Возлюбленный солнца

В комнате стоял полумрак. Естественным источником освещения служили лишь немногочисленные факелы, развешанные по стенам. Раньше вместо них были подсвечники, однако сейчас у Ивлиса не оставалось сил на то, чтобы поддерживать в них огонь. У него вообще мало на что хватало сил после того, как он потерпел позорное поражение в Сером саду. Однако сейчас всё это не имело значения. Тусклого света пламени было достаточно, чтобы он мог разглядеть её. Риета совсем не изменилась с тех пор, когда он видел её в последний раз. Всё те же рыжие волосы, теперь водопадом спускающиеся по спине, большие красные глаза, наполненные радостью и искренней преданностью, кожа, пахнущая травами, уютом и солнцем. Единственное, сейчас она выглядела уставшей, измождённой. Глаза её потухли, на коже остались не до конца затянувшиеся шрамы, которые она получила во время битвы. Однако, несмотря на всё это, Риета улыбалась ему. Ласково, нежно, совсем как раньше. И от улыбки её по грудной клетке Ивлиса лавой растекалось тепло. Жгучее, но такое приятное, нужное, родное. Он медленно провёл когтистой ладонью по шелковистым рыжим волосам. Мягкие. Они оставались всё такими же мягкими, как он запомнил. Оттого губы невольно тронула слабая, блеклая улыбка, и он запустил пятерню в рыжие локоны. Риета довольно прикрыла глаза, словно сытая кошка, почти что заурчала. — Я так скучал по тебе, — полушёпотом произнёс Ивлис, пропуская солнечные пряди сквозь пальцы. Они скользили легко, плавно, и струйками опускались на простыню. — Я тоже по вам скучала, лорд Ивлис, — робко отозвалась Риета. Она позволила себе прижаться к нему, неуверенно, будто боялась получить отказ. Однако он лишь приобнял её за талию, тем самым притягивая ближе. Зарылся носом в макушку, закрыл глаза, наслаждаясь запахом. Они сидели так, казалось, целую вечность. Ивлис дышал, но никак не мог надышаться ею, а она всё льнула к нему, утыкалась лицом в шею, осторожно обхватывала большими руками. Отстраняться совсем не хотелось. Напротив, сейчас Ивлис желал лишь одного — быть к ней как можно ближе. Ему её не хватало. Господи, как же ему её не хватало! Её ласковых прикосновений, нежного голоса, терпкого аромата волос, всей её. Риета всегда создавала одним только своим присутствием уютную и спокойную атмосферу, и без неё в замке было пусто, тихо, одиноко. А сейчас… Сейчас вот она, вернулась к нему. Сидела перед ним, уставшая, но счастливая, открытая и преданная. Смотрела с трепетом, с любовью, с нежностью, совсем не так, как Сатаник. И от всего этого кружило голову. Наконец оторвавшись от волос, Ивлис окинул её взглядом, задержался на лице. Оно оставалось всё таким же аккуратным, с тонкими чертами лица, почти как у Иглс. И было чертовски красивым. И как он раньше этого не замечал? Риета ведь такая прекрасная. Нежная, хрупкая, как солнечный цветок, но сильная и волевая, как и подобает воину. Лишь теперь, потеряв и снова обретя её, он увидел, насколько она обворожительна. И понял, насколько сильно она ему нужна. — Ты такая красивая, Риета, ты знаешь? — наклонившись к её лицу, прошептал он. Одну руку он положил ей на щёку, другой же обхватил крепче талию. Он почувствовал, как по её коже побежали мурашки, и оттого уголки губ приподнялись в ещё одной слабой улыбке. — П-правда? — недоверчиво переспросила она. Лицо её порозовело от смущения, и это показалось ему умилительным. — В-вы правда… так считаете? — Конечно, — он утвердительно кивнул и провёл пальцами по её щеке. Медленно, аккуратно, чтобы не поцарапать. — Ты — самый прекрасный солнечный цветок из всех, что я когда-либо видел. Риета смутилась ещё больше и отвела взгляд. Но от него не отстранилась. Напротив, прильнула ещё ближе. Настолько, что теперь он мог расслышать, как билось её сердце. Так же быстро, как и его собственное. Они колотились в унисон. Ивлис продолжил обводить её личико взглядом. Глаза, спрятавшиеся за густыми ресницами, щёки, покрытые пунцовым румянцем, аккуратный носик, чуть приоткрытые пухлые губы. Губы… На них отчего-то он задержался. Они выглядели… манящими. В голове возникла мысль узнать, какие они на вкус. Ему почему-то думалось, что сладкие, как мёд или нектар. Хотелось проверить, убедиться. Желание это появилось так спонтанно, но отчего-то не вызывало отторжения. Напротив, оно казалось ему таким же естественным, как и пламя, раскиданное по всему его миру. И он в конце концов не стал ему сопротивляться. Наклонился ещё немного, коснулся губами щеки. Лицо Риеты вспыхнуло пуще прежнего, и по телу снова прошлась дрожь. — Л-лорд Ивлис, ч-что вы делаете?.. — пробормотала она, обескураженная его действиями. — Расслабься, — лишь тихо ответил ей он. Он аккуратно переместил руку с щеки на подбородок и чуть приподнял её голову так, чтобы смотреть ей в глаза. — Я не собираюсь делать ничего плохого. Она хотела сказать ещё что-то, однако не успела. Он быстро накрыл её губы своими, запечатывая их поцелуем. На мгновение её красные глаза в изумлении расширились, и в них отразился искренний шок. Сердце забилось быстрее, тело в очередной раз пробила мелкая дрожь. Но потом она всё же ответила. Робко, неумело, но со всей нежностью, с которой только смогла. И в это мгновение Ивлис почувствовал, как у него внутри разом распустились сотни бутонов солнечных цветов. Это мгновение длилось упоительно долго. Время замерло, и осталась только тягучая нежность, патокой разливающаяся по венам. Ивлис целовал её трепетно, ненастойчиво, а она отвечала ему, прижимаясь всем телом. Иногда он проводил рукой по её спине, отчего она тихо вздыхала сквозь поцелуй. Но ничто из этого не сравнилось с тем, что он ощутил в тот момент, когда впервые коснулся её губ. Они оказались точно такими же, какими он их воображал. Сладкие, как самый вкусный нектар. Нет, даже лучше. Их вкус был не похож ни на что из того, что Ивлис когда-либо пробовал, и это сводило его с ума. Он просто не мог думать ни о чём другом, когда чувствовал мягкие губы Риеты. В реальность он пришёл в тот момент, когда Риета под ним тихо ойкнула сквозь поцелуй. Тогда он медленно отстранился, облизнувшись, и посмотрел на неё. Оказалось, он настолько увлёкся, что повалил её на кровать. Теперь она лежала под ним, вся красная и тяжело дышащая. Волосы беспорядочно, но красиво разметались по кровати, глаза блестели в полумраке комнаты, грудь, скрытая лишь под коротким топом, вздымалась от частых вдохов. Зрелище более чем завораживающее. И соблазнительное. Ивлис вновь облизнулся, ощущая на губах вкус их поцелуя, и медленно провёл вдоль её тела ладонью. Риета тихо выдохнула, чуть выгнулась в спине, будто подставлялась под ласку. Прикусила губу, отвернулась, видимо, чтобы не смотреть на него. — Почему ты отворачиваешься от меня? — шёпотом спросил он, вновь наклонившись к ней. — Н-неловко… — честно призналась она. — Но я хочу, чтобы ты смотрела на меня. Давай, повернись обратно, Риета. Она помедлила немного, но потом всё же медленно повернулась. Их глаза встретились, и он улыбнулся. — Вот так, молодец, — похвалил он. — В качестве награды ты заслужила ещё один поцелуй. И он снова поцеловал её, но в этот раз настойчивее. Она негромко простонала ему в губы, но ответила. Руками он продолжил оглаживать её тело. Проводил пальцами по шее, ключицам, задерживался ненадолго на груди. На каждое его прикосновение она отвечала тихими стонами, которые он с удовольствием слушал. Они были музыкой для его ушей. И очередным доказательством того, что всё происходящее — правильно. Так и должно быть. Постепенно руками он забрался под топ. Риета в этот момент вздрогнула всем телом и замерла. Кажется, даже дышать перестала. Её сердце в этот момент колотилось так бешено, что, казалось, могло выпрыгнуть наружу, сломав рёбра. Ивлис, заметив эту её реакцию, остановился. Медленно отстранился от губ, окинул её внимательным взглядом. Она судорожно вдохнула, запрокинула голову назад. На её лице смешалось всё: удовольствие, сомнение, неверие, страх. Страх… Неужели он напугал её? — Всё в порядке, Риета? — осторожно уточнил он. — Если ты не хочешь, я могу прекратить. — НГет, — она ответила как-то даже слишком резко. Потом осеклась и прикусила нижнюю губу, отвела неловко взгляд. — Я… Я хотела сказать… Всё в порядке… П-просто… — Просто? Риета помолчала пару секунд, а потом негромко молвила: — Просто… Разве это правильно? Я имею в виду, вы ведь мой Дьявол, а я… Ивлис глубоко вдохнул. Так вот в чём дело. Точно, он совсем не подумал о том, как ко всему этому относится она сама. Это для него всё само собой разумеется, для него всё более чем правильно. А Риета переживала. Боялась, что делает что-то запретное. Что-то, чего, как считала, она недостойна. — А почему это должно быть неправильным? — наконец задал вопрос Ивлис. Он вытащил одну руку из-под топа и ласково погладил её. — Я этого хочу. Ты, как я вижу, тоже. Так почему мы не можем просто сделать это? Риета ещё некоторое время молчала. Видимо, раздумывала над его словами, собиралась с мыслями. Ивлис её не торопил. Давал ей столько времени, сколько потребуется. У них ещё вся ночь впереди, торопиться некуда. И действительно, вскоре она решительно посмотрела ему в глаза. — Я. Я согласна, лорд Ивлис. С вами — на что угодно. Ивлис улыбнулся. Искренне, счастливо, по-настоящему. Так, как очень давно не улыбался. — Вот и славно, — прошептал он прежде, чем снова утянуть её в поцелуй. В этот раз Риета отвечала ему гораздо смелее. Она сплеталась своим языком с его, льнула к нему, как изголодавшаяся по ласке кошка. А он гладил её. Водил руками по животу, где до сих пор осталась метка в виде солнца, по бёдрам, скрытым за воздушной тканью, по груди. На последней он часто останавливался. Оглаживал её пальцами, стараясь не задевать когтями, чуть сжимал, отчего Риета вновь негромко постанывала. Это место, как он уже успел выяснить, было у неё самым чувствительным. И он успешно этим пользовался. В какой-то момент Ивлису начало казаться, что одежды на Риете непозволительно много. Тогда он решил это исправить. Первым делом он избавился от топа. Он, торопливо снятый с Риеты, полетел куда-то на пол. Вслед за ним туда отправилось и всё остальное. И вот, Риета теперь лежала перед ним почти обнажённая. Лишь её грудь была полностью открыта, и её это явно смущало, поскольку она пыталась прикрыться руками. — Не закрывайся, — мягко, но в то же время властно сказал ей он. — Я хочу смотреть на тебя. Риета густо покраснела, но всё же медленно развела руки в сторону. Ивлис удовлетворённо хмыкнул и провёл по груди ладонью. Риета тихо выдохнула, чуть выгнулась, подставляясь под ласки. Ещё какое-то время он водил по груди пальцами. Иногда спускался ниже, обводил когтями шрамы, оставшиеся после нападения на Серый сад. У маленькой Поэми были точно такие же. Они до сих пор болели, из-за чего она не могла нормально спать по ночам. Но это ничего, когда он восстановит силы, обязательно вылечит и её, и Риету. Когда же ему это надоело, он вдруг впился губами в её шею. Это произошло настолько неожиданно, что Риета непривычно громко ахнула, и её стон отразился от стен комнаты. Оба они замерли, затаили дыхание. Ивлис чуть нахмурился, прислушался. В коридоре, кажется, было тихо. Комната Поэми находилась далековато от его собственной, и всё-таки. Ему не хотелось бы, чтобы она или кто-то другой услышали, чем они тут занимаются. Но, благо, его опасения развеялись, и никто их не услышал. По крайней мере, никакого движения в коридоре он не уловил. С облегчением выдохнув, Ивлис глянул на Риету и жестом показал быть тише. Она коротко кивнула. После он продолжил мягко покрывать её поцелуями. Сначала шею, потом ключицы, грудь, рёбра… Он целовал везде, до куда только мог дотянуться, а она тихо стонала под ним и судорожно шептала его имя. Он слушал её, слушал каждый звук, каждый стон. Слушал и запоминал. Он не знал, повторится ли эта ночь ещё когда-нибудь, а потому хотел запечатлеть в памяти всё до мельчайшей подробности. Её лицо, эмоции, движения, слова. Всю её. Так, дорожкой из поцелуев, он добрался до бёдер. Там он и остановился. Он уже чувствовал, что Риета готова, но хотел убедиться у неё лично. Для него было важно, чтобы она сама дала ему разрешение. Потому что он не хотел быть таким, как Сатаник. Не хотел делать что-то, что причинило бы Риете вред. — Можно, Риета? — на удивление робко спросил он, подняв на неё глаза. Риета вздрогнула, но после на её губах расцвела улыбка. — Вам — всегда можно, лорд Ивлис… Дважды ему повторять не пришлось. Остатки одежды отправились так же на пол, и наконец-то Ивлис смог почувствовать её полностью. Он входил медленно, придерживая её за бёдра. Риета кусала губы, дабы не закричать, и как могла цеплялась когтями за простынь. На её лице отражалась смесь удовольствия и боли, которую, безусловно, она испытывала. Ивлис знал, что в первый раз всегда так бывает. Понимал, что до него у неё не было опыта, а потому всё это непривычно вдвойне. Понимал, но всё равно не мог не беспокоиться. Он старался делать всё настолько аккуратно, насколько это вообще возможно. Чтобы нравилось в первую очередь ей. И вскоре она действительно привыкла, расслабилась под ним. Только тогда он смог вздохнуть с облегчением. Первые толчки ощущались как нечто волшебное. Ивлис не мог описать словами то, что испытывал сейчас. Это было… невероятно. Находиться в ней, чувствовать каждую клеточку, видеть её красное от смущения и возбуждения лицо — всё это было просто волшебно. Он наслаждался каждой секундой, каждым стоном, каждым движением. И постепенно наращивал темп. Медленно, плавно, чтобы не сделать ей больно. А Риета в моменты, когда он задевал особенно чувствительные точки, выгибалась в спине, жмурясь и кусая до крови губы. Ивлис двигался в ней осторожно, но с каждой секундой сдерживаться становилось всё сложнее. Ему хотелось большего. Хотелось видеть, как меняются эмоции на её красивом личике, слышать, как она зовёт его, как говорит, что ей с ним хорошо. О, Господи, когда она говорила, как ей с ним хорошо, у него внутри что-то взрывалось. Ведь ему тоже было с ней хорошо. Нет, не так. Ему было с ней восхитительно! И он бы отдал всё, лишь бы этот момент не заканчивался. Так, постепенно наращивая темп, Ивлис не заметил, как постепенно подошёл к пику. Понял это он лишь тогда, когда удовольствие стало таким ярким, что терпеть уже было невозможно. По лицу Риеты он понял, что она тоже уже на пределе. Тогда они оба переглянулись, она издала последний протяжный стон, и они оба кончили. Ещё несколько минут Ивлис провёл внутри неё. Тяжело дышал, хватался пальцами за простыню. Перед глазами стояла сладкая пелена, и он не видел ничего, кроме лица Риеты. Потихоньку фокус стал восстанавливаться, и он уже смог разглядеть очертания комнаты. Однако они не волновали его. Потому что он смотрел лишь на Риету. Риету, которая сейчас лежала под ним, восстанавливая дыхание. Риету, волосы которой хаотично разметались по кровати и прилипли к лицу. Риету, которую он, оказывается, очень сильно любил. — Ты знаешь, — негромко начал он, когда уже лёг рядом с ней. Дыхание не до конца восстановилось, и потому говорил он с трудом. — Я такой дурак на самом деле… — Почему… вы так решили? — она сделала глубокий вдох и посмотрела на него. Несколько прядей прилипли ко лбу, и он ласково убрал их. — …Потому что совсем не замечал, что люблю тебя.