Скучающий взгляд

— У вас скучающий взгляд, но я даже нахожу это привлекательным. Так сказала девушка за барной стойкой, игриво наклонившись, чтобы подать напиток. Она хитро улыбалась, поглаживая горлышко бутылки. Обыкновенно равнодушный к комплиментам Леви в этот раз задумался. Зачем хвалить взгляд, если считаешь его скучающим? Капитан устало опрокинул рюмку, сам не зная, зачем пришёл сюда и зачем выпивает. Он уверял себя, что в этом вопросе им движет скука. Та самая. И ведь служба в Разведкорпусе не даёт заскучать, но внутреннюю пустоту никак не заполняет. А пустота порождает только скуку. Леви уже и забыл, испытывал ли когда-нибудь что-то иное. Казалось, в его сердце нет места другим эмоциям, но воспоминания о них остались. Он хорошо помнил чувство, что проходилось по телу горячей волной и затрудняло дыхание. Помнил, потому что к нему было невозможно адаптироваться. Он точно испытывал это чувство раньше. Когда вжимался костлявой спиной в холодный камень стены под симфонию скручивающегося в узел от голода желудка. Когда единственным собеседником был труп его матери. Когда ощущение одиночества и беспомощности не давало сдвинуться с места. Когда учился выживать у Кенни. Когда тот исчез из его жизни, ничего не сказав. Когда сжимал ладонь правой руки в кулак и прикладывал к сердцу, а чувство долга перед Родиной выпрямляло его спину. Когда чувствовал себя нужным стране. Когда впервые рассек клинком заднюю часть шеи титана, и кровь брызнула алым фейерверком, ознаменовавшим его скромную победу. Когда в его жизни появилась Петра. Когда её рыжие волосы отливали золотом на солнце. Когда она улыбалась, изящно вскидывала клинок, делала перевязки и вообще просто существовала. Когда не уберег. Когда её голова с влажным звуком сползала по стволу дерева, и ее рыжие волосы отливали багровым. Когда ее безжизненное тело пришлось вытолкнуть из телеги, чтобы лошади могли скакать быстрее. Леви мог поклясться, что в тот момент бы предпочел быть съеденным титаном, чем безвольно наблюдать, как мешок с трупом теряется в облаке пыли. С трупом человека, ради которого не жалко было и свою жизнь отдать, да только в этом уже не было никакого смысла. В конце концов, когда нужно было смотреть в глаза её отцу после случившегося. Это было волнение. Когда-то радостное, когда-то болезненное, но каждый раз оно доказывало Леви, что он живой. Просто человек. Со временем волноваться стало не о чем, а на место жизнеутверждающего трепета пришла пустота. Теперь остаётся лишь получать комплименты про "скучающий взгляд" от желающей пофлиртовать девушки по ту сторону барной стойки. Леви и правда скучал, только совсем не в том смысле. Он скучал по беззаботной жизни, полной легкости, свободы и счастья. По жизни, которой у него не было и никогда не будет.