Охотники в Хогвартсе

Библиотека Хогвартса. Поздний вечер. Гермиона, Рон и Драко склонились над столом, заваленным книгами. Гарри отправился на свою рискованную миссию к миссис Норрис, оставив их искать хоть какие-то зацепки о «Тени Раздора». — Здесь ничего нет! — с отчаянием прошептала Гермиона, отодвигая очередной фолиант. — Ни в одной книге по темным искусствам, ни в бестиариях! Как мы можем бороться с тем, чего не знаем? — Может, это не магическое существо в нашем понимании? — предположил Драко, нервно постукивая пальцами по столу. — Может, оно из другого… слоя? Как те демоны, о которых иногда упоминает Винчестер. В этот момент воздух в библиотеке сгустился. Фонари за мерцали, как в агонии. Температура упала так резко, что у них вырвалось пар изо рта. Тени в дальнем углу зашевелились, слились воедино и вытянулись, приняв гуманоидную, но бесформенную фигуру. У нее не было лица, только две пустоты, напоминающие глаза, которые источали чистый, леденящий душу страх. — Оно здесь… — замершим голосом произнес Рон. Тень скользнула к ним, не касаясь пола. Она не издавала звуков, но в их головах зазвучал навязчивый, ядовитый шепот, вкладывая в их умы их же самые глубокие страхи. · Они тебе не верят, грязнокровка. Они используют тебя и предадут… — витал шепот над Гермионой. · Ты всегда будешь на вторых ролях, рыжий отброс. Вечно в тени Поттера… — шипело в сознании Рона. · Твой отец умрет в муках из-за тебя, мальчик Малфой. Ты никогда не будешь для него достаточно хорош… — проникало в разум Драко. Они застыли, парализованные не только страхом, но и тяжестью этих мыслей. Тень приблизилась к Гермионе, и из ее бесформенной «руки» вытянулся острый, как бритва, клинок из чистой тьмы, нацеленный ей в сердце. Коридоры Хогвартса. Дин шел по замку, ведомый лишь инстинктом охотника и глухим гулом Метки. Он чувствовал присутствие чего-то чужеродного, чего-то, что не принадлежало этому миру. Его рука болела, но боль эта была теперь знаком, стрелкой компаса. Сэм и Кастиэль шли за ним, не отставая. —Дин, остановись! Это ловушка! — умолял Сэм. —Она уже захлопнулась, — без оборачивания, бросил Дин. — Осталось только посмотреть, кто в ней окажется. Я или оно. Кастиэль вдруг остановился, схватившись за голову. —Библиотека… Боль… Страх… Их страх… — его ослабленные чувства наконец прорвались через пелену, но цена была велика — он рухнул на одно колено, лицо исказилось от боли. Этого было достаточно. Дин рванул с места, забыв о собственной боли. Сэм, бросив взгляд на Каса, помчался за братом. Библиотека. Момент истины. Дин ворвался в библиотеку как раз в тот момент, когда клинок тьмы был занесен над беспомощной Гермионой. Он увидел троих детей, застывших в ужасе, и существо, бывшее воплощением всего того, с чем он боролся всю жизнь. — ЭЙ! УБЛЮДОК! — заревел он. Тень Раздора медленно повернулась к нему. Шепот в головах учеников сменился, нацелившись теперь на Дина. · Смотри, охотник. Они боятся тебя. Они видят в тебе монстра. Ты им не поможешь. Ты их убьешь… — Заткнись, — сквозь зубы прорычал Дин и, не используя Метку, чисто рефлекторно, с силой, все еще превосходящей человеческую, швырнул в существо тяжелый серебряный кинжал. Кинжал прошел сквозь тень, не причинив вреда, и с грохотом вонзился в книжный шкаф. Только тогда Дин понял — обычное оружие бесполезно. Сэм, вбежав следом, увидел картину: Дин, стоящий в стойке перед бестелесным ужасом, и трое парализованных учеников. Он мгновенно оценил ситуацию. —Это не физическое существо! Оно питается эмоциями! Тень, игнорируя теперь детей, устремилась к Дину. Она чувствовала в нем самый богатый источник — боль, гнев, страх и ту самую Тьму, что была ему родственна. — Дин, не подпускай его к себе! — закричал Сэм. Но было поздно. Тень обвилась вокруг Дина, как дым. Он застыл, его глаза расширились. Шепот теперь звучал только для него, взывая к самой Метке. · Освободи нас… Мы одной крови… Убей их… Убей всех, кто тебя боится… Стань тем, кем ты рожден быть… Повелителем… Дин закричал. Не от страха, а от усилия. Он чувствовал, как Метка отвечает на зов, как тьма внутри него просыпается и тянется к этому родственному существу. Удерживать ее стало в тысячу раз больнее. Темные прожилки поползли по его шее. Его левая рука свелась судорогой. — Я… не… твой! — прохрипел он, падая на колени. И в этот момент в дверях появился Кастиэль. Бледный, шатающийся, но с глазами, в которых горела решимость. Он увидел Дина, корчащегося в агонии, и тень, пожирающую его волю. И Кастиэль перестал сдерживаться. — ОТСТАНЬ ОТ НЕГО! — его голос прорвался не из гортани, а из самой реальности. Он не кричал — это был ГЛАС. Стекло в окнах библиотеки взорвалось внутрь тысячи осколков. Книги слетели с полок. Трио и Драко с криками закрыли уши. Свет, ослепительный и чистый, хлынул из Кастиэля. Это была не та энергия, что он использовал в ритуале. Это была его истинная, ангельская природа, которую он сдерживал, будучи ослабленным. Свет ударил в Тень Раздора. И это сработало. Существо завизжало — пронзительно, нечеловечески — и отшатнулось, его форма заколебалась, стала прозрачной. Оно было уязвимо для ангельской силы. Но цена для Кастиэля была ужасна. После вспышки он рухнул на пол без сознания, его тело обмякло, а из носа и ушей потекла кровь. Этого краткого момента хватило. Давление на Дина ослабло. Он поднял голову. Его глаза встретились с глазами Гарри, который только что вбежал в библиотеку, неся на руках… окоченевшую, но живую миссис Норрис, шерсть на которой была покрыта инеем в форме отпечатков крошевых, изуродованных рук. И в глазах Гарри не было страха. Было понимание. Он видел Дина, сражающегося с внутренним демоном. Он видел Кастиэля, пожертвовавшего собой, чтобы его спасти. И он видел доказательство — миссис Норрис была атакована тем же существом, когда подглядывала за Пэнси Паркинсон, которая и подбросила амулет. — Профессор… — выдохнул Гарри. — Это не вы. Внезапно Тень Раздора, оправившись от удара, не стала возобновлять атаку. Оно выполнило свою задачу. Его форма растворилась в воздухе, оставив после лишь ледяной холод и звон в ушах. Но оно оставило и последний, ядовитый «подарок». На полу, прямо перед обессиленным Дином, лежал еще один обугленный амулет. И стояла над всем этим профессор Макгонагалл, прибежавшая на шум, с лицом, выражавшим ужас и гнев. Ее взгляд упал на Дина, на осколки стекла, на бездыханное тело Кастиэля и на амулет. — Винчестер… — ее голос дрогнул. — Что вы наделали? Ловушка захлопнулась окончательно. Дин был в центре разрушений, рядом с темным артефактом, а его главный защитник лежал без сознания. И на этот раз улики против него казались неоспоримыми.