Раскрыть Тайну

Лас-Вегас. Город разврата и звона монет. Богатые мира сего собираются здесь, дабы потешить своё ненасытное эго. То тут, то там остались будто с прошлого века неоновые вывески, что освещают пороки Лас-Вегаса своими кислотными цветами. Мне нравится работать в Лас-Вегасе, здесь много неуверенных в себе мужчин, которые жаждут женского внимания. И тут на сцене появляюсь я, вся такая милая и глупая. Они жаждут моего тела. А я жажду информации, которую они могут мне преподнести на блюдечке. С сигаретой в руке, скрываясь под зонтом от дождя в прохладную весну я вышла на свою охоту за новой статьёй. Моя цель — раскрыть всему миру существование ночных охотников, что считают нас своим стадом. Мои каблуки громко цокают по асфальту, и звук словно исчезает в дожде ночного, но яркого города порока. Делаю затяжку. Уже и не помню когда начала курить это чёртово мальборо. Кажется лет в 14, а сейчас мне… Сколько? Вроде бы 26. Или 27. Моя жизнь не располагает к настоящей дружбе и отмечать Дни Рождения мне не с кем. Настоящие журналисты не заводят крепкой дружбы. Дружба нужна нам лишь для работы. Каждый из нас готов предать тебя за красивый заголовок в очередной продажной статье с баллами DEI. Ещё затяжка. Резкий порыв ветра помогает мне находится здесь и сейчас, а не улетать куда-то далеко в мириады мыслей. Мимо проходят люди, а на дворе ночь. Скорее всего это такие же идиоты, как и я. Не знаю куда идут они, но вот я точно иду навстречу своей смерти. Ведь ничем кроме смерти не может закончится история журналистки, узнавшей горькую правду о нашем мире. Горькая правда такова, что все эти рассказы про вампиров, магов и оборотней оказались ничерта не сказками. Мы живём с ними уже тысячи лет и ещё тысячи не узнали бы об их существовании, если б не вездесущий интернет. Эти самые твари меня и убьют, я знаю. Но пока я ещё жива. И пока у меня есть цель. Большую часть порочности Лас-Вегаса составляют повсеместные казино. Именно там проводят своё время дети богатых персон, что не знаю о ценности их достатка. Такие люди не осознают, что являются паразитами нашего общества. Даже не знаю что хуже, кровососущие ночные твари или эти мудаки. Наверное хуже всего столкнуться в богатым заносчивым вампиром. Боюсь, реальность такова, что тварь, «живущая» на Земле сотни, а то и тысячи лет с огромной вероятностью станет богатой и заносчивой. В один из таких храмов порока я и держу свой путь. Имя ему «Казённая Монета». Название просто идиотское, будто я попала не в главный оплот портеблядского мира, а в коммунистическую Москву. Уверена, что название для казино лично выбрал его владелец: Ефрем Корнели. От моего информатора я знаю, что это еврей русского происхождения. Учитывая, что он очередной кровососущий паразит не удивлюсь тому, что он успел застать и царя, и вождя, и президента. И всё же, какое же это дурацкое название для казино в Лас-Вегасе… Сигарета стала крепче и начала горчить. Интересно, сколько бы я смогла сэкономить если бы не курила? Тысячи долларов? Десятки тысяч? За столько лет я выкурила тонны табака. Думаю сейчас эти сэкономленные деньги мне бы не помешали для поддержания своего имиджа. Вижу заветную вывеску. Я на месте. Закрываю зонт и вхожу внутрь. Интерьер казино был прекрасен. Я будто попала в замок какого-то зажиточного герцога. Коричневые приглушённые стены, высокие потолки, мраморные колонны, огромные люстры, точно водопады стекали с потолка на гиптонический пол. Я бросила зонт в стойку, сняла с себя пальто и обнажила всему миру своё элегантное красное платье с вырезом на левой ноге. Спина была почти голая, лишь тонкие завязки защищали её от похотливого взора мужчин. Угольные волосы были убраны в массивный пучок, от которого у меня уже начинала побаливать голова. Или это от курения? Отдав пальто в гардероб я направилась к кассе. Уже от сюда я чётко слышала тот гул казино: крики, пересчёт фишек, однорукий бандит, рулетка. Лично я не игрок. Как минимум у меня нет на такое денег. Даже в элегантном платье я выделяюсь своей нищетой на фоне других посетителей казино. Обменяв свои немногочисленные пожитки на фишки я вгляделась в администратора на кассе. Пока он пересчитывал купленные мною фишки, не то, чтобы там долго пришлось их считать, я обратила внимание на его кожу, на его натужное прерывистое дыхание. Да, он точно один из этих тварей, я в этом не сомневаюсь. Небось когда я развернусь он так и будет пялить на мою шею с невероятным желанием высосать из меня всё до последней капли. Да от одного лишь взгляда этого существа моя кожа покрывается мурашками, а на лбу выступает прохладный пот. Мэм, с вами всё хорошо? — спрашивает он меня таким низким чарующим голосом — Может вам вызвать скорую? Вы как-то неважно выглядите. Нет-нет, со мной всё хорошо… Просто на улице такая прохлада, да и здесь так шумно, — чёрт, и это отродье ещё интересуется моим состоянием? Мерзость какая. И что я вообще ляпнула? Шумно? Он явно поймёт, что я тут впервые, раз шум так воздействует на меня. Надо быть внимательнее к своим словам, даже если передо мной могущественное существо, способное разорвать меня на части одним лишь движением пальца. Уж не знаю, была ли эта мимолётная паранойя вызвана новой обстановкой или магией этой твари за стойкой, но одно я знаю точно, впредь здесь все для меня будут опасны и мне нужно держать себя в руках, как бы страшно мне ни было. Руки машинально потянулись в сумку за очередной порцией табачного дыма в лёгких, но я вовремя отдёрнула себя. Я не хочу, чтобы запах табака от меня был настолько сильным, ибо тогда играть наивную дурочку будет куда сложнее. Я шагаю внутрь казино. Цоканья каблуков об мраморный пол утопают в гуле казино. Эта блевотная симфония разврата, а я в ней лишь очередная нота, не первая и не последняя. Нет, я не настолько наивна, чтобы думать, что одна лишь женщина способна изменить весь мир. Я понимаю, что один человек даже будь он безмерно богат и невероятно замотивирован не способен изменить эту прогнившую машину человечества. Мы как тараканы выживем не смотря ни на какие апокалипсисы и войны. Я прохожу мимо ревущих слот-машин прямо к бару с максимально дешёвыми напитками. Нет, правда, в казино любые напитки стоят слишком дёшево и всё для того, чтобы тебе ничего не мешало играть, а лишь стимулировала подольше остаться и побольше потратить. Особенно потратить на игры. Игорный бизнес действительно самое ужасное, что есть в нашем мире. И вот я нахожусь в самом центре, с фишками в руках, ожидающая слабого мужчину, что решится подойти ко мне с предложением потратить моё время на очередную болтовню о плохой богатой жизни за несколькими бокалами полусладкого. Прошло, вроде бы, не так уж и много времени, но я уже начинаю потихоньку скучать, как вдруг замечаю его. Я знаю это лицо, это Генри Нейман! Местный крупье. Его лицо я хорошо запомнила: пожирающий тебя острый и холодный взгляд, бледная кожа, зализанные каштановые волосы. Мой информатор показывал мне фотографии нескольких работников казино, но именно образ Генри мне впился в память. К тому же он был знакомым моего информатора. Не уверена насколько могу доверять ему, но порой внешность бывает обманчива. Да и если он сможет дать мне доступ к кабинету Ефрема, то, возможно, я смогу накопать достаточно всякого дерьма на их обоих, чтобы обезопасить себя в смертельной игре. Встаю из-за стойки и, покачивая бёдрами, иду в сторону знакомого мне крупье, который как раз закончил очередную бессмысленную игру с богатыми идиотами. Почему бессмысленную? Потому что они то уж точно должны понимать — казино всегда выигрывает. Возле Генри я, будто случайно, роняю свою сумочку и, негромко но показательно вздохнув начинаю наклонятся за ней. Мой план сработал и меня в сеем действии опережает вампир. Простите, я такая неуклюжая, — говорю я слегка повышая свой голос и стараясь спрятать некоторую прокуренность в нём, — Мне так неловко обременять вас, ещё раз простите. Опасное лицо Генри показало свой оскал. Возможно он так пытался улыбнуться, но с его глазами любая улыбка превращается в опасный для жизни оскал. Он протянул мне мою сумку, — вот, кажется это ваше, мисс. Не стоит извинятся. Вы что-то хотели? Я заметил, как вы шли точно ко мне, — сказал он как отрезал, а его мертвецки ледяное дыхание коснулось моего лица. Неужели я настолько явно делаю свою работу? Неужели все давно раскрыли мою настоящую личину журналиста и уже готовят для меня тихую казнь, чтобы не дать мне выведать слишком многого? Нет, надо отбросить такие параноидальные мысли. Надо собраться. Да, кажется я искала именно Вас, — весь страх остался где-то в прошлом, ведь сейчас я работаю и я должна оставаться всегда сильной, — думаю у нас с Вами есть общий знакомый, что должен был передать о моей персоне Вам. Хм… Кажется я понимаю о чём Вы. Мисс Алисия, верно? Идзу передавал мне о том, что Вы ищете помощи в своё деле, а нам может быть полезна Ваша деятельность. Взаимная выгода, вроде бы так объяснял мне Ваше присоединение к нам наш общий знакомый. Что ж, тогда, думаю, я могу особо не скрываться перед Вами. К тому же, такой очаровательной леди я не был бы в силах солгать даже без нынешних обстоятельств, — сказал он и снова оскалился в «улыбке». Кажется я даже смогла увидеть его клыки, но лишь на мгновение. Лёгкая дрожь пробежала по моей спине. Точно ли я могу доверять ему? Что если Идзи ошибся в выборе союзников? Да, он видит гораздо больше, чем кто-либо из людей и ночных тварей, но его кровь, как он сам выразился, слаба и может быть он всё же ошибся? Вид Генри и его оскал кричат мне бежать куда подальше. Я словно загнанная в угол львом антилопа. Кажется именно так чувствует себя добыча пред взором хищника… Собравшись с мыслями я начинаю, — кажется нам стоит поговорить в более.. приватной обстановке, если Вы понимаете о чём я. А вы должны меня понимать. Одна из ВИП-комнат может подойти для нашего разговора тет-а-тет, — понизив голос говорит Генри, будто за шумом игорного помещения можно расслышать и тем более понять чью-то речь. А затем более громко добавляет он указывая в сторону коридора с чуть приглушённым светом, — приватные комнаты находятся в той стороне. Вам принести наше лучше шампанское? Я киваю, получаю от Генри наказ сказать при входе охране, что я от него, и направляюсь в указанную мне сторону, в поисках уединения. Комната оказалась очень просторной, с большим диваном, чайным столиком с разными украшениями и фруктами, высокими потолками и громадными окнами. Перед тем как плюхнуться на диван я заметила усилившийся на улице дождь. — Хорошо быть богатой, — вслух отметила я, понимаю что слова о невозможности купить счастья за деньги невероятная ложь, созданная для нищих как я людей, дабы придать их жизни хоть чуточку смысла и вселить надежду на лучшее, которого никогда не будет. Освободив ноги от давящей клетки каблуков я стала ожидать ходячего трупа, которому, возможно, могу доверять. Генри не заставил себя долго ждать. Как тень он объявился в комнате с бутылкой шампанского и парой бокалов. Через мгновение богатое пойло стояло на чайном столике. И так, почему столь хрупкая леди решила, что сможет раскрыть вековую тайну нашего существования стаду? — Стаду, отозвалось в голове. Для него я лишь очередная заблудшая овечка, которая решила прыгнуть выше головы. — Кажется мне, что ваши приёмы не будут эффективны против нас. Видите ли, многие мои братья считаю Вас едой, а сношаться с едой как-то странно, не находите? И нет, простите, я не хочу Вас обидеть, просто одного лишь взгляда на Вас хватит, чтобы понять каким местом вы добиваетесь «правды». Действительно, а почему я вообще решила, что кому-то из этих существ я буду интересна? Да они небось с Мадонной здоровались, а я лишь очередной ходячий пакет крови в красивой обёртке. Но отступать нельзя, тем более имея в союзниках аж двух представителей ночи. Вы меня не так поняли, я получаю информацию из разных источников и мне не обязательно… В мире есть магия крови и магия любви. Первой обладают каиниты, вроде меня, а вот Вы используете вторую. Алисия, давайте не будем лгать друг другу. Ведь я Вам не враг — Он перебил меня, но что это чёрт возьми было? Мне действительно не стоит спорить с союзником, да и он по большей мере прав. Я осознаю свою силу, силу обольщения слабых мужчин в обмен на информацию, которой они обладают. Он сел рядом со мной и налил бокал шампанского. Я даже не хочу знать сколько долларов сейчас плескается в моём бокале, но чёрт возьми, это шампанское невероятно. И всё же, счастье можно купить за деньги. Алисия, а ведь я не такой как они. Я вижу красоту в людях, — последнее слово далось ему тяжело, - я бы хотел проверить ваши «методы» по добыче информации на себе. Любая информация стоит денег и я был бы рад получить от Вас именно такую плату, тем более Вы за эти сюда и пришли, — Я аж чуть не подавилась от этих слов. Обольщать вампира? Ночную тварь? Хищника, что точно пил кровь других людей? Генри, скажи мне на милость, зачем это тебе? — Говорю я со злобой. У меня даже лицо, кажется, немного покраснело. И тут я поняла, что в моменте перестала быть милой и наивной вежливой простачкой и превратилась в типичную работящую девушку. Генри немного посмеялся глядя мне в глаза. — Кажется вы забыли свою маску, Алисия. Но, такой вы нравитесь мне даже больше. Изо дня в день видеть снующих туда-сюда внешне красивых, но прогнивших внутри дам я невольно начал забывать, что из себя на самом деле представляет существо, из-за которого не грех и войну развязать. Теперь Вы стали ещё боле красивой для меня. Знаете, а ведь я бы мог взять Вас силой, мне ничего не мешает это сделать прямо сейчас. Тон Генри сменился на строгий и доминирующий. И снова по моей спине прошла дрожь. Мне стало мерзко находится с этим. Делаю пару больших глотков шампанского, чтобы хотя бы немного сознание помутнилось, но оно какое-то слишком лёгкое. Очередная уловка казино, чтобы люди не могли напиться и продолжали играть? Стоит ли мне идти на такое из-за иллюзии изменения мира? А что если я на самом деле смогу хоть чуть-чуть, но обезопасить простых людей от этого зла даже ценой такой жертвы... Стоит ли мне идти на сделку с дьяволом и позволять хищнику касаться меня? И позволять ли? Кажется мне, что моего позволения тут и не нужно, и Генри лишь делает вид, что я всё ещё контролирую всю ситуацию. Я сделаю это… Но только лишь для того, чтобы показать Вам свою истинную решимость. А вы предоставите мне доступ к личному кабинету Корнели и не дай бог я не смогу там ничего нарыть на него! — говорю я, а голос мой всё же немного дрожит. Головой-то я осознаю, что сейчас произойдёт.