Лето. Отпуск. Любовь

Драко | Сцена 1

«Я не нервничал, просто так вышло»

      Я ещё не успел открыть глаза, как кое-что для себя осознал: мне до жути нравятся утра в этом месте.        Помимо того, что в этой кровати чертовски удобно, мягко и по-приятному тепло, здесь вдобавок уже второе утро подряд в моих объятиях просыпается Гермиона Грейнджер. И если ещё вчера я был готов провалиться сквозь землю от неловкости, то сегодня я собирался получить от этого утра сполна.        Я улыбнулся сквозь сон и пошевелил рукой.       Удивительно, но в этот раз я не чувствовал онемения в конечности. Я перевернулся на бок, собираясь вновь сгрести Грейнджер в охапку. Я и сгрёб, но не Гермиону, а простыни и подушку.        Я нахмурился и попытался приоткрыть заспанные глаза. Учитывая, что спать мы легли перед самым рассветом, сделать это было тяжело. Но я старался.        Пошарив рукой по кровати, я приподнялся и осмотрелся. Рядом Грейнджер точно не было. Её не было и в ванной (я достаточно легко это понял, потому что со вчерашнего вечера мы негласно решили избавиться от шторки к драккловой матери).        Не скажу, что я начал нервничать, нет. Я был более чем уверен в прошедшей ночи, но, чёрт… Ладно, я начинал нервничать.        Я быстро поднялся с кровати и зашагал по комнате в поисках Грейнджер. Заглянул в кухню и вышел на задний дворик.        В моменте по телу пронеслось приятное чувство. Что-то вроде тотального удовлетворения. Грейнджер лежала на солнце у бассейна. В бикини. И капельками воды на теле.       Не устану повторять, насколько это сногсшибательная картина.        Я опёрся о дверной косяк, складывая руки в замок. Я стоял и любовался её спиной и ягодицами, бёдрами, параллельно вспоминая всё, что делал с Гермионой Грейнджер этой ночью.        И пока картинки калейдоскопом сменяли одна другую в моих воспоминаниях, я не заметил, как стал… замеченным.        — О, доброе утро, — прощебетала Грейнджер, быстро поднимаясь с полотенца и оставляя там влажные следы от своего бикини. — Я не хотела тебя будить, ты так крепко спа…        Она запнулась, опуская взгляд куда-то на уровень моего паха. Я ухмыльнулся, а потом вдруг залился краской, вспоминая, что в порыве утреннего невроза из-за её отсутствия в постели, я вовсе забыл о том, что нужно было надеть трусы. 

Гермиона | Сцена 2

      Дурацкая улыбка так и норовила нарисоваться на моём лице. Вид обнажённого Драко Малфоя, стоящего передо мной во всей своей красе сейчас меня не смущал, но заставлял неистово хихикать, ведь нет ничего более обаятельного, чем застигнутый врасплох мужчина, который несколько часов назад и знать не знал, что такое румянец и неловкость.        И хотя ещё вчера мы оба были заложниками гирлянды-предательницы, сегодня эта штука от души светилась всеми цветами радуги.        Я опустила веки и закусила губу, когда Малфой схватился за край развевающейся в дверном проёме шторы и прикрыл ею своё достоинство.        — Я, эм… просто не мог тебя найти и… как-то так вышло, что я просто забыл… ну…        Я начала хихикать громче, плавно переходя в откровенный добрый смех. Драко тоже не сдержался.        — Хотя действительно, чего ты там не видела, — после этой фразы он одёрнул штору и снова предстал передо мной нагишом. — С добрым утром, Грейнджер, — гордо произнёс он, складывая руки на поясе.        Я захохотала, прикрывая рот рукой. Ладно.       Признаюсь, он смог смутить меня.        Я перестала смеяться и посмотрела на него.        Боги, до чего же красив этот мерзавец.        Дыхание вмиг перехватило, когда я стала беззастенчиво рассматривать его, опускаясь взглядом на шею, где так сексуально выпирал гортанный выступ. И ключицы. И торс. И этот пресс, который напрягается от каждого его выдоха. И этот… Мерлин. Я закусила губу, вспоминая прошедший вечер. И ночь. И предрассветные сумерки. 

Флешбек: Я действительно это делаю здесь и сейчас

      Вдох застрял у меня в глотке. Я заморгал как первокурсник на первой паре по зельям у Снейпа, не понимающий, что от меня хотят. Но дело в том, что в этой ситуации всё было предельно ясно. Я громко сглотнул. От возрастающего желания в горле на мгновение пересохло. Низ живота скрутило в приятном спазме и уже через секунду я почувствовал дикий стояк.        Гадство.        Я сжал ладонь в кулак, не позволяя себе сорваться с места. Как заворожённый смотрел на плавные изгибы её спины и не смел двинуться вперёд.        Молю тебя, Грейнджер, дай мне ещё хотя бы одну причину думать, что я всё правильно понял.        Она повернула голову, касаясь подбородком своего плеча. О, Салазар, я был уверен, что периферическим зрением она видела, что я смотрю. Что я ни на секунду не мог отвести взгляд от её полуобнажённого тела.        Мысли роились в моей голове, не давая возможности мне выбрать какую-то из них и сделать шаг. Этот вид буквально пригвоздил меня к месту. Но тут она повернулась уже всем корпусом и мне открылась её грудь. Блять.        Сердце бешено заколотилось. Что это, если не причина, не призыв к действию?        Я сдвинулся с места, делая первый шаг. Потом ещё один. И ещё, пока не оказался в ванной комнате прямо возле Гермионы. Мой рост позволял мне заметить, как быстро вздымалась её грудь. Как кожа на плечах покрывалась мелкими мурашками из-за моего такого близкого присутствия.        Я поднял руку и провёл кончиками пальцев по её руке, поднимаясь от локтя к шее. Грейнджер отвернула голову, давая мне больше пространства для прикосновений. Я так и сделал. Прочертил указательным пальцем путь от шеи к лопаткам и после к пояснице. Она выгнулась, едва касаясь ягодицами моего паха.        О, чёрт. Это прикосновение одновременно было самым прекрасным и самым болезненным. Мой член изнывал от вожделения, но я действовал так аккуратно, как только мог. Давай же, Драко.        Шажок вперёд. Крохотный, но достаточный для того, чтобы её тело впечаталось в моё. Она громко вздохнула. Мы немо действовали, ведь слова тут были лишние. Хоть я и хотел ей так много сказать.  Ты прекрасна, Грейнджер.  Я хочу поцеловать тебя, вжимая в стену. Или в матрас.  Я хочу почувствовать вкус твоего возбуждения.  Мне мало твоих прикосновений. Я хочу почувствовать их везде.  Мне необходимы твои губы.  Твои стоны.        Я наклонился и оставил лёгкий поцелуй на её плече. И шее. И линии подбородка. Плавно добираясь до щеки и уголка губ. Она повернулась ко мне. На её лице горел румянец, но я был уверен: это отнюдь не от стыда. Грейнджер горела от того же желания, которое бурлило во мне.        Я мягко улыбнулся, касаясь пальцами её лица и вновь целуя в уголок губ.        — Твоя улыбка потрясающая, Грейнджер. Но я буду честен, если бы сейчас мне дали то же задание, что и на первой вечеринке, — мой голос охрип, — я бы поцеловал каждый дюйм твоего тела.        Гермиона сглотнула и теперь полностью повернулась ко мне, касаясь уже возбуждёнными сосками ткани моей рубашки.        — Поцелуй, — прошептала она.        И я больше не медлил, вонзаясь губами в её приоткрытый рот.        Не знаю, показалось ли мне, но она слабо застонала, когда я пустил в ход язык и свои руки. Я поднял её и развернулся, направляясь к ближайшей стене. Ею оказалась стена в душе. Из-за хаотичных движений кто-то из нас задел кран и на головы полилась прохладная летняя вода.        Я оторвался от Грейнджер, опуская взгляд на её ключицы и грудь. Вода тонкими струйками стекала по её изгибам, напрочь убивая во мне остатки стойкости. Гермиона выгнулась, снова задевая мой член. Я зашипел.        — Признаюсь, ты горячо выглядишь в мокрой рубашке, Малфой. Но, думаю, без неё будет удобнее, — проворковала она, опуская ладони на мой торс. После схватилась за полы рубашки и потянула их в стороны. Пуговицы осыпались. Я вместе с ними. Настолько сногсшибательно это выглядело. Чувствовалось.        Я ухмыльнулся и снова принялся целовать эту невыносимо, ужасно, невозможно потрясающую женщину. Мы стонали друг другу в рот, сталкиваясь зубами и языками, пока где-то ниже пояса, и ещё чуть-чуть ниже, полыхала откровенная похоть. 

Флешбек: Я не верю, что делаю это здесь и сейчас

      Мне казалось, мы целовались вечность. Я крепко обнимала Драко ногами за талию и так же крепко держалась за его плечи, изредка зарываясь пальцами в мокрые волосы на его затылке. Но мне было мало. Катастрофически мало.        Я остановила поцелуй и спрыгнула с его рук, сразу принимаясь стягивать с него насквозь промокшую рубашку. А когда мои руки опустились на пояс его брюк, он вдруг меня остановил.        — Грейнджер, я… Как бы я… Салазар, — он тяжело дышал. Капли воды стекали по его лицу и губам. Я нахмурилась. Он на мгновение прикрыл глаза. — Я не хочу, чтобы завтра или когда-то потом ты жалела об этом. Если ты правда этого хочешь…        — А ты? — я поступала нечестно, отвечая вопросом на вопрос. Но я-то знала, чего хочу. Чего я точно хочу.        Драко свёл брови к переносице.        — Я? — его ладони сжали мою талию так сильно, что я охнула. — Больше всего, блять, на свете.        — Тогда, пожалуйста, — прошептала я, расстёгивая пуговицу и змейку на штанах. — Не останавливайся.        Малфой зарычал и снова принялся меня целовать. Он отнял мои руки от штанов и закинул их мне за голову, прижимая к холодной стене душа. Я выгнула спину и застонала, когда вторая его рука прочертила путь от шеи к груди. Он мягко сжал пальцами полушарие. После отпустил, но лишь для того, чтобы обвести сосок костяшкой указательного пальца. Он оторвался от моего рта и теперь мы оба смотрели на его руку.        — Скажи мне, как много я могу себе позволить? — прохрипел он, наклоняясь и касаясь губами моего уха.        Я забывала, как дышать. Всё, что находилось у меня между ног в данный момент сводило спазмом. Мне хотелось что-то ему ответить, но когда его ладонь поползла вниз, я захлебнулась несказанными словами.        — Грейнджер, — снова прохрипел он, дотрагиваясь до низа живота. Я вздрогнула. Точнее, вздрогнула нижняя часть меня, которая так требовала больше его прикосновений. — Мне важно знать, могу ли я сделать так, — он провёл пальцем по лобковой кости, — и так, — я тихо застонала. Сейчас его палец находился в опасной близости от места, где сосредоточилось всё моё желание. Клитор пульсировал от возбуждения. И сейчас я как никогда была зла на то, что до сих пор на мне были трусы. Хоть и насквозь промокшие.        Я судорожно закивала головой, приоткрывая рот. Мне кажется, если ещё хоть секунду он будет медлить, я вырвусь и заставлю его делать всё и больше.        Но Малфой пошёл дальше. Он мягко раздвинул мои ноги коленом и дотронулся до ластовицы.        — Но больше всего я хотел бы сделать так, — он надавил и я не смогла сдержать громкий стон. — Это значит «можешь»? — ухмыльнулся он, продолжая скользить пальцами по белью.        — Да, — выдохнула я. — Да, да, да.        Я действительно задыхалась. Мне не хватало воздуха и опоры под ногами. А мы ведь ещё даже не голые! 

Драко | Сцена 3

      Я так и не смог заставить её засмущаться. Признаться, у меня бы это и не вышло. Не после того, что мы делали на кровати позади меня.        Я лишь ухмыльнулся, довольствуясь её улыбкой и ступил на первую ступеньку в бассейне. Мне нужно было освежиться. Я окунулся в воду с головой, и через мгновение вынырнул, вытирая ладонью стекающую по лицу воду.        После подошёл к бортику, где лежала Грейнджер.        — Какие у нас планы на сегодняшний день?        Она повернулась ко мне. Её лицо находилось так близко. Я облизнулся. Сейчас она ответит и я сразу её поцелую.        Гермиона театрально призадумалась.        — Хотела бы я сказать тебе, что мы проведём этот день в постели… — она замолчала, а я вдруг преисполнился надеждами. — Но, — ну вот. Это «но» всегда всё портит. — Я хочу на пляж. Пойдём?        Я хмыкнул.        — Только если ты наденешь красное бикини, которое купила в том бутике.        Грейнджер закусила губу, которую я хотел поцеловать уже несколько минут.        — Если ты так хочешь, — промурлыкала она и сама потянулась ко мне.        Лучше, чем целовать Гермиону Грейнджер во время секса, только целовать Гермиону Грейнджер после секса.        Поцелуй прервался и я застонал от разочарования. Грейнджер же мигом поднялась и направилась внутрь домика.        — Завтрак? — спросила она, оборачиваясь.  Нет, намного лучше, это целовать Гермиону Грейнджер перед тем, как она приготовит тебе завтрак (после секса).

Гермиона | Сцена 4

      Я, недолго думая, накинула на себя рубашку Драко, которая за ночь высохла спинке стула.        Она пахла им и от этого где-то в животе летали бабочки. Я хихикнула себе под нос и обошла кухонный островок. Организаторы лагеря снова позаботились о нашем завтраке, теперь доставив нам клубнику в шоколаде и панкейки. Мне нравилась Италия, но уже сейчас я скучала по английской кухне.        Мысль о еде вдруг заставила меня засмеяться. Малфою бы следовало неплохо подкрепиться, если мы собирались и дальше заниматься… Тем, чем нам обоим нравится заниматься.        Я мотнула головой и тихо рассмеялась.        — Тебя рассмешила клубника в виде сердечек? — спросил Драко, оказываясь у меня за спиной. Я даже не вздрогнула, но по телу побежали мурашки. Мне нравилось, когда он так близко.        — Нет, но ты прав. Чрезмерное количество клубники в этом месте должно доводить до истерики, — я глянула на него через плечо и мы оба рассмеялись.        В голове всплывали обрывки воспоминаний, когда в перерыве от неистовых поцелуев мы распечатывали упаковку клубничных презервативов. 

Флешбек: «Я получил заветное «да»

      Честно, я хотел забить большой и толстый на своё воспитание и сорвать с неё к драккловой матери эти грёбанные полупрозрачные трусики. Она извивалась передо мной от моих прикосновений, а я вспоминал всевозможные вариации рецепта «Сна без сновидений», чтобы не закончить раньше времени. В штаны.        Должен сказать, даже это едва ли помогало. Вид Грейнджер передо мной, её сладковатый запах и вкус её выдохов сводили с ума.        Я продолжал двигать пальцами, ощущая кожей шеи как громко и быстро она дышит. Даже стекающая с душа вода не мешала мне. Я был до одури чувствителен, когда речь заходила о Гермионе. Но этой прелюдии пора заканчиваться. Я получил заветное «да».        Оставив дорожку поцелуев от её уха к ключицам, я остановился напротив груди, отпуская её руки, которые всё это время держал у неё над головой. Она моментально схватила меня за плечи, вонзаясь в кожу ногтями.        Я не стал медлить и опустился губами на сосок, взамен получая громкий стон. Грейнджер крепче сжала меня руками, когда я слегка прикусил её чувствительную кожу.        Оставив в покое ластовицу белья, я обхватил ладонями её грудь, массируя, и медленно опустился перед ней на колени.        Никогда ещё я так не делал. Но Грейнджер… Боги, перед ней я был готов стоять на коленях вечно.        Я едва не захлебнулся собственной слюной, когда оказался на уровне… на уровне, который больше всего сейчас нуждался в моих губах.        Я поддел пальцами резинку её трусов и поднял взгляд. Гермиона смотрела прямо на меня, не шевелясь. Я сомкнул пальцы и потянул влажную ткань вниз по её бёдрам, параллельно заставляя себя ровно дышать. Получалось плохо.        Когда между моим ртом и Грейнджер больше не осталось преград, я наклонился и оставил поцелуй на тазовой косточке. Перемещался в сторону, ведя губами по гладкой коже, пока не добрался до самого главного.        Гермиона не шевелилась, я слабо улыбнулся.        Понадобилось полсекунды, чтобы я кинул на неё взгляд и не отводя глаз поцеловал, проникая языком глубже, чем позволяли приличия (хотя о каких приличиях вообще могла идти речь, если мы буквально живём в коттедже под номером шестьдесят девять?)        Грейнджер приоткрыла рот, я повторил поцелуй, обхватывая руками заднюю часть её бёдер.        Мой язык проникал всё глубже, но недостаточно, чтобы я наконец-то узнал, какова на вкус Гермиона Грейнджер. Потому, не долго думая, я подхватил её ногу под коленом и закинул себе на плечо.        Грейнджер ахнула. Я ухмыльнулся.        Мне открылась прекраснейшая картина и я этим воспользовался. Теперь мои поцелуи были глубже, а её стоны громче.        Я без труда нашёл то самое место, которое от возбуждения пульсировало и наливалось — не хочу хвастаться, но кое в чём я преуспел точно — и принялся тщательно изучать его языком.        — Драко, — промычала сверху Грейнджер, хватая меня за волосы. — Иди сюда, — она потянула меня вверх и сразу поцеловала.        Я не растерялся, теперь опуская в тёплую влагу пальцы. Гермиона захныкала, поднимая ногу мне на талию.        — Ты знаешь, как выглядишь, когда возбуждена, м? — я проник глубже, нащупывая пальцами бугорок и обводя его несколько раз по кругу, то надавливая сильнее, то наоборот. — Слова такого ещё не придумали, Грейнджер, — прорычал я, упираясь кончиком пальца в её вход.        Я никогда не был поклонником грязных словечек во время полового акта, но тут фразы сами во себе вылетали из моего рта.        Мы оба замерли, но лишь для того, чтобы в следующее мгновение громко выдохнуть.        В ней было чертовски хорошо. Настолько, что у меня буквально сносило крышу. 

Флешбек: Моя овуляция ликовала вместе с Матильдой

      Хотя мне было безумно приятно всё, что происходило ниже пояса, я уже порядком устала. Ноги затекли от напряжения, всё, что находилось выше тряслось от желания.        Малфой, конечно, был мастером на все руки, — к слову, с женским телом он обходился куда умелее, чем с шторками в ванных комнатах, — но мне до жути хотелось переместиться в горизонтальное положение.        — Малфой, — едва выдавила я.        Ровно и свободно дышать было трудно по двум причинам. Первая: стекающая с душа вода лилась прямо мне на голову, затекая в глаза, уши и рот. Вторая: пальцы Малфоя всё ещё находились во мне.        Он что-то промычал, вдавливая меня в стену позади и шевеля там пальцами. О, Мерлин и Моргана. Моя овуляция ликовала вместе с Матильдой, которая, как уже все поняли, не видала плотских утех довольно давно.        — Что? — переспросил Драко, дыша мне в ухо.        Как мне сказать ему о том, что я предпочла бы сейчас заняться с ним сексом в кровати? И сказать так, чтобы он не подумал, что я какая-то ханжа, знающая из камасутры лишь миссионерскую позу строго в постели и строго в темноте?        Я закусила губу.        — Мы… я…, — этот красивый мерзавец не помогал мне выразить мысль. Его пальцы продолжали двигаться, приближая меня к оргазму.        Я запрокинула голову, теперь ловя стекающую воду лицом. Но в данную секунду меня это не волновало. Потому что вот-вот… вот-вот… Я приоткрыла рот и едва не вскрикнула: так хорошо это было.        — Ты что-то хотела сказать? — мягко спросил Малфой, выкручивая кран. Вода перестала течь. Я — нет.        Я захлопала ресницами, прогоняя с глаз остатки воды и пережитого оргазма.        — Да, — прохрипела я, не сводя с Драко взгляда.        Ну и? Как это озвучить?  «Эй, Драко, как насчёт продолжения в кроватке?»  Или: «Малфой, думаю, я бы хотела раздеть тебя и оседлать, но в постели»?  Или нет, вот так: «Драко, всё было прекрасно, но мне бы хотелось переместиться в кровать и узнать, на что ещё ты способен»?        Всё это звучало ужасно вульгарно. И хотя моё тело было в восторге от подобного, мозг и оставшиеся принципы — нет.        Так что я не нашла лучшего выхода, чем просто опустить руки на пояс его брюк. Я быстро нащупала резинку его трусов и просунула туда несколько пальцев. Толще намёка быть не могло.        Малфой усмехнулся и в следующий момент подхватил меня на руки.        Было несправедливо, что я была полностью обнажена, а он до сих пор находился в одежде. Но я хотя бы радовалась его сообразительности.        Он пронёс мне к кровати и мягко положил на матрас. Сам же остался стоять и вот прямо как в фильмах стал снимать с себя рубашку, которую я так и не смогла с него снять в ванной, после бросая её на спинку рядом стоящего стульчика.        Я затаила дыхание, сводя коленки вместе. Драко не сводил с меня глаз и это вгоняло меня в краску. Я не привыкла к такому вниманию при таком процессе.        Когда он стягивал штаны я сдерживалась, чтобы не улыбаться. Мокрая ткань плохо поддавалась, но Драко упорно шёл к цели.        Когда штаны были побеждены, я улыбаться перестала, потому что вид его … эм, возбуждённого полового органа никак не мог вызвать смех. Только абсолютное желание.        Я сглотнула. Трусы присоединились к штанам и теперь Малфой приближался ко мне. Это должно было как-то поместиться во мне? Нет, то есть, не то, чтобы он был огромным, но… явно он был больше, чем у меня когда-либо были до этого.        Наверное, эмоции мелькали прямо у меня на лице (естественно). Или же Малфою помогла мерцающая голубым гирлянда..?        Он тихо засмеялся и наклонился ко мне.        — Должен ли я спросить у тебя ещё раз?        Я замотала головой. Он приблизился и нежно поцеловал меня с каждым мгновением повышая градус поцелуя. Все мысли моментально улетучились. Осталось только возбуждение и бесконечное желание обладать этим мужчиной здесь и сейчас.        Страстно целуясь, мы повалились на кровать. Я обняла Драко ногами за талию, чувствуя, как он касается меня.        — Акцио, палочка, — прошептал он, вытягивая руку, но не переставая целовать меня теперь за ухом и опускаясь губами к шее.        Древко оказалось в его ладони. Малфой остановился, чтобы наколдовать контрацептивное заклинание, но ничего, кроме тусклого свечения из палочки не вырвалось. Драко нахмурился, а я стала чувствовать себя неловко.        Сами посудите, картина — сюр.        Когда все попытки были исчерпаны, мы поняли, что магия коттеджа распространялась и на это. В конце концов, из бытовых заклятий нам были доступны только Люмос и Левиоса. И то, через раз.        Драко пыхтел, как паровоз от негодования. Я тоже мало скрывала своих эмоций. И вдруг…        — Грейнджер, не хочу, чтобы ты думала не так обо мне, но… кажется, у меня есть выход.       Я выгнула бровь, а он потянулся к прикроватной тумбочке. Через несколько секунд он держал в руке упаковку клубничных презервативов. 

Флешбек: Невозможно, чтобы я оказался в такой ситуации

      Меня обрадовало одно: я узнал, как пользоваться этими штуками до того, как пришлось ими воспользоваться. До квиддичной ловкости, конечно, было далековато, но я справился. В грязь лицом не ударил — и на том спасибо.       Удивительно, как после всех этих манипуляций, нам всё ещё хотелось продолжать. Но это было так. Глаза Грейнджер горели, а мне большего и не надо. Один вид её тела и осознания, что это именно Гермиона Грейнджер, доводили меня до исступления.        Я действовал нежно и аккуратно, целуя её губы, щёки и линию челюсти. Уже был готов к главному, когда она вдруг захихикала. Я застыл и посмотрел на неё. Поцелуи вмиг прекратились.        — Прости, — прошептала она, но смеяться не перестала. — Но… клубничные?        Я растерялся на мгновение.        — Просто, эм, — улыбка сама по себе появилась у меня на лице. — Я не знаю, почему выбрал именно эти.        Твою мать.        Признание вырвалось так легко, что я сам опешил. Ну всё. Сейчас она всё поймёт и пошлёт меня к драккловой матери.        — То есть… я думала, это всё дурацкая магия домика.        Мне хотелось больно уе… ударить себя по голове.       Ну что за идиот. Я молчал не в силах подобрать слов для оправдания. Их просто не было. Я оказался настолько самонадеянным человеком, что купил предмет контрацепции заранее! О, Салазар. И только сейчас до меня дошло, каким мерзавцем я мог выглядеть в данный момент.        — Хочешь сказать, — мягко начала Грейнджер, убирая руки от моих плеч. Я прикрыл глаза. — Ты их купил до того, как мы приехали сюда?        И хотя я перестал чувствовать её прикосновения на плечах, теперь я отчётливо ощущал их на рёбрах.        — Значит, ты был уверен в том, что это случится?        Паника об её отказе отменяется. Теперь её руки добрались до моего члена.        — Значит, ты хотел, чтобы это здесь произошло?        Ох, блять. Она обхватила меня ладонью и начала мягко двигать ею.        Я не мог выдавить и слова. Я просто закрыл глаза, наслаждаясь.        — Драко Малфой, — нежно позвала она. — Как давно ты хотел… меня?        Я сглотнул и открыл глаза, сталкиваясь с её пытливым взглядом. Её рука всё ещё двигалась. Я всё ещё не знал, что сказать. Но быстро понял, что лучшим вариантом будет сказать правду.        — С четвёртого курса, — прохрипел я и её движения стали интенсивнее. — Грейнджер, если ты продолжишь в таком темпе… я…        Второй рукой она схватила меня за затылок и крепко поцеловала. Знаете, хороший поцелуй всегда заканчивается сексом. Именно этот поцелуй и стал спусковым крючком. Независимо от того, что мы делали до этого момента, именно сейчас я осознал, что будет дальше. Как это будет.        Я хотел обладать ею. Хотел сделать ей не просто хорошо, а показать насколько я её хочу. Во всех смыслах.        Я хотел, чтобы Гермиона Грейнджер знала, что Драко Малфой боготворит её с четвёртого курса. Восхищается её умом. Её красотой. Её умением защищать слабых и отстаивать их права. Что он без ума от её улыбки. И волос, в которых хочется утонуть каждое утро. Я хотел ей показать, как сильно я её хотел.        Я хотел ей показать, что моё желание начиналось в нежном произношении её имени и заканчивалось в бесконечном восхищении ею всей.       Я не помню, в какой момент поцелуй перерос в плавное проникновение. Не помню, как двигался, доводя нас обоих до точки. Я только помню витающий вокруг аромат клубники и ванили. Помню её губы и стоны, срывающиеся с них. Я помню каждое её прикосновение, каждый рваный вздох.        И я помню, как мне было мало. От восхода Луны до восхода Солнца я думал лишь об одном: мне нужна Гермиона Грейнджер дольше, чем ещё на два дня отпуска. 

Драко | Сцена 5

      Наблюдать за ней было приятно. И смешно одновременно. Меня веселила её суетливость, когда дело касалось выхода из коттеджа. Сейчас она металась по домику в поисках какого-то особенного крема для лица и такого же особенного масла для тела.        Признаюсь, от мысли о масле на ней я снова впал в полукаматозное состояние.        Но сборы закончились и Грейнджер потащила меня в сторону пляжа.        Мы выбрали лежаки, устраиваясь.        — Хочешь пить? — просто спросила она, снимая с себя сарафан, под которым оказалось то самое красное бикини.        Пить? Да я сейчас помру от жажды, Грейнджер, если мы сейчас же не вернёмся в коттедж, чтобы я сорвал с тебя эти красные ниточки.        Я хотел сказать именно это, но получилось простое жалкое:        — Д-да.        Гермиона улыбнулась.        — Схожу к бару, посмотрю, что там есть.       Вообще-то, это должен был сделать я, но в данный момент мне следовало оставаться на месте, чтобы не оконфузиться в общественном месте.        Я отвернулся, смотря на море, чтобы дать себе минутку.        Я думал, что буду готов. К палящему солнцу и раскалённому песку. К её шикарному телу в купальнике. Хотя, честно говоря, к последнему едва ли можно было приготовиться, даже после всего произошедшего. Но я точно не был готов к этому.        К загорелому типу с безупречной улыбкой, который в данный момент подкатывал свои… к Грейнджер.        — Ты действительно это сделала? — весело спросил этот тип у Гермионы. — Спасла гиппогрифа? — он действительно был удивлён. Да настолько, что от восторга приблизился к ней на опасное расстояние. Он так внимательно на неё пялился, будто был готов утонуть в её восторженном взгляде. Удачи, чувак. Желаю тебе там захлебнуться.        — Ну, не совсем так, — вежливо ответила Грейнджер, отклоняясь от него. — Только помогла убедить людей в том, что он не виноват.        Я знал, как Гермиона гордилась этой главой своей биографии, оттого она сейчас стояла и сияла не только от итальянского солнца, но и от того, что кто-то этой главой интересовался. А я сидел неподалёку и наблюдал, чувствуя, как сжимаются мои кулаки.        Что ж, сидеть и наблюдать — не моё. Я поднялся и в два шага оказался на своей территории. Приобнял Грейнджер за талию и улыбнулся бесящему типу.        — О, Драко, — прощебетала Гермиона, кладя ладонь на мою руку.        Отлично. Это хороший знак.        — Эмиль, — представился тип и протянул мне руку. — Департамент магического археологического общества.        Я пожал ему руку. Крепче, чем делал это обычно.        — Драко. Глава Верховного Совета по магическому законодательству.        Я редко представлялся так, но сейчас… это стоило того, чтобы выпендриться своей должностью. Хоть я и не считал это каким-то невероятным достижением, тип напротив знатно охренел.        — Спасибо, что составил Гермионе компанию, пока я был занят, увидимся, — я махнул ему рукой и повёл Грейнджер к другой стороне барной стойки.        Она искоса глянула на меня и ухмыльнулась.        — Ты что, ревнуешь? — прямо спросила она, играя бровями.        Я фыркнул.        — С чего бы это? К кому? К нему? — я облокотиться о стойку и стал пальцами бить по столешнице. Просто, чтобы чем-то занять себя. — Пф, нет.        Грейнджер не переставала ухмыляться.        — Ну ладно. Это хорошо, потому что он хотел пригласить меня на экскурсию по археологическим точкам у нас дома. В Англии. Мне бы не хотелось терять такую возможность.        Я сжал челюсти. Следом кулаки.        — Отлично, вернёмся домой и я разузнаю всё о подобных экскурсиях. Назовёшь мне день и я свожу тебя.        Грейнджер засмеялась. А я наконец-то догнал, что уже добрых несколько минут ревновал её до безумия.        — Договорились, — нежно сказала она, гладя меня по руке. — Пойдём, намажешь меня маслом.        Я моргнул. А после довольно улыбнулся, наблюдая, как Грейнджер развернулась и ушла обратно к лежакам.        — Два безалкогольных мохито, — попросил я бармена, всё ещё любуясь Гермионой.        Может, ревность — не так уж и плохо, если она приводит к таким результатам? 

Гермиона | Сцена 6

      Мне не удавалось не думать о его руках и прикосновениях. Прямо сейчас от наслаждения я прикрывала глаза, буквально проваливаясь в пучину воспоминаний о сегодняшней ночи.        Уговорить Драко Малфоя нанести мне на спину и плечи масло для загара было не трудно. Самым сложным оказалось держать себя в руках и не издавать выдающих с потрохами звуков.        Его руки были такими же крепкими, какими и казались со стороны. Такими же нежными и, о боги, умелыми. Таким же был его рот. Его язык. И его… Вы поняли.        Сейчас Драко нежно массировал мои плечи, втирая масло в кожу. А я в его руках была словно пластилин. Солнце приятно пекло в голову, и это было отличным оправданием моему виду — с полузакрытыми глазами и полуоткрытым ртом.        — Готово, — спокойно заключил Малфой, отодвигаясь от меня.        О нет, нет. Вернись обратно.        Я не открывала глаза, не хотела возвращаться в реальность, где его ладони больше не скользят по моей спине, не касаются линии ключиц, не играют с тонкими лямками купальника, будто это случайно. Случайно. Конечно.       — Мне, больше нигде не нужно тебя, ну, намазать?       Я открыла глаза и повернула голову в его сторону. Драко лежал рядом, подперев подбородок рукой, и смотрел на меня с ленивой ухмылкой.       — Только если ты хочешь объясняться перед руководством лагеря, — хмыкнула я, но голос предательски дрогнул.       — За то, что проявляю заботу? — Он наклонился ближе. Его волосы упали вперёд, отбрасывая тень на лицо. — Осторожней с маслом для загара, Грейнджер, — произнёс он с ленцой. — Ты и без того выглядишь слишком… съедобно.       Я моргнула.       Это был первый раз, когда он сказал нечто подобное вслух. Без иронии. Без той лёгкости, под которой он обычно прятал всё, что чувствовал.       Моё сердце пропустило удар.       — Драко… — начала я, но он уже поднялся, натянул на нос солнцезащитные очки и снова лёг на шезлонг.       Вот чёрт.       Теперь уже я задыхалась под этим солнцем. И дело было вовсе не в жаре.

Драко | Сцена 7

      Мне просто необходимо было освежиться. Вид лежащей рядом Грейнджер, чья кожа блестела на солнечном свете, не просто ослеплял — он плавил мозги.        Сейчас я окунусь в прохладную морскую воду, а потом уговорю её вернуться в коттедж. Нужно было что-то придумать. Может, солнечный удар?        Я уткнулся взглядом в одну точку на горизонте, но вдруг услышал рядом кряхтение.        — Блин, — пробормотала Грейнджер, пытаясь… что она пыталась сделать? — Малфой.        Я моргнул.        — Что?        — Помоги мне.       Я снова моргнул, наблюдая, как она тщетно пытается, э, развязать ниточки на спине?        — Ч-что? — едва выдавил я.        Грейнджер цокнула языком.        — Хочу, чтобы на спине был равномерный загар. Помоги мне развязать купальник. Узелок слишком тугой.        Я сглотнул. Она это серьёзно сейчас?        — Ну? — поторопила она меня.        — Ты уверена, что это хорошая идея?        — А что не так? — удивилась она.        Действительно, блять. Что не так?        — Я не позволю тебе снять купальник здесь. Не-а, — я фыркнул.        — Я не собираюсь его снимать! Просто развязать, чтобы спина полностью загорела.        Я недоумевал.        — Если ты хочешь загореть, — я перекривлял её интонацию, — отправляйся в наш коттедж и загорай там хоть полностью голой!        Грейнджер застыла, смотря на меня. А потом плавно ухмыльнулась.        — Если я буду загорать обнажённой на заднем дворе коттеджа, боюсь, я так и не смогу получить желаемый результат.        Я нахмурился.        — Почему это?        Гермиона загадочно улыбнулась и снова легла на лежак, отворачиваясь.        До меня дошёл смысл только через секунд десять. Похоже, у меня действительно случился солнечный удар. 

Гермиона | Сцена 8

      Было через чур душно. Мне хотелось запереться в домике, заколдованном охлаждающими чарами, и не выходить до завтра. Я встала, чтобы сказать об этом Драко, но вдруг послышался приглушённый грохот.        Я обернулась.        — Мамочки, — прошептала я, наблюдая почерневшее небо в грозовых тучах. — Кажется, приближается буря.        Малфой что-то промычал, поднимаясь вслед за мной. Его плечи и лопатки слегка обгорели. Кожа покраснела. Он снял очки и я тихо засмеялась.        — Что?        Я прикрыла рот рукой, хихикая. На щеке остался белёсый след от дужки солнцезащитных очков. Остальная часть лица была красной. Точнее — его половина.       — Мне кажется, нужно было тебя искупать в креме от загара, — с улыбкой сказала я. Снова загремело.        Драко поднял взгляд. Подул ветер, поднимая в воздух песок.        — Ого. Никогда не был в грозу у моря, но, предполагаю, это будет зрелищно. Нужно возвращаться в коттедж, пока нас не унесло на Капри.        Я просто кивнула, а низ живота вдруг свело приятной судорогой. Пора было признаться, что меня заводила сама мысль о том, что мы снова окажемся наедине. В непосредственной близости к кровати. Или любой другой удобной поверхности. 

Драко | Сцена 9

      Мне даже не пришлось придумывать причину вернуться в дом. Она нагрянула сама, заставляя всех разбежаться по ближайшим убежищам.        Мы быстро собрали все вещи. Поднимался порывистый ветер. Гермиона надела поверх купальника коротенькое полупрозрачное платье, от которого у меня непроизвольно сводило челюсти, а я так и остался в плавках, предпочитая оказаться в коттедже уже сейчас.        — Пойдём? — спросила она нервно.        — Угу, — я проверил, не забыли ли мы чего-то. Возле лежака я заметил свою кепку. Видимо, свалилась, когда я мечтал о Грейнджер без купальника.        Чтобы не терять времени, я просто наклонился через лежак и потянулся рукой, как вдруг послышался оглушительный раскат грома.        Одновременно с этим я расслышал тихое «ой» и вдруг меня вместе с моей кепкой повалило на песок.        — Боже, Малфой, прости, — начала лепетать Грейнджер, лёжа на мне. — Я не хотела, просто… ты почему… я думала, ты уже отошёл.        Она пыталась сказать что-то ещё, а я мог думать только о том, что валяюсь на песке, обнимая самую прекрасную женщину на планете. Влажный купальник через тонкую ткань платья приятно касался моего горячего торса.        — Просто признайся, что хотела поскорее поместить меня в горизонтальное положение, — выпалил я.        То ли так действовало атмосферное давление и температура воздуха, то ли я действительно задолбался скрывать свои желания.        Грейнджер засмущалась. И улыбнулась.        — Не буду лгать, я об этом подумывала, но не планировала.        Я ухмыльнулся.        — Значит, это чистая случайность?        Снова загремело и Гермиона прижалась ко мне плотнее.        — Случайности не случайны, Драко, — прошептала она.        Я не знаю, что это было, но мне понравилось. Она улыбнулась шире и оставила лёгкий мимолётный поцелуй на моих губах. После быстро поднялась, подавая мне руку.        — Нужно поторопиться, — заискивающе сказала она, помогая подняться и мне.        Я не отпустил её руку — просто повёл к коттеджу, словно так и должно быть. 

Гермиона | Сцена 10

      До домика мы добрались бегом. Ветер поднимался, порывы становились всё сильнее с каждой минутой, а небо время от времени буквально раскалывалось пополам.        Я никогда не была поклонницей подобных погодных явлений. Гроза вызывала во мне чувство тревоги и небезопасности.        Стоило нам ступить на порог, как начался проливной дождь. Капли падали по диагонали: настолько сильным был ветер. Я вбежала в комнату, замечая, как развеваются шторы у двери, выходящей на задний дворик. Я поторопилась закрыть её, пока Малфой закрывал окна.        — Вот это погодка, — пробормотал он.        Я съёжилась, когда послышался очередной раскат. Признаться честно, весь азарт от предстоящего уединения как рукой сняло.        — Эй, Грейнджер, — тихо позвал меня Драко, дотрагиваясь до моего плеча. — Ты в порядке?        Я потёрла ладонью лоб и облизала губы.        — Да, — сглотнула. — Просто некомфортно чувствую себя из-за непогоды.        Малфой провёл ладонью по моей спине, а после приобнял.        — Я в детстве до ужаса боялся грома. Однажды Тинки — это мой домовой эльф — рассказала мне страшилку, мол гром это последствия проклятий злого волшебника, который охотится на непослушных детей, — он обнял меня крепче, а я положила голову ему на грудь, будто пряталась от всего происходящего. — Как ты уже, наверное, догадалась, я был не самым послушным ребёнком, потому каждую грозу думал, что это на меня ведётся охота.        Он тихо засмеялся, его торс затрясся. Это вызывало непроизвольную улыбку.        — Только спустя несколько лет я понял, какой хитрой была Тинки. Ведь я и правда стал её слушаться, — мы засмеялись сильнее.        Тревога отступала, хоть буря за окном и набирала обороты.        Драко отпустил меня и взял за руку, заглядывая мне в глаза.        — Чем бы ты хотела заняться? Не то, чтобы у нас был огромный выбор, — он повертел головой в поисках объектов отвлечения.        Мне вдруг захотелось уюта. Я бы сейчас не отказалась оказаться в его объятиях, в кровати — за каким-нибудь приятным занятием.       Сзади меня послышался тихий щелчок.        Драко хмыкнул, я обернулась.        — Кажется, магия коттеджа нам поможет.        На столике около входной двери, где до этого стоял старый проигрыватель, теперь находился кинопроектор.        Драко | Сцена 11       Ураган усилился. Я постарался наколдовать заглушающее, но удалось избавиться только от слишком сильного треска грома. Бьющий в окна ветер набирал мощи, домик быстро остывал.        Я попытался сосредоточиться на кинопроекторе, пока Грейнджер за моей спиной переодевалась. Я слышал шуршание одежды в моменты, когда порывы ветра утихали, но усилием воли не оборачивался. Хоть мне и хотелось созерцать разворачивающуюся сзади картину.        Когда кинопроектор был побеждён, я громко выдохнул и, медленно оборачиваясь через плечо, встал на ноги. Улыбка сама по себе расползлась по моему лицу.        — Удобно? — весело спросил я, довольный тем, что Грейнджер согласилась на моё предложение.        Она смущённо улыбнулась, теребя подол моего худи, которое едва ли прикрывало её бёдра. Ей оно шло.        — Да, вполне подойдёт.        Я хмыкнул на эту напускную дерзость и повалился на кровать.        Гермиона же осталась стоять, смотря в окно, где шквалистый ветер гнул пальмы до земли.        — Эй, — позвал её я и хлопнул ладонью по кровати. — Иди ко мне.        Подобные фразы никогда не звучали между нами в бытовом плане. Но я это сказал и не жалел. Мне хотелось, чтобы она чувствовала себя в безопасности. Рядом со мной.        Грейнджер помялась ещё мгновение, прежде чем забралась в постель, устраиваясь возле меня. Я обнял её одной рукой, другой подтянул её ноги и положил их себе на живот.        — Так нормально? — спросил я, невербально призывая простыни, сбившиеся в ногах. Я накрыл одной Гермиону.        — Отлично, — прошептала она куда-то мне в шею, пуская по позвоночнику табун мурашек.        Я запустил проектор и на стене рядом зажглась картинка. Гермиона, казалось, расслабилась, но в моменты порывов ветра жалась ко мне сильнее. Я же в ответ обнимал её крепче, не забывая при этом нежно поглаживать её колени.        — Нам повезло, что здесь всё освещение магическое. Будь мы в маггловском лагере, уже давно бы сидели без электричества, — тихо пробормотала она.        Я посмотрел на Гермиону, замечая, что фильм ей совсем не интересен. Её это не отвлекало.        Я облизал губы. Нужно было что-то предпринять.        — Даже если магия перестанет работать из-за урагана, тебе не о чем беспокоиться, — я взял её за подбородок, заставляя посмотреть мне в глаза. — Если ты прямо сейчас не перестанешь изводить себя волнением, я заставлю тебя это сделать.       Грейнджер приоткрыла рот. Я и сам не ожидал, что выпалю такое.        — Каким образом? — невинно спросила она и моргнула.        Я на мгновение опустил взгляд на её губы и пазл сложился. Лучшим решением отвлечь Гермиону Грейнджер от бушующего за окном апокалипсиса было заставить её получить оргазм. А лучше несколько.        Я долго не думал. Всё ещё держа её за подбородок, я приблизился и смело поцеловал её, оставляя на задворках любую аккуратность.        Я твой ураган, Грейнджер. И если ты боишься потерять контроль, пусть я буду причиной, которая позволит тебе отпустить его.