No surprises

Изо дня в день в городке Пеликан ничего не происходит. Одни и те же лица — все те же маршруты и занятия. С приездом Холли три года назад, конечно, что-то изменилось — жители обрели новую подругу в ее лице; а ферма, доставшаяся ей от дедушки по наследству, преобразилась. Однако все это было новым лишь первое время — спустя годы прибытие Холли стало новой рутиной для жителей городка. И это не плохо — Холли рада быть частью этой рутины. Ей это нравится. Еще больше ей нравится, что особенно глубоко она проникла в рутину одного конкретного жителя — Шейна. Каждый новый день с ним для нее ощущается теплым и приятным. В книжках пишут о чувстве праздника и постоянного урагана, но Холли убеждена: настоящее счастье кроется в спокойствии, которое ощущается рядом с нужным человеком, и его она получает сполна. Шейн помогает ей по хозяйству, уделяя особое внимание курятнику. Шейн носит ей чай и лекарства, когда она болеет. Шейн танцует с ней под ее любимую музыку, когда они остаются вечером наедине. Шейн радуется любым ее достижениям — даже если это просто новый урожай. Шейн становится неотъемлемой частью ее жизни, ее маленькой семьи из одного человека. Холли тоже рада войти в семью Шейна. Она отлично ладит с Джас, и они частенько гуляют втроем. Еще Холли время от времени наведывается к Марни, составляя ей компанию — обычно в дождливые дни. Она знает — Шейн этому рад. И вот, наступает очередная осень. Яркая, красивая, но промозглая из-за моря поблизости. К осени в Пеликане невозможно привыкнуть — красота очаровывает Холли каждый раз, когда она ее видит. Осенью, несомненно, много работы. Холли с утра пораньше на грядках — не успела даже позавтракать. Ей нравится все делать в первой половине дня — так его остаток можно посвятить другим делам. Закончив с грядками, она отходит к небольшой террасе у входной двери и облокачивается на перила. Ветерок приятно охлаждает ее лицо, и Холли подставляется ему, позволяя коже остужаться. Она полностью погружается в тишину и покой осеннего утра, когда входная дверь хлопает, а теплые ладони оказываются на ее талии. Шейн обнимает Холли со спины, прижимаясь губами к шее. На улице прохладно — это она осознает, только когда чувствует жар тела своего мужа. Холли улыбается и, повернув голову, чмокает его в щетину. — Уже проснулся? — ласково спрашивает она, накрывая его руки своими. Шейн прижимает ее к себе чуть крепче. Он одет по погоде — в осеннюю куртку и старые джинсы. Холли же, распаленная утренней работой в огороде, сняла с себя утепленную одежду некоторое время назад, и сейчас стоит в одной майке. — Почему ты снова разделась? Замерзнешь, — ворчит Шейн, оставляя еще один поцелуй — на этот раз на ее щеке. Холли улыбается еще шире. — Не замерзну, — однако, несмотря на собственные слова, она чувствует, как действительно начинает подмерзать. Ничего критичного — просто ветер теперь не такой теплый, как летом. В какие-то моменты это благословение, но при долгом нахождении на улице становится проклятьем. — Замерзнешь и заболеешь. Я же чувствую, какие у тебя холодные руки, — Шейн вздыхает и берет ее ладони в свои. — Пойдем в дом. Я сделаю тебе кофе. Холли мотает головой. — У меня еще остались дела в хлеву, — она упрямо пытается вырваться из объятий, однако хватка Шейна усиливается, и он испускает очередной вздох. — Ты можешь посидеть на одном месте хотя бы пять минут, ради Бога? — поняв, что сопротивление бесполезно, Холли перестает вырываться и обмякает в его руках, ложась головой на плечо. — Ради Бога не могу, — хихикает она. — А ради меня? — ухмыляется Шейн, начиная нежно массировать подушечки ее пальцев. — Ради тебя я подумаю, — Холли смеется уже в полный голос. — Но, если серьезно, мне действительно нужно прибраться в хлеву. — Я сделаю это сам, если ты пообещаешь, что оденешься и выпьешь свой чертов кофе в доме. — Правда? Ты сделаешь это для меня? — это не удивительно — Шейн постоянно так делает, но Холли не устает дразнить его. Тот, однако, уже перестал реагировать так же остро, и теперь не смущается, как это было прежде. А жаль. — Для тебя — все что угодно. Но не пользуйся этим, — Шейн закатывает глаза. — Так что, по рукам? — Хорошо, — Холли кивает без лишних раздумий. Шейн аккуратно отпускает ее из своих объятий и, убедившись, что она не собирается сбегать, кивает самому себе и спускается по лестнице. — Я скоро вернусь, — он машет ей рукой, не оборачиваясь. — Хорошо, — Холли улыбается. На дворе стоит обычная осень, а в городке Пеликан, как обычно, никаких сюрпризов.