Беги.

***

      Он не бросил меня. Я не одна...              Всё ещё с трудом верилось, что Винс принял её. Он был шокирован, не сразу решился защитить и всё же встал на её сторону. Хотя бы в чём-то Мор оказался неправ. Даже в сломанном мире остались хорошие люди.       Тело девушки само бросилось вперёд. Руки обхватили тёмную камуфляжную форму.       — Спасибо. Я никогда этого не забуду.       Благодарность переполняла. Облегчение от того, что Винс, вопреки всему, защитил её. И он собирался уйти вместе с ней.       — Винс. Ты всегда был лучшим.       Ей пришлось приподняться на цыпочки и опереться о широкие плечи. Сделав это, она без раздумий прижалась губами к маске-респиратору. Где-то там, под слоями пластика, были губы.       Когда-нибудь я прикоснусь к ним по-настоящему.       Винсент замер. После чего отвернулся, словно пытался спрятать лицо, которого Робин не видела. Что бы ни скрывалось под маской, оно вынуждало его стыдиться.       —Винс...       Робин помнила нежность и сожаление, которые разрывали её, когда она обрабатывала раны Винса. Помнила восхищение и благодарность в момент, когда он пришёл спасти её.       У нас могло быть полгода счастливой жизни. Но я слишком боялась поверить в то, что способна полюбить кого-то.       Упущенные мгновения тяжестью легли на её плечи.       —Эй. То, что я тогда сказала, в поместье, — голос дрогнул. — Про то, что люблю тебя. Думаю... Это правда.       Спина Винсента на мгновение напряглась. Казалось, он сейчас что-то ответит. Робин с дрожью ждала этого.       Он мягко погладил её по щеке пальцами, затянутыми в перчатку.       — Потом.       Одно простое слово. В нём было столько надежды. Надежды на то, что у них обоих будет какое-то "Потом".       — Уходим.       —Но как же Леон...—она бросила взгляд через плечо. — Он может очнуться и устроить погоню.       —Нет времени.       —Да, сейчас. Я только...       В этот момент за её спиной раздался болезненный стон, больше похожий на рык...       —Леон...       Тот стоял, стирая предплечьем кровь с разбитого виска. И выглядел совершенно разъярённым.       Другого выхода нет. Придётся с ним драться.       Она сделала шаг вперёд. Но Винсент не позволил ей приблизиться. Он встал, закрывая девушку своей спиной. Леон неверяще посмотрел на наёмника. Казалось, его разрывает от гнева и непонимания.       — Как ты можешь её защищать? Она чёртов зомби!       Он лишь коротко обернулся на девушку и тихо произнес одно слово.       —Беги.       И она побежала.

***

      По ощущениям прошли сутки.Робин укрылась в доме на окраине разрушенного города. Место было ветхим: окна разбиты, стены в трещинах, запах сырости въелся в каждый его сантиметр.              Но здесь тихо. И главное — пока что безопасно.       Девушка почти не спала. Лишь изредка проваливалась в сон, но при любом шорохе, казавшемся смертельной угрозой, вскакивала, как ошпаренная. Пальцы крепко стискивали нож, будто это могло хоть как-то её защитить.       Она боялась. Не за себя, а за него.       Пожалуйста, выживи. Найди меня...       В груди пусто. Сейчас ее спутником являлось одиночество, которое выжигало изнутри. А навязчивые мысли шептали, что он может не вернуться.        Но на двадцать шестом часу, когда девушка, прижавшись к холодной стене, уже почти перестала бороться со сном, он нашёл её.       Робин почувствовала присутствие мужчины рантше, чем увидела его.       — Робин.       Она подняла голову. Винсент стоял в тени дверного проёма, как всегда — высокий, сдержанный, с лицом, надёжно спрятанным за маской. А главное жив, здоров и невредим.       Она сорвалась с места, бросилась к нему, почти не дыша. Он молча обнял ее так сильно, как будто боялся, что она исчезнет, если Винс хоть на мгновение ослабит хватку.       — Ты жив... — выдохнула она, уткнувшись лбом в его грудь. — Я думала…       — Всё в порядке. Я не мог тебя оставить.       Её снова захлестнуло то знакомое чувство — вера. Что она не одна. Что она всё ещё человек. Что у них есть шанс.       — Леон?.. — всё-таки спросила она.       Он молча покачал головой. Ответа не требовалось. Да и если быть до конца откровенной, ей было наплевать на Леона.       Некоторое время они просто стояли, наслаждаясь обществом друг друга. Она впервые позволила себе по-настоящему ощутить, что он рядом. Что это не обман, не сон и не иллюзия.       — Почему ты вернулся? — наконец спросила она, заглядывая в его глаза.       Он задержал на ней непонимающий взгляд. Его пальцы снова коснулись её лица.        — Потому что ты не чудовище. Потому что я… — он запнулся.  — Потому что мне тоже страшно тебя потерять.       Она прижалась к его ладони, закрыв глаза. Слёзы, которые она сдерживала уже долгое время, наконец прорвались.       — Тогда не уходи… пожалуйста. Никогда.       Неуверенно, чуть неловко он крепко прижал её к себе. Так они стояли некоторое время, он  поглаживал ее по спине, а она прятала слезы в его груди.       — Робин, посмотри на меня.       Девушка подняла взгляд, ей казалось, что он смотрит прямо в душу.       — Я хочу кое-что сделать. Но… мне нужно, чтобы ты закрыла глаза.       — Почему?       — Потому что пока... пока я не готов. Увидеть, как ты смотришь. Если вдруг там будет страх. Или жалость. Я просто… Не сейчас.       Она подавила в себе желание устроить настоящий допрос, узнать что же такое он скрывает под своей маской. Но она прекрасно понимала насколько глубоко Винс прячет свои раны.       Она лишь кивнула и закрыла глаза.       Короткий звук защелки маски. Шорох, звук его приближения, дыхание Винсента.  Девушка почувствовала, как пальцы  бережно коснулись подбородка, а вторая рука скользнула в волосы, перебирая пряди.       Сердце стучало, как бешенное, эмоции переполняли, казалось, еще мгновение и она сорвется. Откроет глаза. Посмотрит на того, о ком грезила. На того, кого любила, хоть и не раз старалась подавить это. Но она не посмеет. Робин не разрушит то, что строилось между ними продолжительное время. Доверие.        —Прости, но это единственное, что я сейчас могу тебе дать.         Губы мужчины накрыли ее. Поцелуй был мягким, сдержанным. В нем не было бешеной страсти, не было того, что описывают в любовных романах или показывают в кино, не было желания повалить друг друга в этой заброшке и отыметь на пыльном, едва стоящем столе. Здесь нашлось место только бесконечной нежности, взаимоуважению и…любви?  В этих касаниях все, что они никогда бы не смогли выразить словами, все что они держали в себе и боялись показать.       Ее руки гладили его широкие плечи, зарывались в короткие волосы. Старались ощутить каждый сантиметр его тела, запомнить, «увидеть».  Они прервали поцелуй, тяжело дыша, но не размыкая объятий. Так они стояли по ощущениям вечность. Робин отстранилась первой, отворачиваюсь от Винсента.       —Спасибо, — сказала она, не скрывая своей радости и улыбки. — И я не про поцелуй. А про доверие.       Послышалось шуршание — Винс надел маску, а потом заключил девушку в крепкие объятия. Словно клялся — даже если мир снова обрушится, он будет держать её до последнего.       Этой ночью на окраине небольшого городка в полуразрушенном доме, некогда принадлежавшем местному олигарху, под звуки непрекращающегося ливня, в крепких объятиях лежала пара. Нашедшие друг в друге то, что не смог отнять ни апокалипсис, ни зомби, ни страх. Среди руин старого мира в их сердцах зарождался новый — хрупкий, тёплый и живой.