Без сожелений

Просто в один момент захотелось видется чаще, сидеть вместе, смотреть в глаза, прикоснуться к коже. Это все сводит с ума. Да и не только это, с учетом последних событий сложно не поехать крышей. Убийства, драка с Боковым, привязанность на худой конец к нему. Ваня помнит, как они выпили вечером, как поцеловались тоже помнит, и помнит как убежал подальше. Сейчас Женя делает вид, что ничего не случилось, внимания не обращает совсем. Это больно. Особенно осознавая, что привязался. Не может он не думать, хоть прикоснуться, пусть даже кончиками пальцев. Теперь все стало в разы сложнее. Теперь Боков молчит, больше не предлагать сходить в бар вместе, больше не сидит рядом. *** Заебало. Думает Злобин, пока едет, по уже изучёной дороге, к отелю. Будь что будет, только не неизвестность. Пусть отпиздит, наорет, выгонит. Пусть так. Что бы он сразу понял, не надо больше лезть. И Ваня не будет, если так его попросит Женя. Переведется, если тот захочет. Вообще ему кажется, что сделает он что угодно, если ему скажет он. Перед входом у него трясуться руки, он смотрит сквозь лобовое стекло, и в голову лезут мысли, что он вообще тут забыл, что все и так понятно. Улицу подсвечивает лишь один фонарь, что у входа. Тишана слишком громкая. Уже луна появилась на небе. Руки крепко сжимают руль, подергиваясь. Глаза закрыты, в голове в первый раз тишина, как на улице. Он готовиться к самому худшему. Поднимается по лестнице, раздается звук шагов, который расходится эхом. Перед самой дверью рука замирает. Волнуется. Мысли снова начинают лезть в голову. Он наверное так и простоял бы всю ночь, но звук шагов за дверями, заставляет постучать пару раз. Дверь медленно открывается, слышатся маты, наверное, Боков раздражен столь позднему визиту. Но как только он видит перед собой Злобина, эмоции на лице меняются. Переходя от злости, к удивлению. - привет - получилось как то странно, думается Ване. Ему страшно подумать, что будет дальше, как скоро его прогонят. - а ты шо тут забыл, Ванечка? - вопрос заставляет все тело вздрогнуть, а потом напрячься. Ваня сам и не знает, что тут забыл, просто решил что надо ему выяснить что происходит. Но Женя продолжает говорить, и слава богу, потому что младший и слов бы не нашёл, что бы ответить, - ну раз пришёл, то проходи. Не будет говорить в дверях. Если ты за этим тут. Молча отодвигается от двери, пропуская Злобина внутрь. А у того уже все перемешалось, теперь стало еще не прнятнее. - так зачем ты пришёл? - голос раздается прямо над ухом, резко, но не грубо. Проходит какое то время, а диалог не продолжается, Ваня поворачивается лицо и смотрит. - не знаю, Жень, не знаю, - у него чуть слезы уже не идут, не знает что говорить. Все заранее продуманные диалоги вылетели из головы, после того как его пригласили зайти. Но Женя смотрит, как будто понимает все без слов, огибает младшего кругом, проходит у кровати, садиться. А после хлопает ладонью по месту рядом с собой. Хочется возмутиться, сказать что он не какая то тут собачка, которая прибежит по первому зову. А потом и понимание того, что это правда. Ваня подходит, слишком медленно, садиться рядом. - ну вещай Злобин повернулся на конец, посмотрел в лицо, задумался немного, подбирая слова, которые могли бы подойти в этой ситуации. Совершено нечего сказать, слишком много произошло, слишком страшно сказать не то, страшно увидеть реакцию на свои слова, страшно чувствовать, что то такое, что не описать словами. Это не влюбленность, точно нет. Это больше, это когда хочется быть рядом всегда, когда можешь умереть за человека, когда хочешь видеть радость в глазах напротив, когда привязался сильно, хочешь слушать и слышать. Думается, что это сильнее, чем просто влюбленность. Молчание затягивается слишком надолго, это видно по глазам Бокова, который хочет уже сказать пару ласковых, но Ваня успевает раньше, выдавая простое: - жалеешь? Вопрос разрезает тишу между ними. Он вроде не сложный, а ответить на него сложно было и был даже самому Ване. Ведь в какой то степени он сожалел, это могло положить конец любому их взаимодействию. Положить конец дружбе, хоть какому то общению. Но Женя видимо долго не думает. - нет, - после этого ответа на душе становиться легче, как камень упал. Сердце начинает биться сильнее, - ну было и было, хул замнем все и дело с концом. Конец фразы вновь возвращает в начало, вновь не понятно, снова больно. - понимаешь, - медленно начинает Ваня, подбирая нужные слова, что бы не разозлить, - я тоже не жалею, но и забывать не хочу. Эта фраза далась тяжело, Злобин отводит взгляд, смотрит себе на руки, терпеливо ждет когда его пошлют нахуй и выгонят за двериь. Женя молчит, пристально смотрит, пытается поймать взгляд. И младшему хочется вернуть время назад, не говорить этих слов, проронить тихое «хорошо» и снова стать друзьями. Но когда рука медлено заносится вверх, все замирает, и сам Ваня и все в его душе, глаза зажмуриваюися, ожидая удара. Но нет. Его берут за подбородок, поднимая голову, не резко, не грубо. Они пересекаются взглядоми, Женя смотрит уверенно, пытаясь найти подвох в чужом взгляде, второй же не может держать зрительный контакт, краснеет, отводит взгляд. Но долго подумать ему не дают, чужие губы медленно, словно на пробу, касаются его собственных. Рука все еще держит за подбородок, а вторая ложиться куда то на спину, начиная двигаться от шеи, до поясницы, вызываю табун мурашек. Ваня глаза прикрывает, полностью отдается в руки чужие, а свои не знает куда деть, на поцелуй отвечает. Позволяет вылизывать себе рот, пропускает язык, сплетается со своим. Время идет тягуче медлено, слишком душно. Руки мелко подрагивают, опускаются на плече старшего, что уже притянул его к себе, впиваются в тело. Женя двигается уверенно, целует чувственность, рукой прижимая голову ближе к себе, не давая возможности отвернуться. Вторая рука его находит место на талии, чуть сжимает. Когда они отстраняются, Боков смотрит на краснеюгее лицо перед ним, подрагивающие ресницы. Кажется, что Ваня весь дрожит, то ли от страха, то ли от облегчения. Но не понимсние все равно видно в его взгляде. - ну пиздец нам, Ванечка, я тоже не хочу забывать. - после слов он валит младшего на кровать, прижимает собственным телом. Руки начинают гулять свободно по всем местам, загоняя еще больше в краску. Пальцами под цепляет водолазку, а когда он снял куртку, Ваня сам не помнит. Но сейчас уже лежит полностью без верха, а гуляющие по телу руки, приносят удовольствие. Губы старшего опускаются на шею, целуют вначале нежно, а потом он составляет пару засосов в области ключиц. Ну нечего, все равно ваня-следователь носит только излюбленные водолазки. Тело под ним выгибается, губы раскрываются, но он молчит, не хочет портить момент, ведь все понятно без слов. Женя снимает с себя верх, остается тоже обнажённым, кожа к коже производит нужный эффект, заставляя почувствовать возбуждение еще сильнее. Пока на него сверху наваливаются, он вцепляется руками в кровать под собой. Боков не любит медлит, кажется не любит и быть слишком нежным, руками оглаживает талию, поцелуями спускается ниже, прижимается, ополяя горячим дыханием, один из бусинок-сосков, что уже давно встали, вначале от холода, а после от возбуждения. С губ Вани срывается стон, не громкий, какой то изголодавшийся. Это заставляет старшего продолжить начатое с еще большим энтузиазмом. Он гладит, создается ощущения рук по всему телу одновременно, хочется кричать, хочется большего, но видимо у Бокова свои планы. Он одной рукой продолжает гладть тело, опускаясь ближе к краям брюк, а второй скпуживает другой сосок, заставляя болезнено про стонать, выгнуть спину. Ване не хватает ласки, не хватает касаний, ему нужно больше, и поэтому он свои руки перемешает верхнему на плечи, одной пробирается к загривку, вплетает пальцы в короткие волосы, прижимает голову ближе к своему телу, выгибается, прижимаясь как можно ближе. Это вызывает небольшую усмешку у жени , что покрывает поцелуями всю грудь. Кажется, что время идет очень медлено, Ваня не может, да и не хочет, терпеть. Но все равно постанывает от прикосновений. Пытается потереться своим членом о чужой, показать что можно продолжить, что нужно продолжить. Женя сам понимает намёк нижнего, но не хочется ему торопиться, хочется услышать мольбы Вани о продолжении, что бы просил, говорил о том что хочет, что бы Женя дотронулся до него, опустил руки ниже. - Жень, пожалуйста.. - хрипит младший, дергается, отводит взгляд. Что второму не сильно нравиться, он поворачивает его голову одним движение, опускается рядом с лицом и вновь ухмыляется: - что пожалуста? - целует его в губы, слегка прикусыва одну из них, руками спускается ближе к стояку Вани, что тот мычит, понимает, что от него хотят, но сказать в слух стыдно, все лицо красное, от жары, но в полумраке комнаты этого особо не видно. Но Ване все равно стыжно, а Женя как зверь мучает его, да еще и продолжает, наклоняясь прямо к уху, - скажи мне что ты хочешь. Ваня сдается, сдавления стонет от такого действия, руками сбивает плечи, впивается в них ногтями, у женщин точно остануться следы. Ну и пусть, будет ему в месть за его действия, за то что заставляет смущаться сильней, хотя куда уж больше. - да блять, с ними с меня эти чертовы брюки и трахни уже на конец. - проговаривает как скороговорку, видя как меряют на лице напротив эмоции, сначала удивление, а потом уже во взгляде читается возбуждение. - ты сам попросил. Ваня прикрывает глаза чувствуя, как с него стягивают штаны, вместе с трусами, оставляя его возбуденого и полностью голого. Руками прикрывает лицо, слыша, как гремит ремень чужих джинс, не успевает опомниться. Его руки перехватывают и стягивают этим самым ремнем, шепча на ухо, - я хочу видеть твое лицо. Смущенный парень лежит с завязанными руками, над головой, смотря на обнажённого перед ним Женю. Хочется потрогать, провести пальцами, но руки крепко затянуты. От этого он ерзает, а как только боков наклоняется, что бы поцеловать, он связанные руки закидывает тому на шею, жаждет касаний. Хочет что бы его обнимали, гладили, прикасались, хочет быть ближе, ещё ближе. Совсем не замечает, как Женя проталкивает ему в рот свои пальцы. Смазки нет, не думал он, что когда приедет из Москвы в этот город, будет трахаться. Думал найдет убийца и уедет подальше. Ваня метается по кровати, когда свободная рука сжимает его бедро, а поцелуи спускаются ниже. Губы целуют живот, а потом рука обхватывает его член в кольцо, проводя пару раз. Ваня сам чувствительный, стонет громко, от любых касаний. Раньше это была его проблема. Но стон глушат пальцы, которые он обволакивает слюной. Женя их вынимает, чуть приподнимает Злобина, но оставляет лежать на спине, когда тот хочет перевернуться, дабы было удобнее. - я хочу видеть твое лицо и слушать твои стоны, - эти слова производят нужный эффект, Ваня вмиг краснеет сильнее, глаза прикрывает. - боишься? Он сам не знает, наверное боится, хотя отдастся в руки Жени спокойно, почему то уверен, что больно ему не сделают. Что все хорошо будет, поэтому чуть мотает головой в разные стороны. Он готов довериться. - расслабься, - после Ваня чувствует прикосновение к себе внизу. Зажимается, но вспоминает слово Жени и снова пытается расслабиться. Пока в него входит один палец. Ощущения не приятные, особой боли нет, но пока что чего то ахуительного он не заметил. Кроме выражения лица Бокова и гуляющих рук по телу. Тот серьёзный какой то, целует куда видит, пока растягивает. Он не торопиться, больно делать не хочет. - не больно? - спрашивает у Вани, когда вставляет уже второй палец, а после покачивания голову, в знак что не больно, начинает двигать ими внутри. Перед Женей картина такая открылась, Ваня, лежит, со связанными руками, извивающиеся от приятных ощущений, легко стонущий и с его пальцами в жопе. Это приносит какое то извращенное удовольствие, хочется растянуть такой момент, помучить подольше. Только вот мучает он не только Злобина, но ещё и себя, потому что у самого член уже упирается в ткань, сопровождаясь болезнеными ощущениями, но вид перед ним того стоит. Ваня выгибается, словно у него костей нет, стонет особенно громко, когда Женя задевает что то внутри. Теперь понимает, почему это приятно, почему люди вообще трахаются. - ещё.. - это все, но что его хватает сейчас, ведь голос немного охрип, а из за постоянных стонов говорить не удобно. А Женя видит все, издевается, останавливаясь, смотрит. - что ещё? Скажи прямо что ты хочешь и я подумаю, если прозвучит достаточно убедительно. - Ване взять хочется, потому что и так стыдно, а теперь его заставляют говорить, что ещё больше вгоняет в краску. Но видимо он понимает, что если будет молчать, то пролежит так до самого утра. Хотя это далеко не так.. - сделай так ещё раз. - слова даются с трудом, глаза сразу отводит. Боков не медлит, пальцами снова надавливает, вырывая такой же громко стон, наслаждается звуками. Чуть ухмыляетсы и происхносит: - так? - снова повторяя движение. И пока младший не успел отойти, добавляет третий палец, смотрит что бы тому не было больно. А Ваня кажется уже в эйфории, подгибает ноги, чуть ерзает, пальцы сжимает, руки хочет освободить. - Жень.. - тянет в полусотне имя, отчего у второго тепло раскатывается по всему телу уходя вниз, Боков чуть стонет через зубы, до чего ему нравиться. Движения не прекращаются, поэтому Ваня старается продолжить говорить. - развяжи.. Пожалуста, - это похоже на мольбу, а не на просьбу, такой Злобин удивляете, хочется сделать вообще что угодно, если он попросит. - нет. - четко и понятно дает ответ старший. От этого Ваня лишь разочарованно стонет, глазки строит и вздыхает, пока есть небольшой перерыв. Женя бы развязал его, но руки заняты, поэтому откладывает это на потом. Опускается, опаляя грудь горячим дыхание, не забывая двигаться внутри, а свободной рукой пару раз проводит, по сочащемуся естественной смазкой члену. Ваню кроет окончательно, а когда он понимает, что больше не получает того удовольствия, то начинает стонать громче, ведь по другому внимание привлечь не может. Ногами обнимает за талию Бокова, притягивает ближе. - пожалуста.. - к словам более менее привыкает, хотя все равно слишком стыдно говорить что либо, но жене нравиться. А если нравится жене, то он сделает, потому что Женя ему нравится. Мысли путаются в голове, а старший смотрит выжидающее. - ты можешь просто попросить если что то хочешь. - это звучит как напоминание, но дает какую то надежду. Ваня пару раз стонет, а потом все же продолжает. - трахни меня уже блять и развяжи, - получается немного быстро, не сильно понятно из за других звуков, но Женя разберет. Буквально сразу он чувствует что пальцы изчезают, разочарованно стонет, то ли имя Жени, то ли что то другое. Сейчас он плавиться ещё больше, ведь руки развязывают. Протирает запястья, а потом голодным взглядом смотрит в упор, на раздевающегося Бокова. Как только понимает,что теперь он своболен в действиях, руками сразу тянется, проводит по торсу голому, хаотично слишком, будто голодный зверь. Жени нравится, но он отстраняется и снимает всю оставшуюся одежду, наконец выпускает свой стояк из оков одежды, вздыхает резко, тянет сквозь зажатые зубы, чуть ли не рычит. Буквально спустя несколько секунд, он склёвывает на ладонь пару раз проводя по напряженному органу. Злобин лишь смотрит внимательно, следы за каждым действие, в его глазах восхищение в перемешку с возбуждением. Когда тот наконец то подставляет ближе, наклоняется смотрит в глаза, а руками ноги ванины разводит в стороны. - потерпи немного. - Ваня кивает, хотя больно ему особо сейчас не будет. Много времени потратили на растяжку, что бы не приятных ощущений было поменьше. Когда он входит, то младший чуть шипит, руками своими тянется к лицу, оглаживает контур скул, ближе пододвигает к своему и смотрит, так доверчиво. Просит поцелуй, его и получает. Громкий стон глушат губы Жени, когда он входит полностью и замирает, руками бедра гладит, в которые до этого вцеплялся. Ждет, хотя хочет очень начать двигаться, хочется быстрее, грубее, но за состоянием младшего волнуется. Начинает двигаться слишком медленно, чувствует, как руки Злобина плечи царапают немного, ну ничего, это заживет. Стонут оба, один громко, а второй сквозь зубы. - быстрее.. - тянет сквозь стон Ваня. А второй и не против, начинает набирать скорость. Заставляет стонать громко, наверное, их слышно через стены, но сейчас позуй. Сейчас им обоим слишком хорошо что бы думать о чем то, Злобина кроеет сильнее, чем от алкоголя, спина выгибается, глаза смотрят в глаза. Женя чуть угол меняет, попадая прямо по прочтите, на что получает вновь довольный стон снизу, у Вани звездочки перед глазами, до чего ему нравиться сейчас все происходящее. Он снова ловит чужие губы своими, переплетает языки между собой, руками гладит по спине, лицу, груди, до куда дотягивается. Хочется, что бы этот момент вообще не заканчивался, что бы они остались так навсегда, но сам понимает, что уже скоро конец. Женя видимо понимает тоже, руку кладет на стояк Вани, дрочит в такт своим движениям, принося ещё больше удовольствия. Когда остается совсем чуть чуть он наклоняется и впивается в шею Злобина, оставляет засос, глушит свой рык в чужой шее. А Ваня стонет так по блядски, от чего он кончает внутрь, а меньше чем через секунду кончает и Ваня. Боков наваливается сверху, дышите тяжело, замученно, не выходит, совершает ещё пару плавных толчков. А Злобин ещё не отошедший от оргазма слегка постанывает, потому что на большее уже нет сил. Когда Женя выходит из него, то с каким то интересом наблюдает, как вытекает из Вани его собственная сперма, заставляет себя поднялся, вытереть обоих. Они ложаться рядом, Ваня целует сам, шепчет: - а знаешь, я тебя люблю, Жень. Не жалею ни о чем, - утыкается куда то в шею лицом, прижимаясь ближе, что бы раствориться в ощущениях. А когда слышит такой же шепот у своего уха совсем расслабляется. - я тоже ни о чем не жалею. И я тебя люблю. Они засыпают вместе практически сразу, оба вымотанные, но зато счастливые.