Своеволие

      Ещё с детства Минамото Тэру отчётливо понимал, что его жизнь никогда не будет обычной. Пока сверстники наслаждались беззаботным детством, ему были недоступны даже простые радости: прогулки с друзьями, видеоигры, школьные шалости и многое другое. Став экзорцистом, он был вынужден отбросить любые личные желания, полностью посвятив себя семейному делу.       С годами это стало привычно. В детстве Тэру часто засматривался на своих одноклассников, которые обсуждали планы на летние каникулы и молча завидовал, ведь в его планы входило лишь увеличение тренировок и практика в истреблении нечисти. Но спустя некоторое время пришло осознание отсутствия иного выбора. Он — старший сын семейства Минамото, а значит ему с самого рождения было суждено продолжить это дело.       Совсем недавно наступил март, а за ним началась невероятная суматоха. Вся академия Комомэ готовилась к окончанию учебного года. Одни яростно зубрили материал для выпускных экзаменов, другие занимались подготовкой к мероприятиям. Из-за своего статуса президента студенческого совета, Тэру так или иначе был задействован во всех планах. Приходилось прикладывать немало усилий, чтобы участвовать во всем. Пусть это и отнимало уйму времени, он не мог не наслаждаться этой атмосферой. Для него это был третий триместр старшей школы. Еще месяц и школа официально будет позади. В отличии от других, ему даже не нужно думать о поиске работы или поступлении в университет. Все его будущее заранее предопределенно. Сразу после выпускной церемонии он начнет работать как полноправный экзорцист. Вероятно, спустя еще пару лет семья позаботиться о поиске невесты, а после… Все эти мысли угнетали. Минамото думал, что давно смирился с такой судьбой, однако сейчас, когда ощущение ускользающего времени стало настолько отчетливым, ему становится досадно. Школьная жизнь была единственной возможностью забыть о семейных обязанностях и совсем скоро он лишится этой небольшой отдушины.       Ранее большое количество работы в студ совете напрягали, но сейчас он стал находить это умиротворяющим. В специально выделенном кабинете не было никого кроме него. Занятия подошли к концу, и большая часть учеников давно разошлись по домам. Тэру предстояло заполнить несколько бумажек, касающихся мероприятий, которые организовывали выпускники. Естественно, самое главное из них — церемония выпуска.       Листая стопку бумаг, в глаза бросилась пустая форма для подачи заявок в студенческий совет. Сейчас совет не принимал новых людей, в основном это происходит в начале нового учебного года. Сам Тэру множество раз листал кучу таких анкет. Как жаль, что такого больше не повторится. Задумавшись над этим, пришло осознание, что в следующем году ученики будут выбирать нового президента. Он твердо держался за этот статус: начиная с первого года старшей школы и в остальные два раза его повторно переизбирали. Среди учеников уже пошли слухи о том, кто же займет это место. Очевидно, что желающих будет немало и ожидается колоссальная конкуренция.       Положив форму в ящик с другими такими же бумагами, Минамото вернулся на свое место, рассматривая предложение о благотворительной ярмарке. Спустя пару секунд дверь яростно распахнулась, нарушив царящую идиллию. В кабинет влетел явно раздраженный Аканэ Аой. Не поздоровавшись, тот сбросил на общий стол стопку учебников с тетрадями и уселся напротив президента.       — Я пытался готовиться к экзаменам, — объяснил он, заметив на себе вопросительный взгляд. — но мои одноклассники решили прямо в библиотеке начать шумные обсуждения выпускной церемонии. Там невозможно находиться!       Выкинув еще пару гневных фраз, Аканэ принялся раскрывать учебники и конспектировать материал. Тэру лишь слабо усмехнулся, наблюдая за другом. За последний год произошло немало событий, в центре которых были они оба. Это способствовало немалому сближению. Возможно, Тэру был не самой приятной для Аой компанией, но для него тот стал достаточно дорог, пусть и не говорил этого в слух.       «Дорог» — повторил он у себя в мыслях. Тут же появилось ощущение чего-то неправильного. Его отношение к вспыльчивому вице-президенту давно перестало подходить под определение товарищества. Сначала он презирал его за связь с нечистью, но после, когда они вместе прошли сквозь столько событий, Минамото не мог не заметить, что Аканэ стал для него особенным. С остальными учениками и знакомыми приходилось постоянно поддерживать свой лживый образ. Все это было связанно с тем, что окружающие постоянно идеализировали его, отчего приходилось соответствовать их ожиданиям. Но в этом случае Аканэ с самого начала относился к нему иначе. В его глазах он никогда не был идеальным. Быть может, Тэру его раздражал. Между ними часто возникали споры разногласия, а Аой даже не пытался скрыть свое раздражение. Это может показаться странным, но Минамото искренне наслаждался таким отношением. Рядом с ним ему не приходилось натягивать приторную улыбку. Он мог себе позволить быть с собой.       Аканэ оторвался от тетради, почуяв на себе чужой взгляд. С того момента, как он вошёл в кабинет, Тэру так и не вернулся к работе.       — Тебе что-то нужно? Я уже закончил всю сегодняшнюю работу, так что даже не пытайся повесить на меня что-либо, — получив на это отрицательный жест, он нахмурился. — Тогда прекращай пялиться! Это мешает.       Он все же отвел взгляд, но не перестал думать. Мысли уже были далеки от того, что значилось на бумагах. Ему хотелось просто насладиться этим временем, что он может провести тут — в тихом кабинете вместе с Аой. Скорей всего его чувства по отношению к нему уже давно грубо перешли за положенную черту. Ранее Тэру попросту не позволял себе думать об этом. Он никогда не влюблялся по-настоящему, да и в целом не имел представления какого это. Множество девушек признавались ему в чувствах, но для Минамото никто из них не представлял какой-либо ценности. Однако сейчас, вспоминая все те ситуации, когда присутствие Аканэ будило в нем что-то неизвестное, ему пришла мысль — быть может, это и есть оно? То, в чем ему признавались все те люди. Они тоже чувствовали нечто подобное? Это вызывает в нем диссонанс. Аой парень, тесно связанный со школьными тайнами. У него уже есть любимый человек, пусть и та все еще не отвечает на его чувства. Даже если все так, как он думает, на какое-либо положительное развитие событий нет и малейшего шанса. Через месяц их пути разойдутся и Тэру даже не уверен, что Аканэ захочет поддерживать с ним связь после окончания учебы.       Через время уставший Аой все же отвлекся от учебы. Зевнув, он размял руки и снял с себя очки. Его внимание сразу заострилось на Минамото, который, казалось, даже не пытался делать вид, что работает. Он держал пару бумаг перед собой, но не читал их, глядя куда-то сквозь.       — Президент? Чего не работаешь? Мы так ничего не успеем к окончанию семестра.       — Не могу сосредоточиться, — вздохнув, он отодвинул бумажки, решив для себя продолжить чуть позже.       — А, ну ты ведь выпускник. Экзамены, церемония и все такое, да?       Тэру отрицательно помотал головой. Едва ли в этом дело. Все что касается учебы его нисколько не беспокоит. Напрягает лишь то, что у них него осталось слишком мало времени.       — Нет, мне ведь не нужно столько зубрить, в отличие от тебя, — с усмешкой сказал он, радостно наблюдая как лицо друга скорчилось от злобы. — Просто… грустно немного.       Повисла тишина. Тэру редко в открытую заявлял о своих эмоциях, что поставило Аканэ в тупик. Если так подумать, то для первого это и вправду печальное событие. Если остальные радовались началу взрослой и свободной жизни, то в его случае все совсем не так. Что у него есть за пределами академии? Постоянная работа экзорцистом?       — И… так что ты собираешься делать после выпуска? Уже решил в какой университет будешь поступать? Хотя с такими оценками можно выбрать любой, — Аканэ все же нарушил неловкое молчание, произнеся последнее предложение с долей зависти.       — Я не буду никуда поступать.       — Что?! С твоим идеальным аттестатом и характеристикой тебя даже в самый лучший университет с раскрытыми объятьями примут!       Минамото усмехнулся от такой бурной реакции. Тот реагирует так, словно это его лишили возможности поступления.       — У меня нет особого выбора. Сразу после учебы я начну работать как полноценный экзорцист. Семья уже все решила, есть график задач на ближайший месяц после выпуска.       — Странная у вас семья. Не давать тебе права выбора — жестоко.       — Так уж заведено.       Скажи это кто-либо другой, Тэру сразу же пресёк бы за такой отзыв о своей семье. Но сейчас это был Аканэ. А все, что связанно с ним в корне разниться с его прежними установками.       — И тебе не грустно от этого всего?       — Грустно? Возможно. Но что я могу поделать, — он перестал говорить с улыбкой. От этого разговора осознание собственного будущего стало еще большим грузом.       Вновь молчание. Тэру все больше думал о неизбежном и это угнетало. Аканэ наблюдал за переменами в его лице. Несмотря на то, что для него общение с президентом часто означало лишний стресс, сейчас он не мог не посочувствовать другу.       — Может, есть что-то, что бы ты хотел сделать перед выпуском? Ну знаешь, вроде последнего проявления беззаботной юности.       Минамото задумался. Чего же он мог хотеть напоследок? Было кое-что, но это казалось слишком самовольным.       — Есть, но какой от этого смысл?       — Если ты можешь сделать это здесь и сейчас, то почему бы и нет? Так у тебя хотя бы не будет сожалений, — Аканэ устало вздохнул, словно объяснял ребенку самую понятную вещь.       — Обычно я не позволяю себе делать то, что хочу. Да и то, что мне хочется сделать не совсем правильное, — пусть и завуалированно, но говорить такие откровения оказалось сложно.       — Молодость все прощает.       Взвешивая все «за» и «против», Тэру все же решил. И вправду, а почему бы и нет? У него всего месяц перед долгими годами беспрерывной работы. Только в течении этого времени он может дать себе хоть немного свободы. А то, что он собирается сделать сейчас… Может, это будет большой ошибкой. Может, навсегда разрушит их взаимоотношения. А может, наоборот, приведет к чему-то хорошему. Последнее маловероятно. Ну и ладно. «Молодость все прощает».       — Думаю, ты прав.       Встав со стула, Минамото неторопливо зашагал к противоположной стороне стола. Аканэ насторожился. Обычно такая неспешная походка и нечитаемое выражение лица не сулит ничего хорошего. В прошлый раз, когда президент точно также шел к нему, его связали на три часа. Но сейчас это что-то другое и именно поэтому он ничего не предпринимает.       Он напряженно сглотнул, когда Тэру встал ровно напротив него. В его голове было множество вариантов чего-то ужасного.       Неожиданный рывок вырвал весь воздух из легких, а сделать новый вдох оказалось невозможным. К губам Аканэ плотно прижимались чужие. Настойчиво, резко и требовательно. Минамото надавливал на чужой затылок, словно пытался сократить и так отсутствовавшее расстояние. Сминая чужие губы своими, он чувствовал себя по-настоящему живым и свободным. Уходящее время, отсутствие выбора, предстоящая изнурительная работа — все это не имело никого смысла. Хотелось взять так много здесь и сейчас, потому даже когда человек напротив стал яростно мотать головой, его хватка лишь усилилась. На мгновение жар на губах ослаб и Аканэ смог с усилиями отклонить голову назад. Тэру сразу же поддался вперед, получая настолько желанное тепло. Это едва ли можно было назвать поцелуем. Все не как в фильмах — никакой страстной взаимности, пошлых звуков и задействования языка. На деле он лишь сильно вжался в чужие губы, сминая и ощущая их вкус.       Сладкое ощущение прошло, сменившись резким и обжигающим ударом по лицу. Отшатнувшись, расстояние между ними увеличилось. Аканэ вскочил со стула и в миг нагнал дезориентированного Тэру. Схватив того за ворот рубашки, он заставил его смотреть на себя. Минамото не противился, наблюдая как чужое лицо с каждой секундой все сильнее искажается от злобы.       — Придурок! Ты что творишь?! — крикнул он, прежде чем нанести удар уже на другую половину лица.       Голова машинально откинулась, но он быстро вернул ее в прежнее положение. Во рту почувствовался резкий металлический привкус и уже скоро с уголка припухших губ скатилась капелька крови. Тэру не обратил на это никакого внимания, стараясь запечатлить в памяти все мельчайшие детали этого события.       — Ты…! — Аканэ замолк на полуслове, пытаясь собрать мысли воедино.       Не найдя ничего подходящего, он резко ослабил хватку и толкнул. Тэру, не оказывая никакого сопротивления, полетел прямо на стол. От столкновения тот со скрипом сдвинулся, кучу бумаг упало на пол. Приняв стоячее положение, он продолжил молча наблюдать за тем разрушением, что сейчас происходит. Лицо Аой было полно злобы, обиды и замешательства. Это не было в новинку, особенно при частых ссорах. Однако сейчас обоим ясно, что это не обыденный конфликт. Никто из них не мог подобрать слов, но через пару секунд Аканэ все же сделал первый шаг. К сожалению, не на встречу, а прочь.       — Надеюсь, ты доволен! Больше не подходи ко мне!       Он с криком выбежал из кабинета, по пути утирая губы запястьем. Тэру остался в пустом кабинете, так и не сдвинувшись с места.

***

      С того злополучного дня время начало лететь с невероятной скоростью. Не последнюю роль в этом сыграло то, что большую часть времени Минамото был полностью погружен в дела. Сначала школа, там — подготовка к экзаменам, церемонии, работа в студенческом совете и прочие мелочи. За ее пределами его всегда ждали заказы на истребление нечисти. К счастью, семья проявила сочувствие и несколько сократила объем работы, позволив ему больше времени уделять уходящей школьной жизни. В остальное время он думал. Очень много.       Сразу после того как Аканэ с криком выбежал из кабинета его накрыло невероятное сожаление. Тэру прекрасно понимал, что теперь в их взаимоотношениях ничего не будет как прежде. Эта глупая самовольность казалась огромной ошибкой. Что если он ошибся в своих чувствах? Просто запутался и принял обычную дружбу за нечто большее. Возможно, Аканэ и вовсе не считал его другом, а теперь тем более. Но со временем наличие подобных чувств лишь сильнее закрепилось. Это стало особенно заметно из-за того, что их контакты свелись к минимуму. Ему стало физически и эмоционально не хватать часто ворчащего вице-президента. Все их мелкие ссоры, разногласия, молчаливая работа в кабинете студ совета, разборки с возникнувшими проблемами — это стало крайне важной частью его жизни.       Аканэ очевидно избегал Минамото. Наверняка, будь у него возможность, он бы предпочёл и вовсе его не видеть. Однако их обязанности никто не отменял, потому на всех подготовках и собраниях они неминуемо сталкивались. Невооружённым взглядом было видно насколько Хранитель пытался сократить обязательные разговоры. А если до этого и доходило, то он ограничивался лишь короткими и точными фразами.       Тэру не пытался завести разговор о случившимся. Даже при желании он бы не смог, ведь, как оказалось, у Аканэ есть удивительный талант быстро обрывать диалог и незаметно скрываться (нельзя исключать возможность того, что тот пользовался силами первой школьной тайны).       Все шло своим чередом — подготовка мероприятий, выпускные экзамены и, наконец, день выпуска. Сожалел ли он? Да, но не о своем поступке. Его беспокоило лишь упущенное время. Тот поцелуй был последним проявлением его свободы и вольности. Все те мгновения — начиная он горячего ощущения чужих губ и заканчивая больным ударом в лицо — он с детальной точностью запечатлил в своей памяти. Это событие навсегда разрушило их дружбу и сожгло все мосты. Но Тэру ясно понимал, что даже без этого никакого шанса на взаимность у него не было. Значит и сожалеть не о чем.       Наступил день церемонии. У школы толпились ученики и их родители. Постепенно все переместились в заранее украшенный актовый зал. Выпускники заняли ближайшие к сцене места, а сопровождающие более дальние. Вместо того, чтобы последовать за своими одноклассниками, Тэру ушел за кулисы, ведь ему как президенту поручили произнести речь. За кулисами стояло пару человек — несколько учителей, директор и ученики вроде него, которые должны выполнять определенную роль в мероприятии. Серди них был и Аканэ. Он учился на втором курсе старшей школы, но из-за должности вице-президента должен был присутствовать в качестве помощника. Как только в тесном пространстве появился Минамото, тот явно напрягся и забился в самый дальний угол, делая вид будто помогает настраивать колонки.       К Тэру постоянно подходили учителя и ученики, спрашивая что-то или давая указания. Делая заинтересованный вид, его взгляд не отрывался от того самого дальнего угла. Аканэ явно чувствовал чужой взгляд, но всеми силами старался не сталкиваться с ним, предпочитая ковыряться в проводах.       — Через пять минут начнем! — громко объявил один из учителей.       Пять минут. Это последнее время, когда он может находиться так близко к нему. Затем начало церемонии, после которой Аой наверняка постарается поскорее скрыться из виду. И ведь тогда его не найти — уйдет так быстро, что и глазом моргнуть не успеешь. Это последний шанс на разговор с дорогим ему человеком и Тэру не может потерять его.       Шагнув в противоположную сторону, он быстро приблизился к стоящему спиной Аканэ. Это был дальний угол, где располагались розетки с подключенными к ним аппаратурой. — Аой, — позвал он, ощущая то, что и стал характеризовать как «чувства».       Тот сразу же вздрогнул и развернулся. На лице читалось мгновенно возросшее напряжение и проблески раздражения.       — Нет смысла убегать сейчас, мы ведь и так после не встретимся, верно? — Тэру загородил ему путь отхода, на что в ответ получил разозленный взгляд.       — Что тебе нужно?       Минамото устало вздохнул и отошел, облокотившись о стену. Сейчас Аканэ мог спокойно уйти, и он лишь надеялся, что тот этого не сделает. Так и произошло. Он остался стоять на прежнем месте, ожидая ответа.       — Давай просто поговорим в последний раз. Не о том, что случилось. Просто… как раньше. Можешь даже ворчать и ругаться.       Послышался еще один вздох, только уже от Аканэ. Кажется, за последний месяц его ярость немного утихла, раз уж он согласился продолжить разговор.       — Через год ты тоже выпускаешься. Твой контракт с Первой тайной иссякнет. Тогда у меня уже не будет возможности связывать тебя, — расслабленно сказал он, но тут же сообразил — «тогда» уже не будет. — Ну, поздравляю с предстоящим освобождением.       — Не могу сказать тебе того же. Ты ведь сразу начнешь работать?       Он согласно кивнул. В чужом голосе все еще слышалась отстраненность, но уже более похоже на их прежние разговоры.       — И как оно? Ты рад, сожалеешь или тебе все равно?       Думать над этим он не стал. У него был целый месяц, чтобы оценить все печали, радости и сожаления.       — Нет, со своим будущем я уже смирился. А сожаления… пожалуй, у меня их не осталось.       — Объявляю церемонию выпуска открытой! — прервал искаженный микрофоном голос директора. Впрочем, обоим было плевать на его речь.       — Почему то, что ты хотел сделать было именно это? — голос был еле слышен на фоне кричащих колонок, но Тэру прекрасно все понимал, глядя в его лицо.       На мгновение он огляделся. Все присутствующие за кулисами были слишком увлечены речью и не обращали на них никакого внимания.       — А ты сам не понимаешь?       — Нет, не понимаю. И не хочу понимать, — его брови нахмурились, а голос вновь потерял те приятные нотки. — Чувства? В это я не верю. За последний месяц я столько думал и… Ты не можешь чувствовать нечто подобное ко мне. Если тот поцелуй был какой-то шуткой, то знай — чувство юмора у тебя отвратительное.       Слова Аканэ ударили колко и точечно. «Словно в сердце» — подумал он, вспоминая фразу из какого-то любовного романа. Минамото хотел сказать еще что-то. Неважно что, лишь бы продлить их разговор. Чтобы не заканчивать все такими словами. Но именно в этот момент к нему подошел учитель, сообщая о его выходе на сцену для речи. Подправив специально купленную для церемонии мантию, он обернулся. Столкнувшись с чужим взглядом, оба понимали, что неважно какие слова будут произнесены. На этом все заканчивается. Возможно, для Аканэ это огромное облегчение, однако для Тэру все было совсем иначе. Ему в один момент стало крайне печально, хотя ранее он думал, что давно смирился.       — Если хочешь — не верь. Но в тот день я действительно сделал единственную вещь, которую хотел перед наступлением неизбежного.       Его лицо вновь приняло привычное выражение. Натянутая, безупречная улыбка, идеально ровный голос, безукоризненный образ — всё вернулось на свои места. Аканэ же он оставил, показав ему своё истинное лицо: не идеальное, не лживое, но подлинное и открытое.       Когда он вышел на сцену, ученики встретили его бурными аплодисментами. Он старался придерживаться своему отточенному образу: ровная осанка, выглаженная одежда, уложенные волосы и идеальная улыбка. Однако в этом безукоризненном образе что-то неуловимо дрогнуло, и лишь один человек смог это заметить       — Дорогие учителя, ученики и родители, я — Тэру Минамото, хочу выразить благодарность от лица всех выпускников, — продолжая читать длинную речь, его мысли были далеки от сюда. Лишь под конец он смог сфокусироваться на происходящем и решил добавить то, что не входило в изначально заученный текст. — В завершение я хотел бы выразить отдельную благодарность одному человеку. Именно он скрасил мои школьные будни и помог мне уйти от сюда без сожалений. — его взгляд скользнул в сторону закулис. С такого расстояния различить кого-либо было невозможно, и, возможно, того, кого он искал, там вообще не было. Но Тэру изо всех сил надеялся, что его слова будут услышаны. — Поздравляю всех учеников с выпуском!       Завершив речь, по залу прошлась вторая волна бурных аплодисментов и тихих шепотов. Очевидно, большинство начали строить догадки о том, кем же является этот человек. Сделав короткий поклон, Тэру спустился со сцены, направляясь к своему месту среди учеников. Через время началась основная часть — выдача аттестатов. Конечно же, его имя было произнесено первым. Его аттестат был идеальным, все балы на высшем уровне. Директор школы поздравил его и похвалил за усердную учебу, но смысла в этом никакого не было. Придя домой, эта макулатура будет сброшена к горе из множества грамот и наград, которые уже давно покрылись пылью. В работе экзорциста не имеет значения цвет твоего аттестата, оценки и школьные успехи. С окончанием учебы все эти достижения померкли, становясь абсолютно неважными. Поблагодарив за сказанные слова, Тэру вернулся на свое место. Остальную часть времени он перестал следить за ходом событий. В голове крутилась лишь одна мысль: на этом все.       Ранее он не ценил то время, что у него есть. Не ценил то мизерное количество свободы, что давала ему школа. Ему казалось, что он и так живет в клетке устоев своей семьи и обязанностей. Но сейчас, когда учеба окончена, Минамото понял, как многое останется в стенах этого здания. И кто остается. Аканэ предстоит всего один год обучения и уже скоро он точно также будет читать речь на сцене. Почему-то он был уверен, что новым президентом станет именно Аой. А после у него начнется другая жизнь. Поступление в университет, изменение обстановки. Быть может, он все же сможет завоевать сердце Аой-сан. От последней мысли стало дурно. Но, к счастью или нет, Тэру ничего из этого не увидит. Теперь в чужой жизни он всего лишь воспоминание. Скорей всего, плохое воспоминание. Отвратительное. Такое, которое хочется забыть.       Тэру не хочет знать в каком ключе будет вспоминать о нем Аканэ, и будет ли вообще. Для него все то время, что они провели вместе станет приятным и светлым прошлым. Прошлым, где он мог быть настоящим. Где он мог чувствовать.       Все аттестаты были выданы, речи произнесены. Выпускники поднялись со своих мест и ко многим из них почти сразу подошли родственники. Кому-то дарили цветы, кто-то смеялся или плакал. Среди них Минамото чувствовал себя не в своей тарелке. Не желая и дальше находиться среди этого, он зашагал в сторону выхода. Оказавшись на улице у самых ворот, его ноги сами остановились. Обернувшись, он глянул на академию, окна которой красиво переливались от лучей заходящего солнца. Каждый его шаг отдавал печалью. Тэру не хотел уходить. Не хотел вступать во взрослую жизнь, где будут лишь вылазки для истребления нечисти и тренировки. Академия Комомэ дала ему многое и все это он оставляет здесь же — частичку себя, свободу и чувства.       — Тэру-нии! — послышался знакомый голос откуда-то позади.       Обернувшись, он заметил, как к нему спешно бежит Коу и Тиара. В руках у первого был небольшой букет из оранжевых гербертов. Отдышавшись, младшие принялись поздравлять его с выпуском. Слушая их слова, Тэру ощутил слабое облегчение. Не смотря на без разнообразное будущее, у него по-прежнему есть Тиара и Коу. Только в них он видит хоть какой-то смысл и надежду.       — Что ж, пойдемте домой?       Младшие согласно закивали. Коу принялся рассказывать о праздничном ужине, который он приготовил, но Тэру не мог сосредоточиться на его словах. Уходя, его голова была все также повернута в сторону здания. На мгновение ему даже показалось, что где-то за прозрачными дверями мелькнула знакомая рыже-коричневая макушка. Должно быть, это уже мозг дорисовывает образы.