A setup или спустить курок.

***

Тяжёлое дыхание и шаги позади заглушались лишь сердцем, бьющимся с невероятной скоростью и громкостью. Мокрые листья под подошвой босоножек были почти склизкими, заставляя ноги подкашиваться во время бега. Тонкая ветка дерева, внезапно оказавшаяся на пути, повалила тело вниз, глаз наткнулся на корягу в земле. — Помогите! — кричала она, пока на голову обрушивались массивные капли дождя. Волосы прилипали к лицу, шее. Одежда намокала и обтягивала стройный торс. Ползти не удавалось. Конечности словно онемели от усталости. — Пожалуйста, нет, — женский крик пронзил пустоту леса, когда девушка почувствовала массивные ноги рядом с собой, а затем руку, прижимающую ее животом к земле, — Не нужно! Я умоляю! Слезы катились по лицу, тушь стекала вместе с ними по щекам. Чужие пальцы вцепились в пояс ее шорт и это было последнее ощущение перед тем как она отключилась.

***

— Девушка! — голос вырвал из сна, глаза открылись, — Девушка! Мы на месте, просыпаетесь. Гул дороги, скрип шин и короткие гудки оживленной трассы. Шелли пару секунд пыталась сфокусироваться на человеке за рулём, прежде чем выровняться и закивать головой. Отпечаток двери на щеке ощущался некомфортно, кожа была немного стянутой в этом месте, а светлая челка заслоняла половину лица. Девушка открыла сумочку, которая ранее висела у нее на плече и достала оттуда несколько купюр, протягивая их водителю. Мужчина коротко кивнул в ответ, быстро пересчитал деньги и якобы невзначай проверил их подлинность пальцами. — До свидания, хорошего дня, — блондинка открыла дверь автомобиля и ступила мягкой подошвой лоферов на жёсткий асфальт. Высокое здание выглядело слишком обыденно, чтобы выдавать внутренности. Приталенное, однако расстёгнутой пальто висело на плечах, пока руки были в карманах прямых брюк черного цвета. Приветствующие голоса встретили ее, как только Шелли открыла дверь. Палец опустился на кнопку, чтобы вызвать лифт и ещё пару человек остановилось рядом, болтая о чем-то своем. — Оул, ты снова в строю, — улыбнулся знакомый молодой человек, сунув руки в карманы джинс. — Да, я чувствую себя уже лучше, — сказала девушка, слишком сосредоточенная на том как двери распахнулись. Высокий парень внутри зажимал коробку между его предплечьем и боком, почти лениво придерживая ее пальцами внизу. — Все не поместимся, — чуть ленивая улыбка затронула его лицо, прежде чем незнакомец, развернув плечи, вышел из лифта, — Извиняюсь, — пробормотал он, задевая Оул плечом. Темная кепка закрывала его лицо, но не шрамы. И не глаза, опустившиеся на лицо Шелли пока он проходил мимо. Она невольно напряглась под его взглядом. Странным, пустым. Однако, кажется, дело было не только в этом. — Это что, новенький? — спросила Шелли, заходя внутрь тесного помещения, — Меня не так долго не было. Девушка, зашедшая в лифт за ней кивнула, нажав кнопку нужного этажа и прислонилась спиной к противоположной стене. — Да, недавно перевелся из отдела по крупным грузоперевозкам к нам. Они перевозили важный «груз», — сказала она, показывая кавычки пальцами, — И их отдел накрыли. А он перешёл как наследство от них. Ну, понимаешь. — Понятно, — Оул скользнула взглядом по закрытой двери, затем по чуть затертым кнопкам, — Он водит? Барселона в это время казалось ещё спящей. А возможно это просто она устала. Хотя это чувство и так уже давно стало перманентным, прижилось как часть будних дней. — Типа того. Сопровождающий, иногда водитель. В общем разнорабочий по экспорту и импорту. Ну, как и многие здесь. ... — Вы вызвали? — блондинка открыла дверь в кабинет начальника. Не сильно выше ее, однако плотный мужчина в пиджаке с чуть расширенными плечами повернулся в крутящемся кресле, в затем оперся лаковыми туфлями о ножку стула чтобы остановиться. — Ненадолго, Оул, — указывает последний подбородком на стул напротив, — Я думаю тебе уже рассказали об инциденте на моей дочерней фирме. В общем...плохо дело. Анализируешь то ты хорошо, но не все обладают способностью понять это. Так что тебе придется сопровождать следующую перевозку сама с новичком, которого я пока что проверяю. Ты работаешь со мной давно, так что в тебе я...почти уверен. А сам пока буду проверять добросовестность других, — продолжает мужчина с ноткой разочарования. Да, он тоже человек не без греха. Но искренне отдается своей работе. И явно не обладает желанием садиться в тюрьму, подставляя подчинённых. Однако, Шелли считает его слишком меланхоличным, о чем предпочитает тактично молчать. Она уже села на стул, одной ногой чуть ерзая по гладкому полу, создавая тихое шуршание, словно пытаясь найти удобное положение. Календарь немного косо стоял на столе. 1996 год, январь 20. Девушка отвела взгляд от цифр. Она вспомнила, как дядя впервые сказал: «Теперь ты — с нами». Не «в команде». Не «в деле». С нами. Тогда она поняла, что назад дороги нет. — Но это не для меня, вы же знаете. Я предпочитаю просто давать план. Да и работать с мужчиной в долгой дороге, я... — Прекрати. Это не обсуждается, Шелли. Ты либо показываешь свою профпригодность не только в своем кабинете снизу, либо идёшь искать другой такой же кабинет. Только не у меня. — перебил мужчина, хотя сам не любил когда люди прерывали его мысли. — Хорошо, дядя. Я все сделаю, — переходит она на более привычный тон, откидываясь на спинку стула, — Только дай больше конкретики. «Семья» — понятие слишком субъективное. Иногда речь идёт о маме, папе. Людях, которые тебя зачали. А иногда о тех людях, которые взяли тебя под свое крыло. «Дядя» — понятие тоже очень растяжимое. Это не обязательно должен быть родной тебе человек. Просто достаточно близкий. Принявший тебя в свою «семью». Даже если речь идёт о клане. Когда он ее подобрал у нее больше не было семьи, не было голоса — идеальный материал. У него не было детей. Жена погибла ещё до того как они успели зачать кого либо. Так что грязная пятнадцатилетняя девочка, вся в земле и мокрой обуви и с засохшей кровью под носом, которую он подобрал шесть лет назад его устраивала. Ты её кормил, ты её прикрыл, ты — единственный, кому она что-то должна. Такие вырастают в долгу, который невозможно погасить.

***

— Вы идете? — голос пронесся по складу, прежде чем она заметила того самого парня с коробкой. В этот раз он спокойно маневрировал между рядами, разворачивая торс. — Да, — тон спокойный, уверенный. Он несёт в руке последнюю пачку кокаина, которую судя по всему не успел вынести в машину с остальным. «Какого..» Оул приподнимает бровь, все ещё стоя около лифта из которого вышла несколько секунд назад. Ни для кого в офисе ни секрет, чем именно они торгуют. Экспорт довольно разноплановый. Однако такое открыто наплевательское отношение ее настораживает. — Вы Банни Иглесиас, да? — Шелли вновь заходит в лифт, прижимаясь ближе к стене, когда он тоже заходит и нажимает кнопку первого этажа. — Да, а ты... — протягивает парень почти вопросительно, заставив блондинку чуть махнуть головой чтобы убрать челку с глаз и посмотреть на него. Взгляд стал более открытым, таким же полу-вопросительным как и его тон. Она не поняла где, как и когда они перешли на ты. — Я Шелли Оул, — говорит она и Банни едва заметно усмехается. Взгляд красных глаз скользит по ней с лёгкой ноткой оценки. Останавливается на лице: Внешность не испанская явно. Скорее норвежская с восточными чертами. Волосы собраны большой заколкой сзади в полу-пучок. Квадратные очки в полупрозрачной оправе. За одним из стекол очков — странный глаз. Мутный, блеклый. Они оба серые, но один определенно отличается. Склера покрасневшая. Иглесиас задерживает на нем взгляд и затем без особенного интереса отводит его в сторону. Потому что у самого дефект. Хотя на лице сохраняется эта пустая улыбка, которую Шелли видит и почему-то в ее животе тянет какое-то нехорошее чувство. «Мутный тип. Ещё и вышел из воды сухим после этой ситуации с перевозкой трупов» — думает она, стараясь проанализировать и его. — «Не хочу ехать никуда. Особенно с ним.» Кожаная куртка черного цвета, рубашка под ней. Белая, выглаженная. Воротник что рубашки, что кожаной куртки был чистым, среди всех этих грязных коробок, в тесном лифте. Оул невольно подметила его обувь, которая была в отличном состоянии. Кроссовки серого цвета. Прямые джинсы, немного собирающиеся снизу в несколько аккуратных складок. Он не выглядел как один из них. Скорее как тот, кто может финансировать их всех — но почему-то оказался внизу цепочки. Расслабленная поза, уверенная походка. Словно он тут начальник. — Так, ты водитель? — спросила Шелли, чувствуя как плечи начинают дрожать от слишком долгого напряжения и поэтому старается чуть сбавить предвзятость. Или хотя бы снизить уровень видимого страха. — Да. В прошлый раз выступал сопровождающим. «Хуево сопроводил» — думает девушка, одна лишь ведёт плечом в жесте безразличия. Словно тот ее вопрос не был попыткой понять в безопасности ли она. Все же она впервые работает прямо. Не их тени. Не просто планирует. Это заставляет тревогу усесться глубоко в груди.

***