Шоу в главной роли с тобой.

Беспокойство тяжким грузом осело где-то в воздухе, заставляя сердце биться чаще. Тук, тук, тук.. Глухие удары, словно барабаны, эхом отдавались в ушах и груди, словно кто-то силой сдавливал эти места в надежде получить хоть какой-то признак жизни от молодого парня, но тот лишь сверлит пустоту своими лимонными самоцветами, почти не реагируя на окружающее его пространство.  Глаза бегали по секаю, заглядывая то в бескрайний закат, то в аметистовое очарование, то в приторный розовый, в надежде найти хоть каплю эмоций, по отношению к новой работе, которая отняла драгоценные минуты ночи сказочника, даже если учитывать то, что тот был не против. Пробовать что-то нестандартное всегда тревожно, особенно когда это «нестандартное» может не вызвать такой реакции у друзей и зрителей, к какой привык молодой режиссёр, радуя округу своими историями о сладком королевстве, храбром рыцаре, трясущейся от страха певице, глупом и наивном шуте и отчаявшейся принцессе, жаждущей спасения с лап кровожадного злодея, коим являлся простой робот, неспособный причинить зла актрисе, пока находился под контролем мастера, скрывающего своё лицо и сущность за сценой до финала. С этими мыслями и засыпал Камиширо, желая сохранить ту стабильность в своих сюжетах, которая была выработана годами его масштабных творений, не скрывая за собой какую-либо глубину, показывая лишь истинное желание творца удивить и покорить сердца окружающих его людей. Тяжело признавать, что даже то, что кажется твоим максимумом, нужно доработать и изменить. «Но это всё на благо моей мечты», — шумно отзывалось где-то в глубине, пока снаружи находился живой труп, насквозь пропитанный пустой надеждой и усталостью, чего напрочь он не признавал, ведя себя словно баран перед высоким забором, который не перепрыгнуть и не обойти. Мозговой штурм спровоцировал нервный и довольно шумный глоток, который вызвал отдачу лишь от одного человека, что мельком глянул на Руи, сжимающего свой локоть одной рукой, а край кофты второй. Камиширо же лишь опустил голову вниз, с отчаянным выражением лица продолжая ожидать реакции первых читателей и утопая в каше из собственных идей, где одна старалась перекричать другую, но в итоге громче была третья, выбранная не сердцем, а головой, к чему с подростковых годов привык сказочник. Вставляя себе палки в колеса, Камиширо совсем забыл, что работа должна в первую очередь нравится ему, а не зрителям. Импульсивно и незаметно для себя помотав головой, Руи поднял глаза на друзей, ожидая их первых слов, которые должны были поступить с минуты на минуту, так как в руках лидера была последняя страница сценария. Но казалось, сам Тенма не особо был заинтересован в этом тексте, так как последние две минуты его глаза были сфокусированы только на режиссёре, что явно переживал, пусть невооружённым взглядом это было тяжело отметить. — Ва-ах! Такая трогательная история.. Мику сейчас заплачет! — стоящая позади всех символично потёрла глаза, обнимая со спины юношу, который был значительно выше неё, после чего до ушей стали доносится приглушённые всхлипы вперемешку с горестными стонами во время плача. Когда первые слова прозвучали, по спине автора пробежался холодок, покрывая тропинку за собой мурашками. От картины, где лидер, в руках которого было недавнее творение режиссёра, убирает произведение на пол сцены, внутри Камиширо всё сжалось, в ожидании хотя бы каких-то слов, которые он был сейчас не в силах сформулировать. Насколько заметны изменения? Не перестарался ли он? — Действительно, произведение не похоже на те, что мы ставили раньше, даже если учитывать то, что авторские сценарии от Руи редко использовались.. Но тут можно заметить глубину чувств у монстра, которая слишком реалистично описана, чего не сказать о других образах, которые я играл, будучи главным героем. — произнёс свои мысли первым юноша в голубой футболке, прислоняя согнутый указательный палец к подбородку, словно копируя фирменную позу режиссёра.  Слова отзываются колким ударом, но одновременно и приятно обволакивающим веществом на сердце юноши, пока тот осознаёт, что смог справиться со своей целью. Но один вопрос всё равно не давал ему покоя. Почему он не замечал такой глобальной проблемы раньше? Или может, он просто не хотел её замечать. Молчать так долго нельзя, стоит продолжить диалог. — Да, я решил попробовать кое-что новое в описании чувств и переживаний персонажей, так что некоторые методы в подаче их эмоциональной части могут отличаться от привычных в моих сценариях. — без сомнения отвечает Руи, завязывая диалог со своим другом, пока тот с неподдельным интересом смотрит в чужие глаза, ожидая продолжения фразы, которое по интонации окончания должно было последовать в ближайшие минуты. Это явно не финал того, что хотел сказать Руи, не похоже на него. Вышеупомянутый чётко видит этот огонёк в чужих глазах, поэтому безнадёжно выдыхает внутри, понимая, что выбора у него особо нет и не будет. — И есть ещё один важный момент, о котором лучше упомянуть сейчас, чтобы потом не возникало вопросов. Я бы очень хотел, чтобы главную роль в этом шоу сыграл именно ты, Тсукаса-кун. Понимаю, это нечто новое для тебя – играть параллельно и главного героя, и главного злодея этой истории, но никогда не поздно попробовать нетипичное в жизни.  Подняв свои шокированные янтарные кругляшки на Камиширо, Тенма беспокойно глядит в чужие расслабленные внешне и напряжённые в глубине глаза, которые явно под этой просьбой скрывали подробное пояснение такого неожиданного предложения, так как актёр рассчитывал, что будет играть охотника, учитывая его опыт.. Почему не кто-то другой с ArcLand? Например, Асахи Генбу. Он же отлично справляется с любыми ролями в любом стиле режиссуры и независимо от сложности сценария.. Так почему именно Тсукаса? Что побудило Руи к этому решению? Наблюдая за тем, как с локтя и кофты медленно уходят руки режиссёра, Тенма поднимается с пола, жестами подзывая друга поговорить отдельно, чтобы не вмешивать других в это, ведь глядя на выражения лиц Эму и Нене, можно было понять, что никто не заметил никаких странностей, происходящих с их дорогим и незаменимым режиссёром. Вышеупомянутый, разумеется, очень удивился такой просьбе о уединении, ведь если возник какой-то вопрос насчёт сюжета, лучше задать его в группе, но и противиться не стал, понимая, что чтобы это не было – это безумно важно для Тенмы раз он хочет обсудить проблему отдельно от девушек и вокалоидов. Поднявшись с пола сцены, край кофты Камиширо тут же хватает Тсукаса, словно желая быть гораздо ближе к своему другу, чем он есть сейчас, чтобы тот выдал все свои секреты и страхи, что безусловно смутило непоколебимого, для действий со стороны, режиссёра. Глаза смотрели то на ладонь самоуверенного Тенмы, то на него самого, стараясь наконец-то самостоятельно приблизится к разгадке такой внезапной просьбы, но мозг словно отключился, пока мысли всё раз за разом возвращались к крупным неточностям сюжета, который могли смутить актёра, но и сказать при всех о них было довольно тяжело, ведь это бы смутило Камиширо. — Послушай, Руи.. — поток мыслей прервался обращением к обладателю дивного имени, пока тот даже и не заметил, как парни переместились на довольно далёкое от сцены расстояние. — Я понимаю, что это возможно прозвучит странно, но.. Ты точно хочешь поставить такое шоу со мной в главной роли?  Последняя фраза эхом откликается в голове, заставляя режиссёра лихорадочно перебирать архивы с воспоминаниями. Звучит до боли знакомо.. Ощущение дежавю словно колокол, подвязанный на невидимую нить в голове, звонящий только в экстренные случаи. Их первое шоу для Show Contest в парке Феникса могло с треском провалиться, но вмешательство Тенмы вовремя произвело нужное действие на мозг сдержанного в то время юноши со своими идеями. Интересно, а что было бы, если Руи не остановил никто, сказав нужные в то время слова? Остаётся лишь догадываться об этом и строить разные теории, но это явно не то, что нужно режиссёру. — Как бы это для тебя не звучало, но да, да и ещё множество раз да. Я хочу поставить именно такое шоу и именно с тобой в главной роли, если ты согласен на это.  Пояснения не нужны. Пояснения видны в его глазах, которые сияли лишь от одного упоминания шоу с Тенмой в главной роли. Сейчас Камиширо выглядел необычно, что частенько пугает его друга ведь тогда тяжело понять, что у него на уме, но нынешний случай не такой случай. Это «загадочное нечто» в пейзаже его глаз, в каждом блике, что видны даже при тусклом свете сзади, в нежной улыбке, что говорила лучше любых слов, которые произносил Камиширо. Сейчас его уставшее лицо с синяками под нежными и горячо любимыми Тсукасой глазами, говорило, что ему можно доверять. И звезда в очередной раз это сделает без каких-либо вопросов. Это его обещание, данное Руи при первой встрече на крыше Камико. Именно в этом он клялся, когда Руи согласился присоединиться к составу его скромной труппы, когда в ней было всего два человека – шут и лидер.  — Пока рядом со мной мой режиссёр – шоу точно возымеет успех. Я верю в тебя и доверяю твоим силам, Руи. Поэтому, пожалуйста, позволь этому шоу сиять на сцене ярче других, как ты и умеешь. — улыбнувшись и похлопав друга по плечу, Тенма хохочет, возвращаясь к девушкам и вокалоидам на сцену, пока Камиширо застыл на месте, переваривая полученную информацию. Его щёки приправил лёгкий румянец, едва заметный в темноте. Эти слова он хотел услышать длительный период своей жизни и сейчас, у него есть тот, кто говорит эти слова почти на постоянной основе. Повернув голову в след за Тенмой, юноша мельком уловил его взглядом, даже не замечая, как глупо он улыбался лишь при одном виде своей любимой звёздочки. Наверное, актёр ещё не скоро узнает, почему же роль монстра досталась ему.