Кола без сахара

В гараже было прохладно. Тихо жужжал кондиционер, пытаясь настроить участника гонок на более расслабленное настроение. Но брюнет все никак не поддавался, нервно ходя из угла в угол, сцепив руки в замочек. Под изумрудными глазами темнели синяки долгой бессонницы, а несколько капилляров даже лопнуло, будто бы говоря о том, что несколько ночей точно было проведено без сна. Механик, до этого спокойно возившийся с капотом гоночной машины, вдруг нахмурился, и, не откладывая инструменты, спросил, не глядя на молодого спортсмена. –что с тобой происходит, Демьян? Ты слишком нервный сегодня. –не знаю. Просто что-то на душу давит и все. –ты уже столько лет подряд берешь первое место, и вдруг решил разволноваться? –а ты видел, с кем мне нужно будет тягаться? — брюнет наконец остановился рядом с машиной, глядя на механика немного сверху вниз и скрестив руки на груди. Голубоглазый удивленно приподнял бровь, наконец глядя на временного владельца авто. –обычные вроде ребята. Что, неужели боишься? –да я не про них... Хотя кто знает, что у кого на уме. Ты машины их видел? У одного чуть ли не трактор! Я что-то сомневаюсь в том, что мое корыто на колесах сможет его обогнать... Шатен нахмурился, откладывая инструменты и прожигая гонщика убийственным взглядом. –это "корыто", между прочим, приносило тебе победу больше десяти раз, и обгоняло многих. А трактора особой скоростью не отличаются, это тебе любой ребенок скажет. Так что отставить панику. Сядь в кресло, подыши и успокойся. Не мешай мне твое "корыто" подготавливать, это требует тонкого состояния души, а не твоего пыхтения под носом. Спортсмен закатил глаза, отходя на несколько шагов и в самом деле исполнив просьбу механика, опустившись в мягкое кресло. Он закинул ноги на какую-то тумбу с инструментами, скрещивая руки за головой и глядя в высокий потолок. –а если... Если я проиграю? –ты? Проиграешь? Не выдумывай глупостей, совсем как дитя малое. –ну... Всякое в жизни случается... –если ты будешь настраивать себя на проигрыш, то и не будешь достаточно стараться для победы, и в итоге точно проиграешь. Так что не рассказывай мне тут сказки и займись делом. –каким делом? –не знаю. Размнику сделай... А еще лучше принеси мне разводной ключ. Лишним не будет. Демьян слабо улыбнулся, резво поднимаясь на ноги и беря в руки инструмент. –этот? Я в них не очень разбираюсь. –да, этот. Спасибо. — француз не глядя принял из бледных рук ключ, что-то ловко подкручивая. Гонщик же, невольно завороженный легкостью чужих движений, так и остался стоять рядом, наблюдая за работой Реверди, снова выводя его из спокойствия. — че ты у меня под рукой стоишь? –извини, залюбовался. –потом налюбуешься. А теперь серьезно, иди разомнись, лишним не будет. –я уже... Трижды. Шатен тяжело вздохнул, на секунду прикрывая глаза. –можешь одолжить у вахтера кроссворды. –он меня пошлет. –ничем не могу тебе помочь, так что сядь обратно в кресло и не вертись под ногами, пожалуйста. Так твое "корыто" с большей вероятностью принесет тебе победу. Дёма ничего не ответил, вновь опустившись в кресло и приняв такое же положение, что и в прошлый раз. Тишина продлилась недолго. –ты уверен, что я не проиграю? –ты, блядь, заткнешься сегодня или нет? — раздраженно рявкнул в ответ механик. Вопрос был скорее импульсивно-риторическим. Он прекрасно знал, что не заткнется. И прекрасно знал следующие несколько реплик спортсмена; долгие годы работы вместе делали свое дело. –ладно, ладно, не злись. Я просто... Правда не знаю, что со мной. А когда ты говоришь мне как-то даже спокойнее становится. — а вот это уже что-то новенькое. Француз замер на секунду, удивленно глядя на собственные руки, будто не до конца понимая, что он ими только что делал. Помолчав и немного успокоившись, шатен снова хмуро спросил, не глядя толком на Дёму. –чего это тебя на нежности потянуло? –не знаю, — немного грустно повторил свои же слова гонщик, покачивая ногой. — просто так. Неужели всему нужен повод? –ты прям сам не свой... — пробормотал себе под нос механик, откладывая в сторону инструменты и стягивая с рук перчатки, блестящие от машинного масла под холодным светом ламп. Нужно что-то делать с ним, а то мало ли. Дегэйр подошел к брюнету, склонившись и глядя на него сверху вниз. Спортсмен удивленно поморгал, медленно опустив ноги с тумбы и зажавшись; так, словно его сейчас будут бить. –послушай, огонёк. Я понимаю, что тебе страшно проиграть и прервать эту череду побед. Но то, что это финал — не значит, что обязательно найдется рыба крупнее тебя. Это лишь значит, что ты снова сможешь проявить свои умения водить и выбивать для себя победу любой ценой, даже превратив машину в кусок металлолома, как в прошлый раз. Зная тебя, ты обязательно займешь первое место. — француз взял Демьяна за плечи, уверенно глядя в глубокие изумрудные глаза. — Лично я в тебе ни на секунду не сомневался. И никто из тех, кто ставит на твою победу — тоже. А это как минимум половина солнечной системы. Если столько людей уверены в твоей победе — это значит, что ты обязательно выиграешь и возьмешь этот чертов кубок любой ценой. Ты веришь мне? Спортсмен несколько секунд пытался осмыслить только что услышанное, глядя Реверди куда-то за спину. Наконец он слабо улыбнулся и медленно кивнул. –верю. Механик хотел было вернуться к своей работе, но брюнет резко притянул его ближе за воротник и мягко поцеловал в губы, прикрыв глаза. Снова почувствовав приятный привкус яблочного бальзама для губ, он довольно улыбнулся, вскоре отстраняясь. Француз недоуменно вскинул брови, но не оттолкнул раньше времени, слегка покрываясь румянцем. –вот теперь я точно спокоен. Спасибо, мой серебряный. –не за что. — шатен, все ещё немного смущаясь, отпустил плечи спортсмена, подходя к гоночному автомобилю.

***

Шум аплодисментов публики оглушал еще задолго до того, как участники выйдут к стартовой полосе, куда уже пригнали гоночные автомобили. Солнце ярко освещало все, до чего только могло дотянуться своими тонкими лучами, отсвечивая от шлемов гонщиков. Демьян, набрав воздуха в грудь, пару раз сжал кулаки, глядя в спины своих соперников, дожидаясь, пока его объявит комментатор. Ощущалось это все так, будто они выступают в цирке, где каждый номер обязательно объявляют. Услышав наконец свое полное имя после перечисления всех наград и достижений, гонщик вышел из тени на аккуратную дорожку с неоновой подсветкой, на секунду остановившись, чтобы неопределенно помахать рукой куда-то в толпу. Аплодисменты и крики стали еще громче, заставляя гонщика поморщиться. Хорошо хоть, что его кислую мину скрывал гоночный шлем, а то вышло бы странно увидеть себя на обложках каких-нибудь дешевых журналов с крайне недовольным выражением лица. Дёма подошел к комментатору, поднимаясь на небольшой пьедестал. Мужчина в дорогом костюме взял его за руку и поднял ее, будто он только что победивший боксер на ринге. Конечно, и в современном автоспорте полагалось делать так только после победы, но почему-то уже которую игру это никого не останавливало. И каждый раз становилось немного странно, будто его заранее делают победителем. От таких рассуждений мысли снова потемнели, но, облизнув губы, гонщик ощутил приятное, немного кислое яблоко, сразу же улыбаясь и возвращаясь к жизни. Реверди чертов колдун, раз ему каждый раз удается развеять все страхи и сомнения спортсмена. Комментатор продолжал что-то вещать публике, пока участники расходились по машинам. Автомобили были довольно разные, но по правилам характеристики одинаковые — иначе смысла никакого. Демьян опустился в отполированный практически до блеска мустанг, сразу же застегивая ремень безопасности и внимательно наблюдая за сигнальными огнями впереди. Приятный и неизменный запах вишни окутывал салон гоночного авто, не меняясь уже который год по просьбе самого водителя. Вишня и яблоко — два единственных запаха, которые по неизвестным ему самому причинам всегда успокаивают нервы получше ромашкового чая или валерьянки. Хотя с яблоком все понятно, но вот откуда взялась вишня — та еще загадка. На электронном табло далеко впереди начался обратный отсчет. Огнецветов нахмурился, стиснув левой рукой руль крепче прежнего, будто собирался его сломать. 3. Бешеный стук сердца начал отдавать в горло, создавая ощущение удушья. 2. Дыхание нервно участилось, пытаясь избавиться от этого удушья. 1. Лицо побледнело, а перчатки на руках резко показались самыми неудобными на свете. Захотелось стянуть их и бросить куда подальше, но приходилось терпеть. Старт. Педаль скорости за долю секунды вжалась в пол. Гонщик привычно установил нужную скорость на коробке передач, вскоре и правой рукой стискивая руль. Сержце продолжало сходить с ума, но голова оставалась на удивление холодной, будто бы отделившись от нервного, непослушного и неспокойного тела. Правила игры были суровы своим отсутствием, сильно отличаясь от изначального формата гонок. В прошлом это была бы смесь обычной формулы 1 (с быстрыми скоростями и идеальной дорогой) и ралли рейда (с бешеными препятствиями и совершенно разными машинами). Но не здесь. Здесь условие победы было одно — доехать до финиша первым. Поэтому в самом начале все участники могут сделать лишь один выбор; либо вырваться вперед как можно раньше, либо столкнуть противника к краю трассы. Жестокость и резкие движения с подрезаниями только приветствовались и судьями, и публикой. Прямо как в древнем Риме на гладиаторских боях, честное слово! Демьян всегда старался вырваться вперед, оставляя толкотню у себя за спиной. Это отнимало время, да и Дегэйр потом вечно ворчал, что машину снова восстанавливать целую вечность. Но сегодня не получилось применить эту тактику. С правой стороны к мустангу прижался модифицированный внедорожник, который Дёма бессердечно обозвал трактором. Явно неожидав такого приветствия, брюнет резко вывернул руль в сторону, почти съехав с трассы. "Тракторист", воспользовавшись коротким замешательством противника, проскочил вперед, "моргнув" аварийкой, словно извиняясь. Вот ведь скотина... Зеленоглазый спортсмен сощурился, быстро вернувшись в строй и набирая сбавленную скорость. Электронное табло на приборной панели услужливо показывало его позицию на карте, приписывая иконке машины позорную двойку. Ничего. Он еще пожалеет, что вообще согласился на эти гонки. Вообще о многом пожалеет. Если гореть слишком ярко, то огонь довольно быстро потухнет. В гонках это работает точно так же. Иногда в буквальном смысле — от столкновения с опасными препятствиями или другими участниками машины часто загорались. Технологии быстро искоренили эту проблему, но, все же, не до конца. Время от времени такое могло произойти, и загоревшегося участника просто-напросто исключали. Демьян глубоко вдохнул вишневый воздух, ускоряясь и не давая машине за собой обойти себя, виляя по трассе зигзагом. Он вскоре отстал, позволяя зеленоглазке снова направить все свои силы на обгон козлины-внедорожника. Все мысли тоже как-то сами по себе прицепились к нему, и гонщик лишь ч помощью какого-то чуда смог объехать незаметное ранее препятствие, ширкнув по куску бетона бампером. Гонщик, упорно пытавшийся обогнать владельца небесно-синего мустанга, судя по всему не обладал такой же внимательностью, на скорости влетев в этот самый барьер. На губах брюнета на несколько секунд мелькнула довольная улыбка, но тут же исчезла; трасса снова напомнила о своей суровости, заставляя отбросить мысли про обгон на задний план. Перед самым носом Демьяна начали крутиться стальные лопасти. Медленно, но достаточно сильно, чтобы буквально превратить машину в фарш или смузи. Гонщик увернулся и здесь, снова сводя темные брови к переносице и безжалостно надавив на педаль газа до предела. Трасса обычно ужасно длинная. Чтобы проехать ее целиком (исключив постоянные врезания во все подряд и вечные препятствия) нужно около двух с половиной часов, при максимальной скорости 200 км/ч. Длину в 500 километров "компенсирует" то, что дорога разделена на несколько уровней. Закончив один, машина проезжает особую пространственную сетку, которая незаметно для водителя переносит его на следующий уровень, тем самым экономя место и позволяя вокруг трассы находиться зрителям так, что видно по сути каждое действие каждого участника. Сейчас Демьян приближался к концу первого уровня, оставив почти всех далеко позади. Всех, кроме черного внедорожника, который по сути больше напоминал танк. Корпус у него, кажется, титановый, потому что он без труда сшиб несколько тяжеленных элементов полосы препятствий, не повредив толком бампер. Это пока был единственный момент, когда брюнету удалось поравняться со своим противником. После он снова подозрительно ускорился, уезжая далеко вперед. Пугало еще и то, что этот участник раньше нигде не появлялся. Ни на одном соревновании за последние 15 лет не появлялся ни его внедорожник, ни он сам. Кто знает, на что он еще способен?

***

Всего уровней было пять, каждый по сотне километров. И только на четвертом он наконец смог нагнать сволочь на внедорожнике. Тараны всегда казались ему слишком суровыми, но иногда другого выхода просто не оставалось. А проиграть финал — значило потерять всё. Дождавшись, пока они оба будут проезжать мимо ужасно грохочущих гравитационных ловушек, Демьян, до скрипа стиснув зубы, повернул руль в сторону, сталкивая противника к краю трассы, ближе к грохоту и ближе к проигрышу. Ловушки напоминали по принципу работы обычный пылесос. Игрока просто стягивало с трассы за ее пределы, вместе с этим помяв машину, словно это ненужная обертка от конфеты. Ни разу это не приводило к летальным исходам — как только гонщик попадался огромному пылесосу, его работу приостанавливали и бедолагу вытаскивали вместе с машиной, исключая. Как с возгоранием автомобиля, только вот машины загорались гораздо реже. Внедорожник оказался на удивление легким. Может, это из-за помогавшей ему ловушки, а может у загадочной машины был какой-то свой секрет, но сейчас Демьяна это не волновало. Пришлось пожертвовать левым зеркалом заднего вида, которое в процессе этих толканий отлетело куда-то в сторону, прежде чем внедорожник слетел с трассы. Сердце зеленоглазки было готово выпрыгнуть из груди, когда машину противника начало медленно уносить назад, словно ураганом. Гонщик вывернул руль в противоположную сторону, отъехав на безопасное расстояние. Зрачки радостно расширились, будто он сидел на тяжелых наркотиках и ловил свой самый жесткий приход... Хотя по уровню кайфа это было наверняка намного лучше любой дозы. Сравнивать, к счастью, не с чем. Машина за все это время сильно пострадала сама. Отлетел какой-то кусок пластика с бампера, несчастное зеркало, и, кажется, что-то еще с задней части машины... Что уж говорить о бесчисленных вмятинах, царапинах и местами практически продырявленных насквозь элементах корпуса. Были бы у него пассажиры — ни один из них не доехал бы до финиша живым. Конкретно эта гонка привлекала себя своей сложностью. Ни на одной из прежних машина не страдала так же сильно, как сейчас. Скорее всего придется с ней в итоге расстаться; Дегэйр скорее застрелится, чем будет восстанавливать это. В самом деле больше похоже на кусок металлолома, чем на машину. А ведь ехать еще целый уровень, но, к счастью, уже без особых проблем. Табло на приборной панели снова показывало гордую единицу. Остальные участники гонки остались далеко позади. Победа всего лишь в получасе езды и уже практически в кармане...!

***

Последний уровень оказался довольно простым. Будто бы участникам давали возможность расслабиться и выдохнуть, но Демьян, даже прекрасно зная о том, что он снова займет первое место, скорость не сбавил, оставаясь в напряжении до последнего. Зеленоглазый практически влетел на финишную зону, не сразу снизив скорость. Сердце продолжало бешено колотиться в груди, будто бы он бежал эти 500 километров пешком. В голове все еще не укладывался факт собственной победы, хотя, казалось бы, после стольких лет безоговорочных первых мест пора бы и привыкнуть. Руки слегка подрагивали, когда спортсмен расстегивал ремень безопасности и открывал дверь, которая, кажется, продолжала работать на добром слове. Гонщик стянул с себя душащий шлем, наконец-то вдохнув более свежий воздух. Темные волосы намокли и прилипли к шее, но его это особо не волновало. Трибуны по своему обыкновению взорвались довольными криками и аплодисментами, а некоторые гении умудрились взорвать хлопушки для такого случая, производя еще больше шума. Дёма, все еще слегка пошатываясь, поднял обе руки вверх, крепко держа шлем. Изумрудные глаза выискивали в нижнем ряду для персонала одного единственного человека. И нашли. Дегэйр подскочил еще как только победитель сюда подъехал, но пройти дальше ему не давали правила, и французу оставалось лишь стоять у самой ближней ограды, глядя на Демьяна с какой-то немой тревогой. Брюнет улыбнулся еще ярче и едва заметно кивнул ему в ответ на немой вопрос. "–ты в порядке? –да, я в норме" Примерно так можно было перевести этот короткий диалог глазами на нормальный язык. Мужчина в дорогом костюме, что начинал это "представление", снова подошел к участнику, взяв его за руку, повторив все то же самое, но немного в других условиях. Демьян по старой привычке на несколько секунд поклонился, будто выступал в театре, продолжая широко улыбаться. Изначально, в одну из своих первых побед, он всего лишь не понял, чего от него хотят, и, на всякий случай, поклонился. Через несколько лет это стало его фишкой, узнаваемым жестом и практически символом, но вот всю историю его маленького провала, ставшего его визитной карточкой победителя, знают лишь единицы. Комментатор, завершив свою речь, по-приятельски похлопал гонщика по плечу, подтолкнул к входу на нижний ряд, дожидаться остальных участников для награждения. Брюнет на ватных ногах прошел в нужном направлении, сейчас мечтая только о прохладной газировке и долгожданных мягких объятиях, которые, к сожалению, придется отложить на потом. В защитном костюме было ужасно жарко, так что контрастный холод лишним не будет. Демьян стянул с себя неудобные перчатки, запихнув их за пояс костюма, подходя к "зоне ожидания". –как ты себя чувствуешь? Сам в фарш не превратился? — тихо спросил Реверди, облокачиваясь о перила ограждения и глядя на спортсмена немного снизу вверх. –ну, как видишь нет. Но я был очень близок к этому. — жажда усиливалась, делая голос победителя более хриплым, чем он есть на самом деле. — Слушай, где тут автоматы с водой? –прямо и налево. Пойдем, куплю тебе чего-нибудь. А то ты до награждения не доживешь поди. Зеленоглазый положил шлем на первый попавшийся стул и кинул рядом перчатки, расстегивая молнию защитного костюма на ходу, следуя за французом. –только иди помедленнее, пожалуйста. Я, кажется, разучился ходить, — с улыбкой проговорил брюнет, разминая затекшие плечи. Дег послушно замедлил шаг, идя на одном уровне с победителем. –как думаешь, когда остальные приедут? –понятия не имею. Но скорее всего минут через 20. Я их довольно быстро обошел. –а что с тем "трактором"? –в душе не чаю, это ты здесь сидел. У меня, знаешь ли, были дела поважнее. Он живой хоть, не знаешь? –ну... Я видел на записи мельком спасательную группу... Надеюсь, он в порядке. –надейся. А вообще он козлина та еще, у меня из-за него зеркало отлетело. –да я заметил... Ты точно в порядке? Тебя не задело? Машина — дело десятое, а вот ты и здесь на первом месте. Дёма с каким-то странным смущением отвел глаза в сторону, продолжая улыбаться. –не льсти. Я правда в порядке. Просто устал немного. Автоматы стояли недалеко от гаражей, в тени просторной арки рядом с уборной для персонала и участников гонки. Остановившись у автомата и достав из кармана кошелек, механик поднял глаза на брюнета. –что берешь? –давай колу. Я верну деньги. –не надо. По-другому расплатишься. — француз хитро улыбнулся, а после, уверившись, что никого рядом нет, осторожно и коротко поцеловал спортсмена в губы, притянув его к себе за руку. Демьян моментально расплылся в довольной улыбке, снова почувствовав приятный яблочный привкус на своих потрескавшихся губах. Реверди отстранился так же плавно и быстро, как и поцеловал, как ни в чем не бывало возвращаясь к автомату с напитками. — тебе как обычно, да? –да. Без сахара.