Забери мою Тьму

В здании рынка, кажется, раньше хранили зерно: это была огромная кирпичная коробка с окнами под самым потолком, и тут до сих пор пахло подгнившей пшеницей. Ещё воняло человеческим потом, какой-то сладкой травой и горелыми луковыми пирогами. Вокруг орали, перекрикивая друг друга, продавцы и покупатели, какая-то приличная с виду дама кинула в торговку гнилым помидором с прилавка. Кейн еле пригнуться успел. Самочувствие и так оставляло желать лучшего, так что до живого товара он добрался уже очень недовольным, на ходу пытаясь отряхнуть с каблука прилипшую шкурку какого-то овоща. Он медленно, прислушиваясь к себе, прошёл мимо шатров с рабочими, шатров со слугами, открытых постаментов с рабами и рабынями. Какая-то рыжая лукавого вида девица поймала его взгляд, Кейн сделал пару шагов к ней и пригляделся… но с сожалением отвернулся и продолжил свой путь вглубь рынка. Вскоре лавки с разумными тоже начали заканчиваться, основной поток покупателей сворачивал в одёжные ряды. Кейн на рефлексе увернулся от дородного господина в дорогом костюме и посмотрел на выстроенные вдоль стены здания рынка маленькие павильоны. Тьма была где-то там, теперь он её чуял. Слабую, но ещё теплющуюся. Здесь, вдали от основных рядов и немногочисленных окон, царил полумрак, пара фонарей на низких столбах не слишком помогала. В самом конце ряда торговец, больше похожий на охранника, сидел перед клетками на раскладном кресле, начищал тряпкой блестящий набалдашник трости и выглядел полностью поглощённым своим занятием. Кейн огляделся и направился к одной из незапертых клеток. Вот оно. Вампир сначала показался грудой тряпья в углу, но ошибки быть не могло: на таком расстоянии Тьмой от него шибало уже ощутимо, голодной и жаждущей. Кейн, всё же не желая раньше времени радоваться своей удаче, обернулся и окликнул торговца. Тот обернулся, и, не вставая, ударил тростью по прутьям нужной клетки. Звук получился громкий, вампир подскочил на месте, будто это его приложили, дёргаными движениями отряхнулся от тряпья и встал на пороге клетки, выученно сцепив руки за спиной. Он был почти голый, в тонких замызганных штанах. Кейн проследил взглядом посиневшие следы от плети на боках и впалом животе. Молодой, невысокий, худой. С тяжёлым ошейником и фиксирующим челюсть намордником. Голову держал нетвердо. – Посмотри на меня, – негромко приказал Кейн, рассматривая длинные грязные волосы, слипшиеся неровными прядями. Вампир с задержкой послушался. Веки у него явно норовили закрыться, но Кейна всё равно пронзил взгляд розоватых глаз с маленькими точками зрачков. Почти бессмысленный, плывущий, как у человека в бреду, но брови сведены то ли упрямо, то ли жалобно – не разобрать. Да оно и не важно. Живой взгляд был, и это главное. Потрясающее везение. Кейн отвернулся от тут же опустившего голову вампира и коротко спросил у торговца цену. Тот, к счастью, оказался не особо заинтересованным в этой продаже – а тем более, в покупателе. Не знал, дурак, какое сокровище у него в руках: если бы Кейн пытался официально получить такую диковинку, пришлось бы, может, и без поместья остаться. А тут без особого торга сошлись на трёх золотых. Торговец черканул самопишущим пером на паре бумаг, передал Кейну, отдал бумажку со стандартными правилами пользования ошейником: триггерные слова и прочее, прочее. Когда он начал инструкции пересказывать, Кейн нетерпеливо прервал его: – Разберусь. Ты, иди за мной, – и поманил раба к себе. Вампир дёрнулся, почти упал при первом шаге из клетки, но потом выпрямился. Глаз не поднял. – Приятного пользования, – неискренне пожелал торговец и вернулся к своей трости.