Проблески любовной недостаточности

Плач Виталаса посреди ночи. Повернувшись на спину, Ариана еле еле продирает глаза и тянет руку к телефону – 3:17. Правой рукой шарит по другой стороне кровати. Чувствуя лишь простынь и подушку понимает, что Лукас еще не вернулся с репетиции.  Нехотя вылезает из под теплого одеяльца, встает на ледяной пол и чувствует, как от холода ламината по всему телу побежали мурашки. Подходит к батарее, которая находится под окном их спальни и трогает её – та снова холодная, опять какие-то поломки с отоплением.  Снова слыша плач из другой комнаты, Ариана идет туда, медленно пытаясь хоть немного проснуться.  – Малыш, все хорошо, я тут, – Ариана подходит к колыбельке и берет на руки месячного малыша, – сейчас я тебя и покормлю, и уложу, и папе позвоню, да? Ариана щелкнула Виталаса по малюсенькому носику и пошла с ним на руках в спальню, чтобы спокойно покормить его, параллельно тихо напевая колыбельную для маленьких детей, чтобы успокоить плачущего младенца.  Сев на кровать, Ариана удобно устроила малыша на руках, чтобы тот мог спокойно поесть и не подавиться. Начав кормить малыша, девушка почувствовала острую боль в груди. Решив потерпеть, она поняла, что молоко не идет, и Виталас, как не пытался, не высосал ни капли грудного молока.  Решив не беспокоиться, ведь кто знает, как у женщин после беременности работает организм, может быть, сейчас молока нет, а завтра оно будет, Ариана опустила младенца на мягкую кровать.  Виталас больше не плакал, и девушка, убедившись, что он спокойно лежит на кровати, взяла телефон и набрала контакт: «Лукас». Сначала она слышала длинные гудки, и только после нескольких секунд ожидания Лукас ответил на телефон: – Лукас, вы когда домой собираетесь?  – Минут через 10 закончим и по домам. А ты чего не спишь? – этот вопрос был задан с ощутимо обеспокоенной интонацией. – Виталас проснулся и начал плакать, я пошла его кормить, а у меня молока нет, я хотела попросить зайти тебя в какой-нибудь круглосуточный купить молока и раз уж ты пойдешь в магазин, – Ариана встала с кровати и пошла на кухню смотреть, чего нет в холодильнике, – можешь купить белого хлеба и яиц. – А сколько молока брать?  – Возьми литра 2. Я буду Виталаса им кормить. – А это нормально, что у тебя нет молока, может к врачу надо? – Я думаю что организм просто еще пока не может столько молока вырабатывать, – идя обратно в спальню сказала девушка.  Как только она вошла в комнату, она наполнилась звуками плача и крика малыша. Ариана прижала телефон ухом и подняла малыша, чтобы начать его укачивать. – Виталас опять что ли? – Да, кушать хочет, маленький. Кстати, у нас отключили отопление, поэтому пледы и теплые носки теперь наше все. Давай быстрее там заканчивай и домой, тебя ждет сын, чтобы покушать и спокойно уснуть.  – Мы уже почти все, если надо что-то еще будешь, звони.  – Окей… Слушай, а давай я к вам навстречу пойду с коляской, а то он без свежего воздуха не уснет, а мне надо чтоб он успокоился. – Там же темно и холодно, может лучше не надо? – Я буду аккуратно, честно, тем более что тут идти-то буквально 10 минут. – Ладно, мы тогда тоже заканчиваем и идем к тебе навстречу. – Все, хорошо, давай, – и сбросила. Ариана пошла одевать Виталаса в теплый синий костюмчик специально для самых маленьких. Несмотря на то, что на улице уже неделю как стоял март, погода в Вильнюсе не особо отличалась от февральской. Снег, лед, мороз и грязь, привычная погодка для столицы в марте. Сама же девушка одела черные штаны с начесом, чтобы ничего не простудить, теплый свитер, темное худи поверх него и теплую черную болоневую куртку, специально для такой противной погоды. На ноги по классике черные ботинки, на голову теплую черную шапку. Обвязала горло объемным шарфом, который закрыл ее лицо до глаз.  Положив малыша в коляску, Ариана положила в карман телефон и ключи от квартиры и вышла в темноту подъезда. Закрыв ключом дверь, она тяжело выдохнула, так как жизнь на 5 этаже в доме без лифта была катастрофой для молодой мамы с коляской. Пока девушка спускала коляску с лестницы, она успела миллион раз подумать, какой же бредовой идеей оказалось выйти на улицу с коляской без помощи Лукаса. Но выйдя на улицу, она поняла, что эти мучения были не зря. На улице был небольшой снегопад, частое явление, но именно сейчас он выглядел более красиво, сказочно. Еще больше атмосферы придавали уличные фонари, которые делали маленькие снежинки блестящими и переливающимися.  Ночь, на улице нет ни единого человека. Ариана обожала это время суток, и сейчас, идя по заснеженной дороге, она наслаждалась спокойствием и тишиной. Виталас в коляске тихонько посапывал, все таки свежий воздух и правда хорошо подействовал на его сон. Холодный воздух будто пощипал его щечки и сделал их красными и румяными, так что малыш выглядел как маленькая кукла.  Неспеша идя по улицам и перекресткам, Ариана не заметила, как оказалась уже совсем рядом со студией. Издалека она увидела 4 ребят, они стояли около входа и о чем-то разговаривали. Она ускорила шаг и вскоре подошла к ним. – Привеееет, – тихо, но радостно сказала девушка всем. – Ну чего, как вам такие репетиции до 3 часов ночи? – Очень демотивирующе, – устало сказала Эмилия, подойдя к Ариане и Виталасу. –  Я тоже больше не приду сюда в 3 ночи, – сказал Аланас, подойдя и приобняв, как приветствие, Ариану. – Мне кажется, или Виталас с каждым днем становится все больше? – Реально, богатырем будет, – Эмилия умилилась с картины спящего малыша и повернулась к ребятам, – Итак, мои хорошие, я сдохну сейчас же, если не лягу спать, поэтому всем желаю спокойной ночи и удачно добраться до дома, – махнув рукой ребятам, кудрявая села в такси, заказанное ей еще в студии и уехала домой. – Я тоже пошел, меня дома бить будут за такую долгую репетицию, – сказал Аланас. – Лукас, ты красавчик, напишешь когда следующая репетиция будет, я уже с полной версией приду. – Аланас повернулся к Ариане, обнял ее, теперь в знак прощания, заглянул в коляску, погладил Виталаса по щеке, выпрямился, пожал руки Йокубасу и Лукасу и пешком пошагал домой. – Вы смотрите второго такого не сделайте, – мы все понимали, что Йокубас говорил про Виталаса, барабанщик до сих пор не мог привыкнуть к тому, что Лукас стал полностью семейным человеком (хотя до этого Лукас столько же времени проводил с Арианой) и что месяц назад на свет появилось продолжение рода Лукаса. Йокубас был очень рад за ребят, у него с его девушкой Элис тоже часто заходили вопросы про ребенка и семью, но те полностью были в самореализации и карьере, что ребенка они пока что точно не хотели. – От Элис вам привет, от меня вам пока. – Йокубас тоже ушел домой. Лукас подошел к Ариане и натянул ей шапку покрепче.  – Давай повезу, – спросил он про коляску, на что девушка согласилась молниеносно, потому что вести коляску по снегу было тем еще испытанием. – Давай ты больше не будешь  делать такие поздние репетиции, я хочу чтобы ты был дома, с нами, чтоб засыпал со мной, а то мне без тебя холодно, – хихикнула девушка. – Лаадно, больше не буду, никому такая практика не понравилась, поэтому ликуй. Вы не замерзли дома? – Неет, все хорошо, Витал в теплой одежке даже дома, а я под одеялом.  Так они и шли, Лукас с коляской впереди и гитарой на спине сзади, а Ариана держала Лукаса под руку. Тишина, любовь, семья – в этой ночи были именно такие ценности. – Спасибо тебе за сына, любимая, я люблю вас больше жизни, – уже лежа на кровати, Лукас шептал это Ариане на ушко. Виталас был накормлен и уложен спать в колыбельке. Лукас и Ариана лежали в кровати: Лукас на боку, обнимая Ариану со спины. – Я тоже вас очень люблю, – повернулась девушка и прошептала это Лукасу в губы. Их взгляды зацепились друг за друга, и губы слились в самый нежный поцелуй, который только мог быть.  – Я самый счастливый человек на Земле, ты знала? –  после поцелуя сказал Лукас. – Знала, ты ведь со мной, – девушка немного хихикнула, но Лукас тут же снова поцеловал ее. Так они и уснули, в обнимку, в тепле и с полным чувством счастья и любви.