Возвратить себе покой

┊⦅Возвратить себе покой⦆┊

┊Черное затмение┊

᯽Количество слов: 2667

᯽Работали над текстом: _Setting sun_

᯽Авторы: _Setting sun_

Ночная прогулка закончилась за несколько минут до полуночи. Как бы ребята ни хотели продлить этот момент, как бы ни пытались намекнуть, чтобы пройтись еще немного по улицам, — они все же вернулись туда, откуда все началось. Кей сильно устал и вяло шаркал за Дюком, пока тот держал его за руку, боясь, что тот вот-вот упадет на землю или запутается в собственных ногах. Пройдя несколько порталов и наконец добравшись до дома лидера, брюнет осторожно открыл дверь, заходя первым и потянул за собой ночного гуляку, который из последних сил переставлял ноги. — В следующий раз я приду к тебе, чтобы стукнуть по голове, — сердито шикнул заместитель, как-то по-хозяйски разуваясь. — Почему? — тихо поинтересовался синеволосый, также снимая кеды и упираясь плечом в стену. — Чтобы ты спать ложился, а не глупостями занимался! Поняв, что из парня сейчас не будет никакого толку, Дюк подхватил его на руки и отнес в спальню. Маленькое тело у его груди только сильнее сжалось, издавая едва слышное хихиканье. Брюнет был довольно спокойной личностью, умел сохранять самообладание даже в самые сложные минуты, но в моменты, когда позволял себе выпустить пар, становился до боли милым и забавным. И неважно, что таким он был только для Кея — любой другой, попав под агрессивный прищур серых глаз, успел бы умереть, воскреснуть и умереть еще сотню раз. Ему еще только предстояло привыкнуть к мысли, что агрессия и раздражительность Дюка — это, по сути, сигнал тревоги, страх за кого-то близкого... Уложив парня в кровать, предварительно сняв с него всю теплую уличную одежду, которая не осталась в прихожей, старшый присел на край кровати, тяжело вздохнув. Скрестил руки на коленях и немного наклонился вперед. — Ну и почему с тобой всегда столько проблем? — спросил он полушутя, с легким смехом в голосе. — Так как-то… — ответил синеволосый, мягко сжимая одеяло у груди. Полуприкрытые глаза уставились в спину, задержавшись на ее линиях. От куртки еще веяло прохладой с улицы, но она быстро растворилась в тепле комнаты. — Ты сердишься? — Нет, — спокойно ответил Дюк, поднимая голову, но не поворачиваясь, просто вглядываясь в стену. — Просто... переживаю за тебя. — За меня? — удивился Кей, поднявшись на руки. — В смысле? — Что с тобой случилось? — вдруг спросил тот, немного повернув голову к другу. — Что ты... увидел, когда я схватил тебя за руку? Парень сразу почувствовал в этом вопросе что-то странное — то ли холодный оттенок в голосе, то ли быстрое исправление в середине фразы. Это заставило его по-настоящему задуматься. Дюк терпеливо ждал ответа, замер, как будто от этих слов зависело что-то важное — что-то, касающееся его самого, его мировоззрения… а может, и чего-то большего, совсем простого, что было прямо перед глазами. Опустив голову на руки, Кей задумался. Перед глазами начали всплывать отрывки сегодняшней тренировки — ее спокойное начало и странный финал. Секунда, когда он мог расправить крылья, оборвалась жгучей болью в руке и резкой вспышкой памяти сквозь туман в голове, что неконтролируемо включил защитный инстинкт. Пальцы сжали края одеяла, а взгляд застыл. — Вирус, — наконец произнес он коротко, хотя понимал, что этого объяснения будет недостаточно. — Я услышал его голос. Как будто сквозь сон. Как будто на мгновение оказался... снова там. Синеволосый поднял глаза на Дюка, который даже не пошевелился, продолжая сидеть на краю кровати, переваривая услышанное. Малыш заметил краем глаза, как нервно щелкают пальцы на его коленях, но решил промолчать — сейчас этот вопрос был неуместен. Тишина становилась все тяжелее, неудобнее. Лидер начал ерзать на месте, нервничая, что, возможно, затронул запретную тему, потому что эта часть прошлого была для друга одновременно отвратительной и болезненной. — Понятно, — тихо сказал наконец брюнет, поднимаясь на ноги и тяжело выдыхая, подбирая слова для вежливого прощания. — Ты… отдыхай. Увидимся завтра. — Э-э! Эй! — резко сбросив с себя одеяло и вскочив, младший догнал старшего, схватив его за руку у двери. — И это все, что ты мне скажешь? — Что? — теперь уже очередь заместителя была растерянно повернуться к нему, не понимая смысла вопроса. — Почему ты спросил именно об этом моменте? — продолжил Кей, теперь уже более четко объясняя, чтобы не пришлось повторять еще раз. Он знал, что во второй раз не найдет в себе силы. — Ты тоже что-то увидел? Почувствовал? Не молчи, Дюк! Говори! — Ничего... — отстраненно сказал тот, отводя голову, чтобы скрыть глаза. В такие моменты он проклинал свою неспособность лгать взглядом — даже когда лицо оставалось спокойным. А Кей, со своим умением читать настроение по одному лишь клипу, был для него настоящей угрозой. — Не ври мне, — голос лидера стал жестче, решительнее. — Ты что-то скрываешь? — Ничего. Я же сказал. — Дюк! — парень резко отпустил его руку и ударил ногой по полу так, что стены задрожали. Теперь уже удивленный брюнет посмотрел прямо ему в глаза. — Я хочу помочь! Ты думаешь, мне все равно!? Я вижу все, как на ладони! Если бы мне было все равно, ты думаешь, я бы так старался быть рядом с тобой? — Я… я… — как будто забыв все слова мира, Дюк только нервно глотал воздух, повторяя одну и ту же букву в надежде, что Кей продолжит, а потом развернется и пойдет спать. Тогда он смог бы просто убежать — в свою тень. — Что происходит? — не отступал тот. — Что ты там так скрываешь? Слова повисли в воздухе, пустые, как пропасть. И тогда парень перешел к действиям. Схватив старшего за воротник, резко дернул, стянув куртку и отбросив ее на пол. Дюк пошатнулся вперед, упершись руками в колени от неожиданности. Вся усталость у Кея мгновенно развеялась, как будто чья-то невидимая душа влила в него новую энергию. Иначе как объяснить, откуда в нем взялась такая сила? Но на этом поиски правды не закончились — его пальцы уже впились в край рукава кофты, готовясь стянуть и ее, когда брюнет, опомнившись, резко дернулся и отбросил синеволосого назад — аж до противоположной стены. — Стоп! — воскликнул он не столько от злости, сколько от страха. Серые глаза метались из стороны в сторону в поисках пути к отступлению, хотя открытая дверь была прямо за спиной. — Что ты вытворяешь!? — Я?! — рявкнул в ответ Кей, сделав шаг вперед. — Да я ищу ответы! Никто тебе ничего не говорил, Я молчал, но все уже заметили твое странное поведение! Я, честно, думал, что ты сам расскажешь... Но чем дальше — тем хуже! — Да что ты говоришь!? — вспыхнул старший, разводя руки в стороны. — Чего ты хочешь этим добиться!? — Я помочь тебе хочу! — Настоящие друзья так не помогают! Резкая фраза, брошенная в лицо разгоряченному Кею, мгновенно залила его ледяной волной. Он застыл, опустив взгляд. Рука, еще выставленная вперед, медленно сжалась в кулак, а синие глаза, секунду назад пылавшие яростью, снова приобрели привычный мягкий, добрый оттенок. И теперь вся сцена выглядела так, будто сорвался именно Дюк, а Кей лишь принимал удар. — Настоящие друзья не давили бы на больное место! — воскликнул старший, пытаясь перекричать гул собственных мыслей. — Если бы ты действительно переживал за меня — ты бы подождал! Откуда ты знаешь, что я не хотел открыться сам?! Его глаза медленно, но неизбежно застилала влажная пленка. Разочарование впервые пронзило сердце не из-за собственного несовершенства, а из-за того, что кто-то коснулся самого глубокого. — Тебе просто было интересно, — хрипло добавил он. — Это была не забота, а интерес... ничего больше. Меньший с ужасом наблюдал плоды собственной деятельности — друг, который из последних сил сдерживал свою гордость, чтобы не выругаться по-настоящему, отдавал все в дрожащие руки, хриплый голос и лихорадочно поднимающуюся грудь. — Нет... — тихо охнул он, выставив руку вперед, как призывая к спокойствию. — Я совсем не... — Эгоистичный кусок идиота! — неожиданно крикнул Дюк, отступая назад и оказываясь одной ногой в коридоре. Язык не успел перевернуться, чтобы снова извиниться — бесполезно — брюнета уже не было рядом. Резкий хлопок входной двери разорвал тишину даже в самом глухом уголке дома, оживив даже сенсор экрана на стене, который до сих пор хранил молчание, чтобы не ввязываться в крики. Теперь же, когда все стихло, он решил отозваться. — Кей? — прозвучал роботизированный голос. — Д-да?.. — меньший слабо дрожал, не сводя взгляда с коридора, который наполовину прикрывала открытая дверь. — Что случилось? — Я... — медленно развернувшись к кровати и залез на нее, парень закутался в одеяло и уткнулся лицом в подушку. Его тело пробирал дрожь, как будто он оказался посреди антарктического холода. — Я оттолкнул от себя единственного человека, которого любил... — Не говори так, — попыталась успокоить платформа. — У Дюка сработал обычный защитный инстинкт. С учетом последствий вируса и его влияния на психику, даже мелочи могут вызвать резкие перепады настроения. Дополнительным топливом для этой вспышки стали эмоции, которые он долго сдерживал. Вы оба сегодня пережили сильный страх и стресс — в момент галлюцинации. Кей молчал. Чужие слова немного успокаивали, но не могли утолить головную боль. — Дай ему время. Ваш ближайший разговор, вероятно, состоится завтра. К тому моменту он остынет, а страх исчезнет. — Он обиделся... — Защитился, Кей. Просто защитился. Тебе стоит отдохнуть и поспать. Утро вечера мудрее. Свет по всему дому резко погас и наступила сплошная темнота. В голове гудело — гудел стыд; гудела боль за себя; гудел страх за Дюка. Но, преодолев все это, парень закрыл глаза и почти мгновенно отключился, истощенный адреналином последних минут. Он провалился в белую пустоту...

◇◇◇

Подушка мгновенно поддалась сильному сжатию в пальцах, пока парень нервно ходил по комнате быстрым шагом. Теперь, когда голова остыла, он испытывал страшное раскаяние за свои слова.

《Эгоистичный кусок идиота!》

Неужели он действительно это сказал? И кому? Своему спасителю. Своему лидеру. Своей ведущей звезде, которая светила даже в самую черную ночь.

《Настоящие друзья не давили бы на больное место!》

Он сам когда-то предал всех — команду, народ. И откуда же у него теперь право выбрасывать подобный яд?

《Это была не забота, а интерес... ничего больше》

Крик. Платформа, которая все это время молча наблюдала, сканируя его движения, испугалась. Экран на мгновение погас, а затем снова загорелся, фиксируя гормональный всплеск хозяина. Парень упал на колени, сжимая подушку в немом плаче. — Врачи в таком состоянии советуют выпить теплого молока и лечь спать, — ласково ответил робот. — Желательно с открытым окном, при расслабляющих звуках или комфортной температуре. Ответа не последовало. Дрожь спины стихла, тело задрожало — и упало на пол. Голова легла на согнутую руку, вторая все еще сжимала край подушки. Экран навис над ним, сканируя физические показатели. Через мгновение на нем появилась диаграмма волн, которые колыхались, меняясь, а над ними — надпись: «Сон».

◇◇◇

Уже не было так страшно или холодно снова оказаться в белой пустоте собственного сознания. То ли странное привыкание начало играть с чувствительностью его разума, то ли уже было безразлично — но брюнет шел по этому месту свободно, босиком, вдыхая на полные груди воздух, который не имел никаких качеств – ни прохладный, как в Горной зоне; ни теплый, как в Цветочной. Под ногами — чистая стеклянная материя, отражавшая его образ, как и в прошлый раз. Сделав несколько легких шагов, он закружился, развел руки в стороны, задрав голову к небу — к той же безграничной пустоте, без начала и конца. Остановившись и откинув волосы с лица, парень обнял себя за плечи, сжимая пальцами ткань черной футболки, прижимаясь носом к плечу. Сейчас было так легко... Все расставлено по полочкам. Ни совесть, ни сознание не терзали. Даже недавняя ссора с другом казалась мелочью, которую можно исправить одним извинением. Но не все так просто. — Ай-яй-яй... — донесся насмешливый голос со спины. — Так оттолкнуть единственного настоящего друга. Совесть у тебя есть? Мне аж больно стало! Театрально сложив одну руку на груди, а вторую приложив ко лбу, Вирус прогнулся в спине, жалобно прикрыв глаза — как будто вот-вот заплачет. Дюк даже не обернулся. С закрытыми глазами он только тяжело выдохнул, пытаясь удержать контроль над разумом. — Тебе от этого ни холодно, ни жарко, — медленно повернувшись к обидчику, брюнет посмотрел острым прищуром. — Так это, мне тебе благодарить за галлюцинацию? — А кому же еще? — пустота взорвалась смехом. — Хоть я и не материальное существо, благодарить нужно твоих друзей. Я до сих пор живу в твоем подсознании. А это, знаешь, дает мне определенную свободу. Вирус с улыбкой сократил расстояние, начал кружить вокруг своего бывшего носителя. Дюк даже не моргал, только наблюдал, как за навязчивым призраком прошлого. — И зачем? — холодно спросил он. — Выгоды никакой, власти тоже. Что тебя мучает? — Мне просто нравится мучить тебя, — резко приблизился он, протягивая палец к его шее. — Хочу, чтобы ты помнил, что натворил. — Я натворил? — отбив его руку, как будто она была ядовитой, брюнет взглянул на него с презрением. Кулаки сами сжались. На этот раз драки не избежать. — Если бы не ты, я бы ничего не сделал! — выпалил он. — Все беды — на твоей совести. А я... я был лишь исполнителем, у которого ты отобрал даже контроль над собственным телом! — Да тебя бы зависть заживо съела! — зареготал Вирус. — Я дал тебе шанс проявить себя, а ты его упустил! — И что ты прицепился?! — Дюк резко оттолкнул призрак на несколько метров. — Говоришь, будто добра мне желал. Да ты — зараза! Болезнь, выросшая до высшей стадии эволюции! У тебя нет ни души, ни тела, ни сердца! Клон улыбнулся уголком губ, его глаза вспыхнули красным огнем. — Тогда соберись, герой... и покажи, насколько ты силен без меня.

◇◇◇

Покоя Кею даже во сне не было. Заснул он быстро — истощение сделало свое дело, — но сон оказался не покоем, а новой мукой. Он оказался в бескрайнем белом пространстве. Первая мысль — Селли снова играет с программами тренировок. С облегчением выдохнув, он даже обрадовался: хоть отвлечется во время спарринга. Но то, что он увидел, заставило сердце биться чаще. На горизонте вспыхивали отблески боя. Пространство гудело, земля дрожала, воздух пульсировал. Это была сила — настоящая, дикая, разрушительная. Подойдя ближе к арене, Кей почувствовал, как волны энергии проходят сквозь него, заставляя тело вздрагивать. «Кто там так играет?..» — мелькнула мысль, смешанная с тревогой и странным предчувствием. Ему не дали долго спокойно думать. Прямо над самым ухом пролетела черная длинная материя, которую краем глаза можно было заметить — с острым наконечником. То ли стрела, то ли копье — соблазнились на жизнь его голограммы, активно атакуя, что совсем не радовало. Их удар повторился — теперь значительно точнее, прицеливаясь прямо в мишень. Уклоняясь от незваного оружия, парень крутил головой, пытаясь хотя бы в перерывах между уклонениями увидеть виновника нарушения своего круга безопасности. Но вокруг — тишина, белое пространство и ни одного живого духа. — Что за черт?.. Отвлекся. Повернув голову туда, откуда раньше доносились звуки боя, он только успел заметить ослепительный блеск острого, как нож, наконечника, который разрезал воздух и летел прямо в грудь. Единственное, что он успел сделать — это поднять руки для защиты. Глаза судорожно закрылись в ожидании боли, но ее так и не наступило, даже после довольно долгого мгновения. Вместо этого совсем рядом раздался звук рассеяния, и к ногам посыпался черный песок разбитой стрелы, который впоследствии рассеялся пеплом. Подняв голову, Кей посмотрел на темную футболку перед собой — ее спина прикрывала его, как щит. В одной руке черная материя уже принимала знакомую форму — с сильным энергетическим вихрем и впечатляющим размером она превратилась в косу. Наконечник сверкал, переливаясь странными, нефтяными узорами. — Хт–... Шок нахлынул с новой силой, когда глаза парня встретились с другими — серыми. Дюк тяжело дышал, явно измученный бесконечной борьбой — отражая чужие удары и нанося свои. Кратко проверив взглядом состояние голограммы за своей спиной, он снова рванул вперед — и в тот же миг исчез из поля зрения. Брюнет не придал лидеру большого значения — видимо, воспринял его за очередное препятствие системы, призванное отвлечь. Но сработало — он его защитил. Синеволосый только молча наблюдал за действиями друга, немного растерянно раскрыв рот. Земля снова содрогнулась от очередного сокрушительного удара кого-то из сражающихся. Но это было не самое мощное — пространство пронзила звуковая волна, которая разнесла несколько ударных импульсов в разные стороны, сбивая всех с ног. От первой волны Кей упал, от второй — ударился головой о пол, теряя равновесие, а от третьей — совсем потерял сознание. Последнее, что он почувствовал, пока разум еще не погас, — теплое прикосновение чужой руки к плечу.