A Reflection on Fire//Отражение в огне

«Подожди ещё пару месяцев»       Эти слова гулом разносились в пустой голове. Хоть всё пространство внутри черепа и было заполнено паникой, ни одной здравой мысли не появлялось. Лишь эта фраза, брошенная Ичиро два месяца назад.       Натаниэль ждал. Честно, он мирился с происходящим в гнезде. Молчал тогда, когда ситуация требовала совершенно другого. Терпел все удары трости Тецудзи по своему хребту. Ни один мускул на его лице не дрогнул даже тогда, когда порцию воспитательного избиения получал его брат. Эта надежда на то, что все изменится, не покидала его даже сейчас, когда в глазах отчаянно щипало от подступающих слез.       Но он больше не будет плакать. Не сейчас.       Всё это хорошее поведение только усугубило уже давно прогнившую ситуацию. Натаниэль Веснински хотел забыть то, что видел пятнадцать минут назад. А ещё он хотел вернуться сейчас в ту комнату и перерезать глотку Грейсону и Рико в придачу, потому что этот японский выродок точно приложил руку к тому ужасу, который случился. — Абрам? — позвал Натаниэль, обеспокоенно заглядывая в зеркало заднего вида, на сидения, где сейчас лежал его брат. — Живой, — уведомил его брат и скорчился, когда попытался изменить положение своего тела. — Куда мы едем? — В Пальметто, — коротко ответил Натаниэль и прибавил громкость на магнитоле, чтобы не слышать того, что хочет сказать ему Абрам.       Осознание происходящего начало приходить только тогда, когда машина выехала на трассу. Почему-то в голове не возникло ни одной другой мысли по поводу маршрута: Пальметто стал навязчивой идеей ровно в тот момент, когда Натаниэль вставил ключ в зажигание. Ну, а с другой стороны, куда им еще было ехать? Он и брат являлись собственностью Воронов, а это значило, что ни один человек в здравом уме не будет укрывать у себя двух пешек Мориямы.       Поэтому университет Пальметто был их единственным шансом.       Там брату помогут. Там помогли Кевину.       Уведомить Дэя, естественно, Натаниэль забыл, поэтому быстро набрал номер и закинул телефон назад, передавая бразды правления в дипломатической миссии брату. Он старался не вслушиваться в разговор, но болезненный смешок за его спиной определённо говорил о том, что их будут ждать.       Господи, остаётся надеяться только на то, что Дэю хватит мозгов интерпретировать этот звонок как сигнал «SOS». Ни в какой другой ситуации Натаниэль бы не позвонил ему. Никогда, пока их судьбы не переплетутся ещё раз.       Тренер Ваймак сразу узнал Натаниэля, ведь именно он год назад привёз сюда Кевина и уехал, не попрощавшись. Дэвид лишь удивлённо выгнул бровь, когда увидел ещё одного человека, но, не задумываясь дольше трёх секунд, запустил обоих парней в свой дом. Врач команды из Пальметто слишком быстро оказалась рядом. Время для Натаниэля словно перестало существовать, когда он, под пристальным взглядом тренера, сел на стул в кухне, без возможности видеть брата и слышать, о чем разговаривают люди в гостиной.       Разум провалился в туман. Встряска случилась в тот момент, когда дверь на кухню с грохотом открылась и Кевин в два шага подошёл к нападающему. Он схватил его здоровой рукой за нижнюю челюсть и повернул к себе голову Натаниэля, заглядывая в глаза. — Что случилось? — черт, видимо Дэй воспринял ситуацию действительно серьёзно, раз сразу пошёл ва-банк, рассчитывая, что получит ответы на свои вопросы. — Нат? — позвал Кевин Веснински, потому что тот слишком долго прожигал глазами отходивший плинтус в нижнем углу маленькой кухни. — Нат, что случилось? — Дэй схватил бывшего сокомандника за грудки и встряхнул его, чтобы тот наконец обратил на второй номер свой взгляд. — Я… — хрипло начал Натаниэль, пытаясь сфокусироваться на глазах друга. — Я не смог защитить его.       Руки предательски начали трястись и Натаниэль попытался сжимать и разжимать пальцы, чтобы избавиться от такого позорного вида. Лучше не становилось. Он изо всех сил старался сфокусировать свой взгляд на зеленых глазах человека напротив, но мир настойчиво продолжал расплываться, а навязчивый шум в ушах — усиливаться.       Дышать было тяжело. Складывалось стойкое ощущение, что кто-то огромный и невидимый подошел к Натаниэлю сзади и сильно сжал грудную клетку в своих руках. Но за спиной была лишь бежевая стена со свежими обоями, на которую он опёрся, медленно опускаясь на пол.       Кевин, кажется, заметил, что что-то не так, поэтому отпустил его и налил в стакан воды, с замешательством глядя на ворона. Положение дел складывалось явно хуже, потому что такой желанный для Натаниэля стакан воды каждый раз будто ускользал мимо его взгляда. — Они… Я… — бубнил Веснински, всё ещё пытаясь бороться со странным ощущением у себя за спиной.       Становилось страшно, но уже не столько от осознания действий над братом, сколько от того, что в комнате будто бы заканчивался кислород, не давая Натаниэлю и шанса снова сделать вдох.       В какой-то момент перед ним опустился парень со светлыми волосами и обхватил его запястье на левой руке своими пальцами. Натаниэль заставлял себя поверить, что он просто измеряет пульс, а не собирается прямо сейчас тащить его куда-то, учитывая, что свои конечности Веснински больше не контролировал. Блондин заглянул в глаза Натаниэлю и что-то сказал, но слов было не разобрать. — Дыши, как я, — голос прозвучал будто из-под толщи воды, но учитывая, что это был первый звук, который Натаниэль смог услышать после громкого шума в ушах, он попытался сфокусироваться на этом звуке в меру своих возможностей.       Блондин сделал глубокий вдох, задержал дыхание, долго выдохнул и вновь задержал дыхание. Натаниэль тупо повторял его действия. Где-то на седьмой цикл таких дыхательных движений страх начал отступать и дышать становилось легче. Хватка на запястье пропала, оставляя после себя лишь холод и чувство, будто тебя выкинули по середине озера и уплыли на лодке. Нат почувствовал, как холодный пот скатывается по вискам, поэтому прижал руки к голове и уперся лбом в колени, стараясь не потерять эту возможность дышать. — Это паническая атака, — хрипло произнес Кевин. — Ты в порядке? — В норме, — ответил Натаниэль и резко поднялся со своего места, чтобы выпить воду, которую Дэй разумно оставил на столе. — Что с ним? — Ты видел его? — хмуро спросил Натаниэль, глядя в сторону дверного проема, где его от брата отделяла лишь тонкая гипсокартонная стена. — Эбби ставит ему капельницу, — кивнул Кевин. — Он спит, так что, вероятно, она вколола ему снотворное. — Хорошо, — монотонно произнёс Натаниэль и медленно, стараясь не издавать лишних звуков, двинулся в сторону гостиной.       Прямо здесь, на серо-голубом диване, лежал Абрам. Похоже, брат действительно спал, потому что его дыхание стало ровным, а рот забавно приоткрылся. Возле него сидела светловолосая женщина и осторожно перебирала его волосы, не сводя с парня своих испуганных глаз. Когда Натаниэль вошел, она резко развернулась и встала с дивана, после чего кинула взгляд на еще одного человека в комнате. Дэвид Ваймак, тренер команды экси из университета Пальметто, напряженно сидел в кресле и буравил взглядом парня на диване. Видимо, мужчина заметил, что Эбби посмотрела на него, поэтому тоже встал и направился в сторону Натаниэля. — Ты сейчас же рассказываешь мне, что за херня происходит, — он уперся указательным пальцем в грудь Натаниэля и кивнул в сторону кухни. — Я не буду спрашивать, что случилось с ним, но задам другой очевидный вопрос, — вновь заговорил тренер, когда все трое вошли в небольшое помещение. — В команде Воронов есть один человек с фамилией Веснински. В прошлый раз, когда один из вас появлялся в этом доме, то представился Натаниэлем. Кто из вас привозил сюда Кевина и откуда взялся второй? — Ваймак угрожающе уперся руками в стол и исподлобья уставился на рыжего. — Я Натаниэль Веснински. Я играю на позиции нападающего в университете Эдгара Аллана, — хрипло отозвался Натаниэль. — В гостиной лежит мой брат, Абрам Веснински. Он защитник в этой же команде. — Как это возможно? — шепотом спросила рядом стоящая Эбби. — В Воронах мы считаемся одним человеком и играем на разных позициях, а на майках написано Н.А. Веснински.       Ваймак ухмыльнулся. — Ты же понимаешь, что для твоей команды эта правда будет стоить очень дорого? — Заберите брата к себе, — выпалил Натаниэль и краем глаза заметил, как Кевин поперхнулся водой. — Он усилит вашу команду и не принесет проблем. Даю слово. — У него контракт с Воронами. Мы не можем заключить другой, — серьезно отозвался Ваймак, отдалённо давая понять, что заинтересован в предложении Натаниэля. — К тому же… — Если я раскрою вам еще одну тайну до того, как комитет экси огласит это, и расскажу, как правильно оформить документы, вы возьмете его? — Натаниэль пытался говорить хладнокровно, ведь вопрос всё ещё стоял дипломатический, но эмоции всегда брали верх, когда речь заходила о благополучии его близнеца, поэтому под конец фразы нотка отчаяния все-таки пробралась в его речь.       Повисла тишина, нарушаемая лишь гудением холодильника. Ваймак нахмурился, пронзительно глядя на Натаниэля, после чего перевел взгляд на притихшего Кевина, который не отрывал взгляда от гладкой поверхности стола, сложив руки на груди. — Послушай, парень, — тихо начал он, нарушая тишину. — Мне хватило трёх месяцев, чтобы понять, что в воронах с вами обращаются, мягко говоря, не очень, шести, чтобы убедиться, что психика Дэя слишком нестабильная, несмотря на его игровые качества, и ещё двух, чтобы принять, что я не готов брать в свою команду еще одного ворона, — Ваймак со всей искренностью посмотрел на Натаниэля. — Абрам стабилен, — честно произнес Натаниэль. — Я даю вам слово, что он не принесет никаких проблем и травмы, оставленные Эвермором, никак не повлияют на игру. И если нужно, то…       Дверь на кухню резко открылась и вошел тот самый светловолосый парень. Натаниэль знал, кто это, ведь, когда ты играешь в команде, которая пытается собрать у себя сильнейших игроков, а после сломать их, то не нужно два раза спрашивать о том, кто такой Эндрю Миньярд. Этот вратарь был целью Тецудзи на протяжении двух лет, но, когда вороны смогли встретиться с ним, то всем хватило понимания, что Миньярда нельзя заставить плясать под чужую дудку. Рико тогда так и сказал: «У нас уже есть один буйный идиот и второго такого же получать бессмысленно». Конечно, придурок имел в виду Натаниэля, но ему тогда стало так радостно на душе от того, что есть в мире еще человек, который стал неугоден Морияме. Только вот, если Эндрю смог отказаться от контракта самостоятельно, то Натаниэль был связан с криминальной семьей совершенно другими узами, из которых нельзя так просто выпутаться. — Вы возьмете этого парня, — сказал Миньярд и безразлично уставился на тренера.       Натаниэль искренне удивился, когда услышал об этом. Он кинул взгляд на Кевина, но бывший ворон уже смотрел на Эндрю своими ошарашенными глазами. — Почему? — хрипло спросил Дэй. — Вам нужны сильные игроки, — пожал плечами Миньярд. — Этот явно подходит под критерии. К тому же, вы, тренер, — он перевел взгляд на Ваймака, — очень любите коллекционировать сломанные вещи. Думаю, этот вам тоже подойдет. — Эндрю, этот парень может быть таким же, как Кевин… — начал Ваймак, не обращая внимание на Дэя в комнате. — Нет, — жёстко отрезал Миньряд. — Я поручусь за него, — серьезно произнес он и сразу же вышел из кухни, а после и из дома, о чем свидетельствовал громких хлопок входной двери.       Ваймак приложил ладонь ко лбу и крепко о чем-то задумался, после чего с тяжелым вздохом сел на стул и со странной смесью эмоций на лице посмотрел на Натаниэля. — Рассказывай. — Со следующего года вороны будут играть в вашем округе, — серьезно начал он, не обращая внимание на то, как дернулся Дэй от этой информации. — Не спрашивайте, почему и зачем, я не знаю об этом. — И когда объявят официально? — деловым тоном спросил Ваймак. — Когда закончится настоящий сезон, они выиграют и на пресс-конференции Тецузди сообщит о переходе. — Я понял, — кивнул Ваймак. — Тогда твой брат действительно сможет помочь нам. — Оформите контракт вчерашним числом. Это единственный день, когда можно официально переоформить кого-то из состава воронов. Позавчера закончился прошлый его контракт, сегодня за него скорее всего подпишут новый. Когда вы принесете в федерацию документ, подписанный вчерашней датой, то у вас будут все права на Абрама, — бегло произнес Натаниэль, быстро прикидывая в голове, как вся эта схема отразится на его контракте. — Документы, — подал голос Кевин. — Документы должны быть у него. Вы, — он задумался. — Ваши документы должны быть разными. — У вас одинаковые документы? — спросил Ваймак. — У нас одни документы, верно, — кивнул Натаниэль. — Все они в сумке, в моей машине. Я отдам их вам и попрошу о еще одном одолжении, — когда он понял, что никто его не прерывает, то еще раз кивнул и продолжил. — Сделайте документы и на меня. — Хорошо, с этим мы разберемся, но если у вас одни документы, то как вороны продлят контракт с тобой? — задал вполне резонный вопрос тренер. Отвечать Натаниэль не хотел и, была бы воля, он послал бы всех троих со своими вопросами в самые дальние пути, только вот они вроде как согласились помочь его брату, а значит, нельзя допускать повышения уровня накала беседы. — Сейчас я уеду, но вернусь, — Натаниэль встал со своего места и кинул на Ваймака благодарный взгляд. — Спасибо за помощь. Он не принесет неприятностей, — он кивнул в сторону гостиной, где сейчас лежал Абрам.       Вопрос о документах так и повис в воздухе и, видимо, тренер не был идиотом, потому что скепсис в его глазах смешался с подозрением. Но он должен был понимать, что эта часть жизни братьев Веснински не имеет к нему никакого отношения, а значит и отвечать рыжий не будет. Они разобрались с Абрамом. А это главное.       Брат останется в Пальметто, восстановится физически, потом ему, может, найдут хорошего психолога, а пока Натаниэль должен уехать, чтобы не навлечь еще большую беду.       Рико, Грейсон и Уэйн сделали это намерено. Это плата за неповиновение для Натаниэля. Все в команде Эдгара Аллана знают, что единственное, что его беспокоит и как на него можно надавить — это использовать его брата. Но это перешло все границы. То, что они сделали с Абрамом всегда будет грузом на шее для Натаниэля. Он видел это своими собственными глазами и воспоминания об этом заставляют парня посильнее зажмуриться, чтобы блядские слезы снова не потекли по щекам.       Возле его машины стоял Миньярд и это было странно, но одновременно с этим Натаниэлю было абсолютно безразлично его местоположение. Он достал сумку с вещами Абрама из багажника и заметил небольшое пятно крови на ручке. В глазах снова поплыло, но парень успел вовремя взять себя в руки и отвести взгляд.       Он поставил сумку на крыльцо и вернулся к автомобилю. Достал последнюю сигарету из пачки и прижался к капоту, закрывая глаза. Он знал, что Миньярд наблюдает за ним, стоя напротив и подпирая забор, но это не беспокоило. Единственное, что имело значение, так это долг перед Эндрю, который он ему оказал, решив поручиться за Абрама. — Спасибо за то, что помог, — тихо произнес Натаниэль, открывая глаза и уставившись в небо. Уже рассвет, а значит ему нужно поторопиться, если он хочет успеть вернуться до вечера, когда Тецудзи сможет заподозрить его пропажу. — Сколько ты за это хочешь? — он перевел взгляд на Миньярда, но тот лишь вопросительно поднял бровь, глядя прямо в голубые глаза. — Сколько денег? Не хочу оставаться в долгу. — Мне не нужны деньги, — сказал Миньярд и выкинул окурок от своей сигареты в траву. — Всем нужны деньги, — нахмурив брови, произнес Натаниэль, но, когда Миньярд спустя минуту ничего не ответил, продолжая смотреть чуть ли не в душу своими темными глазами, то Веснински понял, что он действительно не собирается принимать долг банкнотами. — Я не собираюсь оставаться в долгу перед тобой. — Боишься, что я попрошу о чем-то ужасном? — ухмыльнулся Миньярд. — Боюсь, что останусь должен даже после смерти, — совершенно серьезно произнес Веснински, не разрывая зрительного контакта. — Не бойся сдохнуть, — сказал Миньярд и замолчал на добрые пару минут. — Ответишь на один вопрос, и я буду считать, что долг уплачен. — Типа честность за честность? — попытался усмехнуться Натаниэль, но получилось скорее печально, чем угрожающе. — Типа правды за правду, — произнес он. — Я правда считаю, что твой брат подходит этой команде. — Ты её ненавидишь, так с чего же вдруг заботишься о ее благополучии? — Мы вроде договорились, что вопрос буду задавать я, — Миньярд терпеливо дождался, пока Натаниэль докурил свою сигарету и спросил о том, о чем рыжий предпочитал бы молчать всегда. — Когда его насиловали, где был ты?       Вопрос ударил прямо под дых. В глазах снова всплыли ужасные картинки, из-за которых хотелось вырезать себе глаза, но это бы не помогло. Они уже в его голове. Засели там прочно и надолго. И Натаниэль бы отдал сейчас все что угодно за возможность со всей дури врезать Миньярду за то, что тот посчитал, что имеет право лезть в это, знать об этом и говорить об этом. Но он уже сказал, а у Натаниэля затряслись руки. Он бы не просто ударил вратаря за это. Возможно, пригодились бы уроки отца из детства и Натаниэль просто бы медленно отрезал ему палец за пальцем, видя, как он кричит от боли и молит о скорейшей смерти.       Это было бы честно.       Но он спросил, а Натаниэль пообещал ответить. Он, блять, дал слово, что отдаст долг Миньярду. — Это случилось после тренировки, — тихо произнес он и со всей ненавистью посмотрел прямо на Миньярда. — Я зашел в комнату, а два парня из моей команды уже были там. — картинки вновь всплыли перед глазами. — Тот, который больше, его зовут Грейсон Джонсон, показательно закрыл дверь на ключ и начал говорить что-то о моем поведении на тренировке… — голос становился более безэмоциональным, а взгляд больше не мог поймать фокус на лице собеседника. — Он заломил мне руки. Потом Уэйн Бергерн схватил меня за ноги и связал их строительными стяжками, чтобы я не пытался брыкаться. Если бы я не был нападающим, он бы вывихнул голеностоп, но он знает правила, потому что сам играет в нападении. Грейсон врезал мне по виску, когда я попытался укусить его за руку, и я отключился. Очнулся в своей же комнате, но на соседней кровати. Они связали меня и заклеили рот скотчем, чтобы я не говорил, — взгляд уже давно утратил всю ненависть, а слова лились изо рта неосознанно, Натаниэль даже не успевал пропускать их через рот. — Когда они поняли, что я очнулся, то Бергерн сказал: «Тебя нужно научить уважению». Я знаю, что это слова Рико, но тогда ничего не понимал. Они проверили насколько крепко стянуты веревки и Грейсон ушел, а этот уебок сел на кровать и прижал меня к себе, чтобы я точно никуда не делся. Но я бы и не смог выбраться. Я слышал, что кто-то позвал Абрама и начал прислушиваться, но через пару минут брат зашел в комнату сам. Он испугался, когда увидел меня и Уэйна и хотел выйти, чтобы позвать на помощь или… я не знаю, что он хотел сделать, но Грейсон зашел за ним и закрыл дверь на ключ. Сам ключ он отдал Бергерну. Абрам спросил, что происходит, но я не мог ничего ответить, потому что уебки заклеили мне рот. Грейсон ударил его, потом еще раз. Абрам не мог сопротивляться ему, потому что Джонсон выше, больше и, блять, сильнее… — Натаниэль почувствовал, как по щекам начали течь слезы, но он не мог пошевелиться, потому что снова видел все перед своими глазами. — Он придавил его к моей кровати и… — судорожный вздох прервал рассказ. Натаниэль даже не заметил, как опустился на мокрую траву и прижался спиной к машине. Он уперся локтями в колени и, зарывшись пальцами в собственные волосы, начал тянуть их в разные стороны, чтобы не терять связь с реальностью. — Он изнасиловал его. Абрам пытался брыкаться, но, в конце концов просто устал бороться. Я думал, что Грейсон задушит его, потому что видел, с какой силой он сжимал его шею. Абрам даже не кричал. Он потерял сознание в какой-то момент и, блять, я даже решил, что это хорошо, потому что он не будет терпеть весь этот пиздец до самого конца. Уэйн, гребаный извращенец, смотрел на это все и ухмылялся. Он говорил мне на ухо ужасные вещи, но я не слушал, потому что смотрел. Он держал мою голову и не позволял отвернуться. Когда все закончилось, они ушли и, чтобы меня развязать, позвали гребаную Жасмин, которая разрезала веревки и стяжки и убежала. Я привел брата в сознание, помог встать. На то чтобы собрать его вещи ушло десять минут, потому что его комната была напротив. И мы ушли… — Натаниэль замолчал, содрогаясь от сотрясавших рыданий. — Я не позволю ему вернуться туда, — ему потребовалось две секунды, чтобы вспомнить, почему он вообще начал об этом говорить. Натаниэль в последний раз шмыгнул носом и встал, вытирая щеки рукавом от толстовки. — Эту правду ты хотел услышать? — он практически выплюнул эти слова в лицо Миньярда, но потом странное чувство поселилось у него в груди.       Он ведь не сказал тогда Кевину, что именно произошло с братом. Эндрю понял это сам. Только как? Неужели он собрал картину происходящего из тех слов, что успел произнести Натаниэль до того, как попал в объятия паники? — Как ты узнал? — резко спросил Нат.       Миньярд ничего не ответил, лишь поднял на собеседника пустой взгляд и развернулся по направлению к дому.       Солнце практически взошло, и Натаниэль больше не мог тратить время на разговор с Миньядром. Значит, он узнает ответ на свой вопрос при следующей их встрече. И если все пойдет по плану, который родился в голове Натаниэля в тот день, когда он привез сюда Кевина, то эта самая встреча должна состояться совсем скоро.