Ты есть у меня

- Посмотри, как сверкает! Класс!       Кхаотан сидит на огромной кровати гостиничного номера, надев на руку лакированный черный ботинок, и, поворачивая его так и этак, любуется, как лак переливается в ярком свете люстры. Вокруг него многочисленные серые, белые, розовые пакеты из бутиков. Ну, что сказать? Шопинг, однозначно, удался. - Если мне память не изменяет, это третья подобная пара, - лениво замечает Фёрст, растянувшийся напротив в удобном большом кресле. - Ты не понимаешь! Те ботинки не такие. Эти поуже и более стильные. Выглядят супер! - И зачем они тебе, если ты всё время таскаешься в кедах? - невозмутимо продолжает Фёрст. - А вдруг я получу Оскара! Будет в чем выйти на красную дорожку! - Разве что для этого! – Фёрст качает головой и улыбается. - Не веришь в мой актерский талант?! – в голову Фёрста летит разноцветный кошачий мячик. Кхаотан купил подарки всем, даже домашним питомцам. - Верю, верю! – Фёрст поднимает руки в примирительном жесте.       Кхаотан достает из весёленького розового пакета с сердечками белый трикотажный кардиган, обвязанный по рукавам и горловине чёрными нитками, и прикладывает к себе. - Ну, как?       Кардиган Кхаотан заприметил на манекене в витрине и, издав восторженный звук, ринулся в бутик. Фёрст едва успел крикнуть вслед, что это магазин женской одежды, но Тан уже вовсю щебетал с продавщицей. - Тебе идёт, - абсолютно искренне говорит Фёрст. - Во-от! – довольно тянет Кхаотан. – А ты смеялся! Я и тебе, между прочим, подарок купил! - В этом бутике? – притворно ужасается Фёрст. - Расслабься! – Кхаотан притягивает к себе серый пакет и вытаскивает оттуда две белые футболки с каким-то бледно-розовым логотипом. - Парная одежда? Серьёзно? - Надевай! – Кхаотан бросает ему футболку. – Сейчас сфоткаемся и замутим контент в сториз. - Логотип бледноват, - Фёрст рассматривает рисунок. – Тебе нужно было, что поярче, купить. - Кому надо - разглядят, - смеется Кхаотан. - И что они там разглядят? – Фёрст тоже смеётся. - Всё разглядят – не беспокойся! Давай переодевайся и спускайся в ресторан! Есть хочу, просто сил нет!       В ресторане отеля за столиком одиноко сидит Ами, их менеджер в этой поездке. Они работают вместе впервые, и пока проблем нет. У Ами всё идет чётко по плану, никаких сбоев. Она всегда собранна, организованна, и это Фёрсту импонирует. - Тан ещё не спустился? - Он даже уже всё заказал.       Ами кивает в сторону холла, где Кхаотан разговаривает с кем-то по телефону. - Если что, то мы еще можем отменить заказ. - Почему? – рассеянно спрашивает Фёрст, наблюдая, как Кхаотан ходит из стороны в сторону, вытянув губы трубочкой, и слушает своего собеседника. - Он и на тебя заказал, но, если ты… - А! Порядок! - Ты не против? – Ами чуть поднимает бровь. - Всё, что он до этого заказывал, всегда оказывалось съедобным, - отшучивается Фёрст.       Официант приносит закуски, миску с салатом и большое плоское блюдо с мясом в специях. Кхаотан заканчивает разговор и возвращается к столу. - Мама звонила.       Он садится за столик и начинает накладывать салат Фёрсту. Перед Ами ставят тарелку с какими-то зелёными листьями. - Точно не хочешь попробовать салатик?       Кхаотан вопросительно смотрит на девушку. - Нет, у меня свой, - она старательно кромсает листья ножом.       Беседа вертится вокруг прошедшего фанмита и общих студийных дел. Фёрст время от времени подкладывает Кхаотану кусочки мяса. - Вы такие милые, - внезапно говорит Ами. – Мне говорили, что с вами будет легко работать. - Да мы вообще белые и пушистые! – Кхаотан делает большие глаза и хлопает ресницами. Ами смеётся, превращаясь из серьёзного делового менеджера в симпатичную девушку с ямочками на щеках.       После ужина они выходят в холл. Ами делает там несколько фотографий, потом ещё несколько у отеля. Кхаотан сразу выкладывает пару удачных фоток в инсту. - Погуляем? – предлагает он Ами, но девушка отказывается. - У меня ещё есть работа. Подъём завтра в семь утра, так что ложитесь не поздно.       Прямо за отелем пешеходная улица. Музыкант, рослый худой старик с белоснежной бородкой, поёт "Let It Be" . Кхаотан начинает ему подпевать. Музыкант одобрительно кивает и показывает Кхаотану большой палец. Публика аплодирует, к счастью, их никто не узнаёт. Дальше по улице группа людей толпится у портативного караоке. Невысокая девушка с шапкой черных кудрей поёт низким чувственным голосом. Даже странно, что у этой малышки такой завораживающий сильный голос. - С ней не хочешь спеть? – Фёрст весело толкает Кхаотана в бок. - Не-а! – уворачивается Кхаотан. – Она и без меня отлично справляется.       Он тянет Фёрста к уличным торговцам украшениями. На раскладных столиках и прямо на плитах тротуара выложены россыпью всякие побрякушки. Фёрст к такому равнодушен, он предпочитает благородные металлы. А Кхаотан обожает эти простые вещицы . Правду сказать, он умеет их носить. Покопавшись в уличной сокровищнице, Кхаотан выуживает причудливое ожерелье из деревянных и стеклянных сине-голубых бусин. - Красиво? – спрашивает он, придирчиво оглядывая себя в небольшое зеркальце, услужливо подсунутое торговцем. - Очень мило, - смеется Фёрст. - Давай тебе тоже что-нибудь купим? - Фёрст улыбается, отрицательно качая головой. - Ну, Фир-Фир, пожалуйста! – тянет Кхаотан. – Я хочу тебе что-нибудь купить.       Он берёт с прилавка плетёный кожаный браслет. - Вот, как на тебя делали! – и ловко застёгивает его на запястье Фёрста.       Возвращаются в отель они около одиннадцати вечера. Кхаотан открывает свою дверь магнитным ключом и отдаёт его Фёрсту. - Если что – приходи!       Вчера ночью кондиционер в номере Фёрста начал жить своей жизнью. Сначала он понизил температуру в комнате до +10, потом повысил до + 27, потом начал рычать и булькать, так что Фёрст полночи не спал. Отключить его не получалось. Через какое-то время он врубался сам. Утром отель прислал мастера, но, когда он появился, гадский кондиционер вдруг перестал шкодничать, исправно показывал +22 и молчал как рыба. Мастер пробормотал что-то про вечно недовольных всем постояльцев и ушел. Кондиционер, затаившись, тихо работал, ожидая своего часа. И этот час настал.       Когда Фёрст выходит из душа, ему кажется, что он попал в подвал. На кондиционере светится цифра +8, и он утробно рычит, словно злорадствуя. - Сука! – говорит ему Фёрст и берёт одеяло.       Кхаотан уже спит, обняв подушку. Лунный свет заливает комнату. На тумбочке блестят лакированные штиблеты. Фёрст улыбается и качает головой. Кхаотан такой Кхаотан! Он осторожно ложится на другую половину кровати, но Тан всё равно просыпается. - Опять кондиционер разбушевался? – сонно спрашивает он. – Вот сука! - Я ему так и сказал, - сообщает Фёрст. - Молодец, - бормочет Кхаотан и тут же опять засыпает.       Они встретились восемь лет назад на воркшопах агентства для начинающих актёров и сразу не понравились друг другу. Фёрст, улыбчивый и общительный, быстро перезнакомился с половиной ребят в группе и подошёл к Кхаотану, тихо сидевшему в углу. Тот не выразил никакого желания наладить контакт, односложно отвечая на все вопросы, и Фёрст подумал, что парень либо высокомерный мудак, либо какой-то интроверт. В последнем случае вообще было непонятно, что он забыл на этих воркшопах. Кхаотан потом сказал, что его раздражал Фёрст своей болтовнёй. Ему показалось, что этот длинный выскочка хочет необоснованно перетянуть на себя внимание учителей и менеджеров. Так что они больше не разговаривали, лишь кивали друг другу при встрече. Кхаотан, тихий, вежливый, с чёлкой, доходившей до самых глаз, в белой рубашке, выглядел как ботаник, а Фёрст в то время, в косухе, наброшенной поверх очень откровенной черной майки, с многочисленными цепями на шее и тяжёлым браслетом на запястье, очень смахивал на мальчиша-плохиша.       Всё началось на занятии по актерскому мастерству, когда преподаватель предложил разбиться на пары и выполнить задание, которое, на первый взгляд, выглядело достаточно простым. Нужно было сказать: «Я тебя люблю» - медленно поднести руку визави к губам и поцеловать. Фёрст хотел встать в пару с Джеймсом, ему казалось, что они будут хорошо смотреться вместе, оба высокие, стильные, но, пока он шёл к нему с другого края зала, Джеймс уже встал в пару с Питом. Фёрст оглянулся и увидел, что остался лишь один Кхаотан в своём углу, так что ему пришлось подойти к нему.       Первая пара вышла в центр зала, посмотрела на друг друга и начала дико смеяться от смущения, вторая пара продвинулась не намногим больше. Джеймс успел сказать: « Я тебя люблю» - взял руку партнёра, и они, не выдержав, расхохотались. Третья и четвёртая пара задание выполнили, но со стороны смотрелись как два бревна на лесоповале, настолько они были напряжены. Фёрст с Кхаотаном оказались последними. «Сейчас этот ботан тоже станет зажиматься, - подумал Фёрст. – Ладно, пусть просто стоит, я сам всё сделаю» Но не успел он оглянуться, как Кхаотан стиснул его ладонь. - Я люблю тебя, - сказал он тихо и очень серьёзно. – Люблю!       И, поднеся руку Фёрста к своим губам, бережно и нежно её поцеловал. - Ничего себе! – сказал кто-то за спиной.       У Фёрста перехватило дыхание, он молча смотрел на Кхаотана, не в силах пошевелиться. Кхаотан поднял на него глаза, их взгляды встретились, и время будто застыло, пока внезапно Кхаотан не отпустил его руку, развернулся и ушёл в свой угол.       После занятий Фёрст подкараулил Кхаотана у выхода. - Пойдём перекусим, - предложил он.       Кхаотан пожал плечами. Так началась их дружба.       Фёрст очень быстро оказался востребован. Ему почти сразу начали предлагать интересные роли второго плана. Его умение перевоплощаться, способность достаточно быстро захимичить с любым партнером, обаятельная широкая улыбка привлекали режиссёров. Лакорн «Не я», прошедший с большим успехом, принес Фёрсту известность и первых поклонников. Кхаотану же хронически не везло. Он застрял в амплуа друга главного героя, у которого на десять-двенадцать серий хорошо, если было минут двадцать экранного времени. Потом ему вроде бы улыбнулась удача. Он снялся в главной роли в лакорне «Тонхон и Чонлати» У лакорна были неплохие цифры просмотра, но всё же не такие, на которые рассчитывало агентство.       После успеха «Не я» агентство решило подобрать Фёрсту пару. Это означало, что его считают перспективным актером. Их союз с Гэвином понравился многим зрителям, но, когда у Фёрста спросили, с кем он видит себя в паре, он сразу сказал: « С Кхаотаном Танаватом» Менеджеры не покрутили пальцем у виска только потому, что знали об их дружбе.       Потом появился сценарий «Затмения», где Фёрсту предложили главную роль Акка. Актера на Айяна, вторую главную роль, пока не выбрали. Фёрст с Кхаотаном пошли к режиссёру. - Попробуйте меня, - предложил Кхаотан. – Вы же ничего не теряете.       Вечером Фёрсту позвонил директор. - Слушай, - сказал он, - мы попробуем Танавата, но давай сразу договоримся, если он не подойдёт, то ты выберешь себе пару из предложенных нами кандидатур. - Он подойдет, - уверенно произнёс Фёрст. - Я знаю, что вы давно дружите, однако будь объективным. Ты разноплановый актер, а станешь с ним в пару - будешь всё время играть одно и то же - парня, который защищает чистую невинную фиалку. - При всём уважении к вам я надеюсь, что вы измените мнение о Кхаотане после завтрашних проб… - Я, конечно, красавчик, - недовольно говорит Тан куда-то в подушку, - но ты спать вообще собираешься? Нам завтра вставать в семь утра. Чего ты на меня уставился? - Радуюсь, что ты у меня есть, - веселится Фёрст. - Придурок! – Кхаотан переворачивается на другой бок.       И когда Фёрст уже почти засыпает, слышит тихое: - Я тоже радуюсь.