Сладкий Сомнум

      Утром в гостиной Игрального Бюро, где собираться всем вместе на завтрак уже стало ритуалом, солнечные лучи играют в хрустальных подвесках люстры. Я доедаю последний кусочек теплого круассана, когда со второго этажа раздается оглушительный грохот, за которым следует беспорядочная суета — шарканье и бормотание, будто кто-то крупный и неуклюжий решил устроить перестановку в комнате и проиграл в схватке с мебелью. Эхо вздрагивает с чашкой чая в руке, создавая звонкое дребезжание фарфора, когда кружка резко встречается с блюдцем. А ложка в твоей руке замирает на полпути ко рту.       Гранат оборачивается на дверь первым, его зрачки на миг сужаются, уловив знакомый звук.       — Кажется, наш мишка проснулся, — произносит он, отставляя в сторону свой утренний кофе.       — Я чуть было не превратился в кролика! — восклицает испугавшийся Эхо.       Мы с тобой переглядываемся, неловко пряча улыбку.       Откладывая ложку, ты переспрашиваешь:       — Мишка?       Эхо, нервно складывающий салфетку, отвечает:       — Да, это Морфей. Плюшевый медведь и наш Хранитель Снов.       В твоей памяти всплывает мой рассказ о мерцающих банках с сонными грезами — тех самых, что хранятся в архиве Бюро.       — Ты говорил мне об этом приятеле, да? — обращаешься ты ко мне.       Я утвердительно киваю, хочу сказать что-то, но меня сбивает резкий возглас Граната:       — Пойдемте наверх, пока он там все не разнес!       Эхо делает жест рукой, призывая нас идти без него:       — Мы с Софи приберем здесь. А вы проверьте, что там случилось.       Наша доблестная троица поднимается по лестнице: ты, я и черный котик. Дверь в комнату Морфея приоткрыта, а за ней маячит крупная фигура, прибирающая беспорядок. Мы заходим внутрь.       — Какие гости! Джем, вот это да! — раздается густой, чуть хрипловатый голос. Морфей стоит посреди комнаты, окруженный разбросанными подушками. Также на полу валяются несколько сброшенных с тумбочки книг и ночник. — Кто это с тобой?       > Это Леди, — я мягко подталкиваю тебя вперед, будто представляя своей семье. — Решил показать ей здешние красоты.       — Это правильно! У нас тут очень живописно, а природа какая, санаторий не нужен! — всплескивает руками мужчина, а потом подчеркнуто недовольно смотрит на Граната, будто все это время его здесь не было, а сейчас он нагло ворвался в покои Хранителя. — Сколько раз я вас просил, Гранат, ну уберите вы этот ковер!       Твое внимание привлекает отвернутый край коврового покрытия, о который, кажется, и запнулся медведь.       Гранат издает тихий смешок, в его глазах читается теплая, дружеская ирония. Ты невольно хмуришься, не понимая юмора ситуации. А кот игнорирует замечание, явно слыша его не в первый раз.       Голос Морфея смягчается:       — О, не смотри так строго, Леди — с улыбкой произносит он, замечая твое выражение. Его кроткий взгляд искрится добродушием. — Это действительно забавно. Но третий раз выходить из спячки с погромом я бы не хотел.       Ты удивленно смотришь на мужчину. Тебе казалось, Гранату вот-вот достанется, но Морфей на первый взгляд оказывается очень приятным и добрым человеком. То есть игрушкой.       Пока коллеги Бюро выясняют отношения в шуточной форме, я наклоняюсь к тебе. Мои губы почти касаются твоего уха, когда я произношу тихо:       > Я уже говорил тебе, что когда ты хмуришь брови, это выглядит уморительно?       — То есть вы все тут над моими бровями посмеялись? — недовольно шепчешь ты в ответ, слегка отстраняясь.       > Кто знает, — ехидно парирую я, наблюдая, как твои брови снова сдвигаются. На этот раз я уже не могу сдержать смех.       Внезапно Морфей хлопает в ладоши, привлекая наше внимание:       — Ну что, ребята и Леди, пойдемте завтракать! Я готов проглотить целого кабана.       — Мы уже поели, мишка — замечает Гранат.       — Ох, — Морфей наигранно драматично хватается за голову. — Что же вы старика не дождались?       — Старика? — кот выгибает бровь, но в уголках его губ играет хитрая ухмылка. — Мне воспринять это как личное оскорбление?       Ты недоуменно переводишь взгляд с одного мужчины на другого, в этот раз сама поднимаясь на носочках к моему уху.       — Почему он говорит так? — шепчешь ты мне, кивая в сторону Граната.       > Гранат старше. На несколько столетий, — отвечаю я.       — С ума сойти! — вырывается у тебя, пока ты разглядываешь Морфея.       На вид ему около сорока лет. Крупный, широкоплечий мужчина с густой каштановой бородой, в которой проглядывается несколько серебристых волосков. Его руки, покрытые небольшими шрамами и длинными вмятинами после сна спускают закатанные рукава ночной рубашки. Янтарные глаза светятся добротой, но в их глубине таится усталость, будто он несет в себе отголоски тысяч чужих снов.       — Ладно, — Морфей вздыхает, но улыбка не покидает его лица. — Тогда я успею хоть чаю попить, пока вы расскажете, что я пропустил, — он делает шаг вперед, наступает на край того самого злополучного ковра и запинается снова, на этот раз сохранив равновесие, что вызывает новый взрыв смеха у Граната и мою сдержанную усмешку.       — Вот серьезно, — обращается медведь к коту. — Так Софи и передай: либо она убирает свой «посмотри, какой он красивый» ковер, — пародирует он высокий девичий голос. — Либо я выбрасываю его прямо с этого балкона! — указывает мужчина рукой напротив, пока мы все выходим из комнаты.       — Сейчас сам ей все и выскажешь, — закатывает глаза Гранат.       — Неужто еще не убежала по делам? — удивляется Морфей.       > Даже завтракала сегодня вместе с нами, — отвечаю я с улыбкой.       — А ты так в рубахе и пойдешь? — насмехается над сонным мужчиной Гранат. — У нас вообще-то гости.       — Ох, ну ты… — причитает Морфей, дав Гранату легкий подзатыльник подушкой. — Идите, я переоденусь и приду.       Спустившись вниз, наша троица отправляется на кухню, посмотреть, осталось ли что-то с завтрака, чтобы урвать еще хоть кусочек чего-нибудь.       — Гранат, Вы можете рассказать мне что-нибудь о вашем Хранителе Снов? — интересуешься ты.       — Хм, — мужчина задумывается. — Его роль здесь Вам уже знакома, но, думаю, Вам будет интересно узнать, что она из себя представляет. Морфей ответственен за сновидения игрушек. Например, если кого-то регулярно мучают кошмары, на этот случай в архиве он хранит самые сладкие сны, которые назначает игрушкам как лекарство, временно позаимствовав им несколько банок. Еще может ввести в короткий сон, чтобы стереть чужую панику, — Гранат чуть затихает, продолжая более вкрадчиво. — Но только на пять минут, иначе рискует уснуть сам. А потом его медный колокольчик звенит наоборот — от тихого к громкому, чтобы разбудить. Я думаю, Вам лучше задать свои вопросы Морфею лично. Он любит поболтать.       — Хорошо. Спасибо, что рассказали! — благодаришь ты Граната.       — Забавный факт! — кот добавляет неожиданно громко. — Наш медведь считает, что он жутко обидчив. Если сказать, что его метод не работает — уйдет спать на неделю. Но мы-то знаем, у него слишком доброе сердце, чтобы обижаться. Он просто любит поспать, ну и повредничать немного, — Гранат расплывается в очаровательной улыбке. Ты понимаешь, как хорошо он относится к своему коллеге и другу. Их определенно связывает долгий путь и множество общих воспоминаний.       Стащив с кухни несколько конфет и пару яблок, мы с Гранатом решаем прогуляться вдвоем, чтобы вспомнить свои совместные приключения. А тебе даем возможность разговорить своего нового знакомого.       Ты заглядываешь в гостиную, мимо тебя второпях пролетает Софи, спешащая на работу. Эхо протирает тарелки белоснежным полотенцем, попутно рассказывая Морфею события последних дней. Ты неловко опускаешься на кресло напротив медведя.       — Садись-садись, точно не голодная? — с заботой произносит он.       — Нет-нет, спасибо, я сытно поела, — отвечаешь ты.       Эхо с Морфеем перекидываются еще парой фраз, как кролик замечает, что твой взгляд прикован к Хранителю.       Переодетый, он теперь выглядит весьма солидно. На его черный жакет, сшитый из бархата, ложится мягкий солнечный луч. Коричневый жилет с золотыми пуговицами отлично гармонирует с роскошным убранством поместья, будто отражая его величие. Белая, как снег, рубашка контрастирует с темно-коричневой бабочкой на шее мужчины, подчеркивая чистоту и благородство. А на столе стоит его черный бархатный цилиндр. И кажется, будто под ним хранятся настоящие тайны, спрятанные даже от самого хозяина головного убора.       — Леди, я могу оставить Вас с Морфеем наедине. У вас наверняка есть вопросы, — говорит кролик.       — Ну что Вы, — возражаешь ты. — Вы совсем не мешаете…       — Ступай, Эхо, — Хранитель бросает взгляд на наручные часы юноши. — Тебе ведь нужно следить за зеркалами.       — Ты прав, Морфей, — отвечает Эхо, а потом с теплом смотрит на тебя. — Не переживайте, Леди. За ужином мы соберемся все вместе, теперь уже в полном составе Игрального Бюро, — а затем выходит из гостиной плавной походкой.       — Итак, вижу, ты хочешь что-то спросить, Леди, — Морфей собирает руки в замок на столе, глядя тебе прямо в глаза.       — Да… — ты задумываешься ненадолго, размышляя, какой же вопрос задать. —                   Расскажите о своей работе немного, как Вы стали Хранителем?       — Ох, это долгая история, — Морфей наклоняется к спинке кресла и начинает рассказывать. — Я стал Хранителем много лет назад, когда миры снов и реальности начали переплетаться. Я всегда знал, что пойду по стопам отца, рассчитывал, что как подрасту, мы будем работать с ним вместе, но он ушел из жизни, передав мне свою миссию. Мой отец был сновидцем, оттого свой уход уже предвидел. Поэтому перед смертью вручил мне ключ от чердака. Там оказались сотни банок с надписями: «Спектакль теней. 1701», «Любовь графини» и прочие. Несколько банок были пусты, а рядом лежала записка: «Для твоих». Но записать свои сны в них я так и не успел, — лицо Хранителя приняло мрачный вид, он задумался. Ты не стала перебивать, с интересом ожидая, что же он скажет дальше. И он продолжил. — Я всегда чувствовал, что сны — это не просто фантазии, а отражение наших надежд и страхов. Быть Хранителем для меня значит заботиться о том, чтобы эти отражения не исчезли.       Выдержав небольшую паузу и убедившись, что Морфей закончил, ты спрашиваешь с неподдельным интересом:       — Вы сказали, что не успели записать свои сны. Почему?       Мужчина, слегка опуская голову и потирая бороду, вздыхает:       — Вот в чем дело, Леди… Когда-то я видел сны, как и все игрушки, но это было так давно, что кажется таким далеким. Когда я взял на себя ношу Хранителя, — перестал их запоминать, сам до сих пор не знаю, почему. И каждый раз, когда я просыпаюсь, у меня остается только это странное чувство… Словно я что-то потерял, но не помню что, — Морфей поднимает глаза, полные печали и неопределенности.       Ты замечаешь, как настроение Хранителя изменилось, и, почувствовав необходимость поддержать его, произносишь:       — Ваша работа очень важна, Морфей. Вы помогаете другим не запутаться в кошмарах, не застрять в собственной панике… Я верю, Ваши сны однажды вернутся! Если Вы помогаете стольким игрушкам, то должны помочь и самому себе.       Медведь горько улыбается:       — Спасибо за теплые слова, Леди. Не знаю, правильно ли надеяться. Но раз ты даришь мне эту надежду, я не могу ее не принять.