Milgram: Ultima Sententia

"Я, может, чего-то не понимаю… Но кто посмел помять мне дверь допросной?!" Утро надзирателя началось не с кофе. Сегодня настал день четвертого суда, и надзиратель никак не ожидал увидеть следы от ударов на двери… Особенно снаружи! Кому вообще так хотелось попасть в допросную?! Эс подошёл к двери и, дёрнув за ручку, обнаружил, что дверь заперта… Смущало, но при наличии ключа это не было проблемой. Щелчок, поворот, и вот дверь уже открыта. Аккуратно зайдя внутрь, Эс замер: перед его лицом застыл осколок стекла. Шин, вновь испугавшись, нанес удар. К счастью, "защита надзирателя" не позволила навредить Эсу. – Заключенный ноль-ноль-четыре – Шин… – Эс был спокоен, как удав, медленно переводя взгляд голубых глаз на парня, все еще держащего осколок зеркала, – Нападение на надзирателя наказуемо… Пропустить меня не хочешь? "Странно… Сейчас даже в груди ничего не ёкнуло. Нехорошо… Надо закончить с этим побыстрее". – Да! Извините, надзиратель, я немного перепутал… – парень моментально убрал осколок стекла в удлиненный рукав своей формы и отступил, пропуская Эса. – Знаете, а я даже рад, что это вы оказались, – рыжий парень виновато улыбнулся, садясь за стол. "Он изменился… На фото в досье он был опрятнее? Странно, не могу объяснить". Это было и правда так: рыжие волосы парня сейчас были растрёпаны и значительно отросли, частично закрывая его глаза. Удлиненные рукава формы сейчас были надорваны и покрыты кровью, а самое главное – взгляд… Он смотрел на надзирателя, как на спасителя… Заключений, вероятно, ждал этого момента… – Скажи мне, четвертый… Что в такой ситуации вызывает у тебя столько положительных эмоций? У тебя улыбка с лица не сходит… Надзиратель присел на стул напротив заключённого. – В смысле? А что плохого может произойти? Вы же здесь единственный не убийца. Рядом с вами страшно быть не может. – парень немного отвернул взгляд и тихим голосом добавил, – хотя, я не уверен, что в чем-то виноват... Эс предпочел проигнорировать последнюю фразу. – Ну, раз так, можем переходить к допросу… – "Он в крови, в руках осколок стекла, еще и дверь помята… Нет, это все только затягивает допрос… Не хочешь знать ответа – не лезь…" – Что думаешь об остальных заключённых? – Эс достал блокнот и старался не отводить взгляд от листов, тем временем заключённый старался не отводить взгляд от Эса. – Остальные… Я не уверен, но кто-то добрый. Кажется… "Он из себя дурачка строит, что ли!? Кто-то добрый!? И мне это говорит парень, измазанный чьей-то кровью… Ещё и эта улыбка… Не знаю почему, но он начинает меня выводить!" – Не можешь вспомнить, кто из заключённых был к тебе "добр"? Сугубо для будущей картины о них. Эс говорил это, скрипя зубами. Он пытался выглядеть доброжелательно, но выходило неубедительно. – Нет… – Ладно… Тогда давай сменим тему. Например, как обстоят дела в семье? – надзиратель крепко сжал кулаки в попытках не сорваться. Ручка, которую он сжимал, была готова сломаться. – Семья… – парень задумался на несколько секунд, после чего ответил: – Ну, у меня вроде бы были мама и папа… И, кажется, братья у меня были. Но я их давно не видел… "Опять эти его "кажется"… Как же я устал… Но тут хотя бы есть за что зацепиться". – Давно не видел, говоришь? Ты жил отдельно или, может, с ними что-то случилось? – Я… Кажется, они приезжали ко мне… Иногда… – парень на секунду погрустнел, но после, отринув грустные мысли, вновь старался улыбаться… Улыбаться, будто "должен" это делать… – То есть ты жил один? По учебе переехал или что-то другое? – Один? Нет, точно нет. Я жил… Нет… – руки парня начали слегка дрожать, а на краях глаз появились капли слез. – Хах… Странно, не правда ли… Я, как обычно, что-то забыл… Но сейчас мне почему-то больно… – парень закрыл глаза руками, вытирая слезы. – Там… Там было безопасно! Я все испортил! – последние слова Шин не произносил, а выкрикивал. "Почему все не может идти нормально!? Почему я должен это делать!? Почему мне его… жалко?" Эс уже хотел успокоить Шина, но стоило ему встать, как механизм пришел в движение. – Что это? – Шин убрал одну из рук от лица и посмотрел на механизм. После гула механизма отворился проход в комнату с круглым столом – зал суда. – Процесс изъятия запущен… Войди же в зал суда… Эс указал рукой на проход в зал суда, опустив свою фуражку на глаза. Почему-то ему было больно видеть, как Шин туда заходит. – Надзиратель, все же будет хорошо? Шин, заметно паникуя, оглядывал зал и бросил последний взгляд в сторону Эса. – Четвертый заключённый – Шин, воспой же свое преступление! Дверь в зал суда захлопнулась, затянув Эса в изъятые воспоминания.