Глава 21. Откровения
31 июля 2025 г., 19:21
После короткой, но немного обнадёживающей беседы с Тейлой Сара вышла из медотсека. Голова всё ещё гудела, но по крайней мере на душе было чуть легче — ненадолго, как ей казалось.
Разумеется, в этот момент в поле зрения появилась Карен…
— Доктор Ковальски, я как раз вас искала — произнесла глава станции, всё с тем же ровным голосом, будто отстранённым от всего, что происходило за пределами её личной траектории. Ни магнитная буря, ни перебои электропитания, ни обострившиеся среди персонала приступы мигрени, похоже, её не касались — Не хотите пройтись со мной?
Сара остановилась, глядя на неё с лёгкой усталостью.
— Не хочу — ответила она спокойно, но твёрдо — Но вам всё равно плевать на моё мнение?
Карен даже не моргнула — только сделала приглашающий жест рукой и двинулась вперёд, не оглядываясь. Сара фыркнула, но, внутренне выругавшись, всё же пошла следом.
— Судя по биометрическим данным, вашего «друга» тоже не обошла стороной магнитная буря? — проговорила Карен между шагами, будто бы между прочим.
Сара молча посмотрела в сторону, но Карен продолжила:
— Вы давали ему лекарственные препараты?
— Спрашиваете так, будто не следите за нами 24/7… — пробормотала Сара, закатив глаза — Говорите прямо, мисс Франк. Я не перевариваю эти корпоративные формулировки.
Карен слегка повернула голову, и на её губах появилась тонкая, почти извиняющаяся улыбка:
— Наслушались на предыдущей работе, я так полагаю?
Сара едва заметно дёрнулась, будто от удара под рёбра.
Карен сделала вид, что не заметила.
— Что ж, давайте я буду с вами откровенна, доктор Ковальски. Я бы хотела предложить вам сотрудничество. У нас есть серия экспериментальных препаратов. Предназначенных… специально для яутжа.
Сара остановилась, и на этот раз её голос звучал громче:
— Вы серьёзно думаете, что я стану пичкать Альбуса тем, что вы подсовываете? Какой-нибудь дерьмовой сывороткой, собранной из «подручных материалов»? — Она скрестила руки — И вообще… вы правда хотите, чтобы я поверила, будто вы смогли синтезировать что-то работающее для инопланетного вида… меньше чем за грёбаную неделю?
Карен слегка приподняла брови, будто слегка развеселённая.
— А кто вам сказал, что ваш друг — первый исследуемый нами образец? — сказала она и, не дожидаясь ответа, приоткрыла дверь в одну из боковых лабораторий.
Запах внутри был другим — не стерильным, как в медотсеке, а более… технохимическим. Притуплённые цвета ламп, отсветы на герметичных контейнерах, сканерах, пробирках, биокамерах.
На стенах и мониторах — схемы технологий яутжа. Где-то отображались сложные сигнальные структуры масок, в другом — анализ их оружия, в третьем — биоскан. Некоторые экраны показывали фото и видео: живые особи, рычащие, яростные, закованные в стальные оковы… и — они же, но… мёртвые.. Как минимум трое. Кто-то был вскрыт, у кого-то — ампутированы конечности. В кадре мелькали хирургические инструменты и люди в защитных костюмах. Медленно прокручивалась видеозапись вскрытия.
— Это… — голос Сары сорвался. Она попыталась найти слова, но они будто застряли в горле.
Карен подошла ближе, будто бы ведя экскурсию в местный музей.
— Как я уже говорила, ваш «Альбус» — не первый яутжа, с которым имели дело мои люди. Но другие… не были столь склонны к контактам… — в её голосе не было ни капли эмоций — Как вы понимаете, одной недели ничтожно мало, чтобы изучить такой уникальный образец.
— Я не позволю вам… — начала Сара резко, но Карен мягко перебила:
— Я не предлагаю продолжать наблюдения.
— Тогда что вы предлагаете?
Карен подошла к холодильной камере, открыла её и достала контейнер — герметичный, со встроенным дисплеем и кодовым замком.
— Обмен информацией, доктор Ковальски. В этом контейнере — всё, что мы смогли собрать за годы работы: заболевания, предел регенерации, советы по диете и восстановлению, также лекарственные препараты, что мы смогли синтезировать и протестировать на живых особях яутжа — она ввела код и приоткрыла контейнер — Вот — противовоспалительные, здесь — терморегуляторы, далее — экстренные кровоостанавливающие на основе тех препаратов, что они носили с собой.
Сара молча смотрела, сжав челюсти. Затем всё же спросила:
— И что вы хотите взамен?
— Всё, что вы знаете об Альбусе — Карен развернулась к ней лицом — Где вы его нашли. При каких обстоятельствах он присоединился. Как быстро обучился жестам. Подробности ампутации и протезирования. Всё, что вы можете рассказать. Всё, что нельзя получить из медицинских отчётов.
Сара медленно выдохнула. Глаза стали колкими, как лёд.
— То есть, вы хотите, чтобы я продала его вам с потрохами?
Карен усмехнулась — легко, почти с сочувствием:
— Его «потроха» мне не нужны, уж поверьте. Но психологический портрет — это та часть, которую мы не можем получить в полной мере. А вы — можете — она постучала пальцами по крышке контейнера, словно говоря: «Цена оправдана» — Ну что, доктор? Каков ваш ответ?
Сара не ответила сразу. Её взгляд метался между контейнером, экранами с данными, лицом Карен.
Наконец, она медленно шагнула ближе, не сводя с неё глаз. Лицо было стальным. Даже шторм за окнами, казалось, на миг затаился.
— Я не продаю своих пациентов… ни за информацию… ни за лекарства… — произнесла она негромко, но с такой уверенностью, от которой стекло могло бы треснуть.
Карен не моргнула. Она только чуть кивнула и, не меняя интонации, произнесла:
— Моё дело — предложить. Ваше право — отказаться.
Она спрятала контейнер обратно, холодно и без суеты, будто ничего важного не произошло.
— Это всё, доктор Ковальски. Вы свободны.
Сара резко развернулась и вышла. Не потому что испугалась. Просто — если бы осталась на секунду дольше, могла бы врезать ей.
