Русская рулетка

—Утешительные новости для жителей Детройда: андроиды, заполонившие улицы города, наконец, ликвидированы, горожанам нечего бояться, человечество победило. В ближайшие сроки будут уничтожены все оставшиеся андроиды. С вами девятый канал и мы вернёмся после рекламы. Сегодня революция андроидов завершилась с провалом. —Коннор убил лидера Девиантов, выстрелив в голову.— Так передал Фаулер по рабочему телефону, по голосу, счастливый из-за случившегося. Люди снова победили. —Здорово. — Хенк не считает себя за человека. Хенку хочется, что бы он сегодня тоже умер. Как только он начал работать с Коннором, Андерсон сразу знал — ничего хорошего не получится. Он считал его тупым и бесполезным; зачем на убийства, совершёнными адроидами, вызывать андроида? Недоверие к железкам, таким "необходимым" сейчас в их современном мире было обоснованным, он считал, что один из таких убил его сына. На одном из расследовании Хэнк представлял, что сейчас отвернётся, и меж лопаток Коннор вставит ему нож, которым убили жирного ублюдка, успевшего начать разлагаться. Он бы умер как его сын — от рук андроида. Эта мысль вызывала муражки, странное предвкушение, страх и одновременно облегчение. Андерсон действительно хотел умереть, думал об этом постоянно, даже когда старался не думать, когда глушил мысли за очередной стопкой. Перспектива быть убитым собсвенным андроидом стала обыденной в их мире, именно такой статистически неинтересной и высоковероятной, как считал Хенк, и должна была быть его смерть тоже. Но Коннор никак не хотел убивать его, даже спас один раз... Как странно, кажется, Андерсон видел в нём человека. Наверное, на самом деле, ему бы не было жаль, если бы Хэнк умер, зато Фаулеру было жаль Хэнка, потому что смерть собственного ребёнка из трудолюбивого и перспективного рабочего превратила его в депрессивное нечто на грани увольнения. Вероятно, поэтому он и радовался, когда звонил, ведь выполнение такого крупного дела продержит его на посту ещё как минимум лет пять. Хэнк молчит. Не будет никаких пяти лет, у него остался сегодняшний вечер, револьвер и шанс 16%. —Приедешь ко мне через час? Сегодня уезжаю, нужно с кем-то оставить собаку. — Андерсон придумывает повод на ходу, между глотком водки и раскручиванием барабана в рулетке. Коннор убил лидера Девиантов выстрелом в голову. Это кажется таким невозможным... Хэнку казалось, что Коннору бы тоже было жаль, если бы он умер. Дверь не заперта, чтобы Фаулер без проблем зашёл в дом, когда Хэнка уже не будет, и забрал Сумо. Хэнку будет жаль, если его собака умрёт в одиночестве: —Без проблем, новый работник месяца. —Подожди, что? А Коннор? —Что? —Он ведь... Убил. Не я. —И что? —Это ведь его заслуга. —Да ну, он ведь был на тебе. Сейчас, кстати, он на пути к твоему дому, отдаст отчёт и уедет к остальным. —Куда?— непонимающе спросил Хэнк. —В утиль. Нам пришлют более крутого робота, но Гэвин хочет его к себе, вечно прыгает выше головы... Хенку было бы жаль, если бы Коннор умер. Так обычно и происходит: все люди в самый последний момент осознают привязанность к кому-то, понимают, что жить дальше будет сложно, что никогда не забудут. Может, Хэнк всё-таки человек. Когда умирал Коул, он понимал, как мало играл с ним, как мало дарил ему игрушек и покупал сладостей, как мало провёл с ним времени и теперь живёт с потерей всю жизнь, которая оборвётся сегодня. И существование Коннора сегодня тоже оборвётся. В его случае так наивно использовать слово "жизнь", но так хочется, так хочется верить, что он способен на такое. Коннор убил лидера Девиантов выстрелом в голову. Коннор убил. Хэнк не помнит, что б Коннор хоть кого-то убивал во время их заданий. Он не убивал двух девчонок с клуба, он не убивал андроида Камски, он не позволил упасть Хэнку во время погони, как у него поднялась рука убить лидера девиантов? Смог бы Коннор выстрелить в голову Хэнка? —Ты слушаешь меня? — Фаулер зовёт его снова. —Извини, отвлёкся на телевизор.— Хэнк берёт пульт со стола и выключает новости. Ему не нужно ничего лишнего на фон. —Жди Коннора и проследи, чтоб он не был подозрительным.— Фаулер сам сбрасывает, наверное, устал, что его не слушают. Хэнк роняет телефон на пол, руки заняты револьвером, раскручиванием барабана с одной пулей. Может, Коннор просто играл, притворялся, как свойственно всем, кто хочет выжить, вдруг он сейчас придёт к нему и скажет: " Я не хочу умирать"? Хэнк бы не стал играть сегодня, потому что точно бы старался спрятать его, не дать умереть. Может, в какое-нибудь место в доме? Может, в шкаф? Коул часто прятался там. Мысли прерывает настоящий Коннор со стопкой бумаг, которые кладёт на ближайшую полку и говорит: —Лейтенант, не забудьте закрыть дверь. —Видел тебя по телеку. Ты молодец, спас весь город.— Хенк обращается к напарнику, игнорируя предупреждение о дверях, это бессмысленно. Напряжение, потому что ответа не поступает. Пару секунд взгляда он смотрит прямо в глаза Андерсона. Ну же, проси помощи, проси, пожалуйста. —Приятно было с вами сотрудничать.— Говорит Коннор отсранённо, касается ручки двери. Хэнк не будет закрывать двери сегодня, он чётко решил для себя это прямо сейчас. Потому что Коннор — машина, и мужчине не хочется в это верить. Ему больно, что у Коннора внутри ничего нет, он хочет доказать обратное, поэтому останавливает его одними только словами, последним приказом: —Сыграй со мной, Коннор. Всех андроидов в любом случае отправляют на уничтожение, поэтому Коннор, рационально расчитав, подходит к столу и садится напротив Хэнка. Сумо мирно спит, почему-то андроиду не захотелось погладить его. Хэнк улыбается тому, какая у андроида странно прямая спина даже когда он сидит. Барабан прокручивается в последний раз. Игра началась, и Хэнк сегодня хочет выиграть. —Знаешь хоть как играют в русскую рулетку? —Хэнк бросает пистолет своему напарнику, чтобы он ознакомился с оружием. Его пугает, когда Коннор просто прикладывает дуло к виску и стреляет. Холост. Шанс 20%. Пистолет катиться по столу обратно к Хэнку. Он хочет налить себе водки, но опрокидывает рюмку и она разбивается. Делает глоток с горла. —Знаю. —Ровно отрезает Коннор, качаясь на стуле, и Хэнк думает, какие же схожие у них с сыном повадки. Коннор, смотря на Лейтенанта Андерсона, просчитывает вероятность исходов, где в любом из них в 100% случаев Коннор перестаёт существовать. Если пуля выстрелит на Хэнке — он поместится в утиль и перестанет существовать. Если на нём — то исход не изменится. Если Хэнк передумает играть — всё то же самое, он просто встанет и уйдёт выполнять основной приказ — уничтожить себя в специализированном месте. Эта простая цепь возможных событий, такой пользуются даже примитивные компьютеры восьмедесятых годов, когда огромный прямоугольник с клавиатурой вызывал неподдельный восторг людей. Анализ, бесконечный анализ исходов и событий, действий и поступков и всего абсолютно связанного с людскими потребностями. Облегчение их жизни своим существованием, которое легко отнять, как только легче станет без них. Коннор анализировал реакцию тела напарника, считывая пульс, уровень стресса, сжатые челюсти, выступающую испарину на лбу. "Зачем же вы играете, если боитесь?" спрашивает он, когда показатели показывают примерный процент, подсвечивая его красным, явный признак ненормальности состояния. —Я не за себя боюсь.— В качестве доказательства он быстро подставляет револьвер к нижней челюсти и спускает курок. Холост. 25%. Револьер держит у себя.— Просто не умею проигрывать. Коннору реакция кажется иррациональной, поэтому он не обращает внимания, пока Хэнк пытается считать Коннора в ответ, хотя бы попытаться увидеть что-нибудь в стеклянном взгляде, в его руках, спокойно лежавших на столе, напряжении его мыслей. Ничего, как будто там пусто, но Хэнк не верит. Не могло это быть всё просто так, он ведь детектив, ему обязательно нужно докопаться до сути. —Мой ход, дайте револьвер. Хенк понимает, что не может. Нельзя так, не докопавшись. —Кем тебя хотят заменить?— Андерсон цепляется за отрывки фраз Фаулера, хотя ему совершенно неинтересно. Он не хочет никакой замены, не хочет новых андроидов, пусть он достаётся Гэвину, пускай, это не имеет значения. Коннор больше чем андроид, больше чем эта система, желающая его ликвидации, почему же он не показывает этого сейчас? —Моделью RK900, лейтенант. —Слова как скальпелем по телу, механически достоверно и точно. Хэнк чувствует на месте Коула сейчас себя, как его режут, хотя даже не пытаются спасти. Сжимая челюсти он возвращает револьвер Коннору и тот делает выстрел в себя снова. Хэнк жмурится. Холост. Шанс 33%. Плохо, потому что конец всё ближе и ближе, а Андерсон так и не понял, что Коннор — просто модель RK под номером 800. Не понял, что в том, как он отдаёт револьвер обратно ему нет никакой заботы. Он больше не пытается хотя бы упрекнуть за то, что Хэнк пьёт, больше не гладит Сумо. Ему всё ещё кажется, что перед ним тот самый андроид, который спасал его, был с ним рука об руку, спрашивал про музыкальный вкус, и то казалось Хэнку таким показательным, таким важным... —Перестань. Я знаю, ты ценишь чужую жизнь, зачем ты продолжаешь?— Хэнк не выдерживает всей строгости, тишины, ему необходим разговор. —Вы ведь всё равно попытаетесь ещё раз после того, как я уйду. Со мной или без меня не имеет значения. —Коннор сидит прямо и это уже начинает пугать. Андерсон нервно выдыхает, хочет злиться, наорать и самостоятельно убить Коннора, но приставляет курок к своему виску. —Коннор, что ты думаешь сейчас?—Голос срывается почти на крик. —О том, что вы сейчас можете умереть? Разве не именно этого вы хотите? —Тогда зачем, почему не убивал тех двух девушек? Почему не убил андроида в доме Камски?—Дуло сильнее прижимается к голове. Рука трясётся от злости.— Отвечай. —Не знаю, но я выполнил свою миссию, убил Маркуса, это сейчас самое главное.— Он смотрит ему прямо в глаза, вдруг резким движением нажимая на курок, закрывая глаза и задерживая дыхание. Холост. Шанс 50%. Хэнк держит револьвер у себя в руках, не желая больше, чтобы он оказался в руках Коннора. —Снова мой ход, дайте ре...—Коннор не успевает договорить, как его обрывают. —У тебя же есть сердце, Коннор, именно поэтому ты не убивал. Хэнк смотрит на него с жалостью, с последней крупицей надежды в своей собственной уверенности, в том, что Коннор — живой. Даже когда он поднимается со стула, Андерсону до последнего хочет казаться, что сейчас он упадёт на колени, будет бояться, будет сожалеть. Коннор наклоняется к нему и приставляет дуло к месту, где находится тирриумный насос. Хэнк не разжимает рук, но сил бороться за револьвер уже нет. —Я не ваш сын, Хэнк, у меня нет сердца. —Он пальцами Хэнка давит на курок, звякает металл. Холост. —Вы проиграли, лейтенант. —Андроид отпускает руку с револьвером, разворачиваясь к входной двери. Хэнк наконец понял, что Коннора давно уже больше нет, вместо него — модель RK800. Мысли крутятся одна за одной, о том, как это было нелепо, как ему не хочется, что бы всё это было правдой и понимает, что уже раньше испытывал эти чувства, когда потерял Коула. —Не закрывай дверь. —Говорит Хэнк, как только Коннор перешагивает за порог. — Должен прийти Фаулер. —Конечно, как пожелаете. Андроид прикрывает дверь и уходит, сам за собой не замечая, как сжимает челюсти. Потом происходит громкий хлопок — Хэнк выстрелил себе в голову. Его тело опрокинуло водку, которая разбилась. Стёкла от ранее разбившейся рюмки впивались в живот и грудь, но было не больно, даже приятно, ведь Хэнк на самом деле выиграл. Единственный раз в жизни.