Охотники в Хогвартсе

Атмосфера в Хогвартсе сгущалась с каждым днем, как осенний туман над озером. Холод пробирался сквозь стены древних стен, и это был не просто холод сырости. Он был живым, зловещим, ползучим. Штаб-квартира Винчестеров. Поздний вечер. Дин сидел у камина, делая вид, что чистит ствол своего обреза. Но движения его были замедленными, механическими. Метка больше не горела огнем, а ныла глубоко в костях, как заноза, которую не вытащить. Каждое неловкое движение левой руки отзывалось тупой болью. Он изо всех сил старался дышать ровно, сидеть прямо, не выдавать слабости. — Завтра с шестиклассниками отрабатываем тактику против великанов. Вернее, против того, что от них останется после заклинаний, — он попытался ухмыльнуться, но получилось напряженно. — Думаю, мой «Пеликан» их впечатлит больше, чем какая-нибудь «Экспеллиармус». Сэм наблюдал за ним с другого конца комнаты, его лицо было омрачено тревогой. Он видел мелкую дрожь в руке брата, когда тот подносил тряпку к стволу. Видел, как тот слишком часто мигает, будто прогоняя боль. — Дин, может, тебе отдохнуть? Я могу провести занятие. — Я в порядке, Сэм. Не ной. Лучше подумай, как объяснить этим малышам, что соль — это не только для стейка. В углу, в глубоком кресле, неподвижно сидел Кастиэль. Он смотрел на языки пламени, но взгляд его был пустым и отстраненным. Его собственная сущность, его ангельская благодать, все еще болела после контакта с извращенной силой падшего. Он чувствовал себя... заземленным. Обычные ангельские способности давались с трудом, словно он пытался плыть в густом меду. — Кас? — Сэм повернулся к нему. — А с тобой все в порядке? Ты выглядишь... уставшим. Кастиэль медленно перевел на него взгляд. —Усталость — это человеческое понятие. Но моя эффективность снижена. Ритуал потребовал большего, чем я предполагал. Я не могу так просто восстановиться. Мне требуется время. — Видишь? — Дин резко встал, стараясь, чтобы это выглядело энергично, а не как побег. — Даже ангелу нужна передышка. А я просто человек. Крепкий орешек. Я пойду, проверю периметр. Насчет этих слухов... Он вышел, оставив дверь приоткрытой. Сэм смотрел ему вслед, а потом обреченно повернулся к Кастиэлю. — Он лжет. Ему до сих пор больно. — Да, — просто согласился Кас. — Его аура все еще нестабильна. Метка не активна, но она... пульсирует. Как спящий вулкан. А я... — он посмотрел на свои руки, — я не смогу помочь ему так же быстро, как раньше, если вулкан проснется. Сэм сгреб пальцами волосы. Он был зажат между ослабевшим ангелом и братом, который разваливался на части, но отчаянно это скрывал. И враг у них был не из тех, что дают передышку. Комната Требований. Трио + Драко. Гермиона нервно теребила край свитка с древними рунами. —Ничего. Я не могу найти ни одного безопасного ритуала контроля над подобной силой. Все, что связано с «Первородной Тьмой», ведет либо к ее высвобождению, либо к полному уничтожению носителя. — Может, и не надо? — тихо сказал Рон. — Может, профессор Сэм и... Кастиэль сами знают, что делают? Они же справились в прошлый раз. — Справились? — Драко фыркнул, но без привычной злобы. В его голосе была усталость. — Вы видели его лицо? Он был напуган. А Кастиэль... он сейчас выглядит так, будто его самого чуть не прикончили. Они еле держатся. А мой... — он запнулся, — а Пожиратели шепчутся. Говорят, что Винчестер теряет контроль. Что эта тьма может вырваться в любой момент. Гарри молча смотрел в огонь в камине. Его собственный шрам иногда пощипывал, напоминая о связи с Волан-де-Мортом. —Они пытаются посеять панику. И у них получается. Сегодня Ханна Эббот из Пуффендуя чуть не расплакалась, когда Дин прошел мимо нее в коридоре. — Значит, мы должны что-то делать! — настаивала Гермиона. — Мы не можем позволить этим слухам разрушить все! Мы должны найти способ помочь ему по-настоящему! — Или, — медленно сказал Гарри, — мы должны помочь им защитить его от этих слухов. Потому что если все будут бояться Дина, он останется один. А одиночество... — Гарри не договорил, но все поняли. Логово Волан-де-Морта. Темный Лорд не просто наблюдал. Он действовал. Через верных Пожирателей, через запуганных учеников, через темные артефакты, вброшенные в школу, слухи множились и видоизменялись. «Винчестер ночью бродит по коридорам, и картины замирают при его приближении...» «Он смотрит на тебя, и становится так холодно, будто душа замерзает...» «Он разговаривает сам с собой... нет, не сам. С кем-то... древним...» Но это была лишь подготовка. Настоящий удар был точечным и коварным. Однажды утром профессор Флитвик, проверяя защитные чары на своем кабинете, нашел странный, обугленный знак на двери. Знак, который при ближайшем рассмотрении оказался выжженным не огнем, а чем-то иным, что оставляло после себя ощущение пустоты и холода. А рядом — случайно оброненная, якобы, серебряная пуля. На следующий день профессор Спраут обнаружила на краю Запретного леса несколько мертвых, совершенно бескровных животных. И снова — тот же леденящий след и запах серы, который ученики начали ассоциировать с «методами» Винчестера. Слухи переросли в тихий, но настойчивый шепот: «Он теряет контроль. Его сила опасна для всех. Даже для нас». Столовая. Обед. Дин, Сэм и Кастиэль сидели за преподавательским столом. Дин ел, стараясь не двигать левой рукой. Кас почти не притрагивался к еде, его взгляд был absent. Сэм чувствовал тяжелые взгляды, устремленные на них со всех сторон. Профессор Снейп, сидевший неподалеку, язвительно бросил через стол: —Надеюсь, ваши... эксперименты не приведут к очередному инциденту, Винчестер. У нас и так достаточно проблем без мертвой живности на пороге. Дин напрягся. —Не твоя забота, Снейп. — О, это забота каждого в этом замке, — парировал Снейп. — Безопасность учеников — прежде всего. Даже если их защищают... сомнительными методами. В этот момент Кастиэль поднял голову. Его пошатнувшееся состояние сделало его восприятие иным, более острым к темным энергиям. Он уставился на вход в столовую. Его голубые глаза сузились. — Сэм, — сказал он тихо, но так, что братья услышали. — Здесь что-то есть. Что-то... принесенное извне. Оно наблюдает. Сэм последовал за его взглядом, но увидел лишь толпу учеников. Однако доверял инстинктам Каса безоговорочно. —Что именно? — Я не могу определить точно. Мои чувства... затуманены. Но это зло. Целенаправленное. Оно ищет слабое место. Дин с силой поставил кубок. Боль в руке пронзила его, как нож, но он не подал виду. —Отлично. Значит, Змеелиций решил поиграть в шпионов. — Он встал. — Пойдем. Надо проверить общежития. Он ушел, стараясь идти ровно и уверенно. Сэм и Кас последовали за ним. Но Сэм видел — плечи Дина были неестественно напряжены, а Кастиэль шел, слегка пошатываясь, будто против невидимого ветра. Они были ослаблены. Изолированы. И враг уже был внутри стен, невидимый и безжалостный, готовый нанести удар именно там, где они были наиболее уязвимы. Атмосфера в Хогвартсе была уже не просто напряженной. Она стала ядовитой.