rey del mar(король моря)

Пляжное солнце мягко грело кожу, а легкий морской бриз нежно колыхал пальмы. Вдали слышался спокойный шум волн, смешиваясь с редким смехом и разговорами — редкий момент передышки в жизни портовой мафии и детективного агенства. Члены банды, привыкшие к напряжённым дням и ночам борьбы за влияние, сегодня позволяли себе забыть о делах и просто наслаждаться простым отдыхом.. Дазай лениво развалился на полотенце, поглядывая в синеву морской глади, пытаясь выдрать пару минут покоя от постоянных догадок и интриг. Куникида несмотря на попытки расслабиться, постоянно обменивался взглядами — привычка держать оборону была сильнее отдыха. Мори спокойно наблюдал за строительством песочных замков от Элис. Кое, о чем то очень увлеченно болтала с Гин. На заднем плане Кёка и Ацуши спорили, кто лучше ныряет, вызывая улыбки и поддразнивания остальных. Наоми и Танидзаки плескались в воде. Все шло своим чередом, давая двум организациям наконец то отдохнуть и не думать о вражде. Акутагаве никогда не нравились эти заурядные и многолюдные собрания, это казалось для него пыткой, утомляющей в сто раз больше, чем любые задания. Подойдя к воде, его лицо скривилось. Чуть дальше от берега, наступало царство медуз, будто заполнившее все море целиком. Обычный человек бы расстолкнул их и пошел дальше, ну или вообще бы не ходил купаться.. Акутагава не боялся этих склизких гадов, ему скорее было мерзко находится рядом с этой оравой. Его вообще мало что пугало, скорее, ему было либо мерзко, либо всё равно. Постояв у берега и послушав шум прибоя, тот просто развернулся и пошел обратно в сторону шезлонгов в тени. Обратно к морю его развернул шум падения и привычное громкое матерное выражение, что последовало от Чуи. Обернувшись назад, тот увидел последние секунды перед падением. Вроде ровно и надежно стоящий на сапе Чуя, вдруг резко летит с него носом в песок от неожиданности закрича " блять " на весь пляж. За его спиной послышался истеричный смех Дазая, в целом, картина действительно была довольно смешная, просто, мало кто заметил все с самого начала. Встав и отряхнувшись от песка, попутно плевавшись водрослями и камнями, Чуя начал кричать, что б тот завалил хлеборезку, иначе он лично притопит его к хуям собачим. Любая ругань между ними уже никем не воспринималась всерьез. Акутагава лишь с неким безразличием вздохнул и все таки направился в сторону тени, попутно закрывая рот от кашля. Чуя вдруг резко окликнул того, с вопросом не хочет ли тот искупатся, ибо Акутагава, по его ощущениям, вообще не выходил из тени. - Медузы. Их слишком много, что бы нормально поплавать. А идти дальше в море где их нет- желания 0. Монотонно и безразлично проговорил Акутагава оборачиваясь в сторону товарища. Чуе показалась глупой такая причина, так что тот, не обращая внимания на сопротивление Аку потащил его к воде. Заходя в воду, Чу отталкивал склизкие тела, давая Акутогаве буквально проход между рядами из нескончаемых медуз. Вода едва касалась их мерцали в полупрозрачном свете. Чуя шел первым, давая некую.. опору? Акутагава, казалось, доверял Чуе без остатка, следуя по его следам, стараясь не задеть живых созданий вокруг. Медузы, которые не были сдвинуты ногами и руками, осторожно сдвигались в стороны, словно признавая лидерство Чуи, а море наполнялось тихим шелестом и едва слышимым переливом воды. Их шаги эхом отражались в глубине, но никого из них это не останавливало. Акутагава не касался ни одной из медуз и соответственно не знал, что на самом деле, эти склизкие тела не только раздражают его своим присутствием, но могли ещё и больно ужалить. Ноги Чуи, с каждым шагом становились все слабее. В целом это было ожидаемо, они прошли огромный путь. Да и с учётом того, что почти каждая медуза жалила его, ему было трудно даже передвигать ногами, не то, что идти через сопротивление воды. По ощущениям, они шли целую вечность. Они шли и шли, ноги уставали, но впереди не было видимого берега — только бескрайнее море и дрожащие тела медуз вокруг. Вода то становилась глубже, то мельчала на отмелях, но беспрестанно окружала их, холодной и прозрачной, словно удерживая в своем объятии. Чуя передвигался уверенно, раздвигая перед собой путь и постоянно оглядываясь, чтобы видеть, как Акутагава следует за ним. Каждый шаг давался всё тяжелее, дыхание учащалось, силы таяли, но в глазах обоих горел тихий огонь упорства. Вдруг, вдали, словно остров торчал высокий камень — темный и массивный, он возвышался над водой, обещая отдых и передышку. — Блять, я не могу больше. Давай переведем дух.— сказал Чуя, указывая на камень. Они подошли ближе, вода стала мельче, и, подписав силу в ногах, они взобрались на камень. Доплыть до суши было невозможно, но эта твердыня казалась спасением. Сев на холодный камень, оба тяжело дышали, позволяя телу восстановиться. Медузы продолжали медленно дрейфовать вокруг, а издали доносился едва слышимый шум волн: — Немного отдохнем. тихо сказал Акутагава, глядя в бескрайнюю гладь моря. — Мгм. тихо кивнул Чуя осматривая целиком ужаленные ноги и бедра. — Чуя?Ты весь в ожогах, неужели тебе не больно? В глазах Акутагавы был не сколько страх, сколько сожаление о том, что Чуе пришлось почувствовать такую боль из за него. Тот медленно поднял взгляд, будто стараясь скрыть боль, но в его глазах сквозила лишь усталость. — Больно. прошептал он. —Но это ничего. Ты же знаешь, я не умею останавливаться на полпути. Он отряхнул руки, пытаясь выглядеть как можно спокойнее, но Акутогава уловил тонкую дрожь в голосе. — Ты, ты не должен был так себя изматывать, Чуя.Ты же не железный. Да и.. это не стоило того. Акутагава осторожно провёл рукой по плечу друга, как будто пытаясь передать ему хоть немного поддержки и заботы. Чуя на мгновение замер, сжав кулаки, а потом тихо улыбнулся и сказал: — Я протащу тебя через всю эту глушь, если только ты этого захочешь. Если я упаду, кто пойдет дальше за тобой? Сказал он, наконец. И в этих словах больше, чем просто оправдание. Наступила тишина, и в этом моменте между ними повисло что-то невыговоренное, но очень важное. Акутогава видел, что Чуя действительно ранен, и в его глазах больше не было просто дружеской тревоги — там горел огонь, который говорил о чувствах куда глубже, чем они оба признавались. Акутагава тяжело вздохнул и продолжил: — Но ты обещай — больше не будешь так рисковать.. ради меня. Чуя кивнул, позволяя себе на секунду опустить броню и просто быть рядом, не скрывая боли и усталости. - Акутагава.. Будто издалека начал тот. — Раз уж. Все обернулось так, я думаю нет смысла скрывать то, что я так хотел сказать.. Тот слышал сердцебиение их обоих которое колотилось как бешенное. — Я люблю тебя. больше жизни выпалил тот и стараясь сдерживать эмоции ждал ответа. Ему все равно было сташно услышать ответ от Рюноске. Все внутри сжалось когда тот открыл рот: — Чуя.. я даже не знаю. Прости. Это вроде непонятный ответ был расцененн Чуей как отказ, хотя сам Акутагава не мог понять что чувствует. Акутагава в тот момент будто замер — сердце колотилось так громко, что заглушало даже шум прибоя. Он увидел, как Чуя, словно безжизненный мешок, падает вниз в воду. Без раздумий Рюноске резко вскочил и бросился за ним, инстинкт спасения переборол все его сомнения и страхи. Он уверенно схватил Чую за руку, сильным рывком притянул к себе, удерживая от падения в темные волны. Акутагава слышал, как тот задыхается и ощущал хрупкость друга в своих руках. Он крепко обнял его, как будто таким образом мог удержать не только тело, но и сломленную душу. Акутагава чувствовал, как дрожь утихает, и постепенно отступает страх. В эти мгновения он понял, что чувства сложнее простых слов «я люблю» или «я не знаю». И именно сейчас — в тишине, переполненной пониманием — они смогут найти путь, который даст им обоим силы идти дальше.. Чуя стоял в его объятиях не понимая что чувствует сам. Вроде ему не отказали, но и не согласились.. Его не предали и не бросили, как часто происходило, но и.. он чувствовал себя одиноко. — Прости. Я не знаю почему меня потянуло вниз.. Тихо произнес Чуя утыкаясь тому в плечо. — Не извиняйся. Все нормально.. ответил ему Аку с облегчением выдыхая. В глазах Чуи наконец то появилась хоть каккя то надежда, но вместо обсуждения проблем, тот задал ему обсалютно другой вопрос: — Акутагава. Нам надо вернуться, а мы.. довльно далеко. Акутагава лишь сейчас осознал, где они находятся и в каком состоянии. Вместо слов, Чуя лишь взял его за руку и повел к месту откуда они забрались на тот камень. — Стой Чуя, как ты собираешься идти?! У тебя же все ноги в.. Акутагаву действия Чуи напрягали до костей, на что тот спокойно ответил — Ничего, дойду. Пойдем со мной, буду заново расчищать дорогу моему rey del mar~ — Чего? с непониманием спросил Акутагава, не знающий испанского. — Король моря. тихо произнес Чуя, заходя в воду. Чуя улыбнулся сквозь боль, сжимая руку Акутогавы крепче. — Король моря?.. Акутагава тяжело вздохнул, но, увидев уверенность в глазах Чуи, понял — спорить бессмысленно. Он кивнул и, опираясь на него, сделал первый шаг. Шаг за шагом, осторожно, они начали идти вперед в морскую чащу. Каждый порыв ветра, каждое шуршание морской травы казались звуками битвы, но вместе они шли вперед. — Ты никогда не позволишь мне сдаться.. тихо сказал Акутагава, продолжив: — и это одновременно пугает и спасает. Чуя лишь улыбнулся в ответ: — Потому что.. королям не дано падать без боя. Верно? И, несмотря на боль и усталость, они двигались к берегу, к дому — к новому шансу. С каждым шагом ноги подводили Чую все больше и больше. Он чувствовал злобу и одновременно гордость когда видел берег. Они уже почти достигли его — видно было, как песок постепенно появляется под водой, ощущался запах земли и растительности. Впереди — последний рывок, который казался таким близким и одновременно бесконечно далеким. Но вдруг Чуя резко остановился. Его колени подкосились, тело предательски отказало — он упал на колени в холодной воде, тяжело задыхаясь. Лицо исказила боль и усталость, руки опустились вниз, пальцы цеплялись за песок, будто пытаясь удержаться. — Чуя! — взволнованно закричал Акутагава.. Тот не мог ответить, глаза закрылись от напряжения, дыхание стало прерывистым. Похоже, что силы оставили его совсем, и сейчас он был на грани. Сжимающий сердце момент длился всего секунду, но казался вечностью. Акутагава крепко схватил Чую за плечи, помогая ему подняться, понимая что один.. он не сможет. — Ты не можешь сдаваться. тихо произнёс он — Мы так близко. Держись. Пожалуйста. Чуя с трудом открыл глаза, в которых мигала решимость. Он тяжело поднялся, опираясь на него. Пусть тело и крошилось от усталости, но воля вести их дальше была сильнее болезненного предела. Последние метры— казались невыносимой пыткой, но с поддержкой Акутагавы они сделали этот шаг. И, наконец, оказались на твердой земле. Чуя устало сел на песок пытясь хоть как то восстановить дыхание. Холодный, почти ночной ветер продувал их насквозь. Понятное дело, все кто были с ними утром - давно уехали, а они остались без денег, без крова, да что там кров. Они даже идти нормально не могли.. Несколько раз за день, те приезжали к пляжу в надежде, что их "потеряшки" наконец выбрались с бескрайней мглы моря и ждут их на берегу. Они сидели одни на песке, только море да тёмное небо над головой, и лёгкий шум прибоя, успокаивающий и естественный. Ночная тишина как будто распахнула между ними пространство для честности и открытости. — Знаешь, — начал Чуя, глядя на мерцающие звёзды, — я всегда боялся говорить об этом вслух. Не потому что мне стыдно или страшно, а потому что не хотел менять то, что есть. Мне казалось, что если открою чувства, всё может сломаться. Я бы не вынес еще одного предательства или дружбы которая бы закончилась так. Наверное поэтому мой организм и приказал мне сигануть вниз.. Акутагава молчал, его взгляд был устремлён куда-то вдаль, словно он пытался найти нужные слова в глубине души. — Но сейчас... — продолжил Чуя, — когда мы прошли через всё, что прошло, я понял, что молчание только усугубляет. Я боюсь потерять тебя не из-за сражений или опасностей, а потому что я сам не умею выражать то, что чувствую.. Я вечно хожу по граням и перегибаю палку. Со мной реально сложно, но.. с тобой, я бы хотел быть искренним всегда. Акутагава повернулся к нему, и в его глазах появилось редкое тепло. — Ты для меня не просто друг или товарищ по борьбе. Ты — кто-то, с кем я хочу быть честным, даже если это значит быть уязвимым. Я всегда боялся быть слабым, но с тобой. Я будто могу позволить себе это, понимаешь? Пауза наполнила воздух, и только лёгкий ветер касался их лиц. — Я боюсь — признался Акутагава тихо. — вернее, боялся, что мои чувства не будут взаимны. Но не могу больше скрывать их от себя самого.. Знаешь. Я очень испугался, что бы сказать тебе правду тогда. Прости. Чуя с улыбкой пробормотал: — Тогда давай не будем бояться. Пусть каждый день будет временем для откровенности.. Да и.. нет смысла извиняться, если, ты сейчас говоришь откровенно.. Они сидели так, доверяя ночь идруг другу, где слова не были просто звуками, а искренней нитью, связывающей две души в этот бескрайний мир.. Они продолжали сидеть на песке, слушая морской прибой, и с каждой минутой их разговор будто становился легче, раскованней. — Помнишь, как мы впервые встретились? тихо спросил Чуя. — Тогда я даже не мог предположить, что ты станешь для меня таким важным человеком.. Акутагава кивнул, чуть улыбаясь в темноте. — Да, тогда я был так замкнут... но ты сумел пробиться сквозь мою стену.. тихо рассмеялся Акутагава. — Мне всегда казалось, что чувства и эмоции— это слабость признался Чуя. — Но сейчас я понимаю — это самая настоящая сила. Когда ты позволяешь кому-то увидеть себя настоящим.. — И я хочу видеть тебя таким всегда, — ответил Акутагава. — Без масок, без лицемерия, без наигранной крутости.. настоящим. В этот момент Чуя осторожно взял руку Акутагавы, и между ними повисло что-то большее, чем просто слова. Эта тишина, наполненная взаимным пониманием и согласием, была наполнена обещанием — идти вместе, несмотря ни на что. — Спасибо, что остался со мной.. Довольно необычно для кого либо - не кидать меня сразу же. прошептал Чуя. — Спасибо, что позволил. тихо ответил Акутагава. Они снова посмотрели на звёзды, и ночь больше не казалась такой одинокой.. Чуя приблизился к нему, нежно целуя в щеку. Ему было страшновато делать первые шаги и идти на физический контакт, хотя сам Акутагава был не против, хоть и очень смущался. Ночь застыла в тишине, и их губы только коснулись друг друга, когда внезапный громкий гудок машины пронзил воздух, словно вспышка молнии. Они отпрянули, глаза расширились, а из старого черного фургона выскочили двое. Подхватив уставших под руку, им помогли сесть в машину на заднее сиденье. Это были те же сокомандники что приезжали в течении дня за ними, но увы, тогда они остались без изменений в составе.. Лежа под лунным светом на кровати, Акутагава лишь прижался ближе к нему, вдыхая запах мокрых рыжих волос. Ночь медленно погружала их в сон. Чуя засыпал быстро, для него никогда не было проблемой уснуть, в отличие от Акутагавы.. Чуя словно молча обещал быть рядом, несмотря ни на что. Это успокаивало Акутагаву и давало ему некую атмосферу тепла и уюта. Он смотрел на него с мягкой улыбкой и понимал, что чувства, которые он испытывает, глубже простого товарищества. Забота, нежность и тихое восхищение — всё это переплеталось в каждом прикосновении, в каждом взгляде. Для них двоих не существовало масок и преград, только честность и тепло. Эти искренние чувства, вспыхнувшие между ними, стали тихой опорой — светом в сложные дни и тихой радостью в моменты покоя. В их мире, где иногда царит холод и одиночество, они нашли друг в друге настоящее и искренее чувство теплоты и дом. И в этом спокойствии была их сила — в понимании и безусловной поддержке, которые позволяли быть собой, любить и быть любимыми. И вот, когда вечер медленно уступал место ночи, и за окном мерцали редкие звёзды, они оба почувствовали, что больше не боятся быть открытыми друг перед другом. В тёплом свете лампы, в мягком объятии, Чуя и Акутагава позволили себе просто быть — без слов, без горечи и сомнений. Их сердца бились в одном ритме, растворяясь в ощущении покоя и взаимной поддержки. Они знали — независимо от того, что будет завтра, это место, этот момент, и эти чувства останутся с ними навсегда. Настоящие, глубокие, искренние. Впервые за долгое время они чувствовали себя дома — рядом друг с другом, в мире, который создали своей теплотой и доверием. И именно эта простая правда — о том, что их связывает что-то большее, чем слова — стала для них самым важным и самым ценным. Пусть пока мир вокруг может быть неспокойным, здесь и сейчас у них есть всё, чтобы быть счастливыми.. и ведь Чуя был прав, называя того королем моря и говоря, что будет рядом. Всегда будет рядом.