Феромонная ловушка

«When we drive in your car, I'm your baby

Losing all my innocence in the back seat

Say you love, say you love, say you love me

Losing all my innocence in the back seat»

♫ Addison Rae — Diet Pepsi

Когда всё закончилось, Левиан устало привёл одежду в порядок. Между ног слегка саднило. На бёдрах осталась пара засохших капель спермы, из-за чего кожа казалась липкой и неприятно тёрлась об ткань штанов. С тихим вздохом он подумал, что придётся принять душ перед сном. Сервайн тем временем лениво натянул остатки вещей и застегнул ширинку. Он был похож на сытого кота: уголки губ держались приподнятыми, а лицо чуть раскраснелось, почти крича о том, чем они занимались пару минут назад. — Ты снова расцарапал мне спину, — буднично заметил он. Леви раздражённо нахмурился, когда его талию крепко обвили руками. Оказавшись в тугом кольце и почувствовав тёплое дыхание у своего уха, он несильно ударил по предплечьям Вайна. — А ты снова кончил в меня. — Ты же принимаешь противозачаточные, — Вайн нечленораздельно пробормотал мужчине в плечо, сильнее прижимаясь к его телу. — И тебе самому нравится, когда я внутри. — Не говори эти мерзости, — поморщился Леви, отворачиваясь от щекотливых прикосновений. Но он бы соврал, сказав, что ему совсем не нравилось. — Мне пора возвращаться. Вайн недовольно пробурчал что-то ещё, отказываясь отстраняться. — Мне было так хорошо. Не хочу тебя отпускать. — Уже поздно. Езжай домой и будь осторожен на дорогах, — по-отечески сказал Леви. Его тон смягчился, когда он коротко погладил загрустившего Вайна по голове: — Мы скоро увидимся. — Ты уверен, что не хочешь поехать со мной? Переночевать у меня… — Нет, — Леви отрицательно качнул головой. — Не сегодня. Вайн состроил огорчённое выражение лица, но больше не настаивал. Ему хватало и того, что мистер Блэквуд внезапно подобрел. Похоже, секс заставил его стать чувствительнее. Даже голос превратился в более нежный, хотя тот по-прежнему изображал из себя недотрогу. — Поцелуй на прощание? Улыбнулся Вайн, показывая ямочки на щеках. Леви молча уставился ему в лицо, прежде чем послушно поцеловать. Это не могло не удивить, но удивление оказалось приятным. Обнимая мужчину за спину, Вайн проник языком в чужой рот и жадно провёл им по слизистой, вылизывая так, словно уже успел изголодаться. Прежде чем их сплетающиеся языки возбудили обоих, Леви предусмотрительно отстранился. — Мне пора. Напиши, когда доберёшься. — Так точно, — отсалютовал Вайн. Пусть их встреча продлилась всего ничего, этот опыт останется для него незабываемым. Кто ещё сможет похвастаться жарким сексом с психиатром в машине? Левиан стоял у обочины, пока яркий автомобиль не скрылся из виду, и лишь тогда направился домой. Однако, стоило ему обернуться, как виски прострелило болью. И вовсе не от неудобной позы на заднем сиденье. У широких ворот особняка стояли бабушки, не сводившие с него любопытных глаз. И почему он не услышал, как они подъехали? Когда? — Кажется, мы упустили важного гостя, — произнесла Рейна. — Нужно было вернуться раньше, — согласилась Эбби. «Вот же… Как долго они здесь? Нет, как много видели?..» Леви скрипнул зубами, но внешне не показал ни толики нервозности. Его губы тронула спокойная улыбка, пока он на ходу выдумывал оправдания: — Вы уже вернулись? Это был один из моих пациентов. Ему требовалась срочная помощь, поэтому он ненадолго заехал. Рейна недоверчиво хмыкнула, её глаза практически горели желанием поскорее погрузиться в новые подробности личной жизни внука. От этого взгляда кожа Леви покрылась мурашками, и он поспешил внутрь. — Давайте зайдём. Ночью холодно. Рейна не стала оставлять замечание, что им, как доминантным, не страшен никакой холод. Вместо этого хитро улыбнулась и подхватила жену под локоть, чуть ли не волоча за собой. Леви придержал дверь для женщин, а затем вошёл следом. Эбби как бы невзначай спросила: — Значит, твои пациенты звонят тебе даже в нерабочее время? — Бывает и такое. Они прошли в гостиную, где Рейна включила умный свет коротким хлопком в ладоши. Её выразительные голубые глаза посмотрели прямо на Левиана, когда она беспардонно задала следующий вопрос: — И целовать их — тоже часть твоей работы? — Может, это что-то из дополнительного прайса? — Тон Эбби звучал равнодушно, но Леви воспринял слова за издёвку. Она редко шутила или отвечала сарказмом, поэтому моменты, как этот, ощущались почти сюрреалистично. Создавалось впечатление, что бабушка была недовольна. Хотя на бесстрастном лице казалось невозможным прочитать её настоящие мысли. Леви нахмурился, лихорадочно соображая. Соврать? Сказать правду? Будут ли они злиться? Нет, почему он вообще должен перед ними отчитываться? Он что, забыл, сколько ему лет? Его жизнь никого другого не касается, уж тем более интимная. — Давайте обойдёмся без обсуждений, — ровно сказал он. — Это конфиденциальная информация. — Значит, вот какая психотерапия изнутри? — демонстративно задумалась Рейна. — Мы, конечно, не будем лезть не в своё дело. Но ты будь внимательнее, когда занимаешься такими вещами на публике. — Папарацци нередко ошиваются рядом с нами, — кивнула Эбби. — У тебя слишком известная фамилия, чтобы вести себя так беспечно. Можно сказать, сегодня просто повезло: уже достаточно темно и льёт дождь. Но при иных обстоятельствах на тебя бы уже насняли достаточно компромата, чтобы лишить лицензии. — Потеря лицензии не такая большая проблема. Гораздо хуже потерять лицо. Если испортишь свою репутацию, будет тяжело отмыться, — продолжила рассуждать Рейна. Они будто забыли, что предмет обсуждения находится прямо перед ними и явно не хочет участвовать в этом разборе полётов. У Леви буквально началась мигрень. Он никогда бы не подумал, что придётся слушать нравоучения. С его-то стажем… — Вы правы, я поступил безрассудно, впредь буду внимательнее, — решив закончить на этом, Леви готов был уйти в комнату. Но Эбби вдруг уточняюще спросила: — Значит, вы тайно встречаетесь? — Ты не собирался нас познакомить? — обиженно цокнула Рейна. — Это просто мой пациент, — Леви раздражённо выдохнул и вдохнул, считая про себя до десяти. Он ненавидел, когда кто-то допытывался в вещах, о которых он предпочитал не распространяться. И интрижка с больным военным входила в перечень запрещённых расспросов. Проблема в том, что расспросы исходили от тех, кого он попросту не мог ни проигнорировать, ни грубо отшить. — И много у тебя таких пациентов? — Эбби поморщилась, явно надумав себе лишнего. Как та, кто почти всю жизнь прожила с чувствами лишь к своей жене, она не могла представить себе полиаморных или свободных отношений. Для неё это было чем-то отвратительным и неправильным. — Нет, всё не так, — Леви поспешил избавить бабушку от ненужных домыслов и едва не начал беспомощно жестикулировать. — Этот случай уникальный в моей практике, больше я ни с кем не встречаюсь. — Тогда представь нас, — безапелляционно заявила Рейна. Её расслабленное лицо посерьёзнело. — Я думала, у тебя есть шанс с Сэнди, но… кажется, ты любишь мужчин? Ты же не заставляешь себя, потакая какому-то извращенцу? Что ж, в какой-то мере так и было. Но мужчин он всё-таки любил. — Это не совсем тот каминг-аут, который я себе представлял, — криво усмехнулся Леви. Отпираться было уже поздно, ведь он оказался пойман с поличным. — Сэнди для меня лишь подруга. И никогда не станет чем-то бо́льшим. Но я не вижу смысла знакомить вас с пациентом, ведь мы не состоим в романтических отношениях. — Хаа… — Рейна глубоко вздохнула. Эбби сделала то же самое, и они многозначительно переглянулись. Леви почувствовал себя школьником, не сделавшим домашку. Его словно отчитывали. Нет, эти вздохи означали неопределённое разочарование. Как будто он принёс домой плохую весть, например о двойке в дневнике. У него не происходило ничего подобного в детстве, но благодаря рассказам пациентов, травмированных учебной системой, Леви открыл для себя много новых сравнений. — Думаю, на этом я пойду спать, — решив ретироваться, пока женщины замолчали, он поспешно шагнул к лестнице. Но в последний момент остановился у первой ступеньки. — Кстати, что случилось с Эсме? Вы решили проблему? — Рида осталась с ней, чтобы позаботиться об этом, — произнесла Рейна, не сводя пристальных глаз с внука. Судя по всему, она не пребывала в восторге от услышанной информации. И ей хотелось знать больше, гораздо больше. Будь такая возможность, Рейна бы залезла Леви в голову, чтобы перерыть там всё в поисках ответов. Её острый взгляд чересчур давил, будто проникая лезвиями под кожу. Леви безучастно кивнул, не найдя слов — в мыслях предательски стало пусто. Он быстро поднялся на второй этаж, буквально сбегая от нежелательной темы. Эбби недовольно качнула головой, наблюдая за растерянностью внука. Они редко видели его таким сбитым с толку. И уж тем более ни разу не раскрывали его секретов, особенно таких… непрофессионально профессиональных. — Ты тоже это почувствовала? — Рейна приобняла жену за талию, привалившись сбоку к плечу. Та взглянула на неё с нескрываемой любовью в глазах и коснулась губами виска. — Запах секса? — И феромоны альфы. Левиан пропитан ими насквозь, — Рейна тихо зевнула. Она смежила веки и наслаждалась мягкими поглаживаниями, пока Эбби нежно гладила её по руке. — Похоже, он настолько привык к ним, что даже не замечает, — задумчиво предположила Эбби. — Это может стать проблемой. — Дай ему время. Наши внуки достаточно взрослые, чтобы справиться с собственной репутацией. — Не в репутации дело, — отмахнулась Рейна, её брови вдруг сурово сошлись на переносице. — Я боюсь, что любовь станет для него обузой. Эбби поджала губы, молча размышляя некоторое время. — В этом есть свои плюсы. Сейчас он выглядел прямо как мальчишка, пойманный за первым поцелуем на заднем дворе школы. — Имеешь в виду, для него это своеобразный опыт? Леви уже не ребёнок. — Но он всегда всё делал безупречно. Почему бы не позволить ему впервые в жизни совершить ошибку? Рейна вздохнула, но не выказала несогласия. — Я лишь хочу, чтобы… — она запнулась, выглядя как человек, вспоминающий ужасные события прошлого. — Чтобы он не скатился в пропасть, как Марси. Вдруг чувства к тому, кого любить нельзя, разобьют его настолько, что он больше не сможет жить? — Тогда мы соберём его обратно, — легко ответила Эбби. Она притянула жену полностью в свои объятия и успокаивающе провела по спине. Та выдохнула ей в щёку и мягко поцеловала туда же. — Думаю, ему нужна охрана. — Рейна. — А если его сфотографируют журналисты? — Мы просто выкупим весь материал. — И всё же… — Наше беспокойство не повод ограничивать чужую свободу. Хоть я и осуждаю его действия, лучше дать человеку разок обжечься, чтобы он понял, чем это чревато, — философски изрекла Эбби. Рейна со смешком фыркнула: — Ты осуждаешь его за связь с пациентом? Или за то, что они не находятся в отношениях? — Естественно, второе, — Эбби даже не раздумывала. Лишь чуть нахмурилась, будто вопрос был слишком очевиден. — Наплевать на медицинскую этику, но если их встречи регулярны, то почему они не пара? Левиан никогда не был таким легкомысленным. — Или мы плохо его знали, — резонно предположила Рейна. — С его-то замкнутостью. Он даже сейчас держится поодаль от семьи, хотя и присутствует рядом. — В общем, он должен взять ответственность, — холодно подытожила Эбби. — Тот альфа наверняка влюблён в него, иначе не оставил бы после себя такого шлейфа. Леви словно в бассейне феромонов искупался, я до сих пор чувствую нотки этого запаха. — Хм, — Рейна хмыкнула и сложила губы бантиком, изображая возмущение. — Не вдыхай чужие феромоны, я ревную. В подтверждение она слегка выпустила свои собственные. Немного, просто подразнить. Но этого хватило, чтобы в Эбби проснулось желание зацеловать искушающую омегу прямо здесь. Даже став бабушкой, Рейна по-прежнему выглядела как богиня, сошедшая с картины. Эбби, как и сорок лет назад, всё ещё хотела любоваться ею каждый миг своей жизни. — Как скажешь, любовь моя. Рейна довольно улыбнулась, получив недолгий, но чувственный поцелуй. Они переплели пальцы, и по пути до спальни омега шепнула Эбби на ушко: — Вся эта молодёжная суета свела меня с ума. Рида с Эсме и Леви заставили скучать по былым дням. — Например? — Например, когда мы тайком трахались в гримёрке прямо перед показом, — Рейна лениво изогнула губы в улыбке, подстраиваясь к жене поближе. Эбби затаила дыхание, наблюдая за её хищным взглядом. Голову заполнили эротичные воспоминания, и она, опьянённая ими, хрипло спросила: — Хочешь повторить? — Сейчас? — Рейна состроила удивлённое лицо. Благодаря её актёрским навыкам, получилось почти убедительно. — Дом же полон людей. — Левиану это не помешало, — проворчала Эбби, открывая дверь спальни и пропуская Рейну вперёд. — Ха-ха, — та тихо рассмеялась, сразу же утягивая жену в глубокий поцелуй. Дверь за ними бесшумно захлопнулась.

***

Вынужденный и весьма личный диалог с бабушками оставил Леви некомфортное чувство, как если бы ему перемыли косточки у него же на глазах. Практически сразу он отправился в душ, а после обсессивных намыливаний устало плюхнулся на кровать. Мокрые волосы разметались по подушке, но вместо их сушки омега достал телефон и проверил входящие. Было пусто. Значит, Вайн ещё едет. «Почему я вообще жду от него сообщение?» Леви раздражённо убрал мобильный и наконец вытер капли воды с лица. Быстро одевшись в пижаму и высушив голову феном, он залез под одеяло и выключил ночник. «Сегодня был до ужаса странный день. Но, по крайней мере, меня перестанут сватать с подругой детства. Будет ли Вайн злиться, если узнает, что моя семья в курсе? Или… может, даже обрадуется. Он похож на человека, который с радостью познакомится с родителями партнёра». Леви хмуро потёр лоб и тяжело вздохнул. «Хотя я не партнёр ему вовсе, это лишь терапия. И с чего я вдруг стал вести себя, как идиот? С бабушками невозможно спорить, вот почему я не хотел показывать им интимную сторону своей жизни. В смысле, рабочую сторону. Наши отношения — просто работа. Я помогу ему, и тогда всё закончится. Наверное, стоило именно так всё им объяснить». Пытаясь что-то доказать самому себе, Леви нервно перебирал телефон в руке. И когда он вообще его взял? Действие вышло неосознанно. Как и подглядывания в сторону сообщений, где до сих пор не возникло ни единого уведомления. — Такими темпами мне тоже скоро понадобится психиатр, — пробормотал он, усилием воли убирая смартфон как можно дальше. Не хватало ещё помешаться на придурке, у которого из достоинств только имеющееся в штанах. Разозлённый и вымотанный этим бесконечным днём, Леви задремал сразу же, как прикрыл глаза. Спустя полчаса на фоне послышалось звонкое пиликанье, оповещающее о новом сообщении. И ещё об одном. И о третьем. Сонный мозг не уловил, сколько точно раз прогремел звук. Леви разблокировал экран и открыл переписку с Вайном. Тот закидывал его бодрым потоком слов: «Я дома!» «Вы уже спите?» «Сегодняшний вечер был таким классным, давайте как-нибудь повторим» «Хотя моя сестра не обрадуется…» «Но мы ей и не скажем ;)» «Скучаю по вам, мистер Блэквуд» «А вы по мне?» [стикер мультяшного добермана с вылупленными грустными глазами] «Спокойной ночи, увидимся завтра» «Обязательно вкусно позавтракайте» «Или я привезу вам булочки и десерт на обед» «Только скажите» «Вы правда уснули?» Леви сонно пролистал всю эту кучу сообщений, постепенно осмысливая прочитанное. В груди разлилось тепло от ощущения заботы и внимания, которыми Вайн беспечно его одаривал. Пальцы неторопливо напечатали: «Я сплю. Добрых снов, Вайн» Немного погодя, он добавил: «Ты тоже хорошо питайся» И, не дожидаясь ответа, наконец провалился в крепкий, чуть беспокойный сон.