На их условиях

Хенджин улыбнулся — едва, почти незаметно — и откинулся на спинку дивана. Его рука легко соскользнула на подлокотник, а глаза устремились в потолок. — Я не решительна в чувствах. Я не доверяю тебе. Я легко справляюсь с одиночеством… — продолжила Лианель, спокойно, будто читала чужую анкету. — Ты не доверяешь мне, — уверенно сказал Хен, не оборачиваясь, но в голосе зазвучала твёрдость. — Ммм… — коротко кивнула Лианель. Это признание не вызывало у неё смущения — скорее, было чем-то уже осознанным. Хенджин на мгновение застыл, будто внутренне с чем-то боролся. Затем медленно повернулся к ней. В её глазах отражался тусклый свет из окна и что-то ещё — напряжение? Ожидание? Он резко наклонился и поцеловал её. Не мягко. Не сдержанно. Почти внезапно — как будто единственным способом заставить сердце замолчать был этот поцелуй. Он оторвался от неё и едва распахнул глаза, будто сам удивился собственной смелости. — Это ничего не значит. Я ненавижу фильмы про любовь. Я не понимаю, почему я — падло… Лианель хмыкнула, не отводя взгляда, и тихо ответила: — Падло ты потому, что Чан считает, будто влюблён в меня. А сегодня… он узнал правду. Хен нахмурился, медленно переваривал услышанное. И всё же не смог удержаться — его взгляд снова скользнул к её губам, к тому короткому пространству между ними, которое теперь казалось куда более хрупким. — Какую правду?.. — его голос был низким, даже хриплым.

Губы Лианель были распахнуты и дрожали, будто слова застряли где-то в горле.

Раздался телефонный звонок. Лианель тут же потянулась к сумке, нащупала трубку и поспешно ответила: — Лилууууу, — промяукал на том конце Минхо, голос его был потягучим и недовольным. — Ты где?? — Уже еду, Минхош… скоро буду, — поспешно отозвалась Лианель, закатывая глаза, но не без улыбки. — Мы тебя ждём. Если не появишься через полчаса — Суни снова займёт твоё место. — Лилу! Возьми мне воду с газом, — послышался знакомый голос Хана где-то на заднем фоне, и прежде чем она успела ответить, связь прервалась. Лианель вздохнула, встала с дивана и, не оборачиваясь, направилась к двери. — Подвезёшь? — коротко спросила она. -Конечно, - недовольно ответил Хенджин, - будто выбор есть. Лианель долго смотрела на Хенджина, но наконец оборвала молчание. -Твой поцелуй ничего не значит, - выдавила она из себя. - Значил бы ты бы не остановился... - определенный вызов. Хнеджин пропустил хриплый смешок. Рука уверенно легла на шею Лианель, притянув к губам. -Твоя дерзость заставляет думать, что не я один в этой комнате хочу этого, - шепот горячим дыханием обжигал губы Лилу. В следующую секунду Хен медленно поцеловал Лианель, будто спрашивая "можно?". Она не отстранилась, лишь сбилось дыхание и ее глаза закрылись. Губы Хенджина дрогнули, прежде чем он поцеловал снова - грубо, притягивая ее за шею ближе к себе, его сердцебиение эхом отдавалось в тишине комнаты, губы жадно скользили по ее губам, немного спускаясь ниже к шее и ключице. -Стой.. нам пора.. - прошептала Лилу. Хен остановился и тяжело дышав на уровне ее груди, посмотрел на нее снизу, взгляд был уставшим и тусклым, будто человека вернули из комы. Он встал, отряхнул штаны и посмотрел на Лилу с неким недопониманием. -Ты делаешь это каждый раз: шаг на встречу, тысячу шагов назад. Устал от тебя, черт возьми. - Он говорил серьезно, голос дрожал. Она молчала и в этой тишине не было ничего хорошего. -Тобой что вообще движет? - нет он не злился, голос похожий на мольбу, перед слезами, ком в горле. -Желание, - хмыкнула она. -Желание? - он нахмурился. - Просто гребанное желание? Потому что красивый или что? -Да, потому что ты красивый и... -Замолчи, - руки дрожали, - не нужно я понял. Лианель встала рядом с ним. -Ты красивый и дело не во внешности, вот что я хотела сказать. Ты красивый как человек, в тебе так много света и тепла, что мне кажется я недостойна этого. Потому что не умею... -Поехали, - сказал он уверенно и тихо. Минутой позже они снова ехали по ночному Сеулу. Машина скользила по пустым улицам, и в салоне царила тишина — спокойная, но с оттенком недосказанности. Когда автомобиль остановился у ворот её дома, Лианель вдруг нарушила молчание: — Чан спросил, есть ли у него шанс… — начала она, глядя вперёд, в темноту. — А я ответила честно. Одним предложением. Хенджин сжал руль чуть крепче. — Какое? Какое предложение заставило его назвать меня "падло" — спросил он, его голос стал ниже, настороженнее. Лианель открыла дверь, не спеша выбралась из машины. Тишина между ними натянулась, как струна. Она уже почти захлопнула дверцу, но вдруг наклонилась обратно и тихо, но отчётливо произнесла: — Это всегда был Хенджин. И прежде чем он успел что-либо сказать, она выпрямилась и зашагала к воротам — уверенно, легко, с тем самым упрямым светом в глазах, который Хен знал слишком хорошо. Он смотрел ей вслед, как будто всё вокруг внезапно перестало иметь значение. Только её шаги. И её ответ.