Продам информацию "Недорого"

Астрель рыдала навзрыд. Слёзы лились непрерывно, затуманивая взгляд, дыхание сбивалось, а сердце будто вцепила ледяная когтистая рука. Она шаталась, пытаясь удержаться на ногах, но колени подломились, и она рухнула прямо перед могилой брата. Мир вокруг словно вымер. Цвета поблекли, звуки исчезли, остался только глухой, давящий туман тишины. Холод пробирал до костей, словно из-под земли тянуло мёрзлым дыханием. Казалось, сама земля под её коленями пульсировала чьей-то чужой, недоброй жизнью. Тяжесть в груди давила так, что каждое сердцебиение отзывалось болью в висках. Безысходность затопила её до самого горла, и в этой вязкой темноте не было ни одного проблеска света. Пустота внутри стала такой глубокой и мёртвой, что казалось она поглотит её целиком. Астрель распахнула глаза от ужаса. По щекам вновь покатились горячие слёзы. Медленно, словно боясь спугнуть хрупкую грань между сном и явью, она села в гамаке и закрыла лицо ладонями, втирая влагу из глаз. Этот кошмар мучил её уже третий раз. Сны возвращали её туда, где она потеряла всё: семью, дом, привычный мир. Стресс последних событий, переезд, разлука всё это давило на неё и днём, и ночью. Она перевела взгляд на Шанкса, который спал на кровати, дыша ровно и спокойно. Глубоко вздохнув, Астрель встала, на цыпочках подошла к двери и, аккуратно, почти неслышно, вышла, чтобы подышать свежим воздухом. Закрыла дверь так тихо, как только могла. И в тот же миг, как замок щёлкнул, глаза Шанкса распахнулись. Астрель тихо вышла на палубу и села на деревянные ступеньки, ведущие на верхнюю палубу. Она распахнула Систему и зашла в раздел Магазин. Легким движением купила новые наушники с плеером и флешкой, попросив систему загрузить композиции: Let Me Down Slowly, IDFC и In the Name of Love, Кафель. Шрифт на экране мягко светился белым светом, гармонично дополняя спокойный вечерний морской пейзаж. Астрель надела наушники, включила музыку и позволила звукам полностью заполнить сознание. Каждая нота проникала в душу, окутывая теплом, которое растекалось по телу. Она закрыла глаза и почувствовала, как волны мелодии ритмично бьют по сердцу, стирая остатки страха и напряжения после кошмарного сна. Подняв взгляд к небу, она увидела величественное, глубокое темно-синее полотно, усеянное миллионами звезд. Млечный Путь тянулся серебристой лентой над горизонтом, а медленно плывущие облака добавляли небесной тишине ощущение живой глубины. Астрель глубоко вдыхала солоноватый морской воздух, ощущая, как каждый вдох укрепляет тело и разум, позволяя прочувствовать момент «здесь и сейчас». Музыка держала её в уютных объятиях, будто каждая мелодия говорила только с ней, наполняя спокойствием и тихой радостью. Она позволила себе расслабиться, наслаждаясь ритмом, глубиной и тишиной моря, растворяясь в чарующей гармонии музыки и величия ночного неба. Каждая песня погружала её в лёгкий транс, мелодии плавно сменяли друг друга, и сердце ощущало умиротворение, которое оно давно не испытывало. Ветер мягко шевелил волосы, холодная палубная доска слегка охлаждала ладони, а тихое плескание волн у борта усиливало ощущение полной уединенности. Астрель сидела там, полностью погруженная в момент, позволяя музыке, небу и морю соединиться в одно ощущение покоя и свободы, которого ей так не хватало.

***

Утро в тот же день Астрель вышла из столовой, только что бросив недоеденный обед. Утро началось… ну, мягко говоря, «не фонтан». Настроение почти ноль, но черный юмор внутри кипел, так что хоть что-то держало её на плаву. Она тихо пробормотала себе под нос: «О, супер, ещё один день в аду… но ладно, пронесёт». Первый день месячных прошёл спокойно боль 4/12. В принципе, терпимо, можно жить, только мысли странные иногда лезут, и сарказм сам собой включается. Второй день полдень, живот внезапно «зашёл в режим паники» 7/12. Астрель чуть не упала на пол, прихватило конкретно. Она села, стиснув зубы, и тихо оформила себе мем: «Если бы у боли были очки, она бы сейчас махала мне средним пальцем». Третий день обычно полный трэш, но не сегодня. 8/12, и она почувствовала себя почти героиней собственной маленькой победы. «Ну кто тут королева терпения?» — шутливо про себя, чуть улыбаясь. Четвёртый день норм снова 4/12, можно жить, а можно и смеяться над всей этой драмой.

***

       Через два дня они наконец причалят. А пока Астрель сидит на палубе, расставив ноги по ступенькам, и пересматривает фотки с фотика. Практически каждый вечер был какой-то пьяный угар, так что фото просто золото. Она вспоминает моменты с командой, пока путешествовала с ними, и внутри рождаются такие тёплые чувства, что почти хочется закричать от радости. «Эта команда… реально топ-3 моих любимчиков из аниме «Ван Пис»,» думает она, улыбаясь самой себе. Астрель разглядывает фотографии: кто-то в смешных позах, кто-то просто дурачится, а кто-то с такой харизмой, что хочется повторить. Она тихо шутит сама с собой, комментируя мысленно: «Боже, ну кто так вообще пьяно фотографируется?» и «Да уж, кто бы мог подумать, что эти мемные ребята такие душки». Она листает снимки, улыбается и тихо смеётся. Чувство ностальгии смешивается с лёгкой грустью и внутренней радостью. «Эх, жизнь, ну держись, я всё равно круче любого драматического фильтра», думает Астрель, ощущая, как тепло воспоминаний растекается по телу. Ветер играет волосами, холодные доски палубы слегка подмерзают под ладонями, а тихий плеск волн у борта усиливает ощущение полной уединенности. Она сидит на ступеньках, поглощённая своими мыслями, мемами, музыкой и фотографиями ощущение полного контроля над собственными эмоциями, даже когда тело слегка протестует. Астрель снова тихо шепчет: .Ну всё, господа, у нас тут настоящий фотопарад и душевный угар. Зажигай, мозг.