На их условиях

Вернувшись за стол, Мин заметил, что Со Мин уже прибыла, а вот Лианель и Ликси отсутствовали. Он искал их взглядом, но вместо них увидел лишь руки Со Мин, скользящие по плечам Хенджина. От этого действительно становилось тошно. Чья-то рука мягко легла ему на плечо. — Всё в порядке? — Лилу взъерошила волосы Мина и снова села рядом, подмигнув Феликсу. Присутствие Со Мин стало раздражающим фактором и для него — она села на его место, и Солнышко был вынужден пересесть ближе к Лианель и Ли Минхо. — Бесит, — выдохнул Ликси. — Кто? — удивлённо спросила брюнетка. — Вон та язва, — совершенно не стесняясь, Мин указал пальцем на Со Мин, которая нежно касалась тела Хенджина, шепча что-то ему на ухо. В эту секунду Лилу забыла, что на тот край стола лучше не смотреть вообще. Она невольно взглянула — и рот сам собой приоткрылся от удивления. Мгновенная неловкость пробежала мурашками по её телу. Отводя взгляд от рук Со Мин, она столкнулась глазами с Хенджином. Его взгляд пронзал её лицо — прямой, холодный, читающий. — Чёрт… — выдохнула девушка. — Это была плохая идея, — синхронно пробормотали Ликси и Мин. Неловкость буквально душила — казалось, в комнате стало трудно дышать. Она не могла отвести взгляд, но в то же время её эмоции были неуловимы. В глубине души ей хотелось провалиться сквозь землю вместе с этим чёртовым стулом, но вместо этого она лишь коснулась пальцами губ… и в голове, как вспышка молнии, пронеслись воспоминания из Парижа. -Лилу! – прорезал воздух голос ее директрисы, - Теперь все в сборе, можем начинать! — Менее полугода назад я оказалась на закрытой вечеринке корейских артистов. Проведя с ними чуть больше суток — без камер, графиков и внешнего давления — я вдруг ясно поняла, что именно там зародилась эта идея, — начала Лианель, поднимаясь из-за стола и уверенно переходя от одного гостя к другому, позволяя каждому почувствовать её взгляд и внимание. — С тех пор многое изменилось. Время движется быстро, и мы все живём в новой реальности. Контракты устарели, правила становятся всё строже, а ответственность — всё больше. Она сделала короткую паузу, позволяя словам осесть в воздухе. — Современные контракты, безусловно, обеспечивают безопасность. Они оберегают здоровье, следят за расписаниями, застраховывают буквально всё — от физической перегрузки до рисков в поездках. Но есть и другая сторона медали, о которой часто молчат. Психологическое состояние, ментальное здоровье артистов — вот то, что всё чаще становится жертвой этой системы. Она взглянула на Ми Ю Нен, а затем перевела взгляд на Феликса и Хенджина, делая акцент на искренности своих слов. — Мы следим за их телами, но кто следит за их душами? Мы строим индустрию, которая требует от артистов быть всегда сильными, сияющими, идеальными. Но где в этих контрактах право на усталость? Где право на страх, на эмоции, на человечность? Она выдохнула и замолчала буквально на мгновение, прежде чем завершить: — Именно поэтому наш проект посвящён не только сотрудничеству между агентствами. Он — о балансе. О возвращении чувства дома, даже если ты на сцене. О праве быть услышанным. И о том, что внутри каждого бренда, образа и контракта — в первую очередь живой человек. — Вы хотите сказать, что правила контракта пора изменить? — с лёгкой иронией в голосе возразил директор модельного агентства Со Мин. — Я бы вот добавила пару пунктов о личной жизни, — не моргнув глазом, предложила Со Мин, проходясь пальцами по торсу Хенджина с игривой самоуверенностью. — Нет, — спокойно, но твёрдо ответила Лилу, отступив на шаг, чтобы её голос был слышен всем. — Смысл нашего проекта не в том, чтобы отменить правила. Мы не предлагаем разрушить структуру — мы предлагаем баланс. Она на секунду замолчала, давая вес своим словам. — Баланс между публичной ролью и личной жизнью. Между обязанностью быть идеальным и правом на эмоции. Между ежедневным напряжением и возможностью получить поддержку — вовремя. Этот проект не просто о шоу или рейтингах. Он — о том, чтобы артисты, айдолы, актёры, модели могли быть собой, хотя бы на мгновение. Могли сказать: “Я устал”, “Мне тяжело”, “Мне нужна помощь” — и быть услышанными. Её взгляд мягко прошёлся по лицам гостей. — В рамках проекта будет создано шоу — формат, где каждый участник сможет анонимно или открыто оставить свой запрос на разговор, поддержку или даже просто на то, чтобы его заметили. А приглашённые эксперты, менторы и специальные гости — включая психологов, опытных артистов и представителей индустрии — будут искать реальные решения. Мы хотим, чтобы разговор об эмоциях перестал быть табу. Чтобы быть живым — не считалось слабостью. Она опустила глаза и добавила тише: — Потому что пока индустрия требует от них быть сверхлюдьми, мы должны хотя бы создать место, где им позволено быть просто людьми. — Касательно личных вопросов и личной жизни артистов — право, конечно, остаётся за их фирмами, — добавила Ми Ю Нен с дипломатичной сдержанностью. — Все мы понимаем, что это, скорее, защита, чем ограничение. В условиях шоу-бизнеса это необходимо — контроль, чтобы сохранить репутацию, карьеру, иногда и саму жизнь. Она на мгновение сделала паузу, словно взвешивая каждое слово. — Но даже при этих условиях... — продолжила она мягче, — мы не можем игнорировать то, что в этой системе остаются пробелы. Не в документах — в чувствах. Не в контрактных строках — в тишине, в которой артист остаётся один на один со своими страхами, давлением, одиночеством. И вот здесь наш проект — действительно ценен. Она перевела взгляд на Лилу, кивнув в знак поддержки. — Если мы не можем изменить структуру полностью — мы можем хотя бы создать безопасную зону внутри неё. Место, где не агент, а человек сможет спросить: "Ты в порядке?". И услышать честный ответ. — Как по мне, идея довольно хороша, — спокойно выразил своё мнение Чан, обведя взглядом присутствующих и остановившись на Ук Чоне. — Такой формат не только поможет самим артистам, но и даст фанатам возможность взглянуть на всё по-другому. Более по-человечески. Он чуть кивнул, выдержав паузу, и добавил: — Люди, которые следят за нами, идеализируют. Они видят только сцену. А если показать им, что у нас тоже бывают сложности, выгорание, страх, — возможно, они станут лояльнее к тем вещам, которые логичны и нормальны в обычной жизни. Любовь, усталость, желание тишины — это ведь не преступление. Ук Чон кивнул в знак согласия, и вскоре представители фирм удалились в закрытую комнату, чтобы обсудить детали сотрудничества наедине, оставив молодёжь и артистов за столом — с разговорами, бокалами и чуть более свободной атмосферой. — Лилу, Лилу… Когда мы говорили об этом на той вечеринке, я был уверен, что ты отпустишь эту идею, — протянул Пак Бо Гом, поднимая бокал с лёгкой улыбкой. — Спасибо, — спокойно кивнула девушка, слегка улыбнувшись. — Я знал, что ты упрямая маленькая забияка… но чтобы настолько, — с хитрой ухмылкой добавил он и присел рядом с Ликси, Лианель и Минхо. — Нам пора, — твёрдо сказал Ли Минхо, беря Лианель за руку. Его голос прозвучал спокойно, но с ноткой решимости, не допускающей возражений. Лианель коротко взглянула на него, будто пытаясь прочитать, что стоит за этим тоном… и молча кивнула, понимая всё без слов. Он небрежно обошёл стул Джисона, похлопал Чана по плечу и, не оборачиваясь, направился к выходу. Вместе с Лианель они сели в такси, припаркованное прямо у входа в ресторан. Когда добрались до гостиничного номера Лианель, Минхо первым делом скинул пиджак и с усталым вздохом опустился в кресло. — Тут только одна кровать? — лениво спросил кот, осматриваясь. — А ты планируешь остаться? — подняла бровь Лианель, бросая сумку на пол. — А ты против? — хитро ухмыльнулся Мин, подперев щеку кулаком и не сводя с неё взгляда. Глава № 15 Ли Минхо и Лианель сидели у подножья кровати, лениво потягивая вино. Их смех и разговоры, казалось, были слышны с десятого по первый этаж. — Я понятия не имела, что всё это время ты говорил про парня! — Лилу взорвалась смехом, почти падая на подушки. — Сама хороша! — фыркнул Мин, подражая её голосу: — «АЙДОЛ! Я ПОЦЕЛОВАЛА АЙДОЛА!» — он засмеялся. — Представляешь, если бы мы тогда встретились в Париже? — О боже, — засмеялась она, — честно? Думаю, мы бы просто дико раздражали друг друга. И ты бы не разрешал мне делать вот так… Она внезапно обеими руками растрепала волосы Минхо и залилась звонким смехом. — И то правда, — улыбнулся он. — А на той вечеринке… будто вселенная подгадала момент. Мы встретились именно тогда, когда нужно. Он ненадолго замолчал, глядя в бокал. — Скажи честно… Ты туда попала потому, что искала Хенджина? Лилу вздохнула, на секунду отведя взгляд. — Наверное, да. В глубине души… я действительно надеялась его найти. Но вот встретить его так, как сегодня… Я совсем не была к этому готова. — У меня есть три кота, ты же знаешь? — начал Минхо, довольно прищурившись. — Так вот, ты — мой новый личный котёнок. Правда, порода у тебя… агрессивная. Будешь лесным котом! — он рассмеялся и обнял Лилу за плечи. — Мин… а кто эта девушка? — спросила Лилу с нарочитым спокойствием, хотя в голосе всё же скользнула тень интереса. — Со Мин? — он закатил глаза, почти театрально. — Амбассадор. Как и Хенджин. Месяца три назад их поставили в пару — и вот с того момента и началась эта... катавасия. — Катавасия? — переспросила брюнетка, не выдав ни удивления, ни ревности, но всё же чуть наклонив голову. — Ага… Объяснение Минхо резко оборвалось — в дверь номера кто-то громко и настойчиво постучал. — Секунду, — Лилу поднялась с пола и подошла к двери. — Кто там? — Извините, госпожа Лианель, — послышался голос из-за двери. — Мы уже объясняли этому молодому человеку, что информация о вашем местоположении засекречена, но... Стук снова — громкий, нетерпеливый — оглушил её. — Открывай, — уверенно сказал Минхо, тоже поднимаясь. — А если это Хенджин?.. — шепнула Лилу растерянно, почти не дыша. — Не откроешь — не узнаем, — спокойно ответил он, скрестив руки на груди и глядя прямо ей в глаза.