ответ. Хоть простое: «Прости, нам не по пути». Всё что угодно кроме уебанского: «М, ок». А что ещё хуже — тотальное молчание. Чонвон продолжал сжимать ладони в своих в ожидании трепетных слов в ответ. — Я счастлив, что мои чувства взаимны, — выпалил в ответ Сонхун на одном дыхании. В глазах Чонвона промелькнуло разочарование в таком ответе. Потому что в его голове только он один признался в своих чувствах. Сказать: «Я тебя люблю» не то же самое, что сказать «И я тебя» или «Я тебя тоже». Что ещё хуже: «Это взаимно». — Что случилось? — Сонхун не мог проигнорировать печаль в глазах. — Я думал ты скажешь по-другому, — Чонвон перевел взгляд на стол. — Что я тебе тоже нравлюсь… — Я тебе вчера это сказал. Только вот ты, по всей видимости, не запомнил, — Сонхун поспешил сменить разочарование на удивление. Лицо Чонвона поистине уникально и прекрасно. — Да, ну… Тогда в чём проблема сейчас повторить? — Мне нравится один парень. Он очень милый. Прям как ты, — дословно повторил свои слова Сонхун. Но опять же в этом нет никакого прямого признания. Это то же самое, что сказать, что ему нравится яркий цвет. Прям как красный. Но это может быть на самом деле оранжевый или розовый. Никакой конкретики нет. — Что я опять не так сказал? — Сонхун хотел бы видеть на этом прекрасном лице только улыбку, хотя это казалось чем-то непостижимым. — В принципе, сам виноват, что забыл про это признание, — Чонвон поджал губы в одну тонкую полоску и отвернулся. — Ладно, давай просто выпьем этот кофе и разойдемся каждый своим путем. Глупо признаваться, что Сонхун просто стесняется говорить об этом открыто при посторонних людях? Хотя если обернуться по сторонам можно увидеть, что никому они и не интересны. В груди что-то начало больно покалывать при виде расстроенного лица Чонвона. Нижняя губа начала дрожать, будто он готов заплакать в любой момент. Такой ответ Сонхуна его совсем не устраивал. Жаль, что он вообще это всерьез не понял. Чонвон опустил голову вниз, чтобы не было так видно подступившие к глазам слезы. Он не хотел показывать, что ему обидно. Он так надеялся, что это чувство будет озвучено в ответ. Но с чем он столкнулся? «Я тебе уже сказал». Да плевать Чонвону. Ему этого мало. Он хотел знать, что он в этом мире интересен и важен в этом мире. Не просто кому-то, а одному очень конкретному Сонхуну. Пусть больше не ожидает ни звонка, ни сообщения. И вообще в своем Инстаграме нужно удалить его из подписчиков и подписок. Чонвон большими глотками уменьшал количество кофе в стакане, чтобы не заплакать в случайный момент. Сонхун подбирал с пола слова и оправданий в свой адрес, чтобы утешить парня хоть как-нибудь. Нужно ему сказать пару ласковых, но не здесь. Не в этих условиях. — Я домой хочу, — на последнем слове голос сорвался. — Я пойду. — Я тебя провожу, — Сонхун встал следом. — Я сам дойду, не стоит, — Чонвон дрожащими руками достал из заднего кармана кошелек, чтобы впихнуть сумму за свою порцию прямо в руки старшего. — Спасибо за встречу. — Хорошо. Сейчас проще забрать эту стопку мелочи и бумажек, чем пытаться просунуть их обратно. Чонвон сейчас на таком взводе, что проще просто его утешить. Булочки можно взять с собой, чтобы добро зря не пропадало. Сонхун бесшумно следовал за Чонвоном по пятам. Если он сейчас обернется, то просто взорвется от зашкаливающих нервов. На улице он даст волю эмоциям и пустит два влажных ручья по щекам. — Зачем ты за мной идешь? — в заведении устраивать сцену совсем не хотелось. Как и вести диалог сейчас. — Я хотел услышать от тебя… По щекам Чонвона потекли слезы. Красивые глаза заблестели с новой силой, но только от отчаяния. — Потому что мне кажется, что мои чувства намного крепче, чем обычное: «Ты мне нравишься», — Сонхун заключил дрожащее тельце в свои объятия. Чонвон просто физически не хотел и не мог отстраниться. — Я схожу с ума по тебе. Ты самый чудесный парень, которого я когда-то встречал. Если бы я просто сказала: «Ты мне нравишься», я бы чувствовал себя паршиво. Это чистая ложь. Я без ума от тебя. Я не могу и не хочу думать ни о ком кроме тебя. Длинные пальцы проглаживали лихорадочно разбросанные локоны. Некоторые из них даже завивались из-за повышенной влажности на улице после утреннего дождя. Наверняка Чонвон это даже не заметил после своей мощной попойки. Сонхун всю ночь не мог заснуть, потому что его сердце вырывалось из груди. От каждого объятия с Чонвоном, от каждого разговора. С ума сойти от того, насколько он нежный и чувствительный при своём бойком характере. Нужно аккуратно сложить его в несколько загибов и положить в файлик, а затем уже в кармашек, чтобы он не запачкался о грязь. Сонхун хочет набить себе уже тату с его портретом на лбу, чтобы каждый встречный знал, кому посвящена каждая его мысль. Ян Чонвон. Это лихорадит сильнее, чем обычная симпатия. Это чувство засело глубоко в душе и совсем его не отпускало. Да куда уж он денется, если попал под действие чар это чудесного котомальчика, будь он счастлив тысячу лет подряд? — Мне недостаточно: «Ты мне нравишься», — Сонхун отстранился от Чонвона на несколько сантиметров назад, чтобы видеть заплаканное лицо. — Но я не хочу говорить: «Я люблю тебя», чтобы не спугнуть интимность нашей связи. Пожалуйста, просто не отвергай меня. Я очень хочу быть счастлив с тобой. И сделаю все, чтобы ты чувствовал то же самое рядом со мной.