Рабыня из Фьер

Азазель ведет её через лабиринт узких улочек Фьера, отбрасывающих длинные тени. Вокруг суетятся торговцы, кричат зазывалы, предлагая свой товар. Ноа старается не отставать от своего хозяина, чувствуя на себе любопытные и недоброжелательные взгляды. Она замечает, как некоторые торговцы бросают ей вслед презрительные усмешки. В этом мире, похоже, рабы не вызывают сочувствия. Наконец, они выходят к широкой площади, где припаркована роскошная карета, запряженная двумя черными, как смоль, лошадьми. Возле кареты стоят телохранители Азазеля, ожидая их. – Садись, – бросает Азазель, не глядя на Ноа. Он первым забирается в карету, устраиваясь на мягких подушках. Ноа неуверенно подходит к карете. Она никогда раньше не видела ничего подобного. Все здесь кажется таким чужим, таким невероятным. Она забирается внутрь, стараясь не запачкать обивку своими грязными лохмотьями. Внутри кареты оказывается просторно и уютно. Мягкий свет льется из небольших светильников, создавая интимную атмосферу. Азазель сидит напротив нее, скрестив ноги. Он смотрит на нее с тем же непонятным выражением в глазах. Карета трогается, и они покидают Фьер. Ноа смотрит в окно, наблюдая, как город постепенно исчезает за горизонтом. Она не знает, куда они едут, что ее ждет. Но она знает одно: ее жизнь изменилась навсегда. – Расскажи мне о себе, – неожиданно произносит Азазель, прерывая молчание. Его голос звучит спокойно и ровно. Ноа вздрагивает от неожиданности. Она не ожидала, что он захочет с ней разговаривать. – О себе? – переспрашивает она, чувствуя, как к горлу подступает ком. – Да, – кивает Азазель. – Кто ты? Откуда ты? Как ты попала сюда? Мне интересно. Ноа колеблется. Стоит ли ей рассказывать ему правду? Или лучше придумать какую-нибудь историю? Она не знает, чего от него ожидать. – Я… я лишь рабыня, – говорит она, опуская взгляд. Азазель ухмыляется, обнажая острые клыки. Его взгляд становится жестким и пронзительным. – Вот значит как… – тянет он, словно смакуя ее слова. – Хорошо, пусть будет так. Но знай, рабыня, мои приказы ты будешь выполнять беспрекословно! Поняла? Ноа кивает, не поднимая глаз. Она чувствует, как по спине пробегают мурашки. – Да, господин, – шепчет она. – И это еще не все, – продолжает Азазель, его голос становится еще более угрожающим. – Все, кто старше тебя по статусу, также могут давать тебе приказы. И ты обязана их выполнять. Но если приказы вызывают у тебя сомнения, если ты чувствуешь, что они противоречат моим указаниям, ты идешь ко мне и докладываешь! Поняла? Ноа снова кивает, чувствуя, как ее сердце колотится в груди. Она понимает, что оказалась в сложном положении. – Да, господин, – повторяет она, стараясь говорить уверенно. – Я все поняла. Азазель смотрит на нее долгим, испытующим взглядом. Словно пытается понять, говорит ли она правду. – Хорошо, – наконец произносит он. – Я надеюсь, ты не разочаруешь меня. Ноа чувствует, как ее охватывает ужас. Она понимает, что попала в ловушку. Ловушку, из которой ей, возможно, никогда не выбраться.