Карты на раздевание

Учебные будни казались уже невыносимыми. Пары, домашние задания, друзья. Из всей этой суеты спасали только предстоящие планы на выходные. Антона пригласили на вписку. Какие то там друзья друзей, устроили праздник в честь чего то там. Шастун даже не помнил, да и не пытался запоминать, если честно. Просто получил приглашение, со словами: "Будем рады тебя видеть!". Ну раз рады, значит придёт. И вот суббота. После полного дня «ничегонеделания», Антон ближе к вечеру уже собрался и отправился по назначенному адресу на такси. Приехал он с небольшим опозданием примерно в пол часа. Зайдя в огромный, пятиэтажный дом, и поднявшись на нужный этаж, Шастун позвонил в квартиру и принялся ждать, рассматривая какие то рисунки на стене подъезда. Но долго стоять ему не дали. Дверь резко открылась и Антона буквально затощили во внутрь. Сама квартира была достаточно просторной и уже вся киши‌ла слегка пьяными людьми. Это же сколько за полчаса то собралось, а ещё через время сколько будет?.. Идя мимо всех толпившихся людей, Антон заметил знакомые себе лица и пошёл в их сторону. Но всё ближе подходя к компании знакомых, он всё чётче видел, что среди них стоял его преподаватель французского - Арсений Сергеевич. Тут то сердце Антона и пропустило удар, но отступать было поздно, его уже видели друзья, и если он вдруг развернётся и уйдёт, то будет как минимум странно. И вот Арсений, всегда такой строгий и безупречный в стенах университета, сейчас стоял перед Антоном в полумраке помещения, с бокалом какого то не крепкого алкоголя в руке, а в его глазах плясали озорные искорки. Антону возможно показалось, но преподаватель с неподдельным интересом разглядывал его с головы до ног, хотя, может так казалось из-за часто бегующих цветных лазеров в комнате, и бликов очков Арсения? Возможно... Время шло. Пол часа, час, полтора, два, может даже три. Половины людей в квартире давно нету, но всё по прежнему шумно. В руках плосмасовый стаканчик алкоголя, Шастун и не помнит какой он по счету, но здраво смыслить он мог, до момента, пока их компания не собралась играть в карты. И да ладно бы просто карты, но тут на кону останешься ли ты в одежде или нет. Согласились все, на удивление Арсений Сергеевич тоже. Антон ещё сомневался, играть или не играть. Но принял решение, что стоит попробовать. По крайней мере, в карты он играет не очень плохо. Когда вся компания согласились, игра в «карты на раздевание» началась. С каждой партией атмосфера накалялась, смех становился все более нервным. Некоторые не сдерживались и выходили из игры, когда понимали, что ещё немного и придется сидеть чуть ли не голым перед всеми. Шастун тоже сидел уверенно, пока не стал проигрывать. Людей становилось меньше, партии стали менее удачными, зато Сергеевич сидел довольный, не проиграв ни разу и не сняв с себя ни-че-го. Антон чувствовал, как краснеет, каждый раз, когда приходилось выбирать, что с себя снять, а Арсений бросал на него мимолетный взгляд, будто бы довольный и хитрый лис. Один за другим игроки выбывали, пока они не остались один на один. В помещении была тишина, кто-то ушёл в соседние комнаты, кто-то просто тихо наблюдал, были и те, кому уже всё наскучило и они изредка что-то бубнили, сбивая Шастуна с мыслей. Антон сглотнул, пытаясь справиться с волнением. Арсений улыбнулся, и эта улыбка показалась Антону одновременно пугающей и завораживающей. — Ну что, продолжим, mon cher élève? – прошептал Арсений, и в его голосе звучала неприкрытая ирония. Антон почувствовал, как по спине пробежал холодок. Этот взгляд, этот тон… Он словно играл с ним, как кошка с мышкой. Но отступать было некуда. Партия началась, карты были розданы. Каждая секунда казалась вечностью. Антон пытался сосредоточиться, но взгляд Арсения прожигал его насквозь. Он чувствовал, как краснеет под этим пристальным вниманием. — Твой ход, Антон, — произнес Арсений, его голос звучал мягко, но в нем чувствовалась сталь. Шастун посмотрел на свои карты. Шансов практически не было. Он вздохнул и медленно поднял глаза на Арсения. Тот ждал, с нескрываемым интересом наблюдая за его реакцией. Антон понял, что проиграл. Он медленно снял с себя футболку, стараясь не смотреть в глаза Арсению. В помещении воцарилась тишина. Кто-то присвистнул, кто-то захихикал. Антон чувствовал себя неуютно. Шаст бы мог просто напросто сказать, что дальше играть не хочет, но почему то казалось, что если он так скажет, то его будут считать трусом. Арсений же продолжал смотреть на него, не отрываясь. В его взгляде было что-то непонятное, что-то, что заставляло сердце Антона биться чаще. Арсений усмехнулся, наблюдая за тем, как Шастун, смущенно опустив глаза, кладет футболку на пол. Он медленно провел взглядом по его торсу, отмечая каждый изгиб, каждую тень. В голове мелькнула мысль о том, что Антон выглядит гораздо привлекательнее, чем он представлял себе. Эта неловкость, этот румянец на щеках… Всё это лишь добавляло ему шарма. Игра продолжилась. С каждым новым выкидом карты напряжение росло. Антон отчаянно пытался переломить ход игры, но удача словно отвернулась от него. Арсений же, напротив, казался абсолютно невозмутимым. Он играл уверенно и хладнокровно, словно точно знал, что ему суждено победить. И вот, в очередной раз, Антон с досадой осознал, что проиграл. Он нерешительно посмотрел на Арсения, словно спрашивая, точно ли оно нужно. Тот лишь кивнул, и Антон, сглотнув, начал расстегивать ремень на джинсах. Руки дрожали, щеки горели. Он чувствовал себя одновременно униженным и возбужденным. Никогда прежде ему не приходилось оказываться в подобной ситуации. Тем более, когда перед тобой твой учитель. Когда джинсы были сброшены на пол, в комнате повисла тишина. Антон стоял перед Арсением в одних ярко-красных боксерах, чувствуя на себе взгляды всех присутствующих. Он готов был провалиться сквозь землю, но почему-то не мог отвести взгляд от Арсения и его реакции. В его глазах читалось нечто, что заставляло Антона забыть обо всем на свете. — Думаю, игра окончена, — тихо произнес Арсений, отпуская взгляд на карты. Оставшиеся ребята в комнате, лишь пробубнили что-то на подобии согласия и поспешно вышли из комнаты один за другим. Антон, немного хмурясь, взял джинсы и футболку, прикрываясь, и пристыженно смотрел в пол. Арсений поднялся со своего места и медленно подошел к Антону. Вблизи его взгляд казался еще более пронзительным и изучающим. Шастун не знал, куда себя деть, он был готов на всё, лишь бы не стоять так, под этим пристальным и изучающим взглядом. Он попытался отвернуться, но учитель мягко коснулся его подбородка, заставляя смотреть прямо в глаза. — Не стыдись, Шастун, — тихо произнес Арсений, и его голос звучал неожиданно мягко. — Ты очень… интересный. От этих слов по телу Антона пробежала дрожь. Он не знал, что ответить, и просто молчал, глядя в глаза преподавателю. Арсений же, казалось, наслаждался его замешательством. Он медленно наклонился и прошептал ему на ухо: — Мне всегда было интересно, что скрывается за маской прилежного студента. Затем Арсений отстранился и, усмехнувшись, добавил: — Но, пожалуй, на сегодня достаточно. Не стоит раскрывать все карты сразу. Антон пару раз моргнул и поняв, что ему сейчас ничего не объяснят, стал обратно натягивать на себя одежду. Пару минут подождав, Попов, взял со стола два бокала с вином и протянул один из них Антону, — Может быть, выпьем за ничью? Антон устало поднял глаза на преподавателя, но, не найдя в его взгляде ни капли насмешки, принял бокал. Они молча выпили, и тишина в комнате стала казаться менее напряженной. Арсений поставил пустой бокал на стол и, немного помедлив, сказал: — Тебе не стоит так переживать из-за этой игры, Антон. Это всего лишь игра. — Я знаю, — ответил Антон, — Просто… это было немного странно. — Странно? Возможно. Но, думаю, мы оба получили от этого определенное удовольствие. Разве нет? Поджав губы, Шастун нерешительно пожал плечами. Арсений на это лишь улыбнулся и посмотрел в окно. — Собирайся, отвезу тебя домой. — Спасибо... — это всё, на что был способен Антон в этот момент. Он обязательно обдумает эту ночь, но сейчас пусть будет так, как есть.