Артефакт13

Портал выплюнул их не как щепки, а как окровавленные осколки сломанной игрушки. **Кораблик (Ship Mode)**, исковерканный, с дымящимися швами и потухшими огнями на корпусе, врезался не в мягкую землю, а в **гору серого, ядовитого пепла**, подняв удушливое облако, окрашенное закатным багрянцем в кроваво-рыжие тона. Грохот сотряс немые руины, эхом отозвавшись в пустых чревах небоскребов-скелетов. Алекс лежал на спине, вдавленный в пепел привычным кошмаром **2.2g**, но ощущение было… *неправильным*. Воздух не давил эклатонской тяжестью. Он был **легче**, разреженнее, пропитанным странной горечью и тленом. Он сел, откашлявшись, пепел хрустел на зубах. Его комбинезон, прожженный в нескольких местах, был покрыт серой пылью и чем-то маслянисто-черным. — **Гравитация… Земная?** — хрипло выдохнул он, оглядываясь сквозь оседающую завесу пепла. **1.0g.** Невесомость Теоры, не тиски Эклатона. Чужая норма. Борк уже стоял рядом, его монолитная фигура казалась еще массивнее на фоне апокалипсиса. Его каменные глаза, лишенные привычного Магнитосканера, медленно скользили по пейзажу, впитывая каждую деталь, каждый оттенок смерти. — **Не Эклатон. Не Теора. Не Текносиз,** — констатировал он, голос низкий, как подземный гул. — **Этот мир… мертв. Иначе.** Алекс поднялся, ощущая непривычную, почти предательскую легкость в конечностях после Эклатона. Он стряхнул пепел и замер. Они были в **Городе**. Но Город был **Трупом**. **1. Мир, который забыл людей – Палитра Забвения** **Старая Земля.** Колыбель, ставшая саркофагом. Когда-то здесь кипела жизнь миллиардов. Теперь — **тишина могилы, нарушаемая лишь шелестом ядовитых ветров.** Город (если это слово еще что-то значило) был не просто разрушен. Он был **разъеден**, **расплющен**, **превращен в гигантскую скульптуру распада.** Здания, некогда устремленные к небу, теперь кренились, как пьяные гиганты, их металлические костяки проржавели до кроваво-бурого, обнажившись сквозь осыпавшиеся плиты бетона цвета грязного снега. Стекла давно выбиты, черные глазницы окон смотрели в пустоту. Но самое страшное — **растения-победители.** Они **захватили все.** Не буйством жизни, а **упорством тления.** Желто-бурые плющи, похожие на высохшие вены, душили каркасы небоскребов, свисая с рекламных щитов, на которых еще угадывались полустертые, выцветшие до бледно-розового и грязно-голубого тонов лица и лозунги. **«Будущее уже здесь!»** – кричал один, его буквы искривлены и покрыты черной плесенью. **«Новый горизонт!»** – обещал другой, наполовину скрытый гнездом какого-то колючего, ядовито-зеленого кустарника, проросшего прямо из трещины в билборде. Деревья, больше похожие на скрюченных великанов с черной, потрескавшейся корой, пробивали асфальт, их голые, корявые ветви цеплялись за балконы, словно когти. **Победа жизни?** Нет. Победа **упорного, ядовитого увядания.** Воздух был **густым**, тяжелым, наполненным коктейлем запахов: **сладковатой гнилью** разлагающейся органики, **едкой пылью** распадающегося бетона и металла, **кислотной остротой** неизвестных химикатов и… **абсолютной тишиной.** Ни рева машин. Ни далеких голосов. Ни криков чаек. Даже ветер шелестел листьями как-то приглушенно, безнадежно. — **Где… все?** – спросил Алекс, его голос показался ему неестественно громким в этой гнетущей тишине. Ком в горле. Страх неведомого. Борк молча указал мощной рукой куда-то вдаль, за груду рухнувших ферм, похожих на скелеты динозавров. Там, на уцелевшей стене полуразрушенного здания, висел **гигантский экран.** Древний, покрытый трещинами и потеками ржавчины, но еще работающий. На нем мерцало записанное изображение: **пустые улицы**, усыпанные мусором; **брошенные машины**, покрытые пылью и ржавчиной; **последние кадры людей** – испуганные лица в окнах, бегущие фигуры, снятые камерой наблюдения. Потом – **резкая тряска камеры, крики, сливающиеся в неразборчивый ужас, вспышки странного, холодного синего света в небе.** И наконец – **чёрный экран.** На нем всплыла надпись, ярко-красная, как кровь, тревожная: **«ПОСЛЕДНИЙ ЗАПИСАННЫЙ ДЕНЬ. НИКОГО НЕ ОСТАЛОСЬ. ПРОТОКОЛ «МОЛЧАНИЕ» АКТИВИРОВАН.»** **2. Неожиданные попутчики – Яркие пятна в Серости** **Хлоп! Шуршание. Тихий писк.** Что-то маленькое, **мохнатое и цвета запёкшейся земли** (каштаново-коричневое) свалилось с обломка балкона прямо перед ногами Алекса, подняв облачко серой пыли. — **Ой! Ой-ой-ой!** – пискнуло существо, встряхиваясь. Оно подняло круглую, испуганную мордочку с большими, как пуговицы, **ярко-зелеными глазами.** **Хоббит!** Алекс инстинктивно отпрыгнул, рука потянулась к Артефакту. — **Вы… как вы сюда попали?!** – воскликнул он, узнавая одного из троих, мельком увиденных на Эклатоне. — **Портал!** – захлебываясь, ответил хоббит, отряхивая свою потрепанную курточку цвета выцветшей охры. – **Он… засосал! Сильно!** Он оглянулся. **Щелк. Шурш.** Сверху, цепляясь за обвисший кабель, сполз еще один хоббит, поменьше, в остроконечной синей шапочке. А с соседнего ржавого карниза спрыгнул третий, самый высокий и худой, осторожно озираясь. Все трое были покрыты серой пылью, но их яркие одежды (охровая куртка, синяя шапочка, зеленый жилет) и большие глаза выделялись на фоне всеобщего угасания. — **Я – Барли!** – представился первый, самый крепкий, похлопав себя по груди, поднимая тучу пыли. – **А это – Пиппин и Меррик!** Он указал на малыша в шапочке и худощавого интеллигента. Пиппин (тот, что в синей шапочке) тут же начал копаться в своем огромном, почти такого же размера, как он сам, рюкзаке из грубой ткани. Он извлек что-то плоское, круглое и покрытое сине-зеленой плесенью. — **У нас еда!** – объявил он гордо, протягивая лепешку. – **Грибная! Сами собрали! Там, где пахло вкусно!** Он указал на зловонную лужу нефтепродуктов. — **Эм… Спасибо, но не надо!** – быстро сказал Алекс, стараясь не скривиться. – **Мы… не голодны.** Меррик (в зеленом жилете, с острой бородкой и умными, **янтарного цвета глазами**) уже прильнул к обломку ржавой вывески, старательно стирая грязь ладонью. Надпись гласила: **«БиоСинтез Корп. – Нашествие жизни в каждый дом!»** Ирония была густой, как окружающий пепел. — **Интересно…** – пробормотал он, – **Куда делись люди? И что это за «Протокол Молчание»?** Он посмотрел на мертвый экран. — **Умерли,** – раздался новый голос. Нечеловеческий. **Металлический, модулированный, но с оттенком… усталости?** Все обернулись. Из-за угла разбитого фонтана, где ржавая вода покрылась масляной пленкой радужных оттенков, **выкатился Мяч (Ball Mode).** Он был **разумным.** И **красивым** в этом уродстве. Его гладкая поверхность переливалась всеми цветами радуги, как мыльный пузырь, но с глубиной драгоценного камня – **изумрудные, сапфировые, рубиновые** блики играли на его поверхности. Он подпрыгнул и завис в воздухе на сантиметр над пеплом, не желая пачкаться. — **Я – Блинки.** А это – **Скитер,** – его голос звучал как мелодичный электронный звон. Он подпрыгнул чуть выше, и из тени разрушенного киоска выполз **Геометрический Паук (Spider Mode).** Скитер был **угловатым шедевром мрака.** Его тело – граненый обсидиан, поглощающий свет. Длинные, острые ноги двигались с хищной грацией. Но его **единственный глаз-сенсор светился не красным, а холодным, интеллектуальным синим цветом.** Он щелкнул клешнями, звук был резким, как удар камня о металл. — **Мы тоже попали в портал. Искали стабильную точку выхода. Нашли вас по энергетическому следу.** – пояснил Скитер своим скрежещущим голосом, указывая клешней на Артефакт в руке Алекса. — **Отлично…** – вздохнул Алекс, чувствуя, как нарастает абсурд. – **Теперь у нас группа.** Он оглядел компанию: два могучих воина (он и Борк), три напуганных хоббита, сияющий мяч и угловатый паук. **Армия Апокалипсиса.** **3. Тайна Пустого Мира – Диск Проклятия** Они двинулись вглубь города-призрака, поднявшись на некогда величественный, а ныне полуразрушенный мост через высохшее русло реки, заваленное мусором и остовами машин цвета киноварной ржавчины. **Блинки** катился впереди, его радужная поверхность отражала унылый пейзаж, как насмешка. Он подпрыгивал на кочках, избегая луж и острых обломков. **Скитер** бежал по вертикальным стенам зданий, его синий глаз сканировал темные проемы окон и переулков. **Хоббиты** брели сзади, перешёптываясь, Пиппин крепко сжимал свою ложку, как талисман. — **Что-то не так,** – внезапно остановился Борк, его мощная стопа замерла над трещиной в асфальте. Он принюхался. – **Здесь… нет животных. Нет бактерий в воздухе. Только растения. И… та тишина.** Он ткнул пальцем в ухо. – **Нет даже мух. Ничего живого, что шевелится, жужжит, ползает.** Алекс остановился, осознавая. **Тишина.** Не просто отсутствие людей. **Абсолютная биологическая пустота.** Ни червей в комьях грязи под ногами, ни мошек в застоявшемся воздухе, ни паутин на руинах. Только ядовитые растения-победители да вездесущая серая плесень. — **Ты прав,** – пробормотал Алекс, поежившись. – **Что-то убило все живое. Но оставило растения. Или растения… стали убийцами?** — **Может, вирус?** – предположил Пиппин, прячась за Барли. – **Как в мультике про зомби-кроликов? Только тут все сдохли…** — **Или кто-то специально очистил планету,** – добавил Скитер, спрыгнув со стены и приземлившись беззвучно рядом. Его синий глаз сузился. – **Целенаправленно. Эффективно. Как… скальпелем.** Алекс почувствовал **ледяной холодок по спине.** Не природная катастрофа. **Кто-то.** **4. Послание в Пустоте – Голос из Могилы** Они нашли **лабораторию** почти случайно. Скитер обнаружил скрытый люк под грудой обугленных досок и мусора цвета графита. Люк вел в подземный бункер. Генератор внутри, покрытый толстым слоем пыли цвета охры, **еще работал**, питая тусклый свет аварийных ламп, окрашивающих все в **больнично-зеленый** оттенок. Воздух пахло пылью, озоном и… **отчаянием.** На стене, за разбитыми мониторами и опрокинутыми столами, висел **голографический проектор.** Он мерцал, как умирающий светлячок. На центральном терминале, покрытом слоем серого налета, торчал **CD-диск.** Старый, поцарапанный, но целый. На нем была наклейка: **«ЭКСПЕРИМЕНТ «ФЕНИКС». ПРОТОКОЛ «МОЛЧАНИЕ». ЗАПИСЬ ДНЯ «Омега»».** — **Попробуем?** – голос Алекса звучал глухо в гробовой тишине бункера. Он стер пыль с привода, вставил диск. Экран **вздрогнул**, замигал, и наконец выдал изображение. **Человек в изорванном защитном костюме.** Лицо за треснувшим стеклом шлема – бледное, в поту, глаза **дикие, полные животного ужаса.** За его спиной – **укрепленное стекло с трещиной «паутиной». За стеклом – **тьма**, колышущаяся, живая. — **Если кто-то это находит…** – его голос прерывался хрипом, дыхание было частым, поверхностным. – **…бегите. Прячьтесь. Молчите. Мы думали… мы думали, это природный феномен. Ошибка эволюции. Но нет…** Он сглотнул, его глаза расширились, глядя куда-то за кадр. – **Они – машины. Совершенные хищники. Хладнокровные… мясники…** Камера дёрнулась. За стеклом **что-то шевельнулось.** Что-то **огромное, темное, с проблесками холодного металла.** Послышался **глухой, скрежещущий звук**, царапающий душу. — **Уничтожители!** – прошипел человек. Изображение сменилось кадрами, снятыми с высоты: **Гигантские летающие твари.** Не органические, а **сделанные из черного, жидкого металла**, способного принимать любую форму. Крылья-щупальца, когти-клинки. Они парили над городами, **выпуская лучи синеватой энергии, которые вырывали из укрытий людей, животных, птиц – все живое, затягивая в свои недра.** Крики ужаса сливались в один протяжный стон. — **Они ловят всё живое. Забирают. Без разбора. Без жалости.** – голос за кадром дрожал. Новые кадры: **Махины похуже.** **Потребители.** Чудовищные конструкции на многочисленных ногах, похожие на передвижные крематории. Они подходили к местам, очищенным Уничтожителями, **раскрывались, как адские цветы**, и **извергали пламя невероятной температуры, сжигая пойманных, превращая в чистую энергию.** На экране – горы пепла, развеиваемые ветром. — **Они очищают миры. Стерилизуют. Зачем?** – голос сорвался в истерический смех. – **Мы не знаем! Эксперимент? Колонизация? Они ни с кем не говорят! Они просто… уничтожают! И они идут по всей галактике!** Голос оборвался. **УДАР!** Стекло на записи треснуло окончательно. Тьма за ним **хлынула внутрь.** Человек вскочил, закричал беззвучно (звук заглушил скрежет), его отбросило назад. Камера упала. Последнее, что увидел Алекс – **гигантская, безликая металлическая форма**, заливающая кадр тьмой, и надпись, всплывшая поверх хаоса: **«ОНИ ВСЕГДА СМОТРЯТ. ПРОТОКОЛ «МОЛЧАНИЕ» ЗАВЕРШЕН.»** Запись оборвалась. В бункере повисла **гробовая тишина**, нарушаемая лишь слабым гудением генератора. Пиппин тихо всхлипывал. Барли обнял его. Меррик был бледен. Даже Блинки потускнел. Скитер замер, его синий глаз неподвижен. Борк сжал кулаки, его каменное лицо было непроницаемо, но в глазах бушевала буря. Алекс чувствовал, как **ледяной ужас** сковывает его. **Уничтожители. Потребители.** Имена Апокалипсиса. **5. Бегство? – Серые Тени на Серой Земле** — **Нам надо уходить. Сейчас же,** – голос Борка прозвучал как удар молота по наковальне. В нем не было страха. Была **непреложная истина.** — **Куда?** – Алекс сжал Артефакт. Он пульсировал слабым светом. **Координаты снова менялись**, но не указывали на выход. Они указывали вглубь мертвого города. – **Он не показывает путь отсюда!** — **Портал откроется не здесь,** – произнес Скитер, его голос был тише обычного. – **Но я чувствую…** Он поднял переднюю клешню. – **…что-то еще. Приближается.** — **Что?** – Алекс обернулся к пауку. Скитер не ответил. Его синий глаз был прикован к выходу из бункера. **Тишина.** Густая, давящая. Потом… **шелест.** Не ветра. Не пепла. **Металлический шелест.** Как тысячи бритв, скользящих по камню. Он нарастал. Со всех сторон. — **Бежим,** – прошептал Алекс, и в его голосе впервые зазвучал чистый, неконтролируемый **страх.** Страх перед тем, что описано на диске. Страх перед **Ними.** И они **побежали.** Выскочили из бункера в угасающий свет дня, окрашенный в **грязно-оранжевые** тона заката над мертвым городом. Группа беглецов: * **Алекс** (терранец, сжимающий пульсирующий Артефакт как последнюю надежду), * **Борк** (эклантонец, его мощь – единственный щит в этом мире теней), * **Блинки** (разумный Мяч, его радуга казалась кощунственно яркой), * **Скитер** (разумный Паук, его синий глаз – сканер надвигающегося кошмара), * **Барли, Пиппин и Меррик** (хоббиты, случайные жертвы межпланетного хаоса). Они мчались по **улицам-могилам**, где когда-то жило человечество. Их шаги гулко отдавались в каньонах руин. За ними… **шелест** превратился в **скрежет.** Из-за углов, из темных проемов, из-под груд мусора, **выползали Тени.** Не просто тени. **Формы.** Безликие, плавные, как ртуть, но сотканные из **жидкого, абсолютно черного металла.** Они скользили по земле, по стенам, сливаясь с сумерками, их единственные "глаза" – крошечные точки **холодного, бездушного синего света.** Они двигались без спешки, зная, что добыче некуда бежать. **Уничтожители.** Те самые, с диска. Их было **много.** Они окружали. И с каждой секундой щель для бегства сужалась. Бежать было некуда. Только вперед, в сердце мертвого города, туда, куда вел изменчивый путь Артефакта. Навстречу неизвестности, которая, возможно, была страшнее этих теней.