Денки, ты в порядке?

В этот же день Каминари Денки был переведён в специальную больницу недалеко от академии. Сквозь стены серого, безликого коридора доносился лишь звук шагов — тихих, как шепот тревоги. Каминари, в сопровождении Исцеляющей Девочки, осторожно шагал вперед, ощущая, как сердце учащенно бьется в груди. Каждая минута, проведенная в этом месте, казалась вечностью, наполненной непонятным страхом и ожиданием. Медсестры в белых халатах метались, как белые тени, будто бы их заботы были важнее, чем его собственные переживания. На их лицах, однако, проскальзывала всего лишь усталость и безразличие. Он чувствовал, как их взгляды скользят мимо, не задерживаясь, не исследуя его внутренний мир, полном смятения и боли. Попав в палату, он увидел холодный свет лампы, который жестко отражался от стен, словно подчеркивая его одинокую фигуру в углу. Комната была обставлена скромно, но изобиловала медицинскими приборами, которые напомнили ему о бесконечных тестах и анализах, перед которыми он едва ли мог восстать. Все стены были изолированы специальным материалом, который не даст электричеству выйти запределы палаты. Если его причуда снова выйдет из-под контроля, то можно не волноваться о безопасности других людей, вот только сам Денки теперь больше смахивает на психбольного, которому не место в обществе. Каминари знал, что этот перевод — не просто смена места, а начало нового этапа, полного неизвестности. Он смирился с этой судьбой. Теперь его считали опасным, а это место стало его временным убежищем. Но в глубине души Каминари понимал, что этот путь будет долог и тернист. И как бы ему не хотелось уйти обратно в привычный мир, он знал, что теперь ему придется готовиться к настоящей борьбе. В голове эхом раздалась последняя фраза его одноклассницы. Джиро была так искренна, что это действительно тронуло его до глубины души. — Как ты, мальчик мой, — Чиё Шузенджи, что сопровождала его от самой академии, с тревогой на него посмотрела. — Твои друзья скоро навестят тебя, не переживай. — Спасибо. После окончания всех занятий, несколько ребят из класса пошли навестить Каминари в больницу. Состояние парня было весьма стабильным. Он лежал и листал комиксы, которые ему разрешили взять из общяги. — Каминари, друг! — в палату первым ввалился Киришима вместе с Серо. — Ты в порядке? — Воу, тебя и не узнать с таким прикидом. — Полегче, ребята, — сделала им замечание медсестра, которая должна быть рядом на случай, если что-то пойдет не поплану. На этом настоял учитель Айзава для безопасности учеников. — Как же ты нас напугал! — Мина подбежала к постели и заглянула в комикс, который был в руках у Каминари. — Чем занят? Денки почему-то не спешил с ответом. Он лишь пристально смотрел на присутствующих и бегал глазами по лицам, будто кого-то выискивая. Но как только позади, окружающих его, одноклассников он заметил Кьеку, так тут же оживился. — Джиро, привет! — улыбнулся он, отложив книжку в сторону. — Да, привет, — она улыбнулась в ответ и подошла ближе. Каминари вновь перевел взгляд на остальных посетителей и как-то странно нахмурился, будто пытаясь что-то вспомнить. Джиро сразу это не понравилось. — Всё нормально? — Джиро, а... Кто эти люди? Неожиданное заявление заставило всех присутствующих напрячься. Парень с недоумением всматривался в лица, но совершенно не мог понять кто они. Девушка испуганно переглянулась с друзьями, но решила не наводить панику. — Это ведь наши с тобой одноклассники, — спокойно ответила она. — Ты не узнаешь их? Киришима, Серо, Мина... — Ох... Да, точно, — глаза его вновь засияли. Ему будто в голову пришло озорение. — Ребята! Я почему-то не узнал вас. Это же вы. Парень заметно повеселел. Кажется, он действительно вспомнил, после чего Джиро облегченно вздохнула. — Послушай, мы хотели кое-что спросить у тебя, — Джиро садится рядом с ним на кровать. — Вчера или может на днях, ты виделся с кем-нибудь посторонним? Или может заводил новые знакомства? — Вчера, — Каминари задумался. — Такого не припоминаю. Хотя... Кажется, я с кем-то сталкивался. Перед тренировкой мне нужно было забежать в общежитие ненадолго, но... Мне стало лень отпрашиваться у учителя, и я просто решил быстренько сбегать туда и обратно. — Ты должен был отпроситься! — нахмурилась Джиро. — Да... Я знаю, прости, — он сложил руки в умоляющем жесте и продолжил свой рассказ. — В общем, по дороге случайно столкнулся с какой-то девочкой. Подумал, что она с нашей параллели и извинился, но та даже не посмотрела на меня. Просто взяла и ушла. Но главное одета была странно: в каком-то балахоне с капюшоном. Не думаю, что раньше вообще её где-то видел. — Вот как... — Джиро тоже призадумалась. Может показаться, что это обычная ученица. И не обязательно с геройского факультета, а, например, из класса поддержки, но, из рассказа Каминари, она очень подозрительная личность. — Что-нибудь ещё? — поинтересовалась Мина. — А почему вас это интересует? — Разве учитель Айзава тебе ничего не рассказал? Каминари вдруг почувствовал острую головную боль. В ушах зазвенело, а боль отдавалась в виски. — Ух... Учитель ничего особого не говорил, — он взялся руками за голову. — Он объяснил, что... Моя причуда стала неуправляемой и мне стоит какое-то время побыть здесь. Ух... Теперь в ситуацию вмешалась медсестра. Она быстро подошла к нему, чтобы осмотреть, но Каминари вдруг отмахнулся от её руки и злобно глянул. Несвойственная ему агрессия заставила друзей забеспокоиться. — Убери руки, — он снова не дал медсестре прикоснуться к себе, от чего та тоже нахмурилась. — Юноша, советую, не противиться моей помощи. Это может быть чем-то опасным, позволь посмотреть. — Я сказал, отстань от меня! Джиро ужаснулась. Всё как и говорил Айзава. Каминари начал меняться в характере. Боль слегка утихла, и он глянул на свои пальцы. Маленькие молнии начали скокать по ладоням, а медсестра схватила того за запястье. — Тебе не стоит сейчас ею пользоваться, — строго произнесла девушка. В этот момент у него в голове будто что-то перещелкнуло. Волосы встали дыбом, а бинты на руках разлетелись на маленькие кусочки. За секунду его руки покрылись электричеством, а медсестра резко от него отскочила. — Убирайся! — Каминари вытянул руку вперёд в попытке напасть, но внезапно огромный заряд тока пронзил всё его тело. Медсестра быстро воспользовалась своей причудой, барьером, и закрыла учеников от опасности. Каминари кричал от боли, покрыв всю комнату током. Девушка вывела друзей из палаты и позвала на помощь персонал. — Каминари! — Джиро бессильно стояла у двери и слышала лишь крики. Стены дрожали, но ток действительно не мог выбраться за пределы этой палаты. — Что нам делать? — Мина взяла подругу за руку и с тяжестью на сердце слушала, что творится по ту сторону двери. — Не знаю... Это продлилось ещё несколько минут, а потом прекратилось. В той комнате наступила тишина, из-за чего Джиро оживилась и попыталась войти обратно. Оттуда вдруг выбежала медсестра, чтобы позвать доктора. Кьёка тут же прошмыгнула внутрь палаты, пока друзья смотрели со стороны. Парень обессилено лежал на кровати и смотрел в потолок. Он нереагировал на окружающих и ничего не отвечал, пока двое санитаров вводили ему седативное. На теле появились новые следы, а на лбу проступала новая полоска крови. — Денки, — девушка упала на колени перед постелью и взяла его за руку. — Джиро... — он вдруг медленно поворачивает голову, от голоса почти ничего не осталось. Посмотрев перепуганной подруге прямо в глаза, он слегка улыбается, а затем начинает медленно засыпать. — Зачем же ты так... Нельзя пользоваться причудой... Тебе же больно, — она чувствовала, как опять накатывались слёзы. Каминари больше ничего не ответил. Его рука заметно ослабла, а Джиро лишь в очередной раз поняла, что абсолютно тут бесполезна. — Его состояние быстро ухудшается, — к пациенту подходит врач вместе с той же медсестрой. Он поправляет свои очки, пока санитары подключают его к приборам, показывающие жизненные показатели человека. — Как и говорила наша коллега, Чьё Шузенджи, с каждым ударом тока, его сознание меняется. — Он спокойно общался со своими друзьями и за мгновение переменился в лице, — пояснила медсестра. — Первым симптомом стала внезапная головная боль, после которой он начал грубить и сопротивляться. — Прошу вас, помогите ему... — умоляла Джиро. — Я сделаю всё, что угодно, чтобы спасти Каминари. — Думаю, нам придется держать его на транквилизаторах, чтобы он не мог пользоваться причудой. Если удары током продолжатся с той же амплитудой, то это вызовет долгосрочные изменения в когнитивных функциях головного мозга, таких как память, внимание и способность к обучению. Я уже не говорю о возможных психических расстройствах, — доктор тяжело вздыхает, — Он всё ещё с нами только потому, что его тело с детсва привыкло к выработке электричества. Каминари довольно вынослив. Полагаю, любой бы из нас давно умер. — Есть ли... ещё какой-то способ? Джиро с надеждой смотрит на доктора. Тот немного задумался, листая в руках медицинскую карту Каминари, которую ему передала Исцеляющая Девочка из академии. — Некоторым буйным пациентам помогает контакт с их любимыми вещами или людьми. А так же, если они занимаются своим хобби. В общем, нам нужно добиться, чтобы Каминари не пользовался причудой и не переживал сильных стрессов, которые бы повлияли на его эмоциональное состояние. — А... Как насчёт, музыкальной терапии? — девушка поднялась и даже немного воодушевилась. — Каминари любит слушать музыку... И, если я буду рядом петь песни или играть на музыкальном инструменте, то он станет гораздо спокойнее. — Мы не можем вовлекать обычных людей, — возразила медсестра. — Такими серьезными случаями должны заниматься специалисты вроде нас. — Я не какой-то мимо проходящий человек! — возмутилась Джиро. — Я... Герой. — Довольно вам, — доктор устало закрыл карту и передал в руки медсестры. — Хорошо, девочка. Вижу, тебе очень важен твой друг, поэтому я разрешаю попытаться. Если ничего не получится, возвращаемся к транквилизаторам. Её радости небыло предела. Джиро сразу подбежала к своим друзьям, наблюдавшим со стороны и обнялась с ними. — Я сделаю это!