Фосген и Кевин: рецепт спасения

Дело было в 18 веке, когда на Руси еще была инквизиция, которая за любое неправильно сказанное слово могла сжечь человека вместе с его семьей, были непонятки с властью, много войн, наука быстро развивалась пока что только в крупных городах, в мелких деревушках до сих пор всеми душами заправляла церковь. Вместе с этим в один момент вспыхнула страшная болезнь, она появилась, когда ее не ждали, и назвали «Железная дрожь». Почему так? Все просто. Симптомы этой заразы были очевидны, они проявлялись чуть ли не в первый день заражения. Одними из наичастейших симптомов являлись сильнейший озноб, будто у человека начались судороги,и лихорадка, кожа больного пылала, как раскалённый металл. Дальше появлялся кровавый пот, как позже выяснили это из-за лопающихся сосудов в голове. Но это все были цветочки, если ты выжил после всех вышеперечисленных симптомов, то дальше тебя ждало последнее испытание, прежде чем отправиться к создателю прямой дорогой, когда человек начинал кашлять темной слизью, это было вызвано сильным поражением дыхательных путей, от чего потом человек умирал. Такая жуткая болезнь в основном встречалась только в деревнях и селах, в городах такого почти не было. Часть жителей деревни до потери пульса верили и твердили, что это делают «злые духи кузнецов», которые хотят отомстить, но никто не знал за что. Другая часть верили, что это «божья кара» за все содеянные человечеством грехи, от чего они постоянно ходили в церковь и замаливали все грехи, даже которые не делали, чтобы дай бог незаразиться этим. Само собой, главные герои не были утверждены этим теориям, Фосген верил, что причина прямо под носом, просто ее не замечают, как и Кевин. Они видели страдания людей, достаточно было выйти на улицу и не быть слепым или глухим, чтобы не слышать, как люди пытаются отхаркать слизь, или не видеть, как люди прямо посреди улицы задыхаются оттого, что эта слизь просто закрывала дыхательные пути. Больно было смотреть на эту картину. Половина деревни так уже заболела и погибла, оставаясь гнить на мокрой земле, где раз в неделю ходили люди и как ненужный хлам закидывали эти тела в повозку, где были тела детей и взрослых, их вывозили подальше за деревню, чтобы никто больше не видел этого. Кевин — представитель церкви, он был священником и участвовал в служениях, полностью верил в своего бога и уделял много времени молитвам, и Фосген — травник и алхимик, которого все из церкви ненавидели и хотели, чтобы его сожгли, он был верен науке и все время проводил за изучением свойств трав. Они какдве абсолютные противоположности. Ребята были знакомы давно, еще со времен, когда они беззаботно могли проводить время вместе, бегая по траве и собирая травы, но время и разные интересы решили их разделить. Фосген постоянно пропадает в лесах в поисках трав и старался помогать людям, в попытках вылечивать их, Кевин же стоял и замаливал чужие грехи. Хоть они и жили по соседству, все равно пересекались редко и то, чтобы поздороваться. Таковой была рутина главных героев. В один из дней Кевин, как всегда, вышел на улицу и среди всех проблем и недугов увидел знакомый силуэт в темной мантии прямо посреди дороги, который стоит перед трупом и что-то записывает на небольшой листок бумаги, это оказался его близкий друг Фосген, Кевин тут же оживился. «Фосген!» — радостно окликнул Кевин своего близкого товарища, который хмуро что-то записывал и после с такой же хмурой миной повернулся к собеседнику, еще не зная, кто его зовет, но догадываясь. — «Ты чего такой хмурый?» — тихо ударив по плечу, спросил Кевин. «И тебе привет, Кевин». — Фосген повернулся к телу покойника, сделал еще пометку на листке и обратно повернулся к собеседнику. — «Это уже четырнадцатый труп за эти два дня, я боюсь представить, что будет дальше». — Фосген убрал листок и уже полностью повернулся к Кевину, стараясь избегать зрительного контакта. «Четырнадцатый?! Что ж эти люди как мыши помирают, вроде недавно же еще живые ходили, а уже вечным сном заснули». — Кевин помотал головой. — «Пойдем прогуляемся, что ли?» «Пошли». — Кратко ответил Фосген, и они пошли дальше по улице, обходя лужи и трупы, которые безмятежно лежали посреди дороги в луже темной слизи, которая пропитала землю. Конечно, главные герои сожалели людям и называли данную картину мерзкой. И так они гуляли, пока местная инквизиция не остановила их. «Так, стоять, вы, человек в мантии, кто такой, мы вас в церкви не видели». — Сказал один из представителей церкви. Фосген заметно запереживал, но Кевин вступился. «Вы чего, это же травник наш, Фосген, он же может не посещать церковь, он же помогает нам». — Кевин нервничал. «Молодой человек, пойдете на сожжение, вы уже давно нашей деревне не нравитесь, ваше имя еще «Фо-осген», будто вы колдун, из-за таких, как вы на нашу деревню такая страшная болезнь напала, еретики». — Сказал инквизитор и взглядом указывал на других ребят, которые уже так и горели, чтобы наконец просто взять и сжечь паренька за его все деяния. Кевин понимал, надо спасать друга, но Фосген уже смирился с его судьбой сожжения, его уже не раз хотели этим наказать, в последний раз все закончилось тем, что ему разрешили не посещать церковь, взамен на то, чтобы он лечил людей, но после этой заразы он уже не мог уследить за всеми, и смертность только росла, священник начал говорить. «Ребята, спокойно, Фосген уже работает над созданием противоядия от этой «железной дрожи», просто дайте время». — Кевин заметно напрягся, его голос звучал нервно, он не хотел потерять друга из-за какой-то глупой инквизиции. «Даю ему неделю на создание лекарства от этого, мы уже устали давать ему поблажки, и если лекарства не будет, мы сожжем его до тла посреди площади, на глазах у всех». — Строго сказал инквизитор и развернулся, зло уходя в сторону церкви. Ребята молчали минуту, после чего Фосген повернулся к Кевину с взглядом, который четко выражал «ну и зачем?». «Я не хочу тебя терять, я хочу, чтобы ты жил». — Кевин тихо опустил взгляд на мокрую после дождя землю. Фосген в свою очередь оглянулся и, схватив Кевина за рукав рясы, потащил в сторону переулка, где обычно не ходят люди. Опять оглянувшись, Фосген начал говорить. «Ты же понимаешь, что я за неделю не найду лекарство, люди тут мрут от болячки, как мухи, а мне за неделю надо найти противоядие, ты рехнулся?» — Фосген явно был зол. «Я понимаю, но что я мог придумать?» — Кевин подумал минуту и продолжил. — «Я возьму отгул на неделю в церкви и буду тебе помогать». Фосген после услышанного просто вздохнул и пошел к себе, чтобы все обдумать, а Кевин побежал в церковь. Через 2 часа оба сидели в избе Фосгена и думали, что делать дальше. «Может, тебе убежать отсюда, если не сможешь?» — Кевин нервно ходил вдоль комнаты, редко останавливаясь и предлагая свой вариант. «Чтоб меня еще в розыск с вилами и факелами объявили, да еще соседним деревням передали, что я у них могу быть и чтобы меня там ловили, или мне жить в лесу как отшельнику, пока меня волки не загрызут, ты этого хочешь?!» — Фосген сидел за столом над записями и комментировал все «гениальные» идеи Кевина. «Ну да, не вариант...» — Кевин сел и начал думать. — «Тогда надо искать лекарство, идей больше нет». «Тогда надо начинать не медля, надо всё изучать и думать» — Фосген полез смотреть свои записи в надежде, что хоть что-то найдет, но, увы, за 2 часа поисков ничего, кроме записей всех смертей жителей, не нашлось. «Ну давай думать... Нам надо узнать источник этой заразы, я уверен, это у нас под носом, мы просто не видим» — говорил Фосген, уже он ходя вдоль комнаты и что-то нервно шепча. Так уже подошел вечер, солнце тихо садилось за горизонт, а небо становилось розоватого оттенка, Фосген за это время ничего не придумал и лишь ходил по улицам, считая смерти и думая, что делать. Фосген просто вышел на задний двор, где была небольшая территория, которая была так называемым огородом с овощами и лекарственными травами. Фосген тихо лег на траву и смотрел в розоватое небо и мысленно ненавидел Кевина за его решение встрять в это. Сожгли бы его где-нибудь на обочине, и криков не было бы слышно, а тут прям посреди, у всех на виду, да еще и тело, привязанное и обугленное, возможно, останется на время стоять посреди площади, как трофей или как гордость деревни «посмотрите, мы нашли и ликвидировали еретика». Хотя он одновременно рад, что его смерть отсрочили, может, всего на неделю, но отсрочили же. Так и пролежал он час, ссорясь сам с собой.В надежде придти к внутреннему компромиссу и гармонии. По итогу Фосген встал и пошел спать в надежде, что следующий день выдастся более удачным, чем этот. По итогу прошел еще один день, и успехов не было от слова совсем, у Алхимика еще всего 5 дней, а надо еще придумать лекарство от этого. За день он только осмотрел несколько больных и выписал им нужные травы для лечения, но уже он сам сомневался, что они помогут. Фосген тихо лежал и думал о том, что делать, но решил пойти в лес и пособирать трав, чтоб хоть как-то успокоиться. На утро травник проснулся с восходом солнца и, чтобы не терять время, отправился за травами в лес, предварительно повесив на дверь табличку, что его не будет примерно до обеда, а то были накие надмозги, которые начинали ломиться в дверь, даже не понимая, что хозяина может не быть дома. Один даже эту бедную дверь снес, правда, его по итогу его заставили починить ее. В лесу уже была вытоптана дорожка, ее в свое время вытоптала вся деревня, ведь именно пройдя по этой тропинке, можно было набрать «чистой» воды, по мнению людей. Фосген не доверял этой воде и постоянно ее пропускал через фильтры, которые делал сам, он видел, как в этой жидкости плавал мелкий мусор. К слову, Кевину он тоже советовал так делать, даже лично таскал эти фильтры, и если их не было, то просто советовал кипятить воду, и это он делал только потому, что не хотел, чтобы он получил отравление. Фосген набрал в небольшую стеклянную чашу воды и пошел к себе с полным запасом трав, и пока он ходил, он уже и забыл, что в его запасе осталось всего 5 дней жизни. На пару часов он был доволен, пока не вернулся к себе, увидев, что опять в его личную собственность пытаются постучать, хотя прямо на двери была табличка, которая так и кричала, что хозяина нет, хватит бить. Когда Фосген появился на горизонте, он понял, что все, его рабочий день начался и пора приступать за работу. Тогда он проработал 3-4 часа и уже устал от клиентов, которые даже не знают, что у них болит, а что и давать Фосген уже не знал. Взяв перерыв на час, Травник поставил чашу с водой прямо перед горящей свечой, и было видно, что вода в чаше грязная, в ней плавал мелкий мусор и какие-то странные движущиеся черви, они прям шевелились, они были, может, и маленькие, но заметные человеческому глазу. Именно эти длинные движущиеся организмы привлекли внимание Алхимика, тот решил на них взглянуть и вылил воду на импровизированный фильтр, который впитал воду, хлам остался на поверхности, и эти черви остались на фильтре, они быстро извивались в надежде найти воду и поскорее нырнуть в нее. В этот момент решил придти Кевин и, увидев, что его друг чем-то занят, подошел и посмотрел за плечо и увидел странное шевеление на фильтре. «Это что...» — тихо, с ужасом в голосе спросил Кевин. «Это черви, причем необычные, я таких не видел» — тихо, подстраиваясь под тон Кевина, ответил Фосген. «Я тоже...» — все так же тихо и боязно говорил Кевин. «Я почему-то думаю, что они являются переносчиками этой «железной дрожи»...» — Фосген тихо поднялся и начал ходить по периметру комнаты, пока Кевин рассматривал это. «А как мы проверим?» — Кевин не повышал громкость и говорил все так же тихо, будто боялся чего-то. Фосген стал думать. «Он обитает в воде... А воду пьют все, но мы ее кипятим и фильтруем, прежде чем пить» — Фосген только начал монолог, как Кевин его перебил: «Теперь понятно, почему мы этим не болеем» — Фосген посмотрел с упреком, одобрительно кивнул, но взглядом показал, что лучше не сбивать ход его мыслей. «Если воду пьют все, то, наверно, в теле они должны оставаться и накапливаться...» — и опять Кевин перебил его: «То есть ты предлагаешь... Вскрыть труп?» — на этот вопрос Фосген одобрительно кивнул, взяв самодельный ножичек и спрятал его в карман. «Пошли, я несколько дней назад обходил тела и увидел одно в переулке, мы должны его вскрыть и посмотреть, если моя теория верна, то, скорее всего, именно это и является причиной» — Фосген вышел и тихо сказал Кевину выходить за ним. Они дошли до переулка, и точно, за углом лежало тело мужчины средних по тем меркам лет, живот которого был немного вздут, будто он беременная мамочка на 12 недели, когда только живот начинает появляться. Изо рта покойника медленно вытекала темная масса, при этом он был давно мертв, об этом говорили его глаза, которые были пустые и стеклянные, да и запах тоже был не из приятных, он был тихим, смердящим и одновременно сладковатым, который так и манил. Кевин стоял на стороже и следил, пока Фосген за его спиной проворачивал свое темное дело. Лезвие методично вскрыло тело, и внутри запах был еще хуже, уже не пахло гнилью, ей воняло. Фосген тихо выругался и таким же тоном произнес: «А говорили, что внутренний мир куда лучше», зажимал нос одной рукой, тоже самое сделал и Кевин, ведь его чуть не стошнило от этого запаха. Другой рукой Фос начал раздвигать кожу для более детального осмотра этого «внутреннего мира», который будто уже перегнил раза два. Когда Фосген все-таки увидел, что происходило внутри, он чуть не закричал. Там рылись тысячи таких червей, они чуть ли не выпадали узелками из мертвеца, они были такие же, какие нашел Алхимик в воде, только крупнее и страшнее. Он тут же схватил Кевина, и они выбежали из переулка и рванули в сторону жилища, где Фосген все рассказал. Кевин выбежал, и его стошнило прямо в кусты, когда Алхимик вышел за ним, первой его фразой было: «Ну не в мой же боярышник...» — после чего пришла ответная фраза: «Зато я тебе его удобрил...». Фосген тихо прописал Кевину подзатыльник, он шел и смотрел на Фосгена своим фирменным взглядом «Да что я сделал то». Позже Фос начал думать, что же может помочь против червей, он решил попробовать засунуть их в разные растворы из лечебных трав и посмотреть на реакцию. Так он пробовал, пока не дошел до горького раствора имбирного корня , и вот чудо! Червь, который только коснулся поверхности раствора, начал извиваться и по итогу совсем был обездвижен, тихо поднявшись на поверхность. «Фос... Да ты гений! Ты придумал, как бороться с этой заразой» — Кевин чуть ли не прыгал от счастья, но надо было проверить лекарство. На следующий день Фос начал ходить по домам и предлагать тем, кто болен, настойку из корня имбиря и еще парочки горьких трав, люди сначала не хотели принимать это, но он настоял, да и деревня уже совсем отчаялась, и люди выпивали настойку, хоть она была и горькая. Фосген боялся, что его труд будет напрасен и люди будут все так же погибать. Но совершилось чудо, все, кто принимал эту настойку, шли на поправку и по итогу даже выздоравливали. И, конечно, об этом узнала инквизиция, и они не пришли к нему, как говорили, просто оставили его в покое и дальше разрешили ему не посещать церковь. Теперь все были рады, Фосген стал хорошим лекарем в деревне, а воду, по совету самого Фосгена и Кевина, начали кипятить и фильтровать. Вот и все, изначально конец обещал быть драматичнее, но я решил сделать хотя бы одну работу с хеппиэндом и без насилия над главным героем.