Punch line beyond comedy

— Я больше не сяду за руль, — ворчит Юнги, продвигаясь в пробке ещё на несколько миллиметров. Они с Чимином возвращаются из небольшого ресторана под городом, в котором проходило их свидание. Пока не началась активная работа над новым альбомом, можно было позволить себе расслабиться и провести немного времени с любимым человеком, запасаясь теплом и лаской, пополняя резервуары в сердце уютом и любовью. В салоне автомобиля витает непринуждённая, немного романтическая атмосфера, что нарушается лишь нечастым «пыхтением» Мина, который, в общем-то, и не хотел садиться на водительское место. Но ангельскому лицу Чимина сложно отказать, особенно если позволишь себе заглянуть в глаза невероятной глубины. Особенно, если эти глаза давно засасывают тебя в бездну, из которой нет выхода. — Зато мы отлично провели время вдвоём, — Пак слегка пожимает плечами и мило улыбается, не отрывая взгляда от лобового стекла. Юнги кладёт предплечье на подлокотник справа, поворачивает корпус в сторону парня, предварительно убедившись, что пробка на городской трассе не собирается двигаться в ближайшие минуты, и пригвождает свой взгляд к родному лицу. Он рассматривает мягкие, слегка пухлые щёки, плавные очертания челюсти, мажет взглядом по объёмным, блестящим от слюны розовым губам и фокусируется на глазах. И даже со стороны можно уловить проснувшихся чертят, жаждущих сотворить какую-нибудь запоминающуюся шалость. — Что ты задумал? — негромко спрашивает Юнги, плавно растягивая слова, внимательно следя за движениями возлюбленного. А Чимин растягивает улыбку шире, уже несдержанно ухмыляясь, ловкими движениями отстёгивает ремень безопасности и впечатывается поцелуем в губы Мина, аккуратно хватаясь ладонью за шею, удерживая чужую голову на месте. — Ненасытный, — дразняще шепчет Юнги, с охоткой отвечая на движения желанных губ. Они целуются горячо и мокро, дразня друг друга шустрыми языками, прикусывая нежную плоть и сразу же зализывая саднящие места, словно извиняясь за причинённую боль. По телу разливается гудящая лёгкость, из головы вылетают все мысли кроме жажды получить больше. Настолько больше, чтобы впоследствии интенсивнее, горячее, ближе телами и громче звуками. Безграничная фантазия бушует у обоих, картинки перед закрытыми глазами превращаются в неистовое и зудящее желание, ощущаясь током на кончиках пальцев, стекая сладкой патокой по позвоночнику и отзываясь в паху. Внезапный мощный гудок клаксона из автомобиля позади заставляет Юнги вздрогнуть и стремительно отстраниться от Чимина, чтобы сфокусировать внимание на дороге. Машины проехали на небольшое, но расстояние, вперёд, и только сейчас Мин понимает, что слишком увлёкся сидящем на соседнем сидении парнем. И, если Юнги неловко прочищает горло, пытаясь вернуть себе самообладание, Пак не испытывает ни капли стыда, лишь показательно супится, надувая при этом и без того аппетитные щёки и губы. — Пристегнись, — брошено слегка хриплым от возбуждения голосом, не отрываясь от дороги. Чимин лишь закатывает глаза, растекаясь лужицей по сидению, и скрещивает ноги, подпирая скулы маленькой ладошкой. Его взор вновь устремляется сквозь лобовое стекло, а мысли и вовсе улетают прочь из салона автомобиля, перемещаясь по времени и пространству. Мин кидает на парня мимолётный взгляд, вздыхает и кладёт подбородок на руль, вновь останавливаясь в потоке машин, желая поскорее оказаться дома и заняться чем-нибудь более интересным. Доработкой сорванного петтинга, к примеру. Пак какое-то время украдкой поглядывает на Юнги, но внутренние непослушные черти шепчут мольбы о продолжении, подталкивая к грязным и развратным вещам. И парень не в силах их проигнорировать. Чимин подтягивается выше по сидению, всем телом разворачивается к Мину и припадает губами к его шее сзади, оставляя еле ощутимую дорожку из горячих прикосновений. Тело Юнги накрывает россыпь мурашек и лёгкая дрожь, пальцы сильнее сжимают руль, а по салону разносится тяжёлый выдох. — Это эффект от вина или ты внезапно стал ласковым котом? — шепчет вопрос Мин, пытаясь сглотнуть вязкую слюну, чтобы промочить пересохшее горло. — Это эффект от тебя, — довольно произносит Чимин, сжимая пальцами шею Юнги и придавливая таким образом всё тело к спинке сидения. — Мне не нужно вино, чтобы опьянеть. Потому что такой эффект производишь на меня ты. Парень практически вплотную приближается к лицу напротив, оставляет жалкие миллиметры между ними и дразняще ведёт другой рукой вниз по всему телу. Шаловливые пальчики задевают ворот не заправленной рубашки, расстёгивают несколько пуговиц и проникают под лёгкую ткань, почти невесомо лаская мышцы на животе. Юнги прикусывает свою нижнюю губу, когда Пак очерчивает контур ремня, совсем немного цепляя чувствительную кожу внизу живота. И, увидев реакцию Мина, парень просовывает несколько пальцев под край джинс, щекочет, заставляет его запрокинуть голову назад, мазнув кончиком своего носа по чужому, и тихонько прошипеть ругательства. Чимин тихонько смеётся и вытаскивает руку из-под льняной рубашки, продолжая свои пытки. Юнги видит, что движение на дороге вновь возобновляется, старается не отставать от потока и не врезаться в автомобили, что находятся спереди. Пак опирается ладонями о подлокотник между сидениями, оставляет поцелуй на щеке возлюбленного, дорожкой укусов спускается на шею, словно помечает свою территорию, прижимается губами к впадинке между ключиц, опаляя тонкую кожу тёплым воздухом... — Что ты творишь... — хрипит Мин, слегка расфокусированным зрением смотря на дорогу. Его потряхивает от обилия ощущений, от контраста прикосновений и желания большего. Поток машин снова останавливается, в этот раз, похоже, надолго, давая Юнги полностью сконцентрироваться на эмоциях, которые ему дарит Чимин. И тот не теряет времени, увидев очередную дорожную заминку, ловко расстёгивает ремень на джинсах, облизывает ладонь и просовывает её в трусы, обхватывая почти полностью эрегированный член. Мин задыхается от трения шершавой кожи о чувствительную плоть, из него вырывается первый стон, а глаза машинально закрываются. Дыхание Юнги давно сбилось к чертям, а вот у Чимина не было проблем ещё несколько секунд назад. Зато теперь он тяжело втягивает воздух, массируя чужой член, потирается щекой внизу, задевая сквозь ткань белья чувствительные яички. Юнги не выдерживает, немного приподнимается на сидении и стаскивает всю ненужную ткань по бёдрам, открывая безграничный доступ Паку. Как бы даёт одобрение на волю его фантазии. И тот охотно отзывается: подарив Мину дьявольскую улыбку, вбирает в себя изнывающую головку члена, сразу же начиная посасывать и обводить языком по контуру. Юнги пытается сдержать рвущиеся наружу стоны, правой рукой зарывается в волосы парня, жёстко сжимая не самые короткие пряди. Чимин издаёт утробное мычание от покалываний кожи головы, посылая вибрации сквозь член, которые оседают в паху Мина разрушающим огнём. — Такими темпами мы поставим рекорд по достижению оргазма, Чимин, — ворчит Юнги, на что Пак вновь мычит что-то невнятное и максимально расслабляет горло, насаживаясь ртом глубже и интенсивнее. Маленькие пальчики обхватывают ствол члена внизу, помогая дополнительным трением. Челюсть стремительно начинает ныть из-за отсутствия длительной практики, но Чимин игнорирует это ощущение, сосредотачиваясь на стабильном темпе. Периодически он втягивает щёки, создавая эффект вакуума, а, бывает, замедляется, проходясь языком по набухшим венам, давая себе и Юнги минутку, чтобы перевести дыхание. Оргазм не заставляет себя долго ждать: Пак чувствует, как напрягается тело его возлюбленного, как член мелко подрагивает во рту, поэтому увеличивает темп на максимум, массирует шаловливыми пальчиками мошонку, доводя их обоих до безумия. Мин не успевает ничего сказать, лишь громко и протяжно стонет, выгибаясь на сидении, пока тёплая сперма наполняет рот Чимина. И он сглатывает всё до последней капли, довольно облизываясь, словно кот после целой миски молока, целует прямо в уздечку опадающий член. Юнги пытается отдышаться, вернуть себе контроль над телом и разумом, ведь, кажется, он только что проглотил кристально чистый экстаз. Или, если быть точнее, проглотил Пак... Мин грубо впечатывает в себя Чимина, держа за волосы на затылке, вовлекает в глубокий и чувственный поцелуй, пробуя свой вкус на чужом языке. Он тянется к ширинке парня, хочет доставить ответное удовольствие, но Пак перехватывает руку и, разорвав поцелуй, аккуратно чмокает внутреннюю сторону ладони, улыбаясь сидящему напротив Юнги. — Я получу своё дома, — он вновь прикасается губами к коже на ладони, пряча улыбку, но выразительно играя глазами, словно заглядывает в самую душу. — С тебя ответный минет, а потом я трахну тебя у окна. Мин заворожено ловит чужой взгляд, добровольно поддаётся этому гипнозу и не может заставить себя ответить. В голове остался лишь белый шум, а по телу разлилась приятная нега, расслабив напряжённые мышцы. Стук со стороны водительского окна заставляет вздрогнуть обоих и напряжённо повернуть головы. Юнги немного опускает стекло, открывая лишь своё лицо, и видит мужчину в машине напротив, который кричит, в попытке быть услышанным: — Можно попросить автограф? Моя дочь любит ваши песни. В глубине души Юнги сидит на стуле в тёмной комнате и фейспалмит до конца своей жизни. Осознание ситуации наконец прорывается сквозь пелену вожделения и похоти, мозг подкидывает варианты «А что, если...?», мысли судорожно крутятся вокруг вопроса, каков шанс, что их засекли дорожные камеры... — Конечно, — вежливо улыбается Чимин и пихает Мина локтем в бок. Застывший, словно статуя, Юнги забирает блокнот с ручкой, быстро расписывается, даёт оставить автограф Паку и возвращает вещь владельцу, сдержанно улыбаясь. — И вот, теперь ты вовсе не ангел, — наигранно изображает ужасающее осознание Юнги, закрывая окно, а затем в спешке поправляет одежду и пристёгивает ремень безопасности, трогаясь с места за потоком машин. — А кто говорил, что я имею хоть малейшее отношение к ангелам? — лукаво переспрашивает Чимин, показательно сладко облизываясь. — Твоя внешность, чёрт возьми, — качает головой Мин. — И как только я мог на это повестись? — слышится тихое бурчание под нос. — Возьмёт, только потерпи до дома, — многообещающе, с яркой издёвкой шепчет Чимин в ухо возлюбленному, прикусывает мочку и непринуждённо откидывается на спинку своего сидения, пристёгиваясь ремнём безопасности. Сегодняшний вечер будет незабываемым.