011 причин для ревности

Со спины не было видно его скользящую ухмылку на лице. Пусть руки офицера и были за головой, к которой приставлено дуло автомата, его выражение лица выдавало ту неподдельную насмешку и превосходство над ситуацией и над ней. Ему нравилось играть в ту игру, в которой он знает финал наизусть. Игру, в которую было до безумия интересно играть только с ней. И он был готов сыграть ещё разок. В последний раунд, дойдя до финала и забрав победный приз. Рука командира с натянутой медлительностью потянулась к кнопке на панели темного лифта. Атмосфера напряжения и тревоги в замкнутом пространстве удушала даже сквозь твердые маски. Как ястреб видя каждый шорох своей жертвы, замечая каждую деталь и мелочь, в этот момент стоя со спины за ним наблюдала стрелок Кан Но Ыль. Хищная пара глаз была прикована к господину. Не сбежать. Руки крепко держали автомат, несмотря на поступающий пот который как на зло делал рукоятку скользкой. Ещё одна капля стекала со лба прямо к виску и щеке, задевая щемящий порез, напоминая об уже произошедшем нападении в её собственной служебной комнате. Касание кнопки и… резкий, сильный как пуля взмах мужской руки наносит удар по животу Но Ыль, по ходу удара корпусом разворачивается к ней и наносит еще один, такой же незамедлительный и твердый по лицу. Ответ поступает мгновенно, девушка ударяет тяжелым автоматом в бок, а ногой бьет в пах, заставляя офицера наполовину согнуться. В таком положении он хватается за автомат, но тот крепко держится в сильных женских руках. Напором собственного тела прижимает её спиной к стенке, и в грудь 011 больно впивается оружие между ними, за которое каждый вцепился мертвой хваткой. Мужчина перетягивает автомат на себя, отрывая девушку от стены, а потом с грохотом вновь вбивает ту обратно, тем самым выбивая оружие со скользких рук, резко отбрасывая его в сторону. В шатающемся лифте открываются двери. Набрасывая Но Ыль на плече офицер швыряет её в проем, как самую ненужную и бесполезную тварь. Она отлетает по коридору, с глухим стуком падая на спину, чувствуя как в миг все тело защемило от боли. Вальяжно, широкими играющими шагами вслед выходит офицер. Неизменно увереный в каждом своем действии и шаге. Как дикий зверь наслаждаясь кровавой охотой. Гон Тхэ снимает свою маску, наконец оголяя хитрую самодовольную ухмылку, которая все это время так усердно скрывалась за пластиком. Стук ботинков звучали гулом в ушах снайпера. Он опустился перед ней на корточки. Желая отстранится как можно дальше девушка привстала на локти и обперлась об стену. — Ради чего всё это? — спросил грубый мужской голос с неподдельным любопытством. Гон Тхэ взял её за горло, сжимая, чтобы та даже не пыталась рыпаться с места. Другой рукой содрал с неё эту надоедливую маску и ткань. Теперь, оголивши женское лицо было слышно тяжелое дыхание. Она посмотрела на него тем уставшим безразличным взглядом, какой был у неё всегда. Губа разбита от предыдущего удара, мокрые от пота волосы прилипли ко лбу. Она повернула в бок голову, с отвращением отворачивая взгляд, оставляя вопрос без ответа. — Я видел записи. К горлу начал подступать ком до боли знакомых чувств, тех что он испытывал каждый раз находясь с ней. Чувства которые, казалось, режущими все органы нитками мучительно вытягивали где то с груди. — Ты и игрок 246 работали в одном и том же месте. Стиснув её горло чуть сильнее, он тем самым заставил её взгляд вновь приковаться к его. — Ты в него влюбилась или типа того? Вместе со словами ревность охватила каждый уголок сердца. В ответ глухой и хриплый, толи вздох, толи выдох. Но Ыль пыталась содрать его руку со своей шеи, царапая его пальцы и тыльную сторону ладони ногтями. Офицер лишь немного ослабил хватку, но не для того чтобы ей стало легче, а для того чтобы услышать ответ. — Если игрок 246 умрёт, ребёнок тоже умрёт. Ответила та нехотя и холодно, впиваясь ногтями в его кисть руки и проводя вниз, оставляя красные линии. Гон Тхэ зашипел и выдал смешок. — Рискуешь всем ради спасения чужого ребенка? Так пытаешься загладить вину за то что бросила своего? К телу Но Ыль с новой силой прилила горячая кровь ненависти. — Ты сейчас тот, кто рискует. Она врезает ему кулаком прям в средину лица, по носу. Был слышен тихий хруст, мужчина сморщился, отпустил горло. Не теряя ни секунды, 011 всем телом накинулась на него, начала бить везде, голова, живот, пах, грудь.. выбивая из него всю боль, но её боль, её личную рану которая кровоточить уже на протяжении многих лет, которую нельзя зашить или спрятать, её нельзя залечить. И ни один еблан не посмеет коснуться её. — Тварь! — Прошипела она сквозь зубы. Офицер смеется ехидным смехом, сплевывая кровь в сторону. Как будто удары были для него сладкими поцелуями, а не болезненными ранами. Больше форы он ей давать не собирался. Накинулся в ответ, сжал её запястья. Они покатились по полу. Пощечина, удары, крики боли, страсть. Они не боялись бить друг друга со всей силы, до смерти. Каждый надеялся, что его удар будет решающи последним, и каждый раз противник ударял в ответ. С кармана Но Ыль достает раскладной нож про который в край забыла. Переворачивая мужчину на спину со стуком, прикладывает лезвие ему поперек горла. Задыхаясь от боли и эмоций руки её дрожат. — Ну же. Чего ты ждешь? — Спрашивает Гон Тхэ. Кровь пот и грязь перемешались на их лицах, разбитый нос и скула командира кровоточили. Девушка старалась сохранить равновесие в теле, но получалось плохо. — Я убью тебя. Она облизнула сухие окровавленные губы. В комнате не было чем дышать, душно, влажно. Каждый вздох ощущается как горячий сигаретный дым выжигающий легкие. — Убей. Молчание. Лезвие медленно сталкивается с его горлом. Но она не режет, а давит. — Блять убей же меня, Но Ыль! Её глаза метаются по всему его лицу. Что это? Страх? Усталость? Блять, ей просто нужно собраться.. Руки все больше начинают дрожать и теперь это больше похоже на неразборчивый тремор. Он аккуратно преподносит ладони к её запястьям. Мягко, как будто бы даже нежно сводит их заключая в свои. Нож падает в сторону. Глаза девушки не могут найти своего места, она часто моргает, в попытках собрать себя. — Ну чего же ты так дрожишь то, а? Боишься чтоли? — Заткнись — шепчет растерянная Но Ыль. Она сама не знает ответ, ей нечего говорить. Его глаза внимательно наблюдают за её растерянностью, с нескрываемым интересом засматривается на окровавленные губы. Левая ладонь тянется к щеке, прикасаясь к горячей мягкой коже. — Ты опять потеряла со мной контроль. Мгновенно отрезвевши она бросается за ножом что лежал на полу. Но тот уже был в правой руке офицера. Он переворачивает её, оказываясь сверху, нависая над Но Ыль, будучи в сантиметрах от неё. На лице опять появляется знакомая усмешка. Девушка начинает чувствовать как острое лезвие прорезает кожу её живота делая разрез поперек, а затем сбоку и давит внутрь все глубже. С её уст вырывается крик, лицо морщится. Плюет в него кровью. Сердце бешено набирает ритм, а в глазах темнеет. — Сука..- шепчет Но Ыль. — Сучка — отвечает он резко вытягивая лезвие с женского тела вместе с брызгами крови, будто теряя интерес. Но Ыль жадно хватает воздух хриплыми вздохами, хватаясь за живот, кривясь от невыносимой боли пронизывающей все тело. Отводя от порезанной взгляд Гон Тхэ поднимается и идет к столу. На его краю лежит сундук специально предназначенный для табачных изделий. — А ведь теперь ты не убежишь. Девушка посмотрела на окровавленную ладонь придерживающую раны. Подняться до тошноты больно, казалось она разрывалась изнутри. Господин стоял спиной, поднося зажигалку к сигаре, после не спеша выдыхая густые клочки дыма. — Мне нравятся твои вздохи) Ещё один выдох едкого дыма и через мгновение в его голову врезается полупустая стеклянная емкость с под коньяка, разбиваясь в дребезги. Осколки разлетаются по всему темному помещению. Мужчина хватается на голову, пошатываясь. Как кошка на него бросается Но Ыль начиная душить. Оба падают на пол. Теперь это не было похоже на поединок за жизнь, а скорее на царапанья. Вновь поднимаются на ноги. Теперь чувства тут преобладали больше чем удары. Скопленная энергия контроля, сумасшедшей ревности и желания, медленно перемещалась с груди куда то ниже пояса. Друг напротив друга, с тяжелой отдышкой ловят зрительный контакт. Она его локтем в грудь, он звонкую пощечину. Между ними пару сантиметров. Хватило одного взаимного взгляда на губы. Они впились друг в друга. Сразу, с языком. Так жадно будто бы это самый последний поцелуй в их жизни. Такой желанный. Он больной, тоскующий, жаждущий. Напитанный яркой ненавистью и возбуждением. Кусая губы друг друга, он мог чувствовать вкус её крови, а она вкус табака, и это нравилось. Языки переплетались в бешеном темпе, лишь иногда замедляясь, но только чтобы как можно детальнее выучить каждый уголок. Чувства, которые так долго копились внутри вырывались наружу огромным цунами, доставляя гораздо больше болезненных ощущений чем любые раны сделанные ими сегодня. Но Ыль жадно простонала ему в губы. Гон Тхэ тянул её за взъерошенные мокрые волосы, не давая ей отстраниться. Она же сжимала его за плечи, держалась за скулы и щеки. Поцелуй был слишком долгий, они не брали дыхание до тех пор, пока не начинало пережимать горло от нехватки кислорода. А потом отрывисто наполнив грудь начинали заново. Пальцы девушки коснулись молнии на его униформе, опуская вниз, и тут же, со свистом он расстегнул её молнию. Сбрасывая одежду друг с друга со скоростью пули, параллельно направлялись пьяными шагами к большому кожаному дивану, сбивая все на своем пути. Стекло хрустело под их обувью. Руки начали гулять по телам друг друга, срывая остатки одежды, как будто срывали все строгие маски, которые надевали, и границы которые держали. Притянувши Но Ыль за талию мужчина поднял ту на руки, после чего бросил на диван. Навис на ней, она улыбается той азартной улыбкой. Ещё раз наклоняясь за отрывистым поцелуем, тянет её губы. Совсем не хочет отпускать. Одним движением выкручивает как куклу, ставя на четвереньки. Она прогибает спину, вытягивая руки вдоль широкой кожаной поверхности, ладонями хватаясь за спинку дивана. Уже давно затвердевший как цемент орган в его нижнем белье явно не требовал дополнительного разогрева. Невооруженным взглядом можно было заметить не более утешительную ситуацию в женских трусах. — Хах, промокла насквозь.. на тебя не похоже, солдат Кан Но Ыль Не удержался и злорадствующие подметил мужчина, осматривая её тело хищными глазами, проводит пальцами по вытянутому позвоночнику. — Не будь таким самоуверенным, офицер Гон Тхэ. Может я представляла его? Издевалась девушка, зная как он ревнует, как хочет её контролировать. Но страшно хотелось хоть на каплю не быть такой прочитанной. Пусть, конечно, она и ясно понимала, что только офицер заставляет течь горячую пульсирующую кровь в её венах. — Можешь мне не врать, Но Ыль, я же все знаю. Пальцы спускают её трусики и улыбка становится чуть шире. — Я выбью из тебя всю ту дурь, что засела в твоей голове. Легким взмахом сбрасывая нижнее белье, он входит в неё одним глубоким толчком. Но Ыль сжимает ткань, протяжно стонет. Все тело как током пробивает тысячи молний наслаждения. Мужчина тяжело выдыхает. До синяков сжимая бедра девушки начинает набирать темп. Жадно, властно, с каждым толчком прибивая её, будто донося каждое слово «ты полностью и целиком моя». С каждым разом входит все глубже, все быстрее. Они двое до смерти голодные звери, а это жестокий животный секс. Ей нужно было ещё больше, ещё отвратительнее, чтобы удовольствие превосходило над той болью в кровоточащих ранах. Закусывая нижнюю губу она старалась не стонать так громко как вырывалось с груди, но получалось плохо. Гон Тхэ шлепает бедро, после хватает за волосы, чуть откидывая её голову назад, также постанывая низким голосом, не сбавляя темп. Неожиданно выходит с неё, она глотает воздух резко чувствуя холодную пустоту внутри. Но это было лишь для того чтобы опять перекрутить Но Ыль на спину. Их взгляды встречаются. Лица отражают бескрайнюю жадность и возбуждение переходящее все границы. Изрезанные кровавые тела, шрамы, синяки — напоминали о себе не только визуально, но и привносили свою лепту мучительных ощущений. Но они же только усиляли чувство удовольствия. Он взял Но Ыль за горло. Твердые соски, горячее тело и взгляд умоляли его вновь оказаться внутри. Офицер был бы и рад её помучать, но самому невыносимо ждать. Он входит вновь, двигаясь быстро. Пальцами продавливая место старых синяков наслаивая новые, сужая проход для её дыхания. На лице девушки появляется еле заметная улыбка. Она не теряла контроль, ей лишь нравилось как он доминирует, лишь хотелось чтобы её отодрали. Держа бешеный темп, мужчина наклоняется пару раз за глубокими мокрыми поцелуями, из-за чего дыхание сбивается еще больше и он приостанавливается на пару секунд чтобы наполнить грудь кислородом. Стрелок кинула лисий взгляд, как будто бы та что то задумала. Держа зрительный контакт с Гон Тхэ, могла сказать гораздо больше чем просто словами. Чуть приподнявшись рука нащупала горячий половой орган мужчины. Он тяжело перебирая воздух сразу же все понял, пускай и не ожидал. Девушка подгибает под себя колени, опускаясь туда, где её рука уже начинала активные движения вверх вниз. Офицер тихо стонет когда её губы касаются головки. Но Ыль начинает его заглатывать доходя лишь до средины, после возвращаясь к началу, дразня, не спеша набирая темп. Улыбка становится чуть шире замечая как глаза мужчины щурятся от растекающегося блаженства. Но господин привык к глубоким проникновением, так что берет её голову в свои руки и продвигает член прямо в глотку, чтобы та захватила целиком. Несколько резких толчков ещё глубже, задерживая орган там. Она закрывает глаза жмурясь, к лицу приливает кровь. Он резко вытаскивает его наружу, оставляя стекать большое обилие слюней со рта девушки, которые ниточками растягиваются от его члена. Она закашливается, пытается отдышатся . Офицер нагибается к Но Ыль целуя её, перемешивая слюни с кровью. Сжимая любимые бедра вновь как игрушку подымает ту на руки, ноги обвивают торс, а языки сплетаются в страстном поцелуе. Пройдя пару метров кладет её на стеклянный стол, сметая все ранее лежавшие на нем предметы. Бумага, ручки, сундук с сигаретами, бокалы и остальные вещи отлетели на пол, что то со стуком, а что то с дребезгами. — Строишь из себя недотрогу, а в моих руках вон что вытворяешь. Это твоя секретная техника по соблазнению, признайся честно? Она растянулась вдоль стола, на её идеальном спортивном животе видна линия пресса, а чуть выше упругая грудь. Но Ыль устремила взгляд в потолок выдавая смешок, будто её действительно позабавили его слова. — А я вижу на тебе она не плохо сработала, верно?) Девушка приподнялась на локти, задумчиво осматривая раскиданные вещи. — Но вообще никакой техники нет, а это ещё хуже, знаешь почему? -слегка приподнимает бровь смотря на него- Потому что это означает, что ты влюбился именно в мою личность. Удивленный её откровенностью он почувствовал себя более голым чем до этого. Стоя над девушкой, положил руки на её сведенные колени. — Правда считаешь мол я в тебя влюбился?— всматривается в женское лицо — Все твои действия доказывают это, — усмешка не сходила с её уст. — Но если хочешь я могу не продолжать..раз тебе так режет слух правда. Его взгляд невольно опускался по её телу все ниже. — Прямо сейчас мне режет глаза кое что другое.. Тут же после этого Гон Тхэ разводит ее колени. Разглаживая внутренние бедра, спускается вниз, мягко касаясь языком промежности. Девушка резко выдыхает воздух, а по коже проходятся острые мурашки. Облизывая малые половые губы он так же играется с клитором языком, который после перемещается внутрь, будто вылизывая её изнутри. Такой резкий переход с жестокого проникновения на мягкий язык дал Но Ыль новые ощущения кайфа. Он как будто бы вновь проходился по её ранам, но теперь мучительно нежно. Она выгнула спину, откидываясь назад. Гон Тхэ начал подниматься выше делая мокрую дорожку вдоль живота. Сжал грудь и перешел к шее оставляя фиолетовый засос, поднялся выше к уже родным губам, слизывая с них кровь со слюной. Заглядывает ей в глаза. Девушка открыла рот будто бы хотела что то сказать, но предполагая контекст фразы он быстро закрыл ей рот ладонью, одним мгновением входя до упора. Он видит как закатились от блаженства её глаза, а сквозь руку пробивается громкий стон. Вновь набирая темп, организм больше не выносит это, её ноги и бедра начинают трястись, с каждым толчком все больше. Оба уже близки к концу. Финишная прямая. Теперь в промежности, животе, груди, да просто везде начало собираться самое большое обилие энергии за все время. Он трахал её так, как ни трахал её никто. Казалось под ней сейчас проламается даже этот массивный стол. Вздохи и стоны становились все громче и громче.. Пока оба тела не парализовало от оргазма. Огромные волны сексуального насыщения расходились по всем органам. Кровь пульсировала с бешенной скоростью , мышечные импульсы сокращались. Та долгожданная пиковая точка настигла обоих, таким жестоким методом вырывая заключенные годами чувства с груди. Их мигом покинули абсолютно все жизненные силы. Тела онемели, обмякли. Шатаясь, Гон Тхэ завалился на пол. Чтобы устоять на ногах пытался схватится за стул, но схватился за ногу Но Ыль потянувши её за собой. Такая же вялая она упала на него, потом непроизвольно перекатившись рядом на спину. Они закрыли глаза, жадно хватая воздух. Казалось, что в комнате только что прошел торнадо, не меньше. Воздух будто пропитан запахом секса. Раздертый диван, кровавые пятна, униформы и белье на полу, так же как и разбитые вещи, осколки которых сейчас врезались им в спины. Но это совершенно не ощущалось. Они чувствовали только присутствие друг друга и это было лекарством. Гон Тхэ медленно приоткрыл глаза. В наступившей тишине послышался мужской обессиленный голос. — Ты все таки убила меня. Он замолчал, перехватывая хриплое дыхание. — Знаешь почему? Потому что выстрелила прямо в сердце.